11 глава

– У тебя, Гендос, будет привилегия! — продолжая шутить свои шутки, говорил Кислов. — Ты можешь иногда брать их в постель и наслаждаться ими наедине. – Да?! — Гене, очевидно, не понравилась шутка Ивана, поэтому он, обращаясь к Боре, свистнул. — Хэнк, качни его да по сильнее! А то ишь, разошелся в тупых шутках!

Все посмеялись с этой ситуации, но Боря так и не раскачал Ивана.

Компания продолжила свои посиделки, но уже разговаривая о том, что с ними происходило. Парни рассказывали то, что считали нужным для ознакомления подруги с их компанией, а Женя только то, что могла рассказать даже первому встречному, потому что не считала, что ребят нужно просвещать в то, что их никогда и никак не коснётся. Больше она, конечно же, рассказывала о школе и бабушке, не желая рассказывать о своих зависимостях, о которых Ваня уже знал, но молчал.

Наговорившись вдоволь, ребята решили вызвать тату мастера, который сможет набить надпись без согласия родителей. Женя начала искать мастера на разных сайтах, а парни, стоя вокруг неё, давали комментарии, мол, обратиться к нему или нет. Проведя около двадцати минут в поисках нужного мастера, он был вызван. За время, пока мастер добирался до заброшенного парка аттракционов, Женя вместе с Ваней набросили на листе бумаги несколько эскизов, которые понравились всем. Но даже общее дело не могло пройти без ругани. Кислов и Кудинова спорили на счёт размера букв, шрифта, расположения на теле, чтобы всем нравилось, и даже последовательности кто за кем будет набивать татуировку. Через пятнадцать минут на базу пришёл мужчина с оборудованием для тату.

– Где, что будем бить и кто первый пойдёт? — интересовался высокий накаченный мужчина, забитый татуировками. По нему было видно – профессионал. Он достал из своего рюкзака тату машинку с разными иглами, баночки с красками, мазь обезболивающую и плёнку для заживления. – Фразу «Чёрная весна», на рёбрах с левой стороны. — протягивая эскиз, говорила Евгения. Она села на диван напротив мастера и, сняв куртку, стянула платье с плеч, открывая прекрасный вид на грудь в чёрном кружевном бюстгальтере. Платье осталось висеть на бёдрах, прикрывая ягодицы. — Я буду первой!

Иван, конечно, был не доволен таким решением девушки, ведь они договорились, что он будет первым, но промолчал, засмотревшись на её тело. Гена, Егор и Боря удивились, что Киса ничего не сказал Жене за её выходку.

Мастер надел перчатки, обработал их и место, на котором будет набиваться тату, намазал обезболивающей мазью и, взглянув на эскиз, достал нужную насадку с иглами и обработал их. Намазав мазью место показанное Евгенией в пяти сантиметрах от груди, он налил в краску в колпачки.

– Ложитесь на правый бок. — попросил мужчина, внимательнее разглядывая эскиз. Ему было важно рассмотреть каждую детальку, чтобы девушка получила то, что хотела.

Когда Кудинова легла, мастер положил рисунок её на грудь, чтобы иметь возможность всегда посмотреть на эскиз. Приступив к набиванию татуировки, брюнетка почувствовала только лёгкое щекотание, но не боль.

Ваня молча стоял немного в стороне и пристально смотрел за действиями мастера, чтобы не сделал ничего лишнего по отношению к Жене, но его наблюдения прервал Боря, подошедший к нему.

– Кис, в курсе, что пялиться на женскую грудь не является признаком воспитанности. — шутливо указал на провинность Хэнк, закрывая Ивану вид на подругу. – Я и не пялюсь на неё. — смотря прямо в глаза приятеля, врал Кислов. Он мог признаться, что засмотрелся на грудь любой девушки, кроме Жени, с которой буквально десять минут назад ругался. — Я слежу за работой мастера. – А.. — усомнившись в правдивости слов друга, Хенкин на мгновение обернулся посмотреть на подругу и сразу же отвернулся. Ему нужно было убедиться, что с места, на котором стоял Ваня, не было видно что делает мастер, но была хорошо видна женская грудь. — По моему, отсюда плохо видно работу мастера, но прекрасно видно сочные сиськи. – Хенкалина, отвали, а! — отходя в сторону, говорил брюнет, продолжая смотреть на Евгению. Ему было всё равно, что говорит Борис и что подумают парни, главное насладиться прекрасным видом. — Не видишь я за работой слежу, чё прицепился как банный лист к жопе?!

Мастер закончил делать татуировку Кудиновой и попросил следующего присаживаться на процедуру. К дивану сразу же подбежал Киса, снимая футболку. Мужчина обработал иглы, нанес обезболивающую мазь и, уже поняв что нужно делать, приступил к созданию тату. Через тридцать минут он отпустил Ваню, приступив к следующему парню.

Кислов подошёл к Жене, которая до сих пор стояла у автомата с игрушками и красовалась, смотря в зеркало.

– Лан, твой эскиз лучше моего. — улыбаясь, признал поражение юноша, рассматривая своё тату. Ему и правда понравился рисунок девушки, поэтому он решил, что ей нужно это знать. – Я знаю, что он лучше. — самодовольно улыбнулась Евгения, взглянув на парня. В душе ей было приятно, что он сделал комплимент её творению, но показывать она это не хотела. — Если бы не понравился, ты бы не набил его. – Ага. — не так радостно промычал Иван, продолжая любоваться своим тело, и уже в приказном тоне продолжил говорить. — Дай телефон мой. Он в рюкзаке лежит где-то, только пока нести будешь, не урони его своими кривыми руками. – Хорошо, мой повелитель! — язвила брюнетка, отходя от автомата и надевая нормально платье.

Девушка подошла к спинке дивана, возле которой стоял Гена и смотрел на Егора, которому били тату.

– Ген, подай рюкзак этого придурка. — указывая головой на Кису, шептала кареглазка. Она не хотела лазить по рюкзаку Вани, поэтому решила принести его целиком.

Зуев, не отрываясь от наблюдения, достал рюкзак друга и отдал его подруге. Женя забрала портфель и, подойдя к брюнету, всунула его ему в руки.

– Я просил телефон, а не рюкзак, дура! — начал ругаться Иван, открывая рюкзак и доставая из него телефон. Ему не понравилось, что подруга по своему выполнила его задание. – Я не собираюсь по твоему рюкзаку лазить, вдруг на иглу напорюсь, а потому буду со спидом гонять. — не громко отвечала Женя, чтобы её услышал только Ваня, садясь на табуретку, стоящую между столом и автоматом. – За то ни один нормальный пацан с тобой не начнёт мутить. — усмехнувшись, так же шёпотом произнёс Киса, позируя для фотографий. Его задело, что девушка такого мнения о нём, хотя сам он был не лучшего мнения о ней, когда несколько часов назад видел, как она пришла к ним сразу после того, как проснулась не пойми где, после употребления наркотиков.

Это никак не обидело Женю, потому что её было всё равно на отношения. Она их не хотела и даже избегала, осознавая, что нужно будет проявлять чувства, которые ей было сложно показывать после отстранения друзей. Для неё каждый парень, с которым она общалась, становился потенциальной проблемой, от которой придётся избавляться, и такой проблемой стал Саша влюблённый в неё, и не смотря на отказы он продолжал добиваться её руки и сердца.

Мастер, доделав татуировки, получил деньги и ушёл, оставив компанию любоваться их тату. Ребята так и сделали. Они снимали видео делали много фотографий, но Жени на этих кадрах была в платье, не желая показывать свою грудь на камеру.

Был уже поздний вечер. Егор, взглянув на время, подошёл к Боре и начал шептать на ухо.

  – Хэнк, слушай, Женьку с Кисой нужно мирить. Сам знаешь как он её любил и продолжает это делать сам того не осознавая.   – И как ты предлагаешь это делать? — смотря то на подругу, то на друга, шёпотом отвечал Хенкин.   – Я сейчас свалю, ты скажешь Генычу, что мы придумали и вы свалите, как бы по своим делам, оставив их наедине. — рассказывал свой план Мел, взглянув на сидящих по разные стороны дивана друзей.  — А там он спросит можно ли ему её проводить, она не откажет, конечно же, и.. Вауля! Наша парочка снова вместе!   – Годная идея! — похвалил друга блондин, похлопав его по плечу. Хэнк и правда хотел помирить друзей, вспоминая какими милыми они были, когда были всегда вместе. — Уйдёшь, Гене напиши, иначе Киса может что-то не ладное заподозрить.

Егор положительно кивнул головой и начал собираться. Сообщив друзьям о своём уходе, Меленин покинул базу, скрывшись в ночной тьме. Как только Егор ушёл, Гене на телефон пришло сообщение. Прочитав его, Зуев взглянул на Хэнка и одобрительно кивнул.

  – Твою мать! — резко прошипел Борис, взглянув на время. — Геныч, по братски, отвези до дома, пока отец не начал искать. Обещал ему в одиннадцать быть дома, а уже пол двенадцатого.   – Погнали! — воскликнул Зуев, хватая куртку с дивана и накидывая её на плечи. — Так, Кисуля, Женьку не обижать, базу, когда уходить будете, закрыть. Понял?!  – Я тебе чё, ребёнок маленький? — оторвавшись от экрана телефона, возмущался Иван, смотря на Гену. — Надавал мне тут указаний. Я может с вами решил поехать, заодно Константина Анатольевича повидаю, а то уже несколько дней не видел его.

Цокнув и закатив глаза, Боря вышел из дома, а Гена следом за ним, оставив Ваню и Женю одних.

Жене стало не комфортно находиться один на один с Кисловым, поэтому, надев куртку, она направилась к выходу. Кислов, заметив, что девушка уходит, уже хотел расслабиться и побыть один, но понял, что нужно проводить Евгению, чтобы с ней ничего не случилось. Быстро встав и надев куртку, он вышел в след за ней. Пока брюнет закрывал двери домика деревяшками, Женя скрылась во тьме. Киса, понимая, что брюнетка его пошлёт, узнав, что он хочет её проводить, решил пойти за ней на расстоянии нескольких метров, чтобы она ничего не поняла.