52 глава

– Вань.. — начала говорить Евгения, но Иван перебил её. – Жень, не знаю, что ты хочешь мне сказать, но лучше помолчи. — прошептал он ей на ухо. Его голос вызывал приятные мурашки по телу, заставляя здравый разум покинуть её тело и не возвращаться, пока он не исчезнет из поля зрения. – Ты сильно изменился за это время, но с другой стороны.. Всё тот же, мой маленький и любимый мальчик. — продолжила говорить она, хоть уже и не совсем понимала что. Несмотря на трезвое состояние, мозг отключился, отдав управление желаниям и сердцу. — Может ты сейчас скажешь, что я несу херню, но.. Кажется, мы с тобой до сих пор те маленькие детки, которые не знают взрослых проблем, живут одним днём, ни о чем не думая.. – Ну вот опять. Умничаешь, наговорив на меня гадостей. — сильней прижимаясь к хрупкому телу, чуть громче сказал Ваня. — Говоришь какую-то то херню ты только на уроках, а вне школы даже логичные и интересные мысли. Перестаёт казаться, что я общаюсь с роботом, запрограммированным только на получение знаний. – А вот это было оскорбительности, вообще то. — скрестила руки на груди девушка и пыталась вальяжно отвернуться, но поворачиваться то некуда, поэтому она подняла подборок, показывая свои эмоции. — Сам ты робот, запрограммированный только на трахание тёлок и курение косяков. – Бла-бла-бла, я ничего не слышу! — какая головой вправо-влево, игрался юноша. — Мои уши и мозг не воспринимают вашу частоту волн. Они воспринимают только хорошее из ваших уст, мадам. – Ха-ха, Кислов, очень смешно. — начала ворчать Кудинова. — Перестань обезьянничать, ты взрослый, и говорим мы на такие же темы, так ток. – У тебя ранняя деменция. Только что сказала, что я маленький мальчик, а сейчас уже взрослый. — продолжал шутить Иван, не желая напрягать мозг. — Всё, хватит ворчать. Я понял, что мы не маленькие и всё такое, но расслабься хоть на чуть чуть и перестань думать башкой, дай ей отдохнуть, а то скоро дым пойдёт.

Запустив свою руку ей под куртку, и дотронувшись ледяной рукой до горячей кожи, он почувствовал, как её дыхание замерло, набрав в лёгкие побольше воздуха. Положив свою голову на его плечо, засунула свою руку под куртку, чтобы убрать его ледяную руку, но он был хитрей. Начав водить ею по животу, он не давал себя поймать.

– Ну холодно же! — прошипела девушка, выдыхая воздух. Его рука начала нагреваться, от чего становилось теплей, но всё же прохладный ветерок задувал под куртку благодаря его руке. – А мне тепло. — его ехидную улыбку можно было распознать по одному лишь голосу. Женя решила, что он слишком собой доволен, поэтому свободной рукой нащупала край его куртки и засунула под неё свою, такую же холодную, кисть. — Это не по правилам! Вытащи! – Нет. — так же ехидно ответила Евгения, почувствовав мурашки на его коже. Игры, так игры. Почувствовав под рукой резинку штанов, она оттянула её и начала спускать руку ниже. Ваня понял, что ничего хорошего ждать не стоит. Поэтому быстро вытащил свою руку и отскочит на метр назад. Рука Жени выскользнула из под его одежды, оставив за собой холодный след, который продолжал доводить до мурашек. — Эй! Это тоже вне правил! – Могу к тебе в трусы холодной рукой залезть, хочешь? — бурчал брюнет, вновь приблизившись к подруге. Она смотрела в его глаза, которые почти не видела, и чувствовала как в них прыгают огоньки. – У меня вторая рука тоже остыла. — продолжила ехидничать девушка. Понимание того, что игра заходит в русло, которое не подходит для такой температуры воздуха, пришло не сразу. Но когда оно пришло, она решила перевести тему. — Что там с пирогом, кстати? Испекли? – Да, к счастью, без дополнительных добавок. — ответил Киса, еле касаясь её руки. Он смотрел сверху вниз, и казалось, что разница в их возрасте колоссальная, а не несколько месяцев. — А знаешь, вчерашний день я запомню на долго.. Первый раз проиграл Генычу. – И что он задал? — поинтересовалась Кудинова, взяв его палец в свою ладошку. – Увезти тебя подальше от города и прибить. — его зловещая улыбка заставила её напрячься. Хоть она и понимала, что это глупые шутки, но страх за свою жизнь начал появляться. Кто знает какие чёртики поселились в голове Зуева и Кислова. Ладно Гена, он навряд ли бы такое задумал, но Ваня.. То, что он сегодня видел, могло сильно повлиять на его разум. Положив свободную руку на щёку девушку, он коснулся своим лбом её лба и лишь тихо усмехнулся, почувствовав, что она машинально сжала его палец сильней. — Уже большая девочка, а всё веришь в эти сказки. Женечка, пора взрослеть не только телом и знаниями школьной программы, но и в шутках. – Я тебя когда-нибудь пристрелю за такие шутки, Кислов. — серьёзно произнесла она, закрыв глаза. Спокойствие начало прогонять страх, оставив на лице лёгкую и глупую улыбку. — И только скажи, что у меня не хватит духа, я тебя на дуэль вызову, понял? Без секундантов. Только я, ты и два ствола. – А это уже угроза не похожая на шутку. — ещё глупее улыбнулся Ваня, чувствуя, как хватка Евгении сжала его палец настолько, что кажется сейчас он просто отпадёт. — Может хватку то ослабишь, а то в случае чего я стрелять не смогу. Я ж правша, а не левша, и без указательного пальца не выстрелю.

Женя отпустила его палец и открыла глаза. Перед собой она ничего, кроме закрытых глаз и носа Ивана, не увидела. Картина была достаточно смешной.

– Я устала, Кис. — поговорила Кудинова и отстранилась от друга. – Кис? Ты ничего не путаешь? — смутившись тому, что она назвала его по кличке, а не по имени, Иван посмотрел на неё, ожидая, что она объяснит это. Но в ответ было лишь мотание головой, которое показывало, что всё так и должно быть. — Кудинова, с чего вдруг такая отстранённость? Я что-то не так сделал? – Иван Антоныч, какая разница как я тебя назвала? — включила дурочку Женя, направляясь к скутеру. – Не, ну ты нормальная вообще? — идя следом за девушкой, разводил руками парень. — То фамильяничаешь, то по имени, то по кличке, теперь вообще так. Ты определись уж, а то как то не в кайф гадать что у тебя на уме, когда ты меня таким разнообразием зовёшь! – Всё то тебе не нравится, Иванушка. — начала издеваться она, оперевшись на сидушку скутера, смотря на Ваню. – Евгеша, что за неопределённость, мне нужна конкретика! — поставив руки по обе стороны девушки, говорил почти в губы он.

Улыбка сползла с её лица, ведь так называла её только бабушка, которой уже нет.. Внутри всё начало трясти. Дыхание стало глубже, чтобы сдержать слёзы и не начать рыдать навзрыд прям тут. Сердце сжалось настолько, что стало больно. Взгляд опустился вниз.

Ваня заметил это, и сначала не понял что сделал такого, что вызвало такую реакцию. Опустив руки со скутера, он тоже посмотрел в ноги. Осознание того, что только что случилось шло не быстро, но оно пришло. Быстро подняв глаза на девочку, он положил ей на плечи руки и начал проглаживать.

– Прости, прости, прошу. — начал тараторить он, приблизившись к её лицу. Он сильно сожалел, что ляпнул не подумав. — Я придурок, согласен, но прошу, прости меня.. Женечка, солнышко, заечка, дорогая моя Женюшка, прости меня. Я такой дурак.. — резко прижав её к себе, он начал гладить её по волосам, продолжая уже шёпотом просить прощения. — Полный идиот. Только прости. Называй меня как хочешь, всё равно, только прости. Я не хотел так. Не хотел обидеть и сказать то, что заденет тебя. Молю. Умоляю, извини! Женечка.. — он почувствовал, как она обвила его торс руками, прижимаясь сильней. — Солнышко, мне очень жаль. Очень.. Хочешь, побей меня! Я не знаю, делай со мной что хочешь, хоть убей, но прости. Я не переживу, если не простишь. Как же я, сука, терпеть не могу твои слёзы, особенно, если причина их появления – я. – Да заикнись ты уже! — шмыгая носом, произнесла Кудинова. Слёзы начали скатываться по её щекам, падая на его куртку и впитываясь в неё. Сдерживать из сил уже не было. — Просто замолчи! – Прости... — последний раз произнёс Иван и замолчал, продолжая гладить её по голове. Самому себе хотелось прописать пару ударов, но толку от этого никакого не будет. Разве начнёт следить за языком? Может быть, но не от ударов, а из-за страха потерять её, самое дорогое, что у него когда либо было. Разве после того, как он ударил себя, она перестанет плакать и простит? Навряд ли. Ей это никак не поможет. Лучше, видимо, просто постоять и подождать, когда ей станет легче. — Если ты меня не простишь, я пойму. — спустя несколько минут еле слышно добавил он.   – Кислов, ты никогда не изменишь.. — произнесла Евгения еле слышно. — Я просто хочу, чтобы ты заткнул свой ебальник и дал успокоиться в тишине, а не под твою бубнежку! Понимаешь?   – Чш... — положив свою голову на её макушку, он услышал, что куртку сжали в руках, а после начали несильно дёргать вниз. Она начала выпускать свои эмоции, а значит скоро вольностью успокоиться.

Простояв так минут десять, Евгения отстранилась от друга и, вытерев тыльной стороной ладони мокрые дорожки на своих щеках, она посмотрела на Кису, который молча стоял и ждал, когда она скажет хоть что-нибудь.

  – Отвези меня домой и побудь рядом.. — отвернувшись от него, произнесла она. Одной оставаться не хотелось, но и говорить Рите, чтобы она побыла с ней, тоже. Лучше всех её мог сейчас понять только Ваня. он знал всю ситуацию с самого начала и не будет допрашивать, заставляя вновь окунуться в эту пучину горечи и печали. — Или к себе.. Я просто хочу отдохнуть.

Иван лишь слабо улыбнулся и сел на скутер. Заведя его, он развернул его и остановился, чтобы Женя спокойно села и они поехали.

Сев на сиденье и прижавшись посильнее к крепкой спине Кисы, Кудинова начала витать в облаках, вспоминая тёплые моменты с бабушкой.