Глава 13

Я осторожно положил Грейс на диван в гостиной, подложил ей под голову подушку и пошел на кухню. Синтия смотрела на шляпу, как на дохлую крысу, отдалившись от стола, насколько позволяла кухня, прижавшись спиной к стене и не сводя с нее взгляда. Лично меня пугала не сама шляпа. Я с ужасом думал о том, как она сюда попала. - Посмотри за Грейс, - сказал я. - Будь осторожен, - предупредила Синтия. Я поднялся наверх и зажег везде свет. Проверил ванную комнату, заглянул в комнаты, пошарил в стенных шкафах и под кроватями. Все выглядело как обычно. Я спустился вниз и открыл дверь в наш недоделанный подвал. На последней ступеньке помахал перед собой рукой, поймал бечевку и дернул. Загорелась голая лампочка. - Что там? - крикнула Синтия сверху. Я видел стиральную машину и сушку, верстак, заваленный всяким хламом, полупустые банки с краской, сложенную раскладушку. Больше ничего. Я поднялся наверх и сообщил: - В доме пусто. Синтия все еще таращилась на шляпу. - Он был здесь, - сказала она. - Кто именно? - Мой отец. Он был здесь. - Синтия, кто-то здесь был и оставил на столе шляпу, но почему именно твой отец? - Это его шляпа, - произнесла она куда более спокойно, чем я ожидал. Я подошел к столу и протянул руку, чтобы взять ее. - Не трогай! - крикнула она. - Она меня не укусит, - возразил я и поднял шляпу двумя пальцами. Затем взял ее обеими руками. Перевернул и заглянул внутрь. Шляпа, несомненно, была старой. Поля слегка обтрепались, подкладка за много лет потемнела от пота, ворс местами вытерся. - Это просто шляпа, - сказал я. - Загляни внутрь, - попросила она. - Много лет назад отец потерял пару шляп, люди по ошибке брали их в ресторанах, однажды он сам надел чужую шляпу, поэтому купил себе новую и написал букву «К» на ленте внутри. В смысле, Клейтон. Я провел пальцем по внутренней стороне ленты и отогнул ее. Буква была справа и сзади. Я повернул шляпу, чтобы Синтия могла увидеть. Она глубоко вдохнула. - Милостивый Боже. - Нерешительно шагнула ко мне и протянула руку. Я дал ей шляпу, и она взяла ее, будто реликвию из гробницы Тутанхамона. Почтительно подержала, затем медленно поднесла к лицу. На мгновение мне показалось, что она ее наденет, но Синтия просто ее понюхала. - Это он. Я не собирался спорить. Знал, что ощущение запаха быстрее всего вызывает воспоминания. Я помню, как уже взрослым вернулся в дом, где провел раннее детство, тот самый дом, откуда родители переехали, когда мне было четыре года, и попросил разрешения у хозяев пройтись по комнатам. Они не стали возражать, и хотя планировка дома, скрипучая четвертая ступенька на лестнице и вид во двор из окна были мне знакомы, только сунув нос в свое потайное местечко и почувствовав запах кедра, смешанный с сыростью, я почувствовал головокружение. В тот момент плотину прорвал поток воспоминаний. Поэтому я хорошо представлял себе, что ощутила Синтия, когда поднесла шляпу к лицу - запах своего отца. - Он был здесь, - сказала она. - Был здесь, на кухне, в нашем доме. Почему, Терри? Зачем он сюда пришел? Отчего так поступил? Зачем оставил эту проклятую шляпу, но не дождался, когда я вернусь? - Синтия! - Я старался говорить спокойно. - Давай предположим, что это шляпа твоего отца, и если ты это утверждаешь, я тебе верю. Но сам факт, что она оказалась здесь, не значит, будто ее оставил твой отец. - Он без нее никуда не ходил. Носил постоянно. На нем была эта шляпа в ту последнюю ночь, когда я его видела. И в доме она не осталась. Ты ведь понимаешь, что это означает, не правда ли? Я ждал. - Это означает, что он жив. - Да, верно, может быть. Но не обязательно. Синтия снова положила шляпу на стол, протянула руку к телефону, затем остановилась. Снова протянула руку и вновь остановила себя. - Полиция, - сказала она. - Они могут найти отпечатки пальцев. - На шляпе? - удивился я. - Но ты и так знаешь, что это шляпа твоего отца. Даже если они найдут его отпечатки, что тогда? - Нет, не на шляпе, на ручке двери. - Она показала на входную дверь. - Или на столе. Где-нибудь. Если они найдут здесь отпечатки, это будет значить, что он жив. Я не был в этом уверен, но согласился, что позвонить в полицию стоит. Кто-то, пусть не Клейтон Бидж, побывал в нашем доме в наше отсутствие. Это проникновение со взломом, даже если ничего не сломано? Но проникновение - точно. Я набрал 911. - Кто-то проник в наш дом, - сказал я диспетчеру. - Мы с женой очень расстроены, у нас маленькая дочь, мы очень волнуемся. Минут через десять к дому подъехала машина. Двое полицейских в форме - мужчина и женщина. Они проверили окна и двери, но не нашли следов взлома. Разумеется, во время всей этой суеты проснулась Грейс и отказалась возвращаться в постель. Даже отправив ее наверх и велев ложиться спать, мы заметили ее на верхней ступеньке лестницы, где она подсматривала через решетку, словно малолетний заключенный. - Что-нибудь украдено? - спросила женщина-полицейский. Ее напарник стоял рядом, сдвинув шляпу на затылок и почесывая голову. - Да нет, пока мы ничего не заметили, - признался я. - Я внимательно не смотрел, но непохоже. - Что-нибудь сломано? Испорчено? - Нет, ничего такого. - Вы должны снять отпечатки, - сказала Синтия. - Мэм? - удивился мужчина-полицейский. - Отпечатки пальцев. Разве вы не должны это делать, если кто-то проник в дом? - Мэм, боюсь, нет никаких следов этого проникновения. Вроде бы все в порядке. - Но эту шляпу здесь оставили. Значит, кто-то входил в дом. Мы все заперли, прежде чем уехать. - Следовательно, вы утверждаете, что кто-то проник в ваш дом, ничего не взял, ничего не сломал, и сделал это только для того, чтобы оставить на вашем кухонном столе шляпу? Синтия кивнула. Могу себе представить, как все это выглядело в глазах полицейских. - Полагаю, нам вряд ли удастся прислать кого-то, чтобы снять отпечатки, - заметила женщина. - Ведь нет никаких признаков совершенного преступления. - Это вполне могло быть шуткой, - поддержал ее напарник. - Вдруг кто-то из ваших знакомых решил над вами подшутить? «Ничего себе шутка, - подумал я. - Только взгляните на нас - животы от хохота надорвешь». - На замке нет никаких признаков взлома, - продолжал полицейский. - Может, вы кому-то давали ключ, вот он и вошел, оставил шляпу, решил, что она ваша. Проще простого. Мои глаза упали на маленький пустой крючок, где мы обычно держали запасной ключ. Тот самый, который пропал накануне. - Не могли бы вы оставить полицейского? - спросила Синтия. - Чтобы он следил за домом? На случай, если кто-нибудь попытается залезть снова? Чтобы остановить и узнать, кто это, не навредить. Я не хочу, чтобы вы вредили этому человеку, кто бы он ни был. - Син, - одернул я ее. - Мэм, боюсь, для этого нет оснований. И у нас не имеется свободных полицейских, чтобы держать их у вашего дома без всякого на то повода, - сказала женщина. - Но если у вас возникнут проблемы, не стесняйтесь, звоните нам. С этими словами они извинились и ушли. И скорее всего в машине от души над нами посмеялись. Я уже видел их отчет в журнале: «Выезжали на вызов по поводу странной шляпы». Все в участке поржут. После их ухода мы сели за кухонный стол вокруг шляпы и долго молчали. Грейс вошла на кухню, бесшумно спустившись с лестницы, показала на шляпу, ухмыльнулась и спросила: - Можно мне ее поносить? - Нет, - отрезала Синтия, хватая шляпу. - Иди спать, мышка, - сказал я, и Грейс пошлепала наверх. Синтия не выпускала шляпу из рук, пока мы не улеглись в кровать. В ту ночь, снова пялясь в потолок, я вспоминал, как Синтия забыла коробку в самый последний момент перед нашим отъездом на телевидение для этой отвратительной встречи с ясновидящей. Как ей пришлось на минуту вернуться в дом, а нам с Грейс ждать в машине. Как она опередила меня, хотя я предложил сходить сам. Она пробыла в доме слишком долго для того, чтобы просто схватить коробку. Выпила таблетку, сказала она, вернувшись в машину. «Не может быть», - подумал я, взглянув на спящую рядом Синтию. Разумеется, не может быть.