Глава 75 Подземная усыпальница

Спустившись по десяткам ступенек, мы еле-еле разглядели в свете фонарика, что покрыты они киноварью, выглядящей как кровавый след.

Без небесного зрения при помощи пары обычных глаз и фонарика можно видеть на расстоянии двадцати-тридцати метров, при этом способность воспринимать опасность гораздо слабее.

Ян Сяо шел впереди, чтобы обезопасить дорогу, а Ми Жунхэн замыкал цепочку в конце. Как ни странно, оба они были пропитаны трупной жидкостью, но Ян Сяо не испытывал никаких проблем. Похоже, он чувствовал опасность каким-то другим способом.

Лестница насчитывала около сотни ступеней, а спуск вниз представлял собой тонкий коридор. Спустившись, Ян Сяо осмотрелся и перекинулся парой слов с У Жэньди, после чего решил продолжить путь.

— Смотрите! Там что-то на стене! — пройдя несколько шагов, вдруг закричал толстяк.

Прежде чем он успел договорить, четыре или пять лучей света от фонарика уже освещали ее. Через каждые десять метров, с обеих сторон от стен стояли странные статуи.

Все эти статуи изображали одного и того же персонажа. Этот человек был одет как даосский священник. Несмотря на то, что он выглядел старым, улыбка его была во весь рот, что придавало ему жестокое выражение лица.

Сюн Ваньи, кажется, понял в чем дело:

— Это Призрачный даосизм!

Однако подтвердить свое предположение он не осмелился, потому повернулся к Ми Жунхэну и спросил:

— Юный Хэн, это Призрачный даосизм?

Ми Жунхэн прошел вперед и присмотрелся.

— Верно. Это проводник Призрачного даосизма. Но это невозможно. Эта секта исчезла еще до Китайской республики. Как это может быть здесь?

Толстяк Сунь слушал внимательно, после чего спросил:

— Что за Призрачный даосизм? Разве призраки могут чему-то обучить?

Сюн Ваньи и все остальные специально или не специально посмотрели на Ян Сяо, но тут же опустили головы и ничего не сказали.

Ему никто не ответил, но толстяку стало еще любопытнее.

— Лацзы, ты слышал об этом? Что это за секта?

Я действительно видел это название в архиве: "Призрачный даосизм" — это религия, которая внезапно возникла в поздний период династии Цин. Время её появления было крайне коротким, и согласно историческим записям, она существовала всего около тридцати лет. Она отличается от ортодоксальных религий, не почитает три чистых/высших мира (сань цин), а поклоняется только духам и призракам, поэтому её также называют "Религией поклонения духам". В наше время она считается еретической сектой.

В этот момент я сделал паузу и вдруг вспомнил, что, согласно записям, Призрачный даосизм известен тем, что манипулирует богами и призраками. В период Гуансюй были случаи, когда члены Призрачного даосизма извлекали человеческие души и манипулировали жизнями других людей с помощью призраков. Не этим ли занимался человек из нашей команды?

После того как я сказал половину, толстяк почувствовал себя еще более неуютно:

— Лацзы, продолжай, не останавливайся на полуслове.

— Это все, что я знаю, — ответил я, бросив на него взгляд, — В будущем ты сможешь сам убедиться в этом в Бюро расследований.

Внизу было слишком темно, и Толстяк Сунь не заметил моего выразительного взгляда. — Вернемся в Бюро, — продолжил он, — с нами ведь есть человек, который в этом разбирается, верно лао Ян?

Ян Сяо в этот момент тоже остановился и повернулся, чтобы посмотреть на толстяка, но внизу было слишком темно, чтобы разглядеть его выражение лица.

Я не нашел слов и ткнул толстяка локтем. Этот болван быстро отреагировал и закончил фразой:

— Как думаешь, Симэнь Лянь знает?

— Я не слышал об этом, — тактично ответил Симэнь Лянь, — когда вернетесь сами проверьте.

Ян Сяо молча повернулся и пошел дальше вперед.

Когда он был уже далеко, Толстяк Сунь шепнул мне:

— Не можем ли мы поговорить о Призрачном даосизме с Ян Сяо?

Длина коридора составляла более 300 метров, я даже не ожидал, что под колледжем есть такое место. Оканчивался он арочными воротами, которые были заперты. Ми Жунхэн хотел открыть дверь пинком, но толстяк остановил его словами:

— Ты дилетант, я сам сделаю.

Толстяк Сунь не знал, куда вставить проволоку. Он посветил фонариком, и всмотрелся в замочную скважину внутри. Несколько раз покрутив проволоку туда-сюда, нашел угол, а затем просунул внутрь. Он крутил ее вверх, вниз, влево и вправо, и меньше, чем через минуту мы услышали щелчек. Толстяк открыл дверной замок. За ним последовал Ян Сяо.

Я не знал, что находится за дверью. Мы не посмели игнорировать это. Сюн Ваньи и толстяк уже вытащили свои телескопические дубинки. Я тоже достал пистолет и приготовился. Когда я оглянулся на У Жэньди, он уже держал в руке кинжал, точно такой же, как тот, что подарил мне третий дядя.

Ян Сяо приоткрыл дверь и заглянул внутрь. Затем он достал небольшую бутылочку, которую только что наполнило черное дыхание, извергнутое Шао Ии.

Он бормотал слова и регулярно тряс бутылку. Вскоре из нее медленно стала вытекать черная дымка, сначала она закружилась вокруг Ян Сяо, а затем проникла в дверь через щель.

Примерно через три-пять минут дымка медленно рассеялась и вернулась в бутылку, которую он держал.

Ян Сяо молча в свете фонаря велел нам не отставать, после чего толкнул дверь и вошел внутрь. У Жэньди подождал мгновение, но затем, ни сказав ни слова, последовал за ним.

Увидев, что не последовало никакого движения, все постепенно вошли в дверь.

Сцена, открывшаяся за дверью, поразила меня: это оказался большой зал с сотнями статуй божеств. Их лица исказились от злобы, подобного я никогда прежде не видел.

Чем занимался этот колледж раньше? Почему под землей такое место?

— Эти статуи не буддийские и не даосские, и я не знаю, какому божеству они посвящены, — сказал толстяк, глядя на статуи.

— Здесь повсюду божества секты Призрачного даосизма, — сказал Ян Сяо, безучастно глядя на самую большую статую.

Неужели это бессмертные из секты Призрачного даосизма? При свете фонарика я внимательно осмотрел их. Мастера, вырезавшие эти статуи, были довольно искусны, оживили каждого бессмертного.

Считается, что они божества, но за исключением нескольких, которые выглядели свирепо, большинство из них по-прежнему имели лица обычных людей. Самое возмутительное, что среди них есть несколько человек, толкающих телеги и несущих шесты. Короче говоря, здесь есть все, что связано с сельским хозяйством, торговлей и промышленностью. Порог становления божеством в секте Призрачного даосизма слишком низок. Какова роль этого бессмертного? Является ли он истинным богом овощного рынка?

Когда я увидел, что Ян Сяо, безучастно смотрит на последнюю статую, ее вид меня поразил. Этому бессмертному на вид не больше двадцати лет, у него детское лицо и улыбка, которую нельзя назвать ни улыбкой, ни оскалом. Он выглядит так же, как и Ян Сяо.

Не только я, но еще несколько лучей фонариков осветили лицо статуи, и толстяк с остальными смогли увидеть связь между Ян Сяо и ею. Только У Жэньди, стоящий рядом с ним, казалось, ничего не замечал, все его мысли были заняты Шао Ии. Он боялся, что она снова замерзнет, поэтому снял свое пальто и накинул на нее. Наконец внимание Ян Сяо вернулось. Но от этого отвлечения была польза, ему вспомнилось кое-что.

— Директор, — лао Ян обернулся и крикнул У Жэньди, — согласно правилам Призрачного даосизма, если вы пойдете вперед, то окажетесь на "дороге позади".

— Можешь мне ничего не говорить, — спокойно ответил директор У, — сейчас все зависит от тебя. Скажешь идти, и мы пойдем.

Ян Сяо кивнул, не обращая внимания на остальных. Он развернулся и вошел в группу статуй, а затем зашагал вдоль стены. Мы последовали за ним и увидели, как Ян Сяо потянулся к ней, чтобы исследовать. Через некоторое время он, похоже, нашел механизм, протянул несколько пальцев и бесшумно погрузился в стену.

Его движения показались мне знакомыми. Только когда я увидел, как Толстяк Сунь нахмурился и уставился на лао Яна, я вдруг вспомнил сцену нашей первой встречи несколько месяцев назад.

В Пещере водного занавеса я проделал те же действия, что и Ян Сяо, но в то время у меня было небесное зрение, и я мог видеть бледное лицо на стене.

С того момента, как пальцы Ян Сяо погрузились в стену, она вся начала медленно опускаться.

Толстяк Сунь посмотрел на меня и, понизив голос, сказал:

— Лацзы, это тот же прием, который ты провернул в пещере в Юньнани?

— Дашэн, будь осторожнее, — кивнув прошептал я, — Ян Сяо имеет отношение к Призрачному даосизму. Эта секта связана с ожившими трупами в Пещере водного занавеса.

Пока мы говорили, стена уже опустилась до самого низа, открыв взору пейзаж за ней.

В отличие от Пещеры водного занавеса, когда стена опустилась, передо мной предстал не величественный зал, а мрачный коридор. Это и есть та самая "дорога позади", о которой только что говорил Ян Сяо.

Когда они увидели основную дорогу, лицо Ян Сяо исказилось, а У Жэньди нахмурился. Они помолчали, некоторое время смотря на коридор, а затем обменялись взглядами.

Кроме них о Призрачном даосизме больше всех знал Ми Жунхэн. Увидев коридор за стеной, он чуть было не воскликнул:

— Это не "дорога позади".

Как только Ми Жунхэн заговорил, наши взгляды устремились на него.

— Пожалуйста, объясни, что за "дорога позади".

Ми Жунхэн посмотрел на Ян Сяо, увидел, что тот не намерен возражать:

— Путь Призрачного даосизма — это путь добра и зла. Правило секты гласит: по нему должны идти мертвые, его следует проходить парами или большим количеством человек, иначе никто не сможет дойти до конца. Те, кто накапливает добродетель, идут по пути добра, а те, кто теряет добродетель, идут по пути зла, но их путь лежит в одно и то же место. Есть только одна дорога, а это не "дорога позади".

Пока Ми Жунхэн говорил, Сюн Ваньи и Симэнь Лянь взяли в руки фонарики и осветили путь. Расстояние не маленькое, но у Симэнь Ляня хороший глазомер. Он смог кое-что рассмотреть:

— Внутри есть развилка, похоже, дорога расходится.

Ян Сяо, видимо, заметил изменения, поэтому не стал торопиться.

— Давайте разделимся на группы, — посмотрев на нас сказал он, — нас восемь поделимся на четыре группы.

— Там только две дороги, — внезапно растерялся Ми Жунхэн, — почему мы делимся на четыре группы?

Ян Сяо посмотрел на темный конец коридора, глубоко вздохнул и сказал:

— Узнаешь, когда войдешь, — он оглядел людей и на мгновение задумался, прежде чем сказать: — Директор У идет с Шао Ии, я ...

Не успел он договорить, как У Жэньди прервал его:

—Ты и Шао Ии, я и Шэнь Ла, остальные могут объединиться как хотят.

А? Что он имеет в виду? Я понимаю, доверить Шао Ии Ян Сяо, но что значит мне и ему работать вместе? Это совершенно не похоже на стиль У Жэньди. Я не понимаю, не понимаю. У Жэньди сказал это вслух, и мне пришлось последовать за ним.

Остались четыре человека: Толстяк Сунь и Сюн Ваньи, Симэнь Лянь и Ми Жунхэн.

Перед тем как отправиться, У Жэньди шепнул Шао Ии несколько слов.

С момента спуска в пещеру поведение Шао Ии превзошло все мои ожидания. Девушка немного нервничала и боялась, но по сравнению со своими сверстницами была вполне спокойна. Ее отношение к У Жэньди также претерпело значительные изменения, она начала немного полагаться на него. Больше всего Шао Ии была недовольна группой. У Жэньди шепнул ей несколько слов, после чего Шао Ии неохотно согласилась присоединиться к группе Ян Сяо.

Выйдя в коридор и пройдя по нему вперед, мы наконец поняли, почему Ян Сяо разделил нас на четыре группы. В конце дорога разветвлялась на четыре направления.

— Лао Ян, разве ты не говорил, что в будущем будет только два пути? А что это за четыре пути сейчас? Добро, добро, зло, зло? — толстяк был один из немногих в Бюро, кто не воспринимал Ян Сяо всерьез (он уверен, что из-за У Жэньди Ян Сяо не посмеет ему ничего сделать).

Ян Сяо не обратил на него никакого внимания, но Ми Жунхэн объяснил ему:

— Кто-то переделал "дорогу позади", это не путь Призрачного даосизма.

Лао Сяо осмотрелся на всех четырех направлениях, затем достал бутылочку и выпустил черную дымку на каждое из них. Все это заняло больше часа.

— Внутри нет ничего необычного, — сказал он, доставая три палочки благовоний и раздавая их каждой из трех групп, — Зажгите благовония и жгите их полчаса, этого вам хватит, чтобы добраться до места. После того как дойдете, не бродите вокруг, я за вами приду.

Закончив инструктаж, Ян Сяо повел Шао Ии к первой развилке слева. Перед тем как войти, Шао Ии бросила неодобрительный взгляд на У Жэньди.

Ми Жунхэн и Симень Лянь зажгли благовония и пошли по пути рядом с Ян Сяо.