35

Чонгук

Время в разлуке далось мне с большим трудом. Сколько раз я едва не срывался, плюнув на свое решение дать Лисе время, чтобы она успокоилась?

Миллион? Два миллиона?! Или больше…

Не сосчитать!

Как тяжело сидеть здесь, в кресле, и не видеть ее, лишь слышать, оттягивая момент встречи.

Я же сорвусь. Ничто меня не остановит. Надо остыть. Но получится ли?!

Офис – не самое лучшее место. Не хочу, чтобы Лиса думала обо мне дурно, когда я полезу ей под юбку.

Не желаю, чтобы она привязывала это к отношениям в стиле босс-подчиненная. Все глубже и фатальнее, чем просто желание перепихнуться.

Если бы дело было лишь в сексе, я бы себя в прошлый раз тормозить не стал, довел план до конца, насладился сочным телом красавицы, заставив ее стонать.

Отвлекаюсь от порочных желаний на входящее сообщение.

Еще одно уведомление о пропущенном звонке…

От Соён!

Скриплю зубами. Она успокоилась ненадолго!

Бывшая снова пытается дозвониться. С завидным упрямством. Разве я не дал ясно понять ей, что все давно кончено?!

Кажется, отец Соён заверил меня, что она больше не доставит мне хлопот. Однако она снова пытается вынести мне мозг.

Я перезваниваю ей сам. Полный решимости поставить все точки над i.

— Послушай, чего ты добиваешься? Я вышвырну всю твою семью… — говорю тихим, злым голосом.

— Гук, я беременна, — выдыхает в ответ Соён непривычно смиренным голосом. — Ребенок твой.

— Что-что?!

— Я третий день пытаюсь до тебя дозвониться, чтобы сообщить эту новость. Рада, что удалось пробиться через стену твоего недоверия.

— У меня были причины не доверять тебе.

— Да-да, я не устану просить прощения за эту ошибку. Но послушай меня, Гук. Последний раз я спала с тобой. Когда ты застукал меня в отеле, до финала не дошло. Возможность беременности от другого исключена. Я беременна от тебя.

Я щас расплачусь.

— То есть ты беременна, Соён! — невольно повышаю голос.

— Да, Гук! — всхлипывает. — Я беременна. Я была в больнице, моя беременность подтвердилась. Совсем скоро можно будет узнать пол ребенка.

Едва ли не давлюсь от удивления воздухом, который вдохнул.

Призываю себя говорить тише. Не хватало мне еще, чтобы Лиса услышала и сделала неверные выводы.

— Какой у тебя срок, малышка?

— Одиннадцать недель!

— Одиннадцать недель? Хм… Приличный срок, Соён. Почему ты говоришь мне об этом только сейчас? Почему не сказала при расставании…

— Я сама узнала о беременности совсем недавно.

— Хм…

— У меня всегда был нерегулярный цикл, из-за стресса все окончательно нарушилось, потому я не заметила беременность!

— Нерегулярный цикл. Надеюсь, с ребенком все в порядке.

— Мне выписали витамины и некоторые препараты, но в целом, все в порядке, — Соён задерживает дыхание. — Ты рад, Гук?

— Рад ли я? Безумно рад. Ты же знаешь, я всегда хотел иметь семью.

— Гук, я тебя люблю! Прости меня за глупую ошибку. Последний раз незащищенный секс у меня был только с тобой. Я так хочу этого малыша, ты даже не представляешь. Я верю, что малыш может объединить нас…

Соён лопочет что-то еще.

Я держусь из последних сил, но потом начинаю смеяться. Так сильно, что даже живот колет от громкого смеха.

— Гук?! — оторопело спрашивает Соён. — С тобой все в порядке?!

— Рад ли я? Безумно рад! Наверное, именно такую реакцию ты хотела услышать. Вот и услышала. Но это было не по-настоящему, Соён. Я просто дал тебе услышать то, что ты хотела. Но я тебе не верю. Ни единому твоему слову не верю. Так-то!

— Гук, я…

— Не пытайся сделать из меня придурка и сыграть на моих желаниях иметь семью и детей. Не смей! Я прекрасно умею считать и помню наш последний секс. Это было очень и очень давно, Соён. Если бы это был мой ребенок, беременность была бы гораздо больше, чем одиннадцать недель.

— Знаешь, это примерные сроки. Там может быть и двенадцать-тринадцать недель, — лопочет Соён.

— Может, тогда уже шестнадцать, а? Или ты просто путаешь. Запуталась в своих любовных связях.

— Гук, это может быть твой ребенок.

— Оу… Теперь этот ребенок может оказаться моим. Уже не так уверена, а? Может, подумаешь еще немного? Вспомнишь того, кто наградил тебя беременностью?

— Но Гук…

— Мы расстались давно. Еще три недели до этого у нас с тобой не было секса. Из-за твоих месячных, из-за моих деловых поездок. Я не кретин и умею считать! Этот ребенок не может быть моим. Но если ты настаиваешь, то давай проведем генетическую экспертизу на определение отцовства.

— Что? Ты мне настолько не доверяешь?

— Еще будешь настаивать на том, что я – отец твоего ребенка?

— Гук, давай все обсудим.

— Я буду разговаривать с тобой только на языке голых фактов и доказательств. Меня убедит лишь генетическая экспертиза. Иного не дано. А теперь подумай хорошенько еще раз: ты уверена, что этот ребенок – мой? Потому что если окажется, что он не мой, но ты хотела меня обмануть, я тебя уничтожу.

— Я… Я не стану перед тобой унижаться. Это унизительно. Ты бездушная машина, а не человек. Я жалею, что спала с тобой. Жалею, что дарила тебе любовь и часы блаженства. Ты просто… просто меня не достоин! — выкрикивает Соён. — Желаю тебе умереть одиноким!

В трубке телефона слышатся короткие гудки.

Интересно, неужели Соён действительно считала, что у нее удастся развести меня? Или действовала по принципу: попытка не пытка?

Черт ее знает!

Отчего-то настроение у меня улучшилось. От разговора с Соён я плавно переключился на мысли о Лисе.

Красивая, манящая, дерзкая! Она снова мне не покорилась, но я всем нутром чувствую, что она готова сдаться! Нужно лишь немного надавить или предложить что-то такое, от чего она не сможет отказаться.

Почему она так упорно сопротивляется? Ясно же, что она меня хочет.

Может быть, я делаю что-то не так?!

Секунда на раздумья.

Хлопаю себя по лбу!

Вот болван.

Теперь я понял, в чем моя ошибка. Я просто вел себя, как высокомерный кретин. Может, надо дать Лисе понять, что я не чураюсь ее происхождения и социального положения в обществе?

Ну, устроим что-то вроде тех посиделок на даче, приглашу всех знакомых Лисы. Даже Тэёна потерпеть можно.

Опять придется начинать с нуля, подкрадываться к Лисе осторожно!

Кажется, я еще ни разу столько усилий ради покорения одной единственной девушки не прилагал.

Насвистывая себе под нос, выхожу из кабинета.

— Лиса, как насчет…

В приемной никого. Компьютер выключен, кресло Лисы пустует, остывшее – я ладонью проверил. Значит, давно ушла.

Черт…

Ну ничего, завтра придет. Тогда и поговорим.

И лишь через миг, развернувшись лихо, замечаю, как от воздуха кондиционера сдуло на пол листок бумаги.

Поднимаю его. На обороте что-то напечатано.

Первая строка. Вторая. Третья…

— ЧТО?!

Мой громкий возмущенный ор потрясает воздух приемной.

Уйти собралась. Уволиться…

— Не бывать этому! Черта с два ты от меня уйдешь!