ГЛАВА 7 НОВЫЕ ЗНАКОМСТВА

 Едва прибывшие на аудиенцию ирландцы покинули тронный зал, разместив их в своих владениях, конунг отправил гонца к ярлу Хладира. На данный момент он являлся единственным, кому всецело доверял правитель, поэтому столь серьезную миссию тот возложил на него.

Несомненно, сложившаяся ситуация удручала Харадьда, ведь кто-то бросал тень на его репутацию, вбивая клин между странами. Сейчас ему меньше всего нужны были распри с Ирландией, особенно учитывая собственное положение: хватало тех, кто выступал против его правления, как за пределами объединенных земель, так и среди его подданных.

***

— Гонец конунга принес весточку ярлу, — изрек Уль, приводя прибывшего путника к наместнику, располагавшемуся за ужином у костра.

Посыльный вручил письмо и тут же поскакал назад.

«Возникло срочное дело, по сему прошу тебя незамедлительно вернуться в Вестфольд для сопровождения важных гостей из Ирландии».

Ознакомившись с содержимым, изложенным на бумаге, Хакон нахмурился.

— Бъерн, Магнус, Уль и Хвитсерк, собирайтесь. Сейчас же отчаливаем в Вестфольд.

— Что-то случилось, отец? — поинтересовался сын.

— По дороге расскажу. Едем к конунгу, — дал исчерпывающий ответ мужчина.

Парни насторожились. В душу закрались подозрения о причине, сподвигшей Харальда вызвать только побывавшего у него ярла.

— Отец, куда мы скачем? Мне кажется, так будет дольше. Это не та дорога, — недоумевал Бъерн.

— Сейчас поймешь. Заедем в Согн, — сообщил Хакон.

Уже совсем стемнело, поэтому норманны решили сделать привал, и собравшись у костра, с нетерпением ждали объяснений.

— Конунг упомянул о гостях их Ирландии, которых мне придется сопровождать. Это все, что я знаю. Но, как я понял, дело безотлагательное, следовательно серьезное. Полагаю, все выяснится по приезду. Ах, да, есть то, о чем Уль и Хвитсерк не в курсе. Оставшись дежурить в Согне, Бъерн и Магнус обнаружили повозку с мехами, переправляемую ирландцами. На них напал Риан с несколькими прихвостнями Атли. До этого конунг упоминал о возникшей проблеме: кто-то ворует ирландские меха на наших землях.

— Вот дела! — шокировано произнес Хвитсерк, — теперь еще и тень подозрений ляжет на нас, так как земля принадлежит нам.

— Твоя правда. Хотя мы ее только получили, соответственно, вряд ли нас сюда можно приплести. Чертов ублюдок Атли и его проделки! Может, он нарочно это сделал, чтобы нам насолить? — выругался разъяренный Уль.

— Меха начали пропадать еще до того, как мы отвоевали Согн, — вмешался Магнус, — только вот причастность Атли не сулит ничего хорошего. Конечно, он полное ничтожество, но прохвост еще тот нечистый на руку. Сомневаюсь, что с ним все так просто, и вывести его на чистую воду окажется тяжело. Он ведь не совсем дурак, чтобы вновь сюда сунуться.

— А то. Уверен, у него есть шпионы в замке конунга. Наверняка, он уже знает о прибытии ирландцев и принял меры. Не станет же он лезть на рожон, верно? — поддержал товарища блондин.

— Вы правы, он достаточно умен, чтобы затаиться. Нам необходимо доказать его причастность. Поэтому странствуем через Согн, нужно кое-что забрать, — сообщил Хакон, — а сейчас давайте поспим.

Рано утром пробудившись ото сна, путники перекусили заблаговременно приготовленным хлебом с сыром и ветчиной, а затем отправились в путь.

— Что это? — изумленно спросил Хвитсерк.

— Меха, переправляемые ирландцами. На повозку напали, а люди Атли погибли во время сражения с Магнусом и Бъерном.

Слова ярла Хладира вызвали недоумение на лице вопрошающего.

— То есть, мы собираемся взять их с собой? — уточнил Уль.

— Да. Как подтверждение нашей непричастности. К тому же сжигать их жалко, а оставлять тут нельзя, иначе потом все укажет на нас, — поделился наблюдениями Хакон.

— Конунгу ведь нужны доказательства, — скептически подметил Бъерн.

— Даже если не удастся открыто обвинить Атли, будет хотя бы на чеку. Тем более сейчас на наших землях появились чужаки, поэтому оставлять меха в пещере нельзя однозначно, — устало изрек мужчина.

Несомненно, происходящее ничуть не радовало ярла, а прибытие незваных гостей не предвещало ничего хорошего, однако он старался сохранять спокойствие. Он считал конунга человеком умным и рассудительным, поэтому надеялся докопаться до истины совместными усилиями.

Забрав повозку с утраченным добром и накрыв тканью для отведения глаз, путники отправились в дорогу, невзирая на ночь, ведь не хотели терять времени. К тому же Харальд упомянул о срочности поручения.

Около суток ушло, чтобы доскакать до Вестфольда, где их уже ожидал правитель.

— Я сейчас же сообщу о вас конунгу, — проговорил один из стражей замка.

Немного погодя прибывших норманнов провели на аудиенцию к владыке данных земель.

Войдя в тронный зал, викинги, кроме Уля и Хвитсерка, оставшихся за его пределами, поприветствовали правителя, и тот первым делом намеревался поставить их в известность о текущей ситуации.

— Мои верные друзья, я позвал вас сюда, поскольку вынудили непредвиденные обстоятельства. Пока мы ждем гостей, которых вам предстоит сопровождать, я поясню, в чем дело. Несколько дней назад меня посетил посол Ирландии со свитой с целью выяснить все о пропаже мехов. Я хочу, чтобы вы сопровождали их и содействовали по мере возможности. Нужно позаботиться об их безопасности, к тому же, таким образом, у нас появится шанс проследить за ходом расследования, — поведал он.

— Насчет мехов... — замялся Бъерн.

— Да? Твой отец упоминал, что вы остались в Согне, — изрек Харальд.

— На самом деле притаившись, мы заметили повозку, но внезапно на нее напали. Приблизившись, мы узнали в нападавших Риана, человека Атли. С ним еще было двое. Мы с Магнусом вступили в схватку, и в результате все они погибли. Я пытался взять одного из них в плен, но не вышло. Они боятся выступить простив Атли из-за страха за семью. Он всегда славился безжалостностью. По итогу доказательств у нас нет, лишь слова. Однако мы доставили сюда меха. Возможно, вы найдете им применение, — рассказал о случившемся тогда парень.

— Вот как. Об Атли ходит множество нелицеприятных слухов. Однако его нынешние действия ставят под угрозу слово, данное мной Ирландии. Я такого уж точно не потерплю! Что ж, тогда пусть меха остаются у меня до поры до времени, — с ледяными нотками в тоне проговорил конунг.

В действительности он уже приписывал ярлу Гаулара какие-то темные делишки, особенно после соответствующей находки на землях Согна. Но развернувшиеся сейчас события указывали на то, что мужчина недооценил одного из приближенных.

Конечно, мелкое воровство он бы смог простить и закрыть на это глаза, не окажись владельцами вещей люди, союз с которыми имел огромный вес. К тому же закрадывались сомнения в мотивах казавшегося столь недальновидным со стороны поступком.

«Стал бы Атли промышлять грабежами? Наверняка, он понимал, что все раскроется. Либо его люди своевольничают, либо есть другая причина», —погрузился в думы Харальд.

— Конунг, посол прибыл.

— Милости прошу, достопочтенные гости. Господа, познакомьтесь, это посол Ирландии, Криспин Никлсон, — представил правитель мужчину, вошедшего в сопровождении Астрид, Николаса и Торина, — а это мой верный друг - ярл Хладира, Хакон. Он позаботится о вас во время вашего пребывания в Норвегии.

— Что ж, полагаю, цель моего визита вам известна: мы ищем того, кто ворует наши меха. Уже две повозки не достигли места назначения, — ровным голосом произнес посол, однако нотки недовольства скрыть не удалось.

— Уверяю вас, мы уже взялись за это дело. Нам нужно еще немного времени и... — заверил наместник Хладира, однако его перебил Криспин и резко выпалил:

— Времени у нас нет. Зима на дворе, нам нужны меха уже сейчас, — а затем, смягчившись, добавил: — рассчитываю на вашу помощь, ярл Хакон.

— Разумеется. Положитесь на меня. Мы очень ценим мир, воцарившийся между нашими странами.

Осознав всю сложность сложившейся ситуации и заметив некую враждебность со стороны ирландцев, отец Бъерна глубоко вдохнул, а затем предложил:

— Давайте поужинаем в таверне поблизости. У них отличный эль и превосходное мясо!

Стоило получить согласие, викинги вместе с новыми знакомыми отправились в упомянутое место, оседлав лошадей. Только посол ехал в повозке.

Путь до таверны оказался довольно близким.

Небольшое с виду заведение, выполненное из дерева, на удивление внутри благоухало чистотой и порядком, насчитывая восемь столиков. В воздухе витал запах жаренного поросенка и имбирного эля, льющегося рекой под крик толпы.

— Здравствуй, Торвальд! — обнял приятеля вошедший ярр с улыбкой.

— Дружище Хакон! Рад приветствовать тебя! О, ты не один? Судя по одеяниям, они богаты и не из наших краев, — подметил товарищ, глядя на чужестранцев, пересекших порог его таверны.

— Да. Они прибыли из Ирландии. Почетные гости.

— Эй, красотка, иди сюда! — крикнул один из изрядно выпивших посетителей, хватая за руку Астрид, миновавшую его столик и направляющуюся к соседнему.

Ошарашенная голубоглазая девушка, совсем не ожидавшая подобного выпада, порывалась раскроить зарвавшемуся наглецу череп, но не успела.

Шедший позади Бъерн смахнул чужую ладонь и, одарив пьянчугу пронзительным взором, выпалил:

— Сигурд, выпил, веди себя достойно. Негоже так приставать к дамам. К тому же видно, что она не жаждет твоего общества.

Стоило поднять глаза и узнать во вмешавшемся парне Бъерна, смелость тотчас испарилась, поэтому он немедленно отпустил ирландку.

Сын Хакона по праву считался великолепным воином, что отбивало всякое желание бросать ему вызов.

— Я бы и сама справилась, — холодно изрекла Астрид.

— Могла бы и спасибо сказать, — недовольно проворчал себе под нос Магнус, за что получил локтем в бок от друга.

— Не сомневаюсь. Однако конунг велел заботиться о вас. Не мог же я допустить драки в первый день нашего знакомства, — с улыбкой проговорил блондин.

Викинги заняли один столик, ирландцы — другой, слегка поодаль от них, так как не было рядом свободного.

— Не нравятся мне эти христиане, — стенал Магнус.

— Тебе вообще никакие христиане не нравятся, — со смешком подметил товарищ, — лучше выпей эля.

— Разве я об этом? Слишком они высокомерные. Только погляди, как нос задирают, — не унимался он.

— Девушка на вид милашка, — поделился наблюдениями Уль.

— Ага, как же. А взглядом готова убить. Осторожно, иначе так и умрешь целомудренным, — дразнил приятеля Хвитсерк.

— Да ну тебя! Вечно ты надо мной шутишь. Она и правда красивая.

— Все же рекомендую тебе поискать кого-то другого, — предупредил Хакон, — она дочь посла. Нам ни к чему лишние проблемы.

— Вот оно что, теперь понятно.

— А этот смазливый мальчишка кто? — порывался унять любопытство брюнет, — тот, что сидит напротив посла в обтягивающих черных штанах. Он хоть что здесь забыл? Неужели девиц в родных краях ему мало, так сюда пришел развлекаться? — с сарказмом произнес он, заметив, как одна из девушек воркует с Торином.

— Торин - сын Николаса, вождя клана О'Дауд, расположившегося по правую сторону от посла, — предупреждаю: ни с кем не встревать в перепалку, ясно? Они почетные гости! — заявил ярд Хладира, окинув каждого из викингов ледяным уничижительным взором, говорившим «только нарушьте приказ, не сносить вам головы!»

***

— Отец, что ты думаешь обо всем этом? — поинтересовалась Астрид.

— Нас радужно встретили и даже дали провожатых, что облегчить поиски, поскольку мы не местные и ничего здесь не знаем. К тому же это гарантирует нашу безопасность, так как неизвестно, что случилось с мехами, а наши люди не вернулись. Все мы понимает, что с ними произошло. Однако есть у меня предчувствие, что нам чего-то недоговаривают. В любом случае ненужно терять бдительности.

— Ярл Хакон считается порядочным и серьезным человеком. Неспроста конунг выбрал именно его, — подметил Криспин, — легенды ходят о его величии и храбрости.

— Ну же, иди сюда, красотка, — пролепетал Торин, усаживая на колени девушку, принесшую им пиво.

— Хватит! Только здесь не устраивай сцен. Это тебе не публичный дом, — взревел разгневанный Николас, смерив сына убийственным взглядом.

— Скукота смертная. Ладно, скоро вернусь, — изрек парень.

— Торин!

— Мне нужно по нужде, — развел руками юноша.

Посетив отхожее место, Торин шел назад, как вдруг наткнувшись на Магнуса, врезался в него. Теряя равновесие, чужестранец схватился за чужое широкое плечо.

— Прости, я, наверное, перебрал, — извинился ирландец и, подняв глаза, разглядел вражду в очах уже знакомого викинга, превышающего его в росте где-то на полголовы. При более близком рассмотрении он обратил внимание на телосложение норманна, оказавшегося значительно крупнее него самого. По сравнению с ним, молодой человек выглядел совсем хрупким.

— Видимо, ты приехал сюда только пить и девок завлекать, — с издевкой выпалил брюнет, — судя по твоей смазливой мордашке, так и есть. На большее ты не годен. Не приведи Один оказаться тебе в бою, наверняка отправишься к праотцам. Стоило сидеть дома и не высовываться, — вспылил он.

«Треклятый варвар!

— Тебе что девушки отказывают? Могу дать пару уроков, — считая собственную шутку остроумной, Торин гордился собой.

— О, желающих согреть мне постель хоть отбавляй, — загадочно произнес Магнус, убирая чужую руку со своего плеча и окидывая ирландца странным взглядом, от которого тому стало немного не по себе.

«Я не намерен терпеть этих чертовых христиан на своей земле! Катились бы себе в Ирландию. Пришли к нам, обвиняют в чем-то, а сами только развлекаться горазды. Чувствую, хлебнем мы с ними еще проблем».

Однако он не дал волю эмоциям, оставляя негодование при себе, поскольку опасался, как это скажется на взаимоотношениях их государств.