Глава 52 Денежная мышь

Начальник Сюн не ожидал, что Большой ледяной труп сделает следующий шаг и не успел подумать как можно увернуться. Белый газ брызнул на него, образовав туман, накрывший Сюн Ба целиком, и проникший в его поры. После чего бедняга закатил глаза и упал на землю.

— Лао Сяо, что случилось с Сюн Ба? Это поправимо?! — громко закричал я.

Даос Сяо воспользовался временем, которое для него выиграл начальник Сюн и уже добежал до другого конца пещеры.

— Сюн Ба посреди дыхания смерти ледяного трупа. Скорее добейте его, если сделать быстро, то Сюн Ба еще можно спасти.

— Ты так легко об этом говоришь. Можешь сам его прикончить, — сказал толстяк.

Мы с толстяком продолжили стрелять в голову великану, однако из нее выходили только белые струйки. Помимо указанного не было никакого эффекта.

— Никуда не годиться, кожа ледяного трупа сама по себе лед. Ваши пули не попадают, придумайте другой способ! — даос Сяо уже сменил патроны в охотничьем ружье, однако все еще испытывал страх. Он колебался и все никак не осмеливался привлечь великана к себе.

Я попытался всадить несколько патронов в его голову, но его тело было более твердым, чем я предполагал. Ударная сила нескольких подряд выпущенных пуль не могла пробить его "кожу". К счастью Большой ледяной труп израсходовал немного энергии, когда выпустил свое дыхание смерти и пока еще не полностью восстановил силы.

В мгновение ока магазин был опустошен. Когда я перезаряжал пистолет, то дотронулся до кинжала, который третий дядя дал мне несколько дней назад. В моей памяти внезапно вспыхнула картина, о которой он рассказывал: У Жэньди одним ударом клинка распарывает тело монстра...

Я стиснул зубы и выхватил кинжал.

— Лацзы, что ты задумал? — вздрогнул от испуга в стороне Толстяк Сунь. — Хочешь его зарезать? Пули не помогают, думаешь, что кинжал поможет? Не будь опрометчив, я на тебя рассчитываю.

У меня не было свободного времени, чтобы трепаться с толстяком. Я пытался ударить его кинжалом, прежде чем Большой ледяной труп восстановит силу, но не питал надежды, что получится. В лучшем случае сделать дырку, чтобы пуля легко могла попасть внутрь.

Я шел твердым шагом, приготовившись к следующему действию, как вдруг ледяной труп повернул голову на меня, а его мутные глаза уставились на кинжал в моей руке. Внезапно он открыл рот и выпустил порцию дыхания смерти прямо на меня.

Я был слишком близко и не мог увернуться. Плохо дело! В тот момент я весь окостенел от холода, подсознательно руками закрыв голову. Неожиданно возникла интересная сцена: кинжал в моих руках разделил дыхание смерти пополам и, оно рассеялось.

Не только я, толстяк, даос и даже сам великан были потрясены. Он сделал несколько шагов назад и резко вдохнул через нос. Дыхание смерти, только что окутавшее и проникшее в Сюн Ба, вышло наружу и было поглощено ледяным трупом.

— Лацзы, ты ждешь проигрыша? Ударь его! — увидел выгоду в ситуации толстяк и крикнул мне.

— Сяо Лацзы, смотри за ним, не позволяй ему дернуться. Я пойду посмотрю, как там Сюн Ба, — даос Сяо в три шага подскочил к начальнику Сюну, прощупал пульс и немедленно стал делать массаж сердца. Я не знаю, где он этому научился, но техника массажа выглядела правдоподобно. Однако от этой процедуры Сюн Ба не очнулся. В итоге даос, скрежеща зубами, стал делать искусственное дыхание рот в рот.

— Сюн Ба, еще можно спасти? — спросил я у даоса, взглянув на разворачивающуюся ситуацию.

— Нечего беспокоиться о его жизни, лучше справься с Большим ледяным трупом, — ответил он, периодически прерываясь при искусственном дыхании.

Великан очень боялся кинжала, даже сейчас, когда я разговаривал с даосом, он не рискнул напасть.

Он непрерывно отступал назад, пока не уперся в угол пещеры. На меня не нападал, а я не осмеливался подойти и ударить его кинжалом. Расстояние между нами увеличилось до семи-восьми метров, так что мы оказались в тупиковой ситуации.

Со стороны даоса Сяо донесся слабый голос Сюн Ба:

— Мля.. Сейчас только что... Что произошло? Даос! Зачем ты меня поцеловал?

Услышав, что начальник Сюн очнулся, я невольно посмотрел в его сторону. В тот миг, когда я отвлекся ощутил, что пробуждение Сюн Ба, возможно, не было таким уж хорошим событием. Большой ледяной труп начал двигаться!

Таким образом великан так и не осмелился напасть на меня, но бросился на Толстяка Суня. Я не успел остановить его и не успел как следует подумать. Взмахнув рукой, я метнул кинжал ему в спину.

Несмотря на то, что метание ножа не является моей сильной стороной, расстояние было небольшим, а мишень такой огромной, не было оснований промахнуться. К сожалению, надежды не оправдались.

В тот момент, когда я метнул кинжал, великан будто почувствовал и внезапно подпрыгнул вверх.

Его движения были стремительны, несмотря на такие огромные размеры. Кинжал проскользнул под его ногами и улетел в сторону толстяка.

Толстяк ахнул, прежде, чем я успел увидеть попал ли в него, ледяной труп уже приземлился. Его вес был не меньше тысячи килограмм и, когда он приземлился, поверхность под его ногами с грохотом обвалилась вниз, обнажив большую дыру диаметром три-четыре метра в которую он свалился.

— Шэнь Ла! Ты решил свести со мной счеты за пустыню? — лицо толстяка побледнело от страха. Только что он среагировал очень быстро. Когда великан подпрыгнул, он увидел луч белого света, летящий на него. Не было времени думать, Дашэн быстро отклонил голову. Кинжал вонзился в груду золотых ямбов позади, пройдя вплотную к его двойному подбородку.

С Толстяком Сунем все было в порядке и, меня наконец-то отпустило. Увидев его покрасневшее и побледневшее лицо, я не смог удержаться, чтобы не подшутить над ним.

— Чтобы свести с тобой счеты стоило дождаться сегодняшнего дня? Хорошо, один - один, теперь мы квиты.

Пока я говорил, смотрел в ту сторону куда попал кинжал. Долго искал в груде слитков и в итоге нашел его на земле в десятке метров.

К удивлению, кинжал прошел через всю кучу, более тысячи ямбов не оказали никакого сопротивления. Когда я посмотрел на лезвие, оно было все такое же, словно вода, без единой царапины.

— Лао Сяо, с начальником Сюном все в порядке? — подошел я к старику, убрав кинжал.

В это время Сюн Ба уже стоял на ногах и поливал даоса отборной бранью, держа за воротник одежды. Несмотря на то, что только что очнулся, выглядел он энергично и агрессивно. Мог сразить даоса Сяо и еще тридцать-пятьдесят человек без проблем.

Даос ответственно пытался все объяснить Сюн Ба, однако это оказалось трудным:

— Чем я был занят по-твоему? Сюн Ба, отпусти руки, разве я не объяснил уже все тебе? Я спасал тебя, а не использовал.

— Хорошо, хорошо. Давай выйдем и поговорим об этом.

— Дорогу назад завалило наглухо. Надо подумать как быть, — сказал я, раздвинув их, — Если дамба наверху полна воды, то ни в коем случае не надо открывать шлюзы, иначе здесь все наполнится водой, и никто не сможет убежать.

— Что еще сделать? Убрать камни и все, — подошел толстяк и сердито взглянул на меня.

Кажется, теперь это был единственный выход. Сюн Ба наконец отпустил даоса Сяо и, мы вчетвером стали разбирать упавшие камни. Передвинув несколько камней, я вдруг внезапно увидел большую толстую мышь, которая вылезла из этого хаоса наружу. Я посмотрел на нее и задумался, эта мышь выглядит такой толстой почему эти камни не раздавили ее?

Удивительно, но эта жирная мышь совершенно не боялась людей и похоже особо приятственно смотрела на Толстяка Суня. Она поднялась на задние лапки и похоже хотела залезть на него по штанине.

Когда она начала карабкаться, толстяк обнаружил это.

— Мышь! — он несколько раз подпрыгнул и отшвырнул ее наземь.

— Лацзы, скорее помоги мне убить ее! — мыши были ахиллесовой пятой толстяка, по его словам при одном их виде он дрожал с головы до пят.

— Не убивай ее! — когда даос увидел мышь, его глаза засияли, — Это денежная мышь.

Даос Сяо поднял мышь за ее мясистую спину:

— Хе-хе, с таким сокровищем это путешествие было не напрасным.

Вот только мышь противилась даосу, постоянно вертела головой и сопротивлялась из последних сил.

Толстяк Сунь был в ужасе, он попятился назад, опасаясь, что мышь вырвется из рук даоса Сяо и побежит к нему.

— Даос, зачем ты хвастаешься мышью в руках? Берегись инфекций, чумы и так далее. Не мне говорить это. Но ты не можешь просто расшибить ее насмерть?

— Я скорее умерщвлю тебя, чем ее, — даос посмотрел на жирную мышь в руках и заулыбался, — Это сокровище намного более редкое, чем Большой ледяной труп!

— Что еще за мышь? — взглянул начальник Сюн на зверька, — Сейчас я тебя просвещу это называется шиншилла, у моей племянницы была одна, они идентичны.

Даос Сяо закатил глаза и произнес, натянуто улыбнувшись:

— Шиншилла? У твоей шиншиллы имелся на голове золотой слиток?

После этих слов он развел шерсть на голове мыши. Действительно, на коже имелось желтое пятно в виде ямба, оно выглядело как родимое пятнышко или шрам.

Мне показалось необычным, когда я хотел прикоснуться ко лбу "денежной мыши", она вдруг внезапно начала драться. Мышь яростно извивалась, скаля зубы и пища. Если бы я осмелился дотронуться до нее, то меня тотчас же укусили бы.

Денежная мышь извернулась так, что даос не смог ее ухватить. Она вырвалась из рук, упав на пол, быстро поднялась побежала в противоположном направлении, где в груду слитков.

Денежная мышь очень возбуждена, она бегала кругами по куче ямбов, время от времени мотая головой в сторону Толстяка Суня. Ее мимика была очень похожа на Лакки, которого дедушка вырастил дома. Когда он смотрел на дедушку, его вид был заискивающим.

— Дашен, она старается для тебя быть милой, — сказал я с улыбкой, — Почему она так хорошо к тебе расположена? Наверное, в прошлой жизни вы были супругами и вот теперь она разыскивает своего мужа.

Толстяк Сунь тоже был поражен, услышав мое подтрунивание, он огрызнулся:

— Достаточно! И ей и тебе суждено три жизни, так вы и будете жить вдвоем всю оставшуюся жизнь! Даос, — сказал он половину фразы и повернулся к даосу Сяо, — Что это за денежная мышь, прыгающая по слиткам? Не мне говорить это. Не мог бы ты так не улыбаться.

Старик смотрел на толстяка улыбаясь, от этой улыбки Дашэну было не по себе.

— Ты, верно, угадал, — засмеялся даос, — денежную мышь еще также называют и золотой мышью. Она очень редка, любит золото и нефрит, с рождения ими одержима. Ее нюх очень уникален, она способна учуять под землей золотоносную жилу на глубине пятисот метров. В вашем Бюро должны иметься об этом записи. Во времена династий Юань и Сун денежную мышь ловили для того, чтобы подарить императору. В записях эпохи Сун значится, если кто-то незаконно хранит мышь, то будет бит палками шестьдесят раз и выслан за три тысячи ли. Во времена династии Юань наказание было разделено на несколько уровней. Если кто-то прятал мышь его обезглавливали, у семьи изымали все имущество и ссылали за три тысячи ли. Во времена династий Мин и Цин их оставалось не более двух. Со времен Китайской республики я нигде не слышал упоминаний о появлении денежной мыши и совсем не думал, что сегодня натолкнусь на ее.

Сказав эти слова, даос испытал сильное желание безудержного смеха, но толстяк одной фразой оборвал его:

— Кто сказал, что это ты на нее наткнулся? Вполне ясно, что она подошла ко мне. Даос Сяо, услышав это, затрясся мелкой дрожью с головы до пят:

— Вполне ясно, что это я ее обнаружил! Ты только что хотел ее убить, теперь пошел на попятную?

— Тогда позови ее, посмотрим откликнется ли она, — пожал плечами толстяк.

Даосу Сяо нечего было ответить, а толстяк скривился.

— Не будешь звать? Тогда я позову, — с этими словами толстяк сел на корточки и протянул вперед правую руку, изображая кормление.

— Те-те, кис-кис, тьфу! Я забыл, что это мышь. Крошка иди сюда, здесь есть еда. Иди к старшему брату!

Голова мыши показалась из кучи ямбов напротив Толстяка Суня. Толстяк сел на корточки, и она медленно вылезла из груды слитков (если, как сказала даос, у денежной мыши действительно одержимость золотом и нефритом, в таком случае ее одержимость толстяком уже стала сильнее) и подползла к нему.

Дашэн с трудом не поддался панике и позволил мыши потереться о его ноги. В конце концов по брючине она заползла ему на плечо, уселась там и начала пищать, словно хотела что-то рассказать.

Даос Сяо также был удивлен отношениям между мышью и человеком. Он хотел что-то сказать, но я перебил его.

— Лао Сяо, не беспокойся о шиншиллах и денежной мыши, сейчас главное выйти отсюда. После того как выйдем, я помогу тебе вернуть ее, а пока пусть Сунь Дашэн порадуется. После того как выйдем, я помогу тебе.

Даос Сяо не имел другого выхода кроме как кивнуть. Прежде, чем я успел подозвать толстяка, он сказал мне дрожащим голосом:

— Лацзы, помоги мне снять это. Я больше не вынесу.

Я протянул руку, чтобы схватить денежную мышь, чему она была не очень рада. Повернулась ко мне спиной и свирепо ухмыльнулась.

— Дашэн, я не могу тебе помочь. Твоя жена чиста и непорочна, она не позволит другому мужчине дотронуться до нее. Тебе сопутствует удача!

У толстяка не было выхода. Первоначально даос предложил "временно" позаботиться о денежной мыши, а когда они смогут выйти вернуть ее толстяку.

Толстяк Сунь не сделал бы этого даже под страхом смерти, поэтому только сильнее стиснул зубы, крепясь. Наконец я придумал способ. Использовать слиток золота, чтобы заманить мышь в карман толстяка. Карман формы начальника комиссариата Суня был не маленький. Денежная мышь залезла в него, высунув голову и время от времени попискивая, дабы напоминать толстяку о своем существовании.

Мы втроем вернулись ко входу в пещеру и начали дальше растаскивать камни. Чем больше камней мы растаскивали, тем более бесконечными они казались. Когда мы вытаскивали снизу, сверху опускались еще. Только что образовавшаяся щель сразу же заполнялась. Мы вчетвером работали больше получаса, а оказывается не продвинулись и дальше пяти метров.

— Передвигай их не передвигай. Это бесполезно. Сколько бы мы их не убирали, сверху падают новые. Так может и задавить, — сказал толстяк, отсев подальше и тяжело дыша.

Толстяк Сунь был прав, мы все это понимали.

— Тогда придется ждать, когда люди снаружи найдут способ пробраться сюда, — промолвил начальник Сюн, вытирая пот со лба.

— Положиться на людей снаружи? — затряс головой даос Сяо. — Они не смогут спуститься в яму. Когда мы вошли сюда, здесь еще была дыра, сейчас же не известно разрушилась она или нет. Если все совсем плохо, то вход в яму тоже мог разрушиться.

После слов даоса все замолчали. Во время оползня звук был негромким в этом не было ничего хорошего. Масштабы оползня снаружи были именно такими как он сказал.