5

***

Вот, как обстоят дела.

***

Чимин стоит у стены, с членом Юнги глубоко внутри себя, в одном из туалетов отеля, где проходит торжество, руки старшего крепко держат его за задницу. И уже только одна эта задница является шедевром. Но то, как Чимин пытается приглушить свои стоны, кусая свой кулак, и как он извивается под старшим, всё это просто заставляет Юнги сходить с ума.

- Боже, ты такой тугой, - ворчит Юнги, с трудом толкаясь в него, так что ноги Чимина начинают от этого дрожать. - Ты такой великолепный.

Чимин хныкает, сжимаясь вокруг него, и толкается задом навстречу члену Юнги.

- Тебе нравится это?

- Да-а, - Чимин выдыхает, держась рукой за стену.

Юнги захватывает младшего сзади за шею и сжимает её, Чимин хнычет, и его бёдра дёргаются.

- Какой же ты на самом деле, мм? - невнятно бормочет в задумчивости Юнги. - Что я должен сделать, чтобы удержать тебя, мм?

- Ну, ты... о, Боже, точно... ты мог бы заплатить за моё обучение в колледже?

Юнги понимает, что Чимин шутит, он чувствует это по тону его голоса, но, всё же, он прекращает двигаться. Чимин хнычет и пытается трахнуть себя членом Юнги.

- Это всё, что тебе нужно?

Чимин тоже останавливается. Он поворачивает голову, чтобы посмотреть на Юнги из-за своего плеча.

- Подожди... ты серьёзно? - спрашивает парень. - Мне нужно знать, на самом ли деле ты говоришь это серьёзно.

Юнги задумывается на секунду.

- Ты хочешь, чтобы я был серьёзным?

Чимин моргает.

- Ты знаешь, кем ты станешь после этого, да?

- Нет, не знаю.

- Моим чёртовым сахарным папочкой.

- Сахарные папочки платят за обучение?

- Сахарные папочки делают это и многое другое.

Юнги хмыкает.

- Например?

- Я... - Чимин облизывает свои губы. - Например... я не знаю, покупают всякое дерьмо для своих сахарных деток? Драгоценности и вещи, я не знаю, я не очень разбираюсь в этом, ты можешь продолжить трахать меня?

- Я куплю тебе всё это дерьмо, если ты захочешь, - говорит Юнги. - Я куплю тебе всё, что ты хочешь.

Ему кажется, что Чимин смотрит на него очень долго, но на самом деле проходит всего лишь несколько секунд, прежде чем на его лице снова появляется ухмылка.

- Тогда, я так понимаю, что моё обучение оплачено, папочка.

Юнги морщится.

- Хорошо, если ты назовёшь меня папочкой ещё раз, и ты можешь распрощаться со своим оплаченным обучением.

- Как ты хочешь, чтобы я называл тебя?

Юнги прищёлкивает языком.

- Хён.

Чимин вжимается задницей в бёдра Юнги.

- Трахни меня, хён.

***

Вот, как обстоят дела.

***

Юнги хочет ребёнка, которого он видит первый раз в своей жизни, так сильно, что он готов сделать всё, что угодно, лишь бы удержать его рядом с собой немного дольше.

Если бы он только знал, как быстро и сильно он влюбится в него, Юнги, вероятно, никогда бы не заговорил с ним.

***

В настоящее время Чимин сидит на кровати, окружённый целой кучей трусиков, и красит свои ногти в ярко-синий цвет. Юнги лежит рядом с ним, чувствуя себя ленивым и ужасно расслабленным, глядя на Чимина.

- У меня был сегодня действительно хороший день, - внезапно говорит Чимин и широко улыбается.

- Держу пари, что это правда, учитывая всё то дерьмо, которое я купил тебе.

Чимин дуется и смотрит на него.

- Не из-за этого. Ну, из-за этого тоже, но, главным образом, потому... я не знаю. Я весело провёл время. И ты был в очень хорошем настроении, а ты такой забавный, когда в хорошем настроении.

- О, значит, я не забавный, когда ворчу?

- Вообще‑то нет, не забавный, - говорит Чимин, усмехаясь, и любуется своими ногтями, нанося лак на ноготь мизинца. Он поднимает руку и осматривает свою законченную работу. Удовлетворённо хмыкая, парень начинает дуть на свои ногти.

Юнги переводит взгляд на трусики, на них всё ещё есть ценники, он берёт одни так, что они свисают с его пальца. Это... ну, это даже не похоже на предмет одежды. Это просто полоски чёрной материи, сшитые вместе, кажется, что они абсолютно ничего не могут прикрыть.

- Это даже не похоже на трусики, Лепесток.

Чимин смотрит на нижнее бельё и улыбается.

- Поверь мне, как только я надену их, они станут похожи на трусики, - он забирает их у Юнги. - Они очень тугие.

Юнги чувствует, как уголки его губ приподнимаются.

- Правда?

Чимин хмыкает.

- Они врежутся мне в задницу.

Юнги хватает его за грудь.

- О, малыш, ты знаешь меня так хорошо.

Чимин игриво хлопает его по руке и морщит свой нос, сверкая глазами.

- Ты такой грубый и неотёсанный.

Юнги качает головой.

- Да, ладно. Что ты хочешь поесть?

- Пиццу! Нет, подожди, - Чимин сжимает свои губы. - Цыплёнка.

- Значит, цыплёнок. Я закажу доставку, как обычно.

- Хорошо. Но перед этим... - Чимин перекатывается на живот и встаёт на колени, подбираясь поближе к Юнги. - Я хочу попросить тебя об одолжении.

Юнги кивает.

- Что ты хочешь?

- Твои ногти.

- Что?

- Хочу накрасить тебе ногти.

- Нет.

- Пожалуйста.

- Нет, Чимин.

- Ну пожалуйста?

- Просто потому, что ты добавляешь «ну», не означает, что я позволю тебе красить мои ногти.

- Но я очень прошу, поэтому...

- Это не означает... - Юнги вздыхает. - Нет, Чимин, ты не будешь красить мои ногти.

И тогда Чимин, маленький и нахальный говнюк, пользуется своим самым безотказным средством. Уголки его губ опускаются, брови хмурятся, и он смотрит на Юнги своим Особенным Взглядом.

- Не дуйся.

Особенный Взгляд становится тяжелее.

- Лепесток, чёрт возьми, прекращай дуться. Я серьёзно, если ты не бросишь это дерьмо, я... твою мать! Отлично! Один ноготь!

Чимин кусает свою нижнюю губу, и Юнги понимает, что он проиграл.

- Все ногти, - признаёт он, терпя поражение. Чимин взволнованно визжит и уже вскакивает с кровати.

- Я собираюсь сделать тебе матовые чёрные ногти! Ты влюбишься в них!

Я люблю тебя, думает Юнги, когда Чимин убегает в свою комнату, чтобы взять лак для ногтей, я просто люблю тебя.

903