ГЛАВА 9.

— мам, а почему папа кричал? — спрашивает меня дочка между тем, как опустошает тарелку только что приготовленного супа.— он просто не в настроении, Виль, — стараюсь, как можно спокойнее ответить малышке.— а он часто не в настроении! А почему у тебя щёчка красная? Мам, у тебя аллергия также, как и у меня, на апельсины? — мне кажется, у меня аллергия на твоё бесконечное количество вопросов, солнце! — улыбаюсь, прикладывая руку к щеке. — кушай, а то остынет.— хорошо. А тётя Олеся скоро к нам приедет?Не успеваю я ответить на новый вопрос дочки, как на кухню заходит уже вполне спокойный Артём в белой рубашке и брюках.— нет, дочь, не скоро. Теперь, — обращает взгляд на меня. — с тобой будет сидеть мой друг, когда наша мама будет уезжать по делам.— я не хочу сидеть с чужими дядями! Они плохие! — хныкает Виолетта. — ты на работу? — делаю вид  что не замечаю возмущённо взгляда Артёма и всех его претензий.— да, вызвали. Один знакомый хочет заключить сделку. Будь дома, я скоро вернусь. — хорошо, — опускаю голову, слышу лишь топот шагов, который потихоньку утихает, а потом хлопает входная дверь.

В эту же секунду мне на телефон поступает звонок. На экране высвечивается «Егор». С улыбкой поднимаю трубку, хотя внутри меня бушует ураган.

— я не понял, а ты чего убежала? — в трубку доносится сонный голос Егора. Смотрю на время, только 11. В душе хихикаю. Да он так всё на свете может проспать. — Егор, — еле как сдерживаю смех. — ну не могу я так долго с тобой валяться, у меня ребёнок, да и муж дома, — шёпотом отвечаю я, на что он недовольно стонет.— жаль, мне было так хорошо с тобой. Буду вспоминать эту ночь теперь каждый день по несколько раз, — его голос становится сразу же хриплый и безумно сексуальный. — Егор, мне ужасно неловко, что так получилось, — шёпотом произношу я.— да ладно тебе, Милка. Ты была шикарна, и это факт. Вспоминай это с возбуждением, а не со стыдом, — хмыкает блондин мне в трубку. — а ладно, ближе к тому, что я хотел сказать. Мне нужно с тобой встретиться. Куда мне подъехать? — Егор, сегодня не получится. Я с дочкой дома, да и Артём рано или поздно вернётся. Давай после выходных я заеду к тебе в офис? — стараюсь аккуратно слиться.— нет, Мила. Нужно сегодня. Скажи адрес, я подъеду. Поверь, меня устроит встреча прямо у меня в машине. Со вздохом я называю Егору нужный адрес. Всё-таки где-то в глубине души я очень хочу, чтобы мы снова увиделись.— отлично. Я приеду через час. Будь готова спуститься, — говорит Егор и сбрасывает.— мама, а кто это звонил? Папа? Раз ты так улыбалась, у тебя даже щёчки покраснели, — подмечает моя любопытная девочка. Когда она успевает всё замечать? — это... помнишь дядю Егора? — Виолетта одобрительно кивает. — так вот, ему нужно срочно передать мне документы, поэтому он подъедет к нашему дому, чтобы передать их мне.— а мы погуляем с ним? — радуется моя девочка.— нет, Виль, не сегодня. Пойдём в комнату, поиграем.Я убираю грязную посуду со стола, после чего Виолетта тащит меня в свою комнату. Там мы проводим некоторое время, пока ребёнок не заваливается на кровать от усталости. Почти сразу же засыпает. И тут мне как раз приходит сообщение от Егора: «я приехал. Выходи».

Сердце сжимается, начинает биться чаще. Неужели уже час прошёл? Так быстро? Выбегаю в коридор пулей. В спальне переодеваюсь в джинсы и чёрную футболку с надписью на английском на груди. Расчёсываю волосы, хватаю телефон и выхожу из квартиры, закрыв дверь на ключ. Я быстро, Виола не успеет проснуться. Когда уже захожу в лифт, понимаю, что нужно было надеть кофту с длинным рукавом. Обращаю внимание на синяки на запястье. Прикрываю их. Надеюсь, в этот раз Егор не вспомнит о них.Выхожу из подъезда и сразу же замечаю на парковке машину Егора. Хмурое лицо заменяет улыбка. Обнимаю себя руками, а то сегодня на улице прохладно из-за сильного ветра. Подбегаю к машине и запрыгиваю на соседнее сиденье спереди. В нос сразу же врезается приятный одеколон Егора. Поворачиваюсь корпусом к Егору. Он сегодня в голубой рубашке и синих джинсах. Ох, ему это очень идёт.

— привет, — немного со смущением говорю я.— привет, Милка. Как ты? С утра так быстро убежала, что мы даже не успели попрощаться, — подмигивает. — прости, просто были некоторые дела... — обхватываю свои запястья ладонями, скрывая все «прелести».Егор на несколько секунд замолкает. Его лицо становится мрачнее, чем обычно. Он всматривается в мои глаза, будто чего-то ждёт. Только вот я не могу понять – чего? — что-то не так? — наконец выпаливаю я.— может уже расскажешь, откуда у тебя эти синяки почти... по всему телу? — спрашивает Егор, смотря мне сначала в глаза, а потом на руки. Я зажимаю пальцы на запястьях ещё сильнее, до боли. Опускаю взгляд. Тёплые, чуть шершавые руки мужчины отцепляют мои от синяков, давая Егору взглянуть на них и взять мои руки в свои. Аккуратно крутит мои руки, рассматривая. — говорю же, ударилась, — вздыхаю и опускаю взгляд. Знаю я, что не умею обманывать.— Мил, ну кого ты хочешь обмануть? Себя? — горько усмехается Егор и он, чёрт возьми, прав. Обхватывает двумя пальцами мой подбородок и поднимает вверх.— никого, — почти сдаюсь я.— Артём применяет насилие? — удивительно, но Егор сразу же попадает в точку, от чего я изумляюсь. — всё понятно, — считывает ответ на свой вопрос у меня в глазах. — если честно, я даже не знаю, что говорить.. — стараюсь улыбнуться, но в воспоминаниях о своём муже этого сделать не получается.— с этим фактом развод будет ещё быстрее, есть мотивы. Мила, почему ты мне не сказала сразу? Ты боишься? Скажи мне правду! — давит на меня Егор с новой силой. Но не могу я! А вдруг у меня прослушка в телефоне, может каким-то магическим образом Артём узнает о том, что я сейчас скажу. Мне действительно страшно..Закрываю лицо руками, не давая слезам выйти наружу. Зажмуриваюсь, дышу, как можно глубже.— Милка, ну что такое? Почему ты не можешь сказать правду? Это будет только между нами, — бархатный голос Егора пробирает меня до мурашек. Я всегда доверяла, доверяю и буду доверять Егору. Спустя все года нашего знакомства он ещё не разу не предал меня, в отличие.. думаю, понятно кого. Я снова поддаюсь чувствам и рассказываю Егору всё, абсолютно всё. Об удержании меня дома, о физическом насилии, о угрозах, обо всём, что только накопилось за эти чёртовы 6 лет.

* * * (Егор)

Стоп, что?!

Когда мне Мила рассказывает всё, что происходит в её семье, я просто готов взорваться. Да чтоб я когда-нибудь подумал, что Серебряков способен на такое? Да никогда, честно слово! Как можно быть таким бесчувственным? Да как вообще можно издеваться над хрупкой девушкой? Мила не заслуживает такого отношения к себе. Просто не заслуживает! Она прекрасна во всём. И если б только она испытывала ко мне любовные чувства, я конечно же воспользовался бы этим шансом. Мы бы вместе воспитали её дочку, мы бы построили новую семью, которая была бы счастлива.На мой вопрос, а не трогает ли он Виолетту, Мила покачала отрицательно головой. Надеюсь, что тут она уже не находилась смысла врать мне. И это с её стороны было верным решением, ведь помочь могу ей только я и полиция. Рассказывая всё это, Мила не раз проливает слёзы. Мне приходится её успокаивать и не просто «на отвали», я действительно хочу, чтобы она не плакала. Мне безумно больно смотреть в глаза девушки, к которой я не равнодушен. Приходится искать в себе психолога и подбирать правильные слова, чтобы не задеть её ещё сильнее.

— можете с дочкой пожить у меня, пока будет идти процесс развода, — предлагаю Миле свою идею. Мне будет только в радость, если она согласиться.— нет, — отрезает она. — я не могу. Артём если узнает, он найдёт меня и не даст спокойно жить до конца дней. Он мне мсит, понимаешь? — снова всхлипывает Мила. — за все те дни, что в школе я провела с тобой, а не с ним. За то, что между им и тобой я выбирала тебя, хоть мы и были друзьями...После слов Милы я действительно вспоминаю школьные будни, когда мы вечно враждовали с Серебряковым. И всегда из-за одной девушки – Милы. Я испытывал к девочке симпатию, мне она нравилась, но я не мог переступить границы, которые мы с ней обозначили. Но это не мешало нам тесно общаться. А Артём всегда был у неё на втором плане, хоть и чувства у Милы были к нему настоящие..  Вообщем, любовный треугольник одним словом...— прошлое не вернуть. Ты не должна винить себя. Будь сильной, уйди от него, — тянусь к девушке, чтобы прикоснуться к её нежной коже на лице.— Егор, я очень ценю твою заботу, но.. давай пока оставим всё, как есть. После развода я конечно же съеду с дочкой, но это будет потом, — говорит Мила, но не пытается увернуться от меня.— хорошо, — торопливо соглашаюсь я и накрываю губы Милы своими.

Промычав что-то уже совсем невнятное Мила раскрывает свой рот, пропуская мой язык внутрь. Я притягиваю девушку к себе всё сильнее, нежно посасывая нижнюю губу, двигаясь во рту при этом языком. Запускаю руку в её шелковистые волосы шоколадного цвета, массирую кожу головы подушечками пальцев, от чего девушка тихо простанывает мне в рот и дёргается. Опускают свою правую руку ей на колено, веду медленно и плавно вверх по джинсовой ткане, которая плотно обтягивает её ножку. Неожиданно сжимаю бедро и перевожу руку на попу. Повторяю своё действие, заставляя Милу стонать в мои губы непрерывно. Медленно отстраняемся друг от друга и смотрим в глаза, восстанавливая дыхание.