Голос тьмы

"Они питаются страхом, что живёт в каждом из нас. Чтобы победить Древних, нужно осмелиться заглянуть в свою тьму и сломать её. Но помния тот, кто смотрит в бездну, рискует остаться в ней навсегда."

Девушка нахмурилась, её голос был настороженным.

- «Что мы можем сделать?»

Харион обернулся к ней, его глаза сверкнули тьмой, которая казалась слишком глубокой, чтобы быть простой игрой света.

— «В пророчестве говорится, что Древние могут быть побеждены не силой, а жертвой. Они питаются страхом и сомнением. Чтобы их ослабить, нужно лишить их этой пищи. А затем, необходимо обратиться к самому источнику их силы и сломать его. Но источник этот не снаружи. Он внутри»

Рейнар нахмурился, его голос стал более приглушённым.

— «Внутри?»

Харион приблизился, его голос превратился в шёпот: — «Каждый из нас несёт свою тень. Чтобы победить Древних, нужно победить свою собственную. Тот, кто осмелится заглянуть вглубь своей души и встретиться лицом к лицу со своим худшим страхом, сможет ослабить их власть. Но эта встреча опасна. Многие, кто пытался, не возвращались.»

Ная устало потерла виски, её терпение было на исходе.

- «Харион, можешь говорить проще? Без этих загадок и намёков. Мы пытаемся понять, что делать, а ты только всё усложняешь,»

— «Хорошо. Говорю проще. Чтобы остановить Древних, нужно закрыть Врата Хаоса, но сделать это может только тот, чья кровь связана с ними напрямую.»

Рейнар, нахмурившись, медленно спросил: — «Ты говоришь о Нае?»

Харион рассмеялся, его глаза блестели от насмешки. — «Какой догадливый. Да, я говорю о Нае. Она — избранная. И только её кровь может закрыть врата.»

— «Кровь?» - Переспросила Ная.

- «Семя предателей, когда-то сокрушивших Древних, понесёт наказание. Тень отголоском своих предков вернётся, чтобы воссоздать хаос, и кровь её принесёт искупление. Когда кровь падёт на землю, тогда свершится карма, и тот, чья рука станет орудием разрушения, медленно утратит себя, теряя разум и цель. Лишь в тот момент, когда его жизнь станет жертвой, хаос прекратится. Он будет первым и последним, чья кровь поглотит тьму, на сойдя с ума, завершит врата, оставляя мир в покое.»

Он замолчал, давая словам время осесть.

— «Твоя кровь, Ная, — это ключ. Ты должна погибнуть, и лишь тогда всё закончится.»

- «Что за бред ты несёшь?» — Её голос звучал резко, почти агрессивно. — «Это невозможно! Мы что, ошиблись? Что если это всё - совпадение?»

— «Если бы это было совпадение, от тебя не разило тенью»

— «Какой ещё тенью?»

Харион с силой схватил Наю за запястье, притягивая её к себе, так что она едва удерживалась на ногах. Его взгляд был мрачным, как сама тьма, а голос звучалсавным презрением, будто он совсем не считал её равной.

— «Что, не нравится, когда говорят тебе правду?» — Он стиснул её запястье, заставляя девушку вскрикнуть от боли. — «Твоя душа умерла, когда тень коснулась твоего тела, и ты не можешь с этим ничего сделать. Ты теперь не жива и не мертва.»

Он отпустил её запястье, но взгляд оставался таким же жестоким.

— «Ты в любом случае должна умереть. Не обольщайся, думая, что у тебя есть выбор. Твоя судьба уже решена, и ты можешь сопротивляться сколько угодно, но от этого ничего не изменится.»

Девушка тихо выдохнула, её голос стал ровным и холодным, будто она пыталась укрыться за стеной из эмоций, чтобы не показать свою уязвимость.

- «Мне нужно всё это обдумать.»

Она не ждала ответа, быстро развернулась, и ушла, не огладываясь. Каждое её движение было размеренным, словно она пыталась сохранить хоть какую-то стойкость перед всем этим хаосом.

Когда Ная подошла к своей двери, рука инстинктивно потянулась к ручке. Прокачавшись через всю темноту и тишину, она распахнула дверь и вошла в комнату. Внутри было спокойно, лишь слабый свет от окна освещал часть её кровати и пола. На мгновение Ная застыла в дверном проёме, словно собираясь с мыслями.

Она резко закрыла дверь за собой, не обращая внимания на звук, который был слишком громким в тишине. Без слов, без движения, она подошлак окну и прижалась лбом к холодному стеклу, поглощая тишину, что окружала её.

«Моё предназначение...» — Эти слова звучали в её голове, будто тихий, но безжалостный шепот. В глубине души она знала, что рано или поздно ей суждено умереть. Это было неизбежно, как ураган, что рано или поздно снесёт всё на своём пути. Всё, о чём она думала, когда слышала слова Хариона, сводилось кодной мысли смерть. И неважно, как это случится. Это было её судьбой.

Коридор был пуст, только тусклый свет падал с потолка, бросая длинные тени на пол. Каждый шаг отдавался эхом в пустом пространстве, но Ная не обращала внимания на звуки. Всё, что она думала сейчас, это то, что ей нужно принять решение и двигаться вперёд.

Подходя к двери Макса, девушка замедлила шаги.

«Если это мой путь, то я пройду его до конца», — подумала она вдыхая глубоко и решительно открывая дверь. Макс сидел за столом, его фигура, поглощённая каким-то делом, казалась спокойной и сосредоточенной.

— «Макс, мне нужно с тобой поговорить»

Он встал, не отводя от неё глаз.

— «О чём?»

— «О том, что я узнала. О том, что я должна сделать, и о том, что мне предстоит пережить.»

- «О чём ты говоришь?»

— «Я должна умереть, Макс. Это ... моё предназначение. В этом пророчестве говорится, что только так можно остановить древних, я должна отдать свою жизнь, чтобы закрыть Врата Хаоса»

— «Что ты планируешь делать?»

— «Я не знаю другого пути, Макс. Я не могу просто сидеть и ждать, пока мир разрушится, знада что есть что-то, что я могу сделать. Если я не выполню это пророчество, если не пожертвую собой, всё, что мы знаем, всё, что мы защищаем, будет уничтожено, Я... Я не могу позволить этому случиться»

- «Ты что, совсем дура? Ты действительно решила, что единственный способ закончить всё это - это просто сдохнуть? Ты собираешься ради каких-то абстрактных "других" лишить себя жизни? Ты серьёзно думаешь, что это поможет?!»

Он схватил её за плечи, сжимая так сильно, что она почувствовала боль. Его глаза пылали, голос звучал как гром.

— «Ты вообще понимаешь, что ты творишь?! Ты хочешь стать жертвой, ты хочешь уничтожить себя, думая, что так всё прекратится, что всё будет "лучше". Ты не будешь спасать никого, ты просто покончишь с собой, и этим ты спасёшь только себя. А остальных ты оставишь здесь, в этом дерьме!»

— «Не тебе решать, что мне делать.»

Он схватился за волосы, как будто пытаясь вывести себя из этого состояния. Взгляд на её стоящую фигуру, её силу воли, заставил его почувствовать, что он не в силах её остановить.