Глава 22

Особо звонить было некому. Патриция Бидж, мать Синтии, являлась единственной сестрой Тесс. Разумеется, их родители давно умерли. Тесс хотя и была короткое время замужем, детьми не обзавелась, а разыскивать ее бывшего мужа не имело смысла. Он наверняка бы на похороны не приехал, да и Тесс не захотела бы, чтобы этот сукин сын стоял у ее гроба. Тесс не сохранила дружеских отношений с работниками департамента транспорта, где работала перед уходом на пенсию. По ее собственным словам, особых друзей у нее там не было. Им не слишком нравились ее либеральные настроения. Она являлась членом клуба игроков в бридж, но Синтия понятия не имела, кто еще там состоял, так что звонить было некому. Так вышло, что созывать народ на похороны нам не пришлось. История о смерти Тесс попала в газеты. Печатались интервью с ее соседями, причем никто из них, кстати, не заметил ничего необычного в часы, предшествовавшие убийству. - Всех это ужасно поразило, - сказал один перед камерой. - Таких вещей у нас в округе не случалось, - заметил второй. - Теперь мы будем тщательнее закрывать двери и окна на ночь, - произнес кто-то еще. Возможно, если бы Тесс зарезал бывший муж или брошенный любовник, соседи вели бы себя свободнее. Но полиция призналась, что понятия не имеет, кто это сделал, и не представляет себе мотива. И у нее нет подозреваемых. Не обнаружено признаков взлома. Никаких следов борьбы; только кухонный стол слегка сдвинут в сторону и один стул перевернут. Создавалось впечатление, что убийца Тесс действовал быстро. Тесс сопротивлялась одно мгновение, достаточное, чтобы сдвинуть стол и опрокинуть стул. Но тут нож вошел в тело, и она умерла. Полиция сообщила, что тело пролежало на полу около суток. Я вспомнил, чем мы занимались все то время, пока Тесс лежала мертвой в луже собственной крови. Мы готовились ко сну, спали, просыпались, чистили зубы, слушали утренние новости по радио, шли на работу, обедали - прожили целый день своей жизни, который у Тесс уже отняли. Думать об этом было невыносимо. Когда я заставил себя переключиться, мозг занялся не менее тревожными темами. Кто мог это сделать? Зачем? Стала ли Тесс жертвой случайного нападения или ее смерть имеет какое-то отношение к Синтии и угрозе в письме, написанном много лет назад? Куда пропал Дентон Эбаньол? Пришпилила ли Тесс его визитку на доску, как мне сказала, или нет? Или, решив, что ни с какой информацией звонить ему не придется, сняла визитку и выбросила в мусор? На следующее утро я нашел карточку, которую детектив оставил нам, и позвонил ему на мобильный. Провайдер немедленно прервал звонок, предложил оставить послание и сообщил, что телефон отключен. Я попробовал позвонить домой. Ответил женский голос. - Нельзя ли позвать мистера Эбаньола, пожалуйста? - Кто говорит? - Это миссис Эбаньол? - Назовитесь, пожалуйста. - Это Терри Арчер. - Мистер Арчер! - встревоженно воскликнула она. - Я только что собиралась вам позвонить! - Миссис Эбаньол, мне в самом деле необходимо поговорить с вашим мужем. Возможно, полиция уже вам звонила. Я назвал им имя вашего мужа вчера вечером и... - Он вам звонил? - Простите? - Дентон вам звонил? Вы не знаете, где он? - Нет, не знаю. - Это совсем на него не похоже. Иногда ему приходилось работать ночами, вести наблюдение, но он всегда меня предупреждал. Меня охватило дурное предчувствие. - Он вчера заезжал к нам. Во второй половине дня. Сообщал нам последние новости. - Я знаю, - сказала она. - Я звонила ему сразу же после того, как он уехал от вас. Он сообщил, что ему позвонили и оставили послание. Обещал перезвонить. Я вспомнил, как зазвонил телефон детектива, когда он сидел в нашей гостиной, и решил, что звонит его жена, чтобы рассказать о готовящемся ужине, как он взглянул на дисплей, удивился и перевел звонок в режим голосовой связи. - Они перезвонили? - Не знаю. Больше я с ним не разговаривала. - А полиция к вам обращалась? - Да. У меня едва сердечный приступ не случился, когда они пришли сегодня утром. Но их интересовала женщина, которую убили в собственном доме около Дерби. - Тетя моей жены, - пояснил я. - Мы поехали ее навестить и нашли убитой. - Бог мой, - произнесла миссис Эбаньол. - Мне очень жаль. Я должен был еще кое-что ей сказать, хотя в последнее время у меня появилась привычка скрывать информацию от людей из опасения их растревожить. Но похоже, такая метода себя не оправдывала. Поэтому я проговорил: - Миссис Эбаньол, не хочу вас пугать и убежден, что у вашего мужа есть вполне оправданная причина не звонить, но, мне думается, вам все же стоит обратиться в полицию. - Ох, - выдохнула она. - Мне кажется, вам следует сказать им, что ваш муж пропал. Хотя и прошло еще совсем немного времени. - Понятно, - ответила миссис Эбаньол. - Я обязательно позвоню. - И можете связаться со мной, если что-то случится. Позвольте оставить вам номер моего домашнего телефона, если у вас его нет, а также номер мобильного. Она не попросила минуту, чтобы найти ручку и листок бумаги. Я догадался, что, будучи женой детектива, миссис Эбаньол всегда держала их рядом с телефоном. В кухню вошла Синтия. Она собиралась отправиться в похоронную контору. Тесс - да благословит ее Господь - все продумала заранее, чтобы максимально облегчить задачу для своих близких. В течение нескольких лет она периодически вносила небольшие суммы в счет оплаты будущих похорон. Свой прах она завещала развеять над Лонг-Айленд-саунд. - Син, - позвал я. Она не отозвалась. Не хотела со мной разговаривать. Не важно, считал я ее отношение рациональным или нет, но она полагала, что я виновен, по крайней мере частично, в смерти Тесс. Я и сам порой прикидывал, не пошли бы события другим путем, расскажи я Синтии все, что знал. Была бы Тесс дома, когда пришел убийца, если бы Синтии стало известно, каким образом тетя смогла дать ей образование? Или они обе находились бы совсем в другом месте, возможно, старались бы помочь Эбаньолу с расследованием? Откуда мне знать? И с этим незнанием теперь предстояло жить. Разумеется, мы оба не ходили на работу. Она отпросилась из магазина на неопределенное время, а я позвонил в школу, сказал, что меня несколько дней не будет и им лучше найти мне временную замену, подыскать учителя, у которого есть свободное время в расписании. Кто бы это ни оказался, я пожелаю ему удачи с моими бандитами. - Я больше никогда не буду ничего от тебя утаивать, - произнес я. - Случилось еще кое-что, о чем тебе следует знать. Синтия остановилась в дверях, но не повернулась ко мне. - Я только что говорил с женой Дентона Эбаньола. Он пропал. Она слегка склонилась набок, как будто из нее выпустили воздух, и умудрилась спросить: - Что она говорит? Я рассказал. Она постояла еще некоторое время, придерживаясь за стену, чтобы не упасть, потом проговорила: - Мне пора идти в похоронную контору, там нужно принять последние решения. - Конечно, - согласился я. - Хочешь, я поеду с тобой? - Нет, - отказалась она и ушла.