Что-то в Янтарном

Что-то в ЯнтарномХоррор-история в трёх частях

Часть 1 «Озеро ждёт»

------------------------

Погода в этот день выдалась удачной, в этих краях это случается редко. Здесь, на Урале, климат очень непредсказуемый. Бывает так, что с утра светит солнце, царит этакое райское спокойствие, а к обеду, откуда ни возьмись, набегают тучи, едва не достающие до земли из-за тяжести скопившейся в них влаги. И начинается сильнейший ливень, а может быть и гроза, переходящая в крупный град. К вечеру погода успокаивается, вновь выглядывает солнце, очищается небо, и о недавней непогоде напоминают лишь уже почти высохшие на солнце лужи. Воцаряется утреннее спокойствие. Такие перепады бывают здесь с середины весны до середины осени, в остальное время балом правит зима, о которой вообще следовало написать отдельную книгу.

Стояла первая половина лета. Отличное время для отдыха на берегах озера Янтарного. Однако, трое молодых людей, идущих бодрой походкой, все как один, вдоль многочисленных пляжей, имели целью не только отдых. Время едва перевалило за семь утра, в руках у них были удочки, за спинами походные рюкзаки, было несложно догадаться, что парни идут на рыбалку с утра пораньше.Был будний день, так что большого числа конкурентов в этом деле не предвиделось. Клёв ожидался хороший, настроение у них было приподнятое. Они оживлённо переговаривались, и время от времени, поёживаясь от прохладной утренней зари, с каждым шагом приближаясь к «своему месту», как они его называли.Место это находилось приблизительно в двух километрах от их родного города, что, как и озеро назывался Янтарным. Город стоял на берегу озера, с оставшихся сторон его окружал густой лес, на многие и многие десятки километров. То был сравнительно молодой город, недавно горожане шумно отпраздновали его пятидесятилетие. Название само собой досталось ему от озера, на котором его выстроили. Разница в названиях чисто символическая. Город носил имя мужского рода, имя озера было рода неопределённого, или как говорят в школе – среднего. И если озеро своим внешним видом оправдывало своё название, его воды, особенно окрашенные по вечерам в цвета заката, действительно напоминали янтарь. Этого, к сожалению, нельзя было сказать о городе. Его улицы – пыльные в жару, грязные в дождливую погоду, мало, чем напоминали янтарь. Но природная красота озера с лихвой перекрывала недостатки города. Тут уж природа потрудилась на славу. Ни один из знаменитых курортов мира не мог сравниться с плавными пологими песчаными пляжами, резко переходящими в крутые скалистые берега, нежными полянами, незаметно превращающимися в таинственные болотистые заводи. На противоположном от города берегу возвышались знаменитые Уральские горы. Отсюда хорошо были видны причудливая Игоза и величественный Сугомак. На склонах последнего любили отдыхать жители Янтарного. Там можно было отлично провести время с компанией друзей, приготовив шашлыки, или «зависнуть» на все выходные, исследуя многочисленные древние пещеры. В некоторых из них везунчики находили разнообразные следы древних обитателей этих мест. От примитивных орудий труда до наскальных рисунков. Имя счастливчика с подробным описанием находки в обязательном порядке публиковали в местной газете, иногда даже печатали фотографию. А найденную веешь, отсылали в музей в соседний город – Каменск. Художникам-пейзажистам тоже было, где развернуться. Пейзажей тут было - рисовать не перерисовать. По утрам на водной глади стелился прозрачный туман, к вечеру он перебирался в болотистые места, там из лёгкого он превращался в тяжёлый и густой, как любят показывать в фильмах ужасов.Единственное, что портило картину, так это огромный полимерный завод – главный источник существования Янтарного. На нём работало около трети работоспособного населения города, цифра надо заметить, не маленькой, учитывая, что население в городе давно перевалило за восемьдесят тысяч. Завод стоял в некотором отдалении от города и по своей территории уступал самому городу. Поговаривали, что отходы производства спускаются непосредственно в Янтарное. Но как показало время (а также многочисленные экологические проверки, в том числе и на государственном уровне), это оказались слухи, распространяемые местной партией «зелёных». Они – «зелёные» не понимали, что город существовал, существует и будет существовать исключительно за счёт доходов этого завода. К счастью этих бедолаг в серьёз никто не воспринимал. Зачем слушать бестолковые доводы самых обычных бездельников и агрессивно настроенных девочек-студенток.Однако тез троих парней мало заботили проблемы «природной» партии, особенно в эти моменты. Их ждал отдых на природе, возможно даже с ухой, сваренной из свежепойманной рыбы. Всем им было по четырнадцать лет, и разница между днями их рождения была любопытным совпадением. Миша, самых младший из них, появился на свет четырнадцатого мая, средний – Саша, четырнадцатого апреля, ну и старший, пусть не намного, Лёша, осчастливил мир своим прибытием четырнадцатого марта. Вот так вот. Они родились одного числа, разницей в месяц, и все были весенними. Так что стать друзьями, им было суждено.- Говорят, что оно выходит по ночам и пожирает всё, что попадается ему на пути. – Михаил обожал, всякие страшные истории и черпал информацию из самых разнообразных источников. В основном это были уличные слухи.- Ничего подобного у нас в озере нет. – Спорил с ним Алексей, крайне рациональный парень, не веривший во всякую сверхъестественную чушь, - иначе эту тварь видел бы кто-нибудь ещё. Помимо этого старого алконавта. Просто байки детворе травит, дефицит общения у него.- Те, кто её увидел, уже ничего рассказать не смогут. Она их всех сожрала.- Ну, а его не тронула. – Усмехнулся Лёша. – Выплюнула, когда поняла, что подобное не переварить во век.- Нет, он просто успел смотаться от неё. Но разглядеть её он всё-таки сумел. Он сказал, что она похожа на небольшого крокодила, с очень длинной мордой, а широкая пасть полна огромных зубов, острых зубов.- А как он узнал, что они острые? Может быть, он успел их потрогать, перед тем как убежать? Или поступил ещё проще – спросил: «А не острые ли у вас зубы госпожа тварь?» - Докопался Лёша со своими дурацкими вопросами.Миша пожал плечами.- Просто он видел, как она разодрала его друга детства. Буквально-таки на кусочки, всего за несколько секунд. – Миша скорчил рожу.- Всё это придумали «зелёные». – Вступил в разговор, долгое время молчавший Саша. – Они вон вообще говорят, что в Янтарном рыбу-мутанта обнаружили, и она внешне не отличается от самого обычного окуня. Только вот, кто съест эту гадкую рыбину, тот заболевает неизлечимой болезнью. Короче чушь это всё, и мутации, и тварь твоя. Это только маленьких детишек такими байками пугать, чтобы те без присмотра в лес не ходили. И алкаш этот твой, действительно к себе внимание привлекал, рассказывая этот бред.- Ничего вы не понимаете. – Вздохнул Михаил. – Этого друга так и не нашли.- Блин... - Лёша поражался наивности своего друга. – Да просто утонул его друг, а он всё выдумал. Увидел щуку и давай фантазировать.Миша насупился.- Плохо ты его знаешь. Он даже в усмерть нажравшийся соображает весьма неплохо.- Де нет, это ты плохо пьяных знаешь. – В голосе Саши промелькнула едва заметная грусть. Он не понаслышке знал, что такое пьяный отец.- Да хватит вам о грустном. Скоро нужно будет набирать воду. – Лёша указал в сторону приближающегося деревянного забора.За ним располагался детский лагерь отдыха под названием «Отважных». Лёша в детстве проводил тут большую половину лета, и в те времена до него не как не могло дойти, почему название лагеря стоит в родительном падеже. Позже он осознал, что имеется в виду не само заведение, а его многочисленный гости – дети.О воде, однако, Алексей, заговорил не случайно. Всегда, когда они шли в поход, кто-нибудь набирал питьевой воды в умывальнике лагеря. Эти самые умывальники находились в непосредственной близости от забора. Обычную озёрную воду они использовать не решались, а тащить с собой лишние килограммы им совсем не хотелось. Зато ухи хотелось просто нестерпимо, словами не описать.- Ну что? – Спросил Алексей, хитро прищурясь. – Кто сегодня полезет?Дело в том, что дети, гостившие в лагере, в данный момент придавались созерцанию сновидений, а их сон бдительно охранял придурковатый сторож. У них уже возникали проблемы с этим человеком. Ему почему-то было жутко жалко воды для молодых ребят. И он был готов гнаться за ними вплоть до самого города, размахивая палкой и что-то вереща истерическим голосом.- Сегодня очередь Михаила. – Проговорил Саша и взглянул на друга.- А если опять этот мудак там будет?- Не ссы мы его камнями закидаем. – Попытался успокоить друга Саша.- Пойми...- Дальше спорим. – Оборвал их Алексей. – Всё равно лезть придётся, как бы там не было.Михаил глубоко вздохнул.- Ладно, давай тару.Саша и Алексей залезли в свои рюкзаки и достали несколько двухлитровых пластиковых кег.- Перелазь, мы тебе их перекинем. – Сказал Алексей.Миша подошёл к забору. Тот был раза в два выше его, но преодолеть это препятствие было пустяковым делом. Забор был покрыт разными узорами, в основном сквозными, которые замечательно можно было использовать в качестве ступенек и держалок. Миша, почесав затылок, принялся карабкаться вверх. Секунд через тридцать он оказался на другой стороне.- Кидайте, что ли. – Подал голос Миша.Саша перекинул ему бутылки. Миша, притворно кряхтя, собрал их и направился в сторону детских уличных умывальников.Тем временем его друзья стали набивать карманы камнями, что валялись безо всякой надобности около забора. Так, на всякий случай.Миша заполнил вторую бутылку, постоянно оглядываясь по сторонам в поисках даже малейшего намёка на сторожа-придурка. Он уже было, расслабился, наполняя последнюю, четвёртую бутылку, но тут услышал громкий крик. Он резко повернул голову в сторону детских домиков. В его сторону семимильными шагами нёсся тот самый сторож. Телогрейка телесного цвета съехала у него с плеча, волосы были взъерошенными. Штанов на нём не было, он бежал в одних трусах, видимо, спал в сторожке, когда услышал шум. В руках у сторожа был металлический прут. Он размахивал им из стороны в сторону и изрыгал проклятия.Миша, не долго думая, сгрёб бутылки в охапку, кинул беглый взгляд на сторожа и бросился в сторону забора. Его друзья по ту сторону забора встрепенулись, взяли в руки по камню и приготовились отражать атаку.- Стой, подонок! Мелочь пузатая! Ублюдок недоношенный... - Орал сторож, медленно, но верно сокращая расстояние до жертвы.Миша подбежал к забору, перекинул бутылки и начал перебираться. Ему казалось, что сторож совсем рядом и вот-вот вцепится ему в куртку, стянет с забора и забьёт насмерть этим железным прутом. На секунду ему почудилась рука, схватившая его за ногу. Он глянул вниз – просто зацепился штаниной за крючок.Через десять секунд, которые показались Михаилу вечностью, он оказался на заборе и уже был готов прыгнуть вниз, когда по забору раздался сильный удар. Он оглянулся. Сторож, потеряв надежду догнать парня, запустил в его сторону железным прутом. Тот ударился о забор чуть ниже Михаила – от неожиданности подросток не спрыгнул, а упал. Спину обожгло острой болью. Сторож ударил руками с другой стороны.- Всё равно вас всех достану. – Промычал он неразборчиво и стал медленно карабкаться вверх.Саша пожал плечами и совершенно спокойно посмотрел на Алексея. Тот подкинул в руке камень. Ребята перевели взгляд наверх забора. Как только над забором появилась голова этого сумасшедшего, Саша сказал, как можно более злобно:- Привет, задница. У нас для тебя сюрприз.Леша запустил камень первым и промахнулся. Сторож ухмыльнулся и продвинулся вверх. Появились его плечи. Саша сделал второй замах, и второй камень полетел в сторожа. Он не промахнулся. Сторож схватился рукой за правый глаз. Между пальцев струилась кровь. Леша кинул ещё раз и попал в плечо, потом в лоб. Саша не отставал от друга, он не промахнулся ни разу. Сторож взвыл и свалился мешком на землю.- Получи, козёл! – Закричал Саша, весьма довольный результатом обстрела.- Пошли! – Скупо бросил Леша. – Это его не остановит.Они помогли подняться Михаилу. Он бросил последний взгляд на место маленького сражения. Со стороны сторожа доносились какие-то ругательства, что именно Миша разобрать не смог, но он прекрасно понимал, что шизофреник был в диком гневе. Вдруг раздался сильный удар по забору. Миша вздрогнул, у него по спине побежали мурашки. Оглянулись и его друзья. Сторож бил кулаком по забору. В одну из многочисленных дырок смотрел его уцелевший глаз. В этом взгляде было столько ненависти к ребятам, что всем троим, стало нехорошо. Михаил, с трудом преодолев страх, наклонился и поднял с земли большую шишку. Он подошёл к забору.- Смотри на себя, твою мать, ты ослеп. – И заткнул шишкой дырку.Из-за забора раздался дикий крик и нечленораздельные ругательства.- Заткнись, урод. – Громко сказал Саша.Сторож подозрительно послушно замолк.- Пошли отсюда. – Повторил свою просьбу Леша и на этот раз ни Саша, ни Миша не заставили себя ждать.Они шли в молчании, пока не закончился забор, и они не углубились в лес, оставив позади негостеприимное учреждение. Всё время, что они шли вдоль забора, им казалось, что сумасшедший сторож следует за ними по другой стороне. Саша постоянно оборачивался, в руке он держал камень, готовый в любой момент швырнуть его в неприятельскую голову.

- А неплохо мы его. – Сказа Миша, когда лагеря уже не было видно за деревьями.- Неплохо. – Согласился Лёша. – Кстати, не в курсе, как его зовут?- Его не зовут, он сам приходит. – Пошутил Саша.- Нет, серьёзно.Саша развёл руками- Вроде бы, Николай. – Морща лоб, проговорил Миша. – А может, и нет.- Надо сообщить про него куда следует. – Сказал Леша. – Где это видано, чтобы дети были рядом с таким психом?- Это катастрофично. – Подтвердщ56эжедил Саша.- А вы не думаете, что это именно он и «гасит» людей, что он и есть тварь? – Завёл Миша свою любимую тему.- Это вряд ли. – Ответил ему Леша. – Его криминалисты моментально вычислили бы. Да к тому же говорят, что перед появлением твари всегда слышен детский плач. Вряд ли этот псих стал бы плакать, перед тем как убить.- Кто знает этих психов. Какие у них таланты. Вот взять хотя бы Ксюху с Димоном...- А что они? – Перебил Мишу Саша. – У них любовь была, они сбежали, их сейчас по иногородним родственникам ищут.- Их следы обрываются, как раз на «нашем месте», будто они в воздухе растворились.- Но и следов сторожа нет. – Сказал Алексей. - Тут вообще дело запутанное получается. Я лично уверен, что они сбежали.- А я, что с ними тварь разобралась. – Высказал своё мнение Михаил, мог и не говорить, все и так знали, что он думает.- Ну а ты, что думаешь? – Лёша взглянул на Сашу.Тот пожал плечами:- Я как ты.Миша хмыкнул, услышав ответ Саши. Саша почти всегда принимал, строну Алексея.- А представьте, - понизив голос, заговорил Миша. – Что этот придурок выследит нас. Дождётся вечера и всех по одному перережет и сожрёт. Весело будет?- Совсем нет, скорее трагично. – Саша поёжился, но не от холода.- Да. – Сказал Лёша. – Надо сообщить, куда следует мне совсем не охота повторять судьбу Ксюхи и Димона.- Конечно, пока он не замочил ребёнка.- Надо быть поосторожнее сегодня. – Миша на всякий случай огляделся по сторонам, нет ли поблизости этого балбеса. Вроде бы никого не было. – А то, ведь действительно разозлили его.- Будем. – Пообещал ему Саша.Разговаривая, таким образом, друзья потихоньку приближались к «своему месту». Солнце уже полностью поднялось к тому времени, освещая лес приятным розоватым светом. На траве и листве блестела, отражая солнечные лучи, утренняя роса. Воздух был удивительно чистым и прохладным, но уже заметно потеплело.Они постоянно оглядывались назад, даже скептически настроенному Лёше и то было не по себе. Но все невзгоды забылись, как только они вышли к тихой озёрной заводи. Это было, наверное, самое спокойное место на всём озере. Люди сюда заходили редко, да и то только рыбаки или, что случалось крайне редко, такие же, как они ребята, отправившиеся в поход. Здесь была девственная, нетронутая природа, люди не успели загадить это место и вырубить деревья на дрова, как это было на более близких к городу пляжах. Купаться здесь было не безопасно, заводь плавно переходила в болото, можно было легко утонуть в трясине. Да и тому же было очень глубоко.- Ну, вот мы и дома.Они вышли на небольшой травянистый пляжик. Миша и Саша сразу принялись за разведение костра, а Лёша, так как у него это получалось лучше всех, принялся подкармливать рыбу и устанавливать рогатины для удочек. Где - то через полчаса, начался дикий клёв, рыба шла одна за другой. В основном мелочь, пару раз сорвалось что-то крупное. Миша заикнулся, было, что вот, мол, тварь поймали, но как обычно был обсмеян.Вскоре была готова и уха. Её готовил Саша, этому его научил отец. Он хоть и был алкоголиком, но по трезвости души в сыне не чаял. Однажды на рыбалке он и научил сына готовить уху по-курбатовски. Курбатовы – их фамилия.- Вроде бы то, что надо. – Саша снял первую пробу. – Всё готово.Леша, услышав это, по быстрому свернул рыболовные снасти. Для дома он ловить рыбу не собирался.Когда, закончив трапезу, они сытые и довольные, упали на мягкую травку, Саша продемонстрировал друзьям мятую пачку сигарет.- Я тут в ящик к отцу залез. – Заговорщическим голосом произнёс он. – Тут как раз три штучки, по одной на рыло.- Не откажусь. – Сказал Лёша и взял сигарету.- Я, пожалуй, пас. – Михаил закрыл глаза. – Лучше вздремну часок.- Слушайте, а как вам наша новенькая? – Неожиданно спросил Лёша. – Та, что в Мишкин подъезд переехала.- А что? Виды имеешь? – Ответил ему Саша. Лёша презрительно фыркнул, отвернулся к Михаилу, В ожидании его ответа.Тот приоткрыл глаза:- Даже не знаю. – Миша в принципе в женщинах не разбирался. – Она же рыжая, наверное, характер скверный. Все они рыжие такие.- Фигню какую-то сказал. – Поморщился Лёша. – Ничего она не такая. А даже если и характер плохой, то она по-крайней мере красивей твоей Светы.- Что бы ты понимал. – Сказал Миша и закрыл глаза.- Кстати, Лёш, она всё время от тебя глаз не отрывала. – Затушив сигарету о камень, сказал Саша.- Да брось. – Смутился Алексей.- Не, серьёзно, смотрела и смотрела.- А что это ты на неё пялишься? – Насупился Лёша.- Да так. – Игриво усмехнулся, Саша.- А она вообще откуда? – Вновь открыл глаза Михаил.Саша пожал плечами, а Лёша ответил, как всегда, он знал всё.- Из соседнего города. Уральск называется. Там город беспер... - Он запнулся на этом слове и, собравшись с мыслями продолжил:- Бесперспективный город. Отцу её обещали работу на нашем заводе. Он типа умный.- Поговоришь с ней?- Я в понедельник хотел.- Батюшки – светы. – Нарочно, закатив глаза, проговорил Миша. – Не заболел ли ты случаем, друг?- Что же мне, как ты, просто смотреть на неё ходить? Надо и начинать когда-то.А потом Михаил заснул. Он продрых до самого вечера. Его друзья нашли, чем занять себя, они поиграли в карты, устроили состязание на количество «водных блинчиков». Незаметно наступил вечер. Солнце клонилось к горизонту. На воде появилась оранжевая дорожка.- Красиво. – Сказал Саша. Голос у него был немного грустный.- Угу. – С набитым ртом подтвердил Лёша. Он приканчивал остатки ухи.- Ага, а где-то там, на глубине плавает эта тварь. – Миша проснулся и завёл свою шарманку. – Плывёт в тёмной воде, ей холодно, она хочет есть. Сейчас она подплывает всё ближе и ближе к берегу. – Его голос постепенно становился всё ниже. – Смотрит на нас, прислушивается. Готовится к прыжку. Сейчас она сделает смертельный бросок.- Но не прыгнет. – Таким же тихим голосом сказал Лёша. – Потому что её нет.Но Миша не обращал на него внимания.- Вцепится тебе в лицо и будет поедать тебя, а ты не сможешь ничего сделать. Будешь тупо умирать от боли в муках, пытаясь содрать её с себя. Но всё будет бесполезно. Ты услышишь хруст костей и поймёшь, что тебя больше нет – ты умер.- Я бы поверил, если бы это произошло. Я верю только в то, что вижу и никак иначе.- Ты не веришь в миллион долларов?- Это другое. То, что миллион баксов есть – это факт, а вот тварь никто толком и не видел никогда.- Тихо вы. – Резко прервал их Саша. – Слышите, кто-то идёт?Ребята замолчали. Позади них был тёмный лес, оттуда доносились звуки шагов. Солнце к тому времени уже село. Хрустели ветки, кто-то шагал тяжёлыми шагами в их сторону.Всем троим, стало страшно. Очень страшно, как никогда в жизни. И самое страшное было не в том, что кто-то или что-то приближается к ним, а то, что бежать им было некуда. Спереди озеро, справа и слева – болото, а сзади – нечто в лесу.Но вот шаги стихли, зато они услышали дыхание. Существо или крайне необычный человек принюхивалось, дыхание участилось и стало глубоким. Ребята сидели к лесу спиной, и каждый из них чувствовал у себя на спине взгляд. Никто из них не оглянулся и не посмотрел вглубь тёмного леса. Страх сковал их единой цепью. Существо обошло поляну и остановилось с другой стороны.- Это сторож. – Чуть слышно прошептал Саша.- Заткнись. – Прошипел Леша.Миша сидел как камень, не осмеливаясь даже моргнуть.Неожиданно вновь послышались шаги, но на этот раз в противоположную сторону от ребят. Существо удалялось в сторону детского лагеря. Вдруг шаги стихли, а затем послышались сильные, но редкие удары о землю. И с каждым новым ударом они были всё тише и тише.Даже после того, как лес опять наполнился звенящей тишиной, ребята ещё несколько минут сидели как статуи.- Что это было? – Дрожащим голосом спросил Михаил.- Лучше бы нам это никогда и не узнать. – Твёрдым голосом, за которым скрывался страх, сказал Лёша. – Лучше нам уйти, пока оно не вернулось.Друзья встали и стали так быстро, насколько позволяла темнота, собирать рюкзаки, но уйти спокойно им было не суждено. Недалеко раздался громкий плеск воды. Саша повернул голову на звук.- Кто-то припозднился с купанием. – Нервно сказал Саша.- Уж точно поздновато. – Ехидно изрёк Миша, намекая на тварь и пугая самого себя ещё больше.- Нет. – Спокойно сказал Лёша. – Как раз самое то, вода сейчас теплее, чем днём. Но в любом случае надо поскорее убраться отсюда.- Может, это сторож? – Робко предположил Саша.- Ага. – Михаил был явно доволен, ещё бы, теперь его друзья будут совсем по-другому относиться к его байкам о твари. – И прыгал он как офигительно здоровая жаба.Вдруг раздался второй плеск, уже гораздо ближе к месту их стоянки. Ребята переглянулись.- Всё вроде собрали. – Сказал Миша. И они с Лёшей двинулись в сторону дома. Но Саша встал у них на пути.- Стойте! – Громко сказал он.Миша взглянул на друга и замер. Его испугал взгляд Саши – холодный и пустой.- Ты чего? – Удивлённо спросил Лёша.Саша перевёл взгляд на него и усмехнулся. Костёр уже прогорел, солнце скрылось полностью. На небо выкатилась щербатая луна. Леша заметил, что Саша держит руки за спиной, будто прячет что-то. Леше это не понравилось.- Ничего... Просто я хотел вам что-то сказать. – Саша помедлил. – Сказать здесь и сейчас. – Голос его звучал как сталь.- Ну... - Нетерпеливо изрёк Миша. Ему хотелось поскорее уйти из тёмного леса в город, полный людей и света, туда, где можно спрятаться.- Я был с ними в тот вечер. – Отрешённо сказал Саша.- С кем? Ты о чём? Давай уже уходить. – Лёша взволновался не на шутку.- С Ксюхой и Димоном. – Ответил Саша, но идти он никуда не собирался. – Но они не утонули и не убежали. Я это знаю точно, потому что это я убил их...Миша, услышав это, попятился.- Что за чушь ты несёшь? – Гневно сказал Лёша. – Не вовремя ты шутить вздумал. Хватит нам страшилок на сегодня. – Он сделал несколько шагов в сторону дома.Саша посмотрел на него исподлобья. В руке у него блеснул охотничий нож – тот самый, которым он потрошил рыбу. Он сделал несколько шагов в сторону Леши и воткнул нож парню в живот. Лёша шумно выдохнул и издал жалкий писк. Его тело, как мешок с песком обмякло на лезвии. Саша повернул нож лезвием вверх и дёрнул, вспарывая живот. Тёплая кровь забрызгала Саше лицо, но он не замечал этого. Лёша издал хрюкающий звук, последний в своей жизни, и упал на землю. Его сотрясали посмертные конвульсии.- Оно хочет тебя. – Прошептал Саша, тяжело дыша. – Оно голодно, оно замёрзло, оно хочет твоё тело и душу.Миша смотрел на сцену убийства его друга, совершенно онемев от ужаса. Во рту у него стало сухо. Миша чувствовал себя набитой ватой куклой.- Не надо, мы же друзья. – Только и мог выговорить он, когда Саша повернулся к нему. А за спиной у Саши он видел, как что-то движется в воде. Раздался третий всплеск.Оно существует. Он до конца никогда не верил в то, что сам говорил. Но теперь видел спину твари, то появляющуюся на поверхности, то вновь уходившую под воду.Саша занёс руку с ножом и стал кромсать грудную клетку Михаила. Сквозь агонию боли Миша успел услышать ещё один всплеск, а затем тихую поступь по земле. Это было оно. Миша не успел увидеть его, зато явственно услышал плач младенца. В следующую секунду он был мёртв.Саша поднялся и повернулся лицом к тёмным водам озера.- Иду. – Сказал он и сделал шаг по направлению к воде.

Часть 2 «Твари на заводе»

-----------------------------

Главным источником существования Янтарного был огромный полимерный завод, который снабжал продукцией из полиэтилена добрую половину России и имел несколько выгодных контактов за рубежом. Производство шло во многих направлениях. Изготовление термоусаживающейся трубки всех размеров, садовой трубки и многого другого, что можно было сделать из полиэтилена – полиэтиленовые пакеты, пластиковые бутылки для пива и газировки.Предприятие, помимо всего прочего, обеспечивало работой процентов семьдесят населения Янтарного, это, пожалуй, и был его основной плюс. Работали там в основном семейные династии. Изредка вливались «левые» кадры – отличники учёбы или люди с хорошими знакомствами. Попасть работать на завод стремилось большинство – зарплата там больше, чем в городе, были кое-какие льготы.

Павел относился к двум категориям. Оба его родителя всю жизнь проработали на заводе, а сам он с отличием окончил местный технический ВУЗ. Недавно он отпраздновал двадцать шестой день рождения. К этому времени он успел отработать уже пять лет. Сначала обычным оператором – около года, потом и по сей день – мастером смены на одном из участков. В его обязанности входил процесс изготовления термоусаживающейся трубки, а его подчинённые доводили дело до конца – «раздували» трубку, делали конечный продукт. Под воздействием температуры «раздутая» трубка принимала свою первоначальную форму, благодаря предварительному облучению.Сегодня была последняя смена на этой неделе. В подчинении у Павла было пять человек. Один из них, Женька Гуков, помогал ему в цехе изготовления трубки (по научному говоря – экструзионном участке). Они вместе сошли с заводского автобуса и направились к контрольно-пропускному пункту. Завод охраняли солдаты, сделано это было ради сохранности продукции. Павел поправил чёрную бейсболку и взглянул сверху вниз на Гукова, тот был ниже его на две головы.- Что-то ты не по погоде оделся, Евгений. – На Гукове был классический костюм чёрного цвета. На улице было жарко – что-то около тридцати градусов по Цельсию.- Обратно-то ночью пойдём. – Ответил Гуков. Действительно, смена у них начиналась в четыре часа дня и, домой они возвращались уже за полночь. – Наоборот, это ты прохладно одет.На Паше были чёрные джинсы и чёрная футболка, с логотипом любимой группы «Король и Шут».- Всё равно. Вечером на работу. И в костюме. Перед кем красоваться-то? – Не унимался Паша.- Не перед кем. Просто мне так удобно. – Гуков машинально стряхнул воображаемую пылинку с рукава пиджака. Весной ему исполнился двадцать один год, у него уже был ребёнок и он пытался заработать денег для семьи. Крутился, как мог, постоянно «мутил» что-то. Вскоре эти действия стали у него чем-то вроде религии, а там же поводом для тихих насмешек за спиной, на которые Гуков старательно не обращал внимания.Павел, наоборот, был гулякой. Вечно зависал со своими друзьями, особенно с Голым, в миру Андреем. Голым он стал не потому, что любил везде и всюду обнажаться, а потому что всегда был голодным. Вот его и прозвали «Голодный», а так как произносить длинное слово всегда было «в лом», то сократили до «Голый». С ним-то Павел и выпивал море пива, снимал девок и отрывался на последние деньги в казино. С другой стороны он, в отличие от Гукова, прочитал великое множество книг и просмотрел столько же фильмов. Но особой любовью Павла пользовались компьютеры, он знал о них если не всё, то приближался к этому. Вместо этого всего Гуков был всегда в поисках денег, зачастую неделями не видел своего ребёнка.

- Все приехали? – Перевёл тему Павел.- Вроде... - Женька оглянулся.В отдалении от них шли трое мужчин, а ещё чуть дальше – женщина.- Ох, когда же её уберут из моей смены. – Жалостливо проныл Паша.Женщину звали Алёна Малинова. Но все за глаза называли её или Малина, или просто дура. Никто и никогда не видел её в нормальном настроении. Всегда чем-нибудь недовольна. Особенно её бесил тот факт, что молодого парня сделали мастером. Он моложе её на девять лет! Интересно, а чего она ждала, имея за плечами школу и отца – какого-то там начальника. Может, это и задевало её больше всего. Однако к ней привыкли и не обращали внимания на её нападки. Рояль не трогаешь – он не играет. Не слишком ли вежливо?Мужики были нормальными, у них почему-то никаких проблем не возникало. Паша оглянулся, чтобы удостовериться, что никто не подменился, но нет, всё те же лица.Слева Лёха Грудов – раздувщик, мужичок сорока лет, с начинающей лысеть головой и с маленькими усиками, которые издалека походили на гитлеровские. Вечно весёлый, иногда немного пьяненький. Посредине шёл Лёха Микуров, микроэлектроник по образованию, дежурный электрик по профессии. Высокий короткостриженый паренёк, ровесник Паши. Так же, как и Паша интересуется компьютерами, но если Павла интересует устройство, Лёха занимается тем, что целыми днями играет в игрушки любых жанров. Высокий молодой парень справа – Андрей Кузьминых. Он ровесник Гукова, любит почитать фантастику и посмотреть соответствующие фильмы. Нехило увлечён музыкой. О том, какого направления, свидетельствует полностью чёрная одежда и длинные светлые волосы, завязанные в хвост.

Все шестеро зашли в двухэтажное здание раздевалки. Первый этаж – женский, второй – мужской. Переодевшись в комбинезоны, они собрались около входа в другое здание, где и располагались их рабочие места.- Будем Малину ждать? – Спросил Грудов.На него посмотрели как на идиота, не оценив шутку. И процессия направилась к лифту. Лёха Грудов нажал кнопку минус третьего этажа. Работали они под землёй на минус втором, примерно восемнадцать метров ниже уровня земли. Но перед работой необходимо выпить чаю, это традиция, а чайная и была на минус третьем – двадцать семь метров вниз.Они в молчании вышли из лифта, за исключением мастера, тот покинул их этажом выше. Ему необходимо принимать смену. В чайной никого из утренней смены не было, пятница, все ушли пораньше. Хорошо, хоть чайник вскипятили перед уходом. Помимо чайной на минус третьем было ещё несколько помещений – склады, механичка, комната дежурного электрика – Лёши Микурова. Все они были закрыты, сменный персонал ими не пользовался.В чайной у каждого свой сейф. В них работники хранили инструмент, кружки, чай, книги и прочие «так необходимые для работы вещи». Помимо сейфов стояло два длинных стола и множество стульев. На стенах висели постеры, одну большую стену занимали плакаты с голыми бабами, однажды Грудов не поленился и сосчитал их. Оказалось сто шестьдесят восемь, но постоянно появлялись новые. Над шкафчиком Андрея Кузьминых висело несколько постеров с музыкантами, тут и CHILDREN OF BODOM, CRADLE OF FILTH и несколько других, понятных из смены только ему названий. Разлив по кружкам чай, он приступил к исполнению традиции.

- Как дела, Жентос? – Первым прервал общее молчание Андрей.- Текут и движутся. Сам как? – Ответил тот.В этот момент в чайную зашла Малинова. Не сказав ни слова, она взяла кружку, налила себе чай и села как можно дальше от всех.- Лучше всех, как всегда. – Ответил Андрей после небольшой паузы, вызванной появлением Малины.- Неправда! – Вступил в разговор Грудов. – Лучше всех – у меня. Вот вчера взял полторашку после работы, вмочил, понял – мало. Сбегал в круглосуточный, взял ноль пять. На кухне сел, вмочил, а сам форточку открыл. Неожиданно брык и сплю, форточка всю ночь была открыта, а утром что-то холодно стало, просыпаюсь – аж зубы стучат, шутка ли – ведь в одних трусах уснул.Все рассмеялись, кроме Малиновой.- Ага, погода – ни о чём. – Сказал Андрей. – Утром холодно, вечером – жара несусветная.- У нас всегда так, хер знает, как на работу одеваться. – Пожаловался Гуков.- Тебе то и думать нечего. – Усмехнулся Андрей. – В костюмчик прыг и готово. Зимой и летом одним цветом, что называется.- Гляди-ко, ты у нас оригинально одеваешься. – Обиделся Женя. – Футболка и джинсы.- У меня хотя бы футболки разные, да и джинсы не одни и те же.- Чего вы как бабы? – Поинтересовался Микуров. – Тряпки обсуждаете. – Он спохватился и с опаской поглядел на Малинову. Она никак не отреагировала. Странно.- У меня тоже футболки разные. – Заявил, входя, Паша, разобравшийся с приёмом смены.- Что делать-то? – Грудов допил свой чай и обращался к Паше, который должен был дать задание на смену.- Как вчера. – Коротко ответил мастер.- Это хорошо. – Андрей допил последний глоток и подошёл к сейфу за инструментами.- Уже пошёл? – Осведомился Гуков.- Что тянуть? Раньше сядешь – раньше выйдешь.У раздувщиков были нормы. Выполнив норму, они в принципе могли заниматься чем угодно. Андрей рассчитывал пару часиков почитать книгу. Он никак не мог «добить» «Дюну» Герберта.Все остальные последовали его примеру, кроме Малины, она осталась в чайной.- Козлы... - Процедила она сквозь сжатые зубы.Андрей уже вовсю работал, когда Грудов зашёл на раздувку и заорал.- Ну, погнали говно по трубам! – Это означало, что он готов приступить к работе.Паша с Гуковым отправились в свою «богадельню», Микуров остался на минус втором в своей комнате. Он не был нужен, пока не ломалось что-нибудь, связанное с электричеством, а потому рассчитывал поспать. Благо комната дежурного электрика звукоизолирована, и единственное, что могло ему помешать – телефон, по которому сообщали о неполадках. Лёха зашёл в свою комнату, упал на стул и закрыл глаза.Кроме них в здании вроде бы никого не было.

********

Гуков отрезал и смотал очередную заготовку. Он выписал бирку и положил её в кучу таких же. Следующий отрез намечался через час. Он обслуживал два экструдера, Паша, как мастер – оставшиеся три.- Когда отрез, Евгений? – Поинтересовался Павел.- Через час где-то.Паша запустил руку в ящик стола.- На вот пока книгу почитай. – Паша протянул ему средней толщины книжку. Это был Стивен Дональдсон и первый том его эпопеи «Глубокий Космос».- Не хочу... Покемарю чуток.- Как знаешь...- Не... Вот тут, если что пару свежих газет оставили...- М-да... Паша посмотрел на газеты. Одни названия статей на первой странице внушали лёгкий трепет. «Алла Пугачёва забеременела от водителя Моисеева!», «Группа «Тату» - они изменяют друг другу с мальчиками». М-да... - Повторил Паша, сказать тут больше нечего.- А что такого? Это так, ради смеха.- Вот вы все и существуете так, ради смеха. – Грустно сказал Паша.- Ты у нас святой – Гуков усмехнулся. – Только и можешь – со своими друзьями шляться и пиво хлестать. Я хотя бы что-то сделать пытаюсь. – Гуков достал сигарету и закурил.- Но я то не только этим занимаюсь. Я успеваю и пиво попить и девчонок «зацепить», а если попросят - кому-нибудь компьютер починю. Да мало ли чего ещё...- Так открыл бы фирму по своим компьютерным делам да делал бы деньги. Сколько бы ты тогда смог пива купить? – Гуков гнул свою палку.- Когда мне его пить в таком случае? Фирма ухода требует, надо за делами следить, да ещё и на основной работе вкалывать. – Павел театрально развёл руками. – Когда пить-то?- Хотел бы, время на всё нашёл!- В сутках не сорок восемь часов, Жень. Хотя и жаль, что это не так.Женя докурил и бросил бычок в самодельную пепельницу, сделанную из пустой кофейной банки.- Ты меня не понимаешь. Я говорю, что если захочешь, то можешь сделать что угодно. – Сказал Гуков, как ему самому показалось весьма важную вещь.- Да ну тебя, заладил. Я и так делаю всё, что надо и успеваю везде. – Паша посчитал разговор законченным и уставился в книгу. Он читал «Пятое правило Волшебника» Терри Гудкайнда. «Глубокий Космос» он убрал обратно в стол.Женя пересел за соседний стол и принялся перелистывать газету.

*******- Что-то Малина сегодня совсем не в духе. – Сказал Грудов Андрею.- Как будто только сегодня!Уже прошло около двадцати минут, как они приступили к работе, а она всё ещё сидела в чайной.- Она норму собирается хоть раз на этой неделе сделать? Вчера так самая первая залетела на раздувку, даже чай не пила. И один хер, нормы так и не было. – Говорил Грудов, одновременно регулируя скорости подачи и протяжки на своей раздувке.- Ты чё, не знал? – Андрей сделал удивлённые глаза. – Она не виновата в этом. Это Паша хреновые заготовки делает. А она, ты чё, она идеальный работник.Грудов рассмеялся.- Эта дура в руках тяжелее хрена ничего и не держала. – Он злобно сплюнул в ванну слива. – У плохого раздувщика трубка херовая.- Тормозит. – Согласился Андрей.Грудов закончил регулировку скоростей, теперь ему оставалось менять заготовки на устройстве подачи, да наматывать раздутую трубку в бухты. Он поудобнее сел в кресле и закурил папиросу.- В «парилку» сегодня идём? – Спросил Андрей.По пятницам они всегда посещали заводскую парилку, это тоже было традицией, как и чаепитие перед работой. От этого отказывались лишь в исключительных случаях – когда приезжал проверяющий или не удавалось сделать норму. И если первое случалось раз в полгода, то второе ещё не происходило ни разу.- Конечно. – Ответил Грудов. – Сегодня «питница». Потом пивка и домой, ящик смотреть.- Ага, сегодня как приедем, фильм путёвый будет.- Не, я буду футбол смотреть. Там наши с немцами играют. Если нам в первом тайме забьют, на фиг спать пойду.- «Мерседес» против «Запорожца» анекдот получится.- Ну почему. – Лёха пожал плечами. – Может и нормально сыграют.- Глупости это всё. Проиграют! Ставлю, что три – ноль в пользу немцев будет.Лёха опять пожал плечами, но ничего не ответил.

«Суки! Пидоры и суки!», - Малинова мысленно ругалась сразу со всей сменой. - «Что, думаете, хорошо работаете? Да кабы я захотела, пять норм бы за смену выполнила!». «Что же не делаешь?», - спросил воображаемый Паша. «Да пошёл ты! Только твою трубу и невозможно раздуть, кретин!» «Чё ты гонишь! Нормально его заготовки раздуваются!», - вступился, было за Пашу Андрей. «Заткнись, скотина волосатая! Сперва подстригись! Ишь, учить он меня ещё будет! Иди со своим Грудовым в парилку! Пидоры грёбаные!» «Ты на себя посмотри, лахудра недоделанная!», - взорвался иллюзорный Грудов, - «от тебя мужики бегут, не говоря уж о норме! Ты когда последний раз план делала?» «Да пошли вы все! Все!!! Все до одного! Вы тупицы, и бабы ваши тупицы, и матери ваши тупицы, и дети ваши тупицы! Вы даже ногтя моей левой ноги не достойны!»

Раздался громкий удар по железу. Звук шёл из коридора.Это вывело Малинову из забытья. Она улыбнулась, вспомнив о представляемых разборках, и отпила чай. Чёрт! Тот уже остыл. Она посмотрела на часы – полпятого. Твою мать! Она уже полчаса как должна быть на рабочем месте. Замечталась. Она встала и подошла к сейфу. Взяв инструмент, она развернулась и застыла. В коридоре были слышны чьи-то тихие шаги. Кто-то неторопливо шёл в сторону чайной.Малинова с ехидной улыбкой потёрла руки. Сейчас начнётся веселье. Наверняка это Паша. Увидел, что её нет на рабочем месте, и пошёл искать. Заставит гад объяснительную писать. Ну ничего, сейчас он забудет, зачем пришёл. Она накапливала злобу, а шаги приближались. Малина уже приготовилась излить словесную брань, когда в проходе появилась наглая рожа мастера-малолетки, но прямо перед чайной шаги стихли. Она прислушалась. Ей не было видно, кто стоит за углом, но до неё чётко доносилось хриплое и прерывистое дыхание. Этот кто-то как будто не решался войти.- Ну, ты, урод! Выходи! – Громко предложила Малина.Стоящий за углом предложение принял.********- Темнело за окном, и наступала ночь. За кухонным столом сидели мужики. – Напевая свою любимую песню из репертуара «Короля и Шута», Павел зашёл на раздувку.- О, певец явился. – Встретил его Грудов.- Весь вечер непрерывно бил по крыше дождь, и гром гремел ужасно где-то у реки. – Продолжил Паша.- Чего пришёл-то? – Спросил его Андрей.- Шпули есть? – Спросил Андрей, оглядываясь в поисках оных.- Ага. Вон в пакете парочка лежит. – Показал Грудов на большой мешок в углу.- О! – Сказал Паша и направился туда, продолжая петь во весь голос. – Но вдруг из темноты раздался крик. Затем с петель слетела в доме дверь. За шумною толпой бежал огромный страшный зверь.- Ну что, хватит на сегодня? – Проорал ему из-за своей установки Андрей.- Лежало пять кровавых тел... Нет не хватит. – Паша почесал голову. В мешке лежало пять шпуль, а им с Гуковым предстояло намотать как минимум семь. – Ещё пару штук требуемо.- Через часок заходи. Освободим. – Сказал Грудов.Андрей закурил.- Пахан, после работы в киоск? – Паша с Андреем сходили с автобуса на одной остановке, а около неё стоял круглосуточный киоск, где помимо шоколада и леденцов продавали и пиво. После вечерней смены они каждый раз покупали по бутылочке пивка и выпивали его по дороге домой.В ответ Паша лишь довольно хмыкнул. Мол, зачем задаёшь вопросы, ответы на которые очевидны. Естественно – да.- Ну вот и славненько. – Андрей потёр руки.- Я тоже в магазин зайду, пивка возьму. – Сообщил Грудов, хотя об этом и так все знали.Затянув очередную песню, мастер удалился, волоча за собой мешок со шпулями.

Он вошёл, точнее, ввалился в дверной проём. Это был паренёк лет пятнадцати. Вид у него был весьма жалкий. Он был весь мокрый, капельки воды стекали на пол. Волосы спутаны и взъерошены. Рубашка, как и штаны, порвана в нескольких местах. На лице и на руках мелкие порезы. Одного ботинка нет. Невидящим взором глаза смотрят за спину Малины. От ножа в левой руке Малинова не могла оторвать взгляд. Парень сжимал нож крепко, аж побелели костяшки пальцев. Он облизнулся и, пошатываясь, направился к ней.Малинова попятилась, но немного – упёрлась в противоположную двери стену. Лицо мальчика исказила ухмылка – он ещё придвинулся к ней.- Ты кто такой, твою мать? – Выкрикнула Малинова.Мальчик остановился и наклонил голову набок. Его лицо осветила милая улыбка. Наверное, его мама таяла, что бы он ни натворил, увидев улыбку сыночка. А что бы она сказала, увидев нож?- Я Саша. – Он улыбался во весь рот.- Ты как сюда попал, малец? – Малинова осмелела, отошла от стены и поправила комбинезон.- Пришёл... - Он резко перестал улыбаться. – К тебе... - Уже злобно и исподлобья.- Как? Что значит ко мне? – Бочком, как можно незаметнее она стала пробираться к выходу. Голова Саши поворачивалась следом. Он оскалился.- Стой!- Что тебе надо, урод? – Она продолжала двигаться к двери, но былой уверенности и след простыл.- Я был с ними, со всеми. Потом забрал их. А теперь я с тобой. – Он тоже двинулся к двери.- Ты хочешь убить меня?- Да! – Прорычал Саша и прыгнул на неё.И получил стулом по голове. Он упал, выронил нож. Из разбитой головы ручьём текла кровь, из закрытого рта доносился лёгкий скулёж. Малина взвизгнула и побежала. Саша сделал неимоверный рывок и схватил её за ногу. Она попыталась схватиться за дверь, но не хватило нескольких сантиметров. Не удержавшись на ногах, Малина рухнула на пол, пытаясь подставить руки, но и это не получилось. Упав лицом вниз, она на несколько секунд потеряла сознание. Саше этого хватило. Он подобрал нож и быстро подполз к ней. Рука с зажатым ножом быстро взметнулась вверх.- Я с тобой, ты со мной, она с нами. – Проговорил он, глотая свою кровь.Малина пнула его в пах. Саша застонал и скатился с неё. Малина извиваясь поползла прочь. Но скорее случайно, чем умышленно, Саша опустил руку, и нож распорол женщине ногу. На белом комбинезоне появилось, постоянно увеличиваясь, пятно крови. Малина завизжала во весь голос и попыталась встать, но Саша уже держал её за обе ноги и держал крепко.- Ты со мной, она с нами. – Прошептал он и ударил вновь, и ещё и ещё.Вскоре силы покинули его, и он упал на бездыханное тело. В коридоре появилась тень. Что-то приближалось к окровавленной парочке.На заводе погас свет.******И включилось аварийное освещение.- Что за херь? – Лёха Микуров вздрогнул и проснулся.Послышалось лёгкое гудение – заработали аварийные генераторы. Лёха, немного отойдя ото сна, поднялся и вышел в коридор. Царил полумрак. Он немного подумал куда податься и выбрал экструдерную мастера. До цеха идти меньше минуты. Лифт, скорее всего не работает, придётся идти пешком. Он медленно, стараясь не споткнуться, пошёл по тёмному коридору. Сзади послышались тихие шаги. Лёха обернулся, но никого не увидел – видать, генератор «глючит». Он пошёл дальше, но через секунду замер и превратился в слух. Откуда-то спереди слышался детский плач.- Это ещё что такое? – Вслух спросил он, но ответа не получил.И тут вспомнил рассказы, что слышал сегодня утром, во дворе, краем уха от каких-то бабок. Мол, живёт в озере какая-то тварь, которая якобы сожрала уже пять или шесть подростков. Рассказывали, что она издаёт звуки, похожие на плач младенца.До сего момента он считал эти байки нелепыми. А сейчас ему стало по-настоящему страшно. Да брось, попытался успокоить себя Леха. Даже если бы она существовала, то, как проникла бы на завод. Через туннели на минус первом. Через них сливают использованную воду. Чёрт, успокоил называется.Лёха решил более не тормозить и зашагал далее. Но не успел пройти и пяти шагов, как запнулся обо что-то и во весь рост растянулся на полу. В полумраке не заметил мешок с полиэтиленовой крошкой, брошенный, скорее всего кем-то из утренней смены.Он начал подниматься, проклиная всё на свете, в том числе и тех уродов, что бросили здесь этот мешок, тех, из-за кого погас свет, и тех, кто придумывает дебильные истории про дебильные существа, мать их! Подняться он, однако, не успел. Что-то ударило его в спину и прижало к полу. Не мог даже открыть рот. Краем уха он опять услышал детский плач, а потом тихий шёпот:- Ты со мной...

Факт отключения электричества задел раздувщиков за живое.- Что творится на этом грёбаном заводе! – Возмутился Грудов во весь голос.- Твари чёртовы! Только толком настроили! – Вторил ему Андрей.- Пошли к Паше разбираться.- Ага.Лёха ногой пнул дверь, та распахнулась, и в темноте он увидел чью-то едва различимую тень. Тень метнулась в их сторону. Лёха поспешил закрыть дверь, но раздался сильный удар, и его отбросило прямо на стоявшего сзади Андрея. Оба свалились на пол.Лёха вскочил и посмотрел на дверь. Закрыта. Никто не пытается войти. Он оглянулся на Андрея. Тот лежал неподвижно. При падении он ударился головой о ванну с глицерином и либо умер, либо потерял сознание. Грудов не знал, что делать. Он должен помочь ему, если конечно в этом есть смысл. Но только вот что же там такое – с другой стороны? Что ещё за хренова хрень в коридоре? К сожалению, он не успел разглядеть. Но он всем нутром ощущал, что ничего хорошего им не светит. Может, это собаки? На территории бродит чёртова куча бездомных собак. Да и как собаки попали сюда? На лифте приехали? Лестница-то закрыта. Паша всегда закрывает. И ключи есть только у него и у Микурова.Андрей шевельнулся и открыл глаза.Раздался детский плач, тихий-тихий.Андрей попытался подняться, опираясь на одну руку, другой рукой он держал разбитую голову. Его длинные светлые волосы слиплись от крови, на полу было большое красное пятно. Лёха помог ему сесть.- Сиди, не вставай. – Сказал он. – Как ты?- Жить буду. – Андрей поморщился. – Голова болит и кружится. Иди, звони в скорую и Паше, думаю, работать сегодня мне не придётся.- Да... Досталось тебе. Ты успел разглядеть хоть что-нибудь?- Нет... - Ответил Андрей. – Чёрт, хреново... Иди, давай, звони уже! В скорую в первую очередь!Лёха подошёл к телефону. Он снял трубку и приложил её к уху, а потом виновато посмотрел на Андрея. Но Андрей, хоть и не смотрел в его сторону, всё понял.- Что, не работает?- Нет. – Лёха повесил трубку.Андрей, держась за стол, поднялся, было на ноги, но сразу же сел.- Нет, не могу... Но выбираться надо. Думаю, по лестнице. Что-то на счёт лифта у меня большие сомнения.Лёха озадаченно посмотрел на друга.- Что? – Спросил Андрей.- Электричество так и раньше отключалось. – Медленно сказал Лёха. – Но только телефоны всегда работали – они по другой сети идут.- Ты удивлён? А ты не удивлён тому факту, что сегодня последняя смена и никто сюда не придёт до понедельника?- Мы в ловушке!- Нет, мы – в заднице, друг.Лёха посмотрел на дверь. Ему показалось, что он слышит чьи-то шаги.

Паша как раз мотал очередную бухту, когда станок намотки, а с ним и всё остальное оборудование отключилось, и зажёгся слабенький красный свет. Паша негромко выругался и, бросив недомотанную бухту, пошёл к столу мастера. Там уже ждал Гуков.- Что случилось? – Спросил Женя.- Откуда, я мать их знаю. Сейчас позвоним. Недовольно ответил Паша. Почему все геморрои случаются в пятницу. Это же опять все экструдеры запускают, будь они не ладны.- Чёрт бы их побрал. – Паша в сердцах бросил трубку на аппарат. На пластмассовом корпусе появилась трещина.- Что? – Гуков чуть отошёл от стола.- Что- что? Сам не догадываешься? – Прорычал Паша. – Не работает мать его. Придётся сидеть и ждать кого-нибудь. Может быть раздувщицы догадаются зайти или Лёха Микуров.- А может, я схожу наверх скажу кому-нибудь. – Предложил Гуков.- Иди. Только сегодня пятница, придётся тебе идти до КПП. Солдатам жаловаться.- Да и ладно. – Весело ответил Гуков.- Лифт скорее всего не работает. Ключ от лестницы. Где он? – Паша пошарился под столом. В его руках появился ключ, с прикреплённой биркой с лаконичной надписью «Лестница». – Знаешь где что?- А то. – Сказал Гуков и удалился.Паша посмотрел ему в след.- Ох, что за жизнь. Проворчал он и пошёл проверить оборудование. Всё в порядке. Ещё раз снял трубку телефона, но тот упорно молчал.

- Дерьмо! Больно! – Андрей держался за рану на голове одной рукой, другой опирался на Грудова, помогавшего подняться.- Так мы далеко не уйдём. – Грудов ослабил усилие, и Андрей сел. Давай-ка я схожу к Пашке за ключами от лестницы. А потом вместе с ним или с Гуковым тебя быстро наверх вытащим.Андрей поморщился.- Ага, а тут буду сидеть, и ждать, пока вернуться эти, мать их, существа и закончат начатое.- Я быстро. – Грудов развернулся, но Андрей остановил его.- Погоди. Если что не так, что-нибудь подозрительное, не ходи, возвращайся.Гуков кивнул.- Хреново, что сегодня нас никто не меняет, если что, то два дня ждать. А тут ещё эти... - Он смачно плюнул в сторону двери.- Это точно. - Проскрипел Андрей. – Ну да ничего. Отобьёмся.- Интересно, что там с Малиной? – Неожиданно спросил Лёха.- Да ничего. – Махнул рукой Андрей. – Она только рада, что работать не надо. Уверен – с электриками мысленно ругается. А твари... Это им надо её опасаться.- Хе-хе. Наверняка. – Усмехнулся Грудов и развернулся в сторону выхода.- Удачи, Лёх. – Андрей неловко расселся на стуле.- Постараюсь. – Ответил Грудов и вышел.Андрей закрыл глаза и постарался расслабиться.Лёха ещё раз оглянулся на него и направился по тёмному коридору в экструдерную. Он постоянно оглядывался, аварийное освещение здесь очень слабое. Из-за угла впереди, где находилась экструдерная, вышел человек в белом. Гуков. Лёха помахал ему рукой и двинулся на встречу. Гуков тоже заметил коллегу и, помахав рукой, сделал шаг навстречу, не тут же запнулся обо что-то и растянулся на полу. Лёха краем уха уловил ругань на счёт каких-то мешков.- Что стряслось? – Крикнул Грудов. Голос эхом отразился от стен и улетел во тьму.- Да, сволочь какая-то мешки расс... - Гуков не договорил.При таком освещении, Лёха не мог разглядеть, обо что же споткнулся Гуков, но, учитывая последние события, предчувствия у него были не самые лучшие. Он ускорил шаг и вскоре до него донёсся тихий, как топот мышиных лапок, голос Гукова.- Твою мать, Микуров... Микуров, твою мать. – Повторял как заведённый Гуков, так и не поднявшись на ноги.- Да что стряслось-то, Жень? – Взволновался Грудов уже не на шутку.- Микуров, твою мать... - Не унимался Гуков.И тут Лёха увидел причину скороговорки.- Трахните мою лысую голову. – Проговорил он совершенно без какой-либо интонации. На полу лицом вниз лежал мёртвый Микуров. Комбинезон на спине был разодран, как и кожа. Грудову показалось, что он видит оголённый позвоночник и лёгкие. На затылке сияла огромная рана, вокруг лужа крови.- Это эти уроды. – Прошептал Грудов, будто боялся, что их подслушивают.- Что ещё за уроды? – Всхлипнул Гуков, пытаясь подняться.- На нас с Андрюхой напали. – Быстро заговорил Лёха, уже громче. – Какие-то твари, как раз, когда выключили свет. Андрюха в итоге сильно головой ударился, но жить вроде будет. Но на раздувку они не зашли почему-то, а потом и вовсе ушли.- Какие ещё твари. – В голосе Гукова послышались истерические нотки. – Мне надо наверх, домой. У меня ключ есть. Надо уходить отсюда.- Сперва скажи всё Паше, а потом зайдите за нами и все вместе уйдём.- А вдруг Пашу уже того! Я не хочу возвращаться! Хочу наверх!- Успокойся, мать твою за ногу! – Грудов обернулся и оглядел коридор позади – никого. – Иди, давай. Мне кажется, они ушли. – Он сел на корточки и похлопал Глухова по спине. – Нельзя, чтобы с нами случилось то же самое. – Он указал на распростёртого Микурова.Гуков всхлипнул.- Хорошо. – Он, наконец, поднялся.- Только вот что. – Задержал его Грудов. – Отдай-ка мне ключ от лестницы.Гуков прижал руки к груди. В одной он, что было сил, сжимал ключ.- Ага, чтобы ты смотался, чтобы время на нас не терять. – Запаниковал Женя и попятился.- Придурок! – Почти проорал Грудов, потом тише: - Надо Малину проверить, она к нам не поднялась, наверное, до сих пор в чайной.

Он вышел на минус третий. Приглядевшись, Грудов различил дверь в чайную. Было тихо, даже глухо. Не слышно ничьих шагов, разговоров, не гудела как обычно вентиляция. Как в могиле, с отвращением подумал Грудов. На цыпочках, тихо, как мышь, подошёл к чайной и заглянул внутрь. Никого, всё вроде бы спокойно, только посреди комнаты на полу валяется стул. Грудов решил поискать её в других помещениях... Он развернулся и сделал, было, шаг, но поскользнулся и бухнулся на задницу... «Опять глицерин разлили, мать их!» - Мысленно отругал он утреннюю смену. Рукой нащупав лужу, в которую свалился, он посмотрел на свои пальцы. Чёрт! Ни хрена это не глицерин, это кровь! И понятно чья...Грудов внимательно посмотрел на пол. Лужа была размазана, но явно не только им. По полу тянулся кровавый след, будто волоком тащили тело в сторону подсобки, где хранили отходы и просто ненужный хлам.

Андрей открыл глаза. Сильно болела голова. Он опять был без сознания какое-то время. Сколько – определить трудно. Он огляделся – Грудова видно не было. Или ещё не пришёл, или те твари сделали своё дело. А его приняли за труп и оставили в покое. Правда, по внутренним ощущениям отсутствовал он недолго. Андрей провёл рукой по ране на голове. Кровь остановилась – и то уже неплохо. Кто знает, может и удастся выбраться отсюда без больших потерь. Самое плохое, что их никто не меняет, и при самом худшем исходе он заперт здесь до утра понедельника. Конечно, могут хватиться и раньше. Но телефоны оборваны, в трубке будут длинные гудки. Ушли, всё закрыли, никого нет. Значит надо выбираться самому. Лестница закрыта, а ключ и Паши. Надо идти к нему. Там же и Гуков. А что, если и твари побывали и там? Что тогда?Он медленно встал со стула. Травмированная голова сразу дала о себе знать. В глазах помутнело,. Легонько толкнул дверь в коридор... И на него прыгнул Саша.Андрей только и успел слегка толкнуть его, перед тем, как упасть самому. Толчок заставил Сашу лишь чуть-чуть отступить. Андрею же не повезло – он споткнулся о порог и повалился лицом вниз.- Я был с ними со всеми, теперь и ты со мной. – Услышал он позади себя тихий шепот.Сделать что-либо Андрей не успел, не успел даже крикнуть. Саша вонзил ему в затылок нож, повернул. Ручьём полилась кровь. И без того залитый кровью комбинезон теперь смело можно было называть красным.Саша устало опустился возле него на колени, его руки дёрнули за рукоятку ножа. Бесполезно, застрял намертво. Андрея передёрнуло судорогой, Саша сделал ещё пару попыток вытащить оружие, но, плюнув с досады, сел на пол. И тут в глазах у него потемнело. Кто-то ударил его сзади по голове, он повалился на пол возле Андрея. Перед тем, как потерять сознание, у него возникло видение – лица всех, кого он успел убить, начиная с Ксюхи и Димона, и заканчивая этим парнем, что умер минуту назад.

Гуков влетел в экструдерную. Глаза его горели, лицо покрылось румянцем.- Ты это чего? – Удивленно спросил Паша.- Э... Ну! Там... Лёха... Убили! – Пытался выговорить Гуков.- Кто? Кого? Причём тут Лёха? И вообще, какой из двух?Гуков отдышался и попытался взять себя в руки, было видно, что не получается, но всё же он смог что-то выговорить.- Там Микурова кто-то убил, а Грудов говорит, что это сделали какие-то твари!Паша посмотрел на него, как на идиота.- Ты видно спятил, Жень...- Ничего не спятил, можешь проверить. Микуров тут неподалёку валяется... Спина, вся разодрана, кровь везде!- Господи... Разберёмся, успокойся только. – Паша покачал головой. – Где ключ? Ты дверь открыл?- Какая в жопу дверь! – Психанул Гуков. – Там труп, ты что не слышишь меня? Грудов сказал, что на них тоже напали. Андрюха кровью истекает...- Успокойся! Я так понял, что Грудова ты живым видел?- Видел. – Кивнул Гуков. – Я ему ключ отдал. Он пошёл в чайную малину проверить.Паша сделал круглые глаза.- А что она там до сих пор делала? Почему не работала? – Не вовремя вспомнил Паша об обязанностях мастера – контролировать рабочий персонал.Гуков взорвался.- Ты что, тупой! – Заорал он. – Лёху убили. Нам всем скоро кранты! Эти суки, кто их всех мочит, свет отрубили.... Точно говорю!- Ёж твою медь... - Паша даже стал выглядеть озадаченным. – Ладно, схожу, посмотрю.Паша положил ручку в карман и собрался идти, но Гуков остановил его.- погоди немного, посидим тут пару минут. Пусть Грудов сходит в чайную, Малину проверит. – Гуков глубоко вздохнул и продолжил: - А потом он нас на раздувке будет ждать, вместе с Андрюхой.Паша откинулся на спинку стула.- Жень, а ты вообще уверен в том, что ты видел?Гуков кивнул.- Точно?Гуков кивнул и уронил голову на руку. Плечи у него задрожали, послышались негромкие всхлипы.- Я не хочу, понимаешь, не хочу. – Скулил он. – У меня жена и сын. – Он разрыдался во весь голос.- Да брось ты, всё нормально будет.- Только-только всё завязываться началось, косметика начала более менее продаваться. – Женя вытер нос рукавом.- Ну-ка, ну-ка. – Паша привстал. – Что это у тебя на рукаве?Гуков повернул руку к лицу. По всему предплечью тянулось пятно крови.- Не моя. – Прошептал Гуков.Лицо Паши моментально стало серьёзным. Он снял телефонную трубку, пальцы закрутили диск.- Никто на раздевалке не подходит. – Мрачно сообщил он Гукову. – Ждём пять минут и идём. Надо выбираться отсюда.Гуков быстро закивал, губы его шевелились в безмолвной мольбе.

Лёха приблизился к двери в подсобку, чуть приоткрытая она сочилась темнотой. Лёха потянулся к выключателю, но, вспомнив, что толку от этого мало, достал из кармана одноразовую зажигалку. Чиркнул кремень – только искры, лишь с третьей попытки появилось пламя. Лёха приоткрыл дверь... Зажигалка, звякнув об пол, растворилась в темноте. Прикрыв рот рукой, Лёха захлопнул дверь, выскочив из подсобки, не пытаясь, позаботится о потерянной вещи.

Внутри маленького помещения, чего он в принципе опасался, лежало тело... Сильно изуродованное... Если не знать, то ни за что бы Лёха не догадался, что это Малинова. Лица не было, вместо него – кровавая каша. Кисти рук оторванные лежали тут же, из культяпок натекли лужицы крови. Хватило и секунды разглядеть это и запомнить, запомнить на всю оставшуюся жизнь. Никто не должен умирать такой смертью, пусть и такая стерва.Грудов быстро вернулся к лестнице. Что за тварь могла учинить подобное? Ответ очевиден – одна из тех, или же все вместе, те, что напали на них с Андрюхой. Что это значит? Пора вооружаться! Как раз вовремя Лёха вспомнил о куске арматуры в сейфе. Он то хотел забрать кусок в сад, но руки никак не доходили. И, слава богу, не дошли. Лёха вернулся к чайной, буквально на ощупь нашёл сейф и извлёк тяжёлую железяку. Он подкинул её на руке, и злобная усмешка сверкнула на лице. Ну, теперь держитесь, суки... Через пару минут он вернулся на раздувку. Стараясь ступать как можно тише, Лёха вышел из-за угла и замер. Увиденная картина поразила его не меньше, чем тело Малиной, истерзанное тварями.Андрей лежал, уткнувшись лицом в пол, рядом на коленях сидел молодой паренёк. Из затылка Андрея торчал большой нож, издали похожий на джойстик управления для компьютерных игр. Паренёк смотрел куда-то вдаль, губы беззвучно шевелились, словно у верующего, молившегося в церкви.Лёха тихонько подкрался к странной паре, и хотя мальчишка сидел боком, остался незамеченным. Он продолжал что-то усиленно нашёптывать. Лёха не долго думая, признал его виновным, и что было силы, опустил на голову незваного гостя арматурину. Парень упал, не издав ни звука, рядом с Андреем практически в такой же позе. Грудов наклонился и на всякий случай проверил пульс у коллеги. Мёртв... Что ж... Видимо, Паша и Женька ещё не приходили, придётся идти к ним самому. Но сперва...Он перевернул мальчишку на спину. О-па, тоже окочурился... Ну, а чего он ждал? Кто же выдержит такой удар? Убил ребёнка. А кто просил его убивать Андрюху? Зачем мальчишка на завод полез? Играл с друзьями, что же ещё, чёрт побери? Ага! По подземным водным каналам пробрался и сидит теперь горюет! Да ещё и возле трупа недавно живого Андрюхи, убитого невесть откуда взявшимся ножом. М-да, ситуация – нарочно не придумаешь!

- Заткнись! – Вслух проговорил Лёха, затыкая поток бессвязных мыслей.Сзади что-то зашуршало. Лёха хотел оглянуться, но не успел – сильный удар по ногам свалил его на пол. Арматура выпала из руки и откатилась в темноту. Не медля ни секунды, Алексей вскочил и бросился за оружием. Благо арматура далеко не укатилась. Он схватил железный прут и наугад махнул им в сторону. Арматура во что-то врезалась, раздался истошный крик, получеловеческий, полузвериный. Грудов, не теряя времени, едва различая в темноте пятно, по которому попал, принялся наносить удар за ударом. Он чувствовал, как извивается существо, пытаясь увернуться, но постепенно сопротивление сходило на нет. Остановился Лёха лишь, когда понял, что тварь сдохла.Он хотел рассмотреть поближе, что же такое на него напало. Но времени определённо не было, судя по звукам, приближались ещё как минимум две твари, он слышал их шуршащую поступь, а ещё детский плач где-то невдалеке.- Что ж. – Процедил Лёха сквозь сжатые зубы. – Идите сюда, познакомьтесь с папочкой.От скорости арматура загудела. Воздух заполнился песней уничтожения. Размахивая орудием из стороны в сторону, Лёха отступал к стене – необходимо было прикрыть тылы. Существа, заходившие теперь с одной стороны – спереди – явно мешкали, будто чего-то ждали, а может и боялись. У Лёхи появилась минутка передышки, и он смог разглядеть нападавших.В красном аварийном освещении много не разглядишь, а потому он увидел размытые очертания существ размером с небольшую собаку, также на четырёх лапах, с длинным хвостом, огромным ртом, скорее всего полным невообразимым количеством зубов. У каждой по паре блестящих глаз, смотрящих прямо на него. Лёха махнул арматуриной и прижался к стене. Твари прыгнули одновременно.

Одна получила по морде арматурой, а от раскрытой пасти второй он успел увернуться, и тварь со всего размаху врезалась в стену. Лёха пнул её ногой, взвизгнув, тварь отлетела в сторону двух трупов, но тотчас же вскочила и бросилась в новую атаку. Лёха выставил арматуру перед собой, когда тварь находилась уже в воздухе, и не имеющее возможности руководить полётом существо, полетело аккурат открытой пастью на металлическую палку. Существо погибло мгновенно. Лёха сбросил тело на пол и повернулся ко второму противнику. А там стояло уже трое. Лёха чертыхнулся и побежал вдоль стены в сторону экструдеров. Пробежал он немного – ему перегородила дорогу очередная тварь. Она отличалась от тех, что преследовали его раньше – она была гораздо больше. От сильного удара Лёха упал на колени. Арматура вылетела из руки и со звоном приземлилась вдалеке, а в этот момент подоспели преследователи сзади.Лёха лёжа отбивался как мог. Руки и ноги мелькали, как у безумного. Твари визжали то ли от боли, то ли от радости. Но силы были не равны. И всё же перед тем как челюсти сомкнулись у него на шее, Лёха успел выдавить большим пальцем глаз одной из тварей, той, самой здоровой. По руке текла холодная слизь, донёсся запах блевотины. Отвращение было последним ощущением в его жизни, а боль – последним, что он почувствовал.

«Мы всё ещё друзья?» - Голов Миши. Странно слышать голос друга, которого самолично пару дней назад зарезал на берегу озера.«Они ушли?» - Спросил Саша.«Они оставили тебя. Создания больше тебя не потревожат» - Уже Лёша.«Почему? Мне было хорошо с ними».«Ты ослабел... Ты слишком слаб для них. Ты больше не можешь удовлетворить их» - В голосе Миши проскальзывали едва заметные счастливые нотки.«Теперь ты свободен от созданий и можешь идти с нами» - У Лёши наоборот слышалась тонкая печаль.«А вы злитесь на меня?»«А за что? Здесь так хорошо» - Миша сладко вздохнул.«Если только чуть-чуть» - Зазвучал лёгкий серебристый смех.«Я хочу к вам, очень сильно хочу» - Саша чуть не плакал, то ли от радости, то ли от потери созданий. – «Вы, правда, не злитесь на меня?»«Нет»«Нет»«Как же я найду вас?»«Следуй за сердцем» - Таинственным голосом проговорил Миша.«Найди свою душу».Саша улыбнулся и встал. Он не знал, куда идти, а потому пошёл прямо. Прямо в сторону первой раздувки. Электричество отключилось недавно, и глицерин ещё не успел остыть. Температура упала со ста пятидесяти до ста тридцати градусов.«Мы тебя любим»«Я вас тоже люблю»Все, также улыбаясь, Саша подошёл к раздувке.«Найди свою душу»Он опустил голову в горячий глицерин.И как будто спала пелена, и пришла дикая, яростная, ни с чем не сравнимая боль. Что-то очень тяжёлое оставило его сознание. Буквально за мгновение Саша вспомнил всё, что совершил.«Ты с нами...» - Донёсся слабый голос Миши.«Навсегда...» - И Лёши.Саша уже знал, что это не так. Он заорал, не столько от боли, сколько от страха. Но рот был под глицерином, и горячая жидкость заполнила глотку, прокладывая дорогу глубже в организм. Горячая, обжигающая и вонючая. Саша уже ничего не чувствовал, лишь слабое жжение, но не во рту, не на лице, не в желудке, а где-то в глубине сердца.Глицерин заполнил лёгкие. С лёгким шуршанием тварь отошла от двери.

Паша сидел на стуле, сложив на груди руки. Всё происходящее казалось воплощением бреда сценариста треш-фантастики.«Гуков не должен жить – он наш враг»- Что за чушь? – Поморщился Паша.- Ты чего? – Спросил Гуков. За последние семь минуть он уже выкурил третью сигарету.- Хорош смолить! – Крикнул Паша. Гуков стал почему-то сильно раздражать.« От него необходимо избавиться немедленно! Он мешает созданиям»- Заткнись. – Мысленно сказал Паша голосу в голове.«Такие жить не должны»Гуков искоса взглянул на Пашу. Похоже, что-то заметил.« Создания хотят быть с ним». – Голос и не собирался сбавлять обороты.Паша встал.- Что, пойдём? – Спросил Гуков, поднимаясь на ноги.- Нет. – Отчеканил Паша.« Убей его. Мы сделаем так, чтобы всё стало хорошо»Паша вышел из-за стола и достал ножницы. Гуков отошёл на пару шагов.- Пашка, у тебя всё в порядке? – Голос у Гукова сильно дрожал.« Отдай его нам. Будь с нами». – Голос пел. Пел хор голосов.- Я буду с тобой. – С натугой сказал Паша, будто вспоминал слова.- Рехнулся, что ли? – Женя пятился. Паша наступал.- Надо идти на раздувку! Там же Лёха с Андрюхой ждут. И ключ-то у них.«Больше нет»- Больше нет. – Повторил Паша и ударил Гукова ножницами по лицу. Но лезвие лишь скользнуло по скуле, оставив небольшую царапинку, тонкая струйка крови потекла по щеке. Гуков завизжал и бросился в коридор. Паша откинул ножницы в сторону и двумя руками схватил Гукова за воротник. Паша сильно дёрнул и притянул жертву. Воротник угрожающе затрещал, Гуков обмяк.«Пусть идёт к нам»- Тебя ждут. – Прошептал Паша, не обращая внимание на то, что Гуков не слышал и потащил расслабленное тело к станку рубки отходов.Гуков пришёл в себя, едва открыв глаза, он понял, куда направляется выживший из ума мастер. Женя задёргался, пытаясь вырваться из цепких рук, но бесполезно. Ногой Паша ударил по тумблеру включения, под железным колпаком зашелестели лезвия. Не церемонясь и не разглагольствуя, Паша засунул руку подопечного внутрь. Гуков заорал. В мешок, куда да последнего времени сыпалась измельчённая трубка, полилась кровь, и упали осколки костей. Гуков орал, не переставая ни на секунду.« Отпусти его к нам».Паша уронил, корчащегося от боли Гукова, на пол возле себя. Гуков посмотрел на мастера снизу вверх. Паша улыбался. Через секунду он увидел ботинок над собой, а потом стало темно. Паша вернулся, нашёл на полу ножницы и неспешно подошёл к слабоворочающемуся на полу Гукову. Около минуты Паша разглядывал творение рук своих, не переставая улыбаться, воткнул ножницы в шею Жени. Гукова изогнула предсмертная судорога и, шумно выдохнув, он затих навсегда. Паша выпрямился и замер, как солдат ожидающий приказа.« Ключ. У человека в белом. Он мёртв. Ищи».Грудов...Паша развернулся и бодрым шагом отправился на раздувку

Часть 3 «Лесохим»

---------------------

Газеты пестрели заголовками: «ПРОПАЛО УЖЕ 11 ЧЕЛОВЕК», «КРОВЬ НА ЗАВОДЕ», «УБИЙЦЫ В ГОРОДЕ», «КТО СЛЕДУЮЩИЙ?». Главная газета Янтарного опубликовала огромную статью по материалам следствия, определённо зашедшего в тупик. Было допрошено более сотни подозреваемых, основным из которых считался Николай Тортов – сторож из детского лагеря. Более сотни свидетелей, большинство из которых просто хотели где-то как-то засветиться. И полный ноль. Ни одного тела не найдено, у каждого из подозреваемых было алиби.Город кипел. Шутка ли, одиннадцать исчезновений за неделю в городе, в котором убийства совершались от силы раз в год, да и то по пьяной теме. А тут пятеро детей, целая смена завода. Да ещё и на заводе нашли детские следы, непонятно откуда взявшегося под землёй Саши Курбатова. Из-за этого появилась надежда, что он жив. Но она растаяла как дым, когда была проведена экспертиза крови, найденной в огромном количестве на заводе. Помимо крови сменных работников, как и положено, шестерых, была найдена седьмая – Сашина. С этого момента начали искать трупы – тоже безрезультатно.Следователь, которому было поручено сие уникальное для Янтарного дело, Евгений Рыбкин, не спал и не появлялся дома все выходные. Сразу, как только в субботу утром поступило сообщение об одновременно пропавших, точнее не вернувшихся с работы. Его родные уже решили, было, что он тоже пропал, но он явился и завалился спать в понедельник утром и проснулся только вечером.Загадки всё появлялись, а ответа ни на одну из них получено не было. И всё же главным вопросом было появление на заводе мальчика. Конечно, первой версией Рыбкина было, что кто-то из шести пропавших рабочих убил подростков и принёс с собой кровь одного из них, но зачем? Чтобы наслать на себя подозрение. И куда тогда делись все работники, и в том числе тот, кто принёс кровь? Версия о маньяке-сменщике отпала, когда обнаружили и установили, что кровь успели потерять все шесть рабочих, и уже всё стало окончательно понятно, когда обнаружили следы Саши. А то, что это был именно Саша, легко установили криминалисты, причём он был определённо живой, а не кто-нибудь использовал его отрезанные части. И вот с того момента вопрос о попадании в эти цеха стал одним из самых важных. Ибо свободного входа на завод не было, и само здание охраняли солдаты.- Дурачьё, - Подумал вслух Алексей Сыгучёв и отбросил в сторону газету, которую только что взял из ящика по возвращении с работы.Его мало заботили эти проблемы, особенно, после того как он вернулся из армии, где у него, было, предостаточно времени подумать о своём будущем, которое ему не хотелось превращать обратно в прошлое. До армии, вплоть до осеннего призыва, когда ему было восемнадцать, приблизительно года полтора он, что называется, гулял. Он успел перепробовать все известные науке спиртосодержащие напитки, включая одеколоны и чистый спирт. Довольно часто он «накуривался» и пробовал глотать различные колёса. Однако сильными наркотиками никогда не баловался. В итоге, и без того щуплый, невысокий, он исхудал окончательно. На него в тот период смотреть было страшно – огромные синяки под глазами, кости лица выпирают, одежда почти всегда рваная и висит на нём как на вешалке. Мать вся изошла на нервы, когда он неделями не появлялся дома. И вот, в разгар этого самого веселья, как гром среди ясного неба, появляется повестка в военкомат. Сначала Лёха с горя напился, но потом напился с радости – он понял, что в армию в таком состоянии его не возьмут. Он же автомат в руках не удержит!- Зато лопату удержишь. – Бодро сообщил ему подполковник, фамилии которого он не знал, и в принципе, не хотел знать.И началось. Проводы его длились неделю. Лёха не просыхал. Очнулся полностью он лишь в поезде, который его куда-то вёз, среди таких же молодых, как и он парней. За два года, что он провёл в Новосибирске, а именно в этот город его определили в строительную часть, Алексей полностью изменился. Он понял, каково было его матери, он просто поставил себя на её место. Он представил, что если бы его сын, которого он ждал всю жизнь, верил в лучшее. И что получается, на глазах этот самый сын спивается и опускается всё ниже, а ты ничего не можешь сделать. В каждом письме домой он извинялся перед матерью, просил прощения, что перед отъездом не зашёл, не обнял её. А она в ответ писала, что ждёт его и любит, с каждым днём всё сильней. Иногда по вечерам Алексей плакал. Как он мог относиться так к самому родному для себя человеку!Но армия осталась в прошлом. И, пожалуй, Алексей был одним из тех исключений, которым русская армия пошла на пользу. По возвращении домой он быстро нашёл работу, причём на заводе, поступил на вечернее отделение в институте. Со старыми друзьями он не общался вообще, исключение составлял лишь Игорь Кудряшов. По прозвищу Кудряш, которого он знал с яслей. Но и то общались они редко и в основном по телефону. А остальные «товарищи» за два года, что Лёха отсутствовал, кто умер от передозировки, кто спился и сейчас побирался возле «выпиваек». Парочка взялись за ум, также как и Лёха и сейчас учились, один успел даже обзавестись семьёй. Они тоже ни с кем не общались. Мама Алексея, оставив ему двухкомнатную квартиру, уехала жить в Лесохим – небольшую деревеньку неподалёку от завода. Она за копейки купила дом, вела своё хозяйство без соседей за стенкой, на свежем воздухе, в полном спокойствии.Лёха за год после возвращения успел сделать ремонт в квартире, поставить кое-какую новую мебель, заменив старую.Каждую неделю он навещал мать, как правило, в понедельник. Вот и сегодня он собирался ехать к ней. Лёха хотел отвезти ей кое-какие продукты и просто проведать.Взяв из тумбочки денег, он вышел на улицу. Лёха отключил сигнализацию у машины, залез вовнутрь и через минуту уже катил к ближайшему продуктовому магазину. Купив стандартный набор продуктов, он направил машину в сторону Лесохима.До деревни было двадцать минут езды на средней скорости, сначала десять по шоссе, а потом по узкой просёлочной дороге примерно столько же, но гораздо более медленно.Лёха свернул на просёлочную. Минут через семь впереди замаячили среди деревьев маленькие домики. Лёха чуть-чуть добавил газу и едва не врезался в чёрную машину, вылетевшую ему навстречу из деревни.Он едва успел нажать на тормоза. Машину понесло юзом. Лёха бешено крутил руль, пытаясь остаться на дороге, но ему не повезло, и он заехал в придорожную канаву. Он был не пристёгнут, и когда произошёл удар о дно канавы, Лёха разбил нос о руль и на несколько секунд потерял сознание. Очнувшись, Лёха с минуту пытался понять, что только что произошло. Постепенно цепочка событий восстановилась. Вот урод! Кто так делает? Куда спешил?Лёха вылез из машины и в первую очередь осмотрел повреждения. Слава богу, ничего страшного. Земля была мягкая, лишь бампер придётся поменять – он, к сожалению, отвалился. Возможно, даже удастся задом выехать. Ну а что там с этим ублюдком? Лёха вылез из канавы. Лихому водителю повезло намного меньше, чем ему. Видимо, как и Алексей, пытаясь уйти от столкновения, он вывернул руль и вписался в многолетнюю сосну. От передней части чёрного автомобиля не осталось практически ничего. Лобовое стекло, как и все боковые, разлетелось вдребезги, и его бесчисленные осколки валялись теперь вокруг машины в радиусе нескольких метров. Водитель полулежал на руле.- Лучше бы ты выжил, - Подумал Алексей. И приглядевшись, увидел, как в медленном ритме поднимается и опускается спина водителя. И то хорошо. Хоть не так много волокиты.- Какой ты циничный, Лёша, - Сказал он мысленно самому себе.Водитель поднял голову и стал оглядываться.- Эй! – Крикнул Алексей. – С тобой всё в порядке?Тот ещё поводил головой из стороны в сторону и уставился на Алексея.- Жить будешь? – Прокричал Алексей.Неизвестный кивнул и попытался открыть искорёженную дверь. Безрезультатно. Тогда он начал карабкаться в окно. Через минуту, мешком упав на землю, он грязно выругался.- Это кто ещё ругаться должен. – Алексей направился к виновнику аварии.Внезапно тот вскочил, и бешено махая руками, помчался к Алексею.- Убирайся отсюда! – Донеслось до Лёхи.- Ты что? – Лёха остановился.Водитель оказался молодым парнем лет двадцати трёх, подозрительно знакомый на лицо. Где-то Лёха его уже видел.- Уезжай! – кричал отдалённо знакомый тип.- Да что с тобой? – Спросил его Алексей, когда тот, тяжело дыша, поравнялся с ним.Парень из машины упёрся руками в свои колени и попытался отдышаться. Это ему не удалось.- Там все умерли... Он... Они... Эти гонятся... за мной. – Запыхавшись, выпалил парень.- О! Я узнал тебя! – Воскликнул Лёха, не обращая никакого внимания на его болтовню. – Ты тот парень, что расследует эти чёртовы исчезновения. Э, вроде Женей тебя звать.- Евгений Рыбкин. Лейтенант милиции следственного отдела. – Выдохнул парень.- Ты чего такой дикий, милиционер?- Они идут... Они уже убили Серёгу. – Рыбкин говорил нервно, постоянно оглядываясь.Начинало темнеть. В лесу вокруг них становилось всё тише и тише. Лишь где-то тихо плакал ребёнок. «Занесло же кого-то с детьми» - Подумал Алексей.- Чёрт, надо до матери как-то добраться. – Пробормотал Лёха скорее самому себе.- Ты что? Меня не слушаешь? – Потряс его за плечо Рыбкин. – Надо убираться отсюда, пока совсем темно не стало.- Мужик, успокойся. Сначала я всё равно заеду к матери.- Забудь. – Почти прокричал Рыбкин. – Никого там больше нет. Всех убили. Кровь повсюду.- Ты гонишь, брат. По крайней мере, надо хотя бы посмотреть, что к чему – мент ты или кто?- Я мент, черт возьми! И я говорю тебе – надо в город. Тут армия нужна.- Успокойся! Какая, в задницу, армия! Всё наверняка не так страшно.Рыбкин в очередной раз оглянулся на дорогу.- Давай чем спорить, машину вытолкаем, - Предложил он. – Моя сдохла.- Это уже дело. – Согласился Лёха. – А там и решим, куда и зачем.Через полчаса, когда стало уже совсем темно, они вытолкали машину на дорогу и залезли внутрь.

- Ну что? Куда, в город? – С надеждой спросил Рыбкин.- Нет, я должен проверить мать.- Да нельзя же туда.- Нужно. – Отрезал Лёха и повернул ключ в замке зажигания.Двигатель недовольно фыркнул, пару раз чихнул, но потом раздалось ровное гудение.- Теперь в любом случае надо её в ремонт. – Проворчал Алексей.- Не волнуйся, если выберемся, я тебе всё оплачу.- Да ничего и не происходит, так что в любом случае заплатишь. – Алексей усмехнулся.- Ты извини за всё. Я не хотел.- Да ладно, со всеми бывает.- Но ведь Серёга погиб. Зарезали его.- Кто? Зачем?- Видимо, тот же, кто на заводе всех поубивал и ребят у озера покоцал.- Ну-Ну.Алексей включил фары и медленно двинулся вперёд. До Лесохима было всего ничего.- Если действительно встретим твою мать, я тебе помимо всего ещё и ящик пива поставлю.- Ловлю на слове.Машина медленно двигалась в сторону Лесохима. Лёха включил дальний свет. Свет выхватил из полумрака стволы многолетних сосен, молодых берёз, придорожный кустарник и человеческий силуэт.- Чёрт. – Лёха выругался и затормозил.- Это он. Давай задний ход. – Засуетился Рыбкин.- Кто он?- Он убил Серёгу.- Вроде обычный парень. Может его подвезти надо до города, а то ведь путь неблизкий?- Не надо его никуда подвозить! – Запротестовал следователь.- Не волнуйся ты так, всего лишь молодой паренёк, что он может нам сделать?За всё время их диалога парень не пошевелился, просто стоял и смотрел на них. Они смогли разглядеть его. Высокий коротко стриженый парень лет двадцати шести. Всё бы ничего, да одет он был как-то странно. В рабочий комбинезон, который был чем-то заляпан. В руке он держал что-то небольшое продолговатой формы.- Он что, с завода? – Насторожился Алексей и посмотрел на следователя. Тот нервно теребил пальцами подол своего свитера.- Надо было меня слушать и разворачиваться в сторону города, там бы нам помогли. – Шальными глазами он взглянул на дорогу перед автомобилем.- Может, ему помощь нужна?- Ни черта подобного! Это он Серёгу замочил и всех остальных в деревне.- Может, он с ума сошёл. Надо ему в любом случае помочь. – Алексей принялся вылезать из машины.- Не сходи с ума! – Рыбкин схватил его за руку.Лёха освободился.- Я не буду подходить к нему, просто поговорю.Он вылез из машины и помахал рукой. Парень медленно повернул голову в его сторону.- Ты кто? – Спросил Лёха первое, что пришло в голову.Парень помедлил с ответом, тряхнул головой и негромко произнёс:- Их...Лёха сначала не понял, но потом спросил:- Чей?Парень наклонил голову.- Я их...Лёха почесал голову и наклонился к машине.- Вроде не опасен он. – Сказал он Рыбкину.- Ага. М-мы т-тоже т-так п-по-подумали. – Заикаясь, ответил следователь.- Ну вот, ты уже и заикаешься.- Это от волнения.- Слушай, как тебя, Рыбкин! Я ведь тебя даже удостоверения не просил показать, мало ли на кого ты в газете похож. – Лёха подозрительно глянул на своего нежелательного попутчика.В принципе, он шутил, но Рыбкин воспринял его совершенно серьёзно.- Сейчас вообще-то не совсем время. – Проворчал Рыбкин, но всё же полез в задний карман джинсов за удостоверением.- Да ладно тебе, шуткую я. Верю на слово...- Лучше тебе залезть обратно в машину. – Проговорил Рыбкин, указывая на дорогу.- Что ещё? – спросил Алексей и оглянулся на освещённый фарами участок дороги.Парень исчез.- Где он? – Спросил Алексей. – Куда этот чёрт делся?- Почём мне-то знать? Я знаю лишь, что надо сваливать отсюда, пока целы. В город, за подкреплением.- Что ты заладил! Просто парень с катушек слетел, хочет по лесу походить.Рыбкин схватил его за руку.- Поехали.Лёха взглянул на него – Рыбкин смотрел глазами, полными суеверного ужаса.- Уж не знаю кто из вас больший псих. Он или ты, лейтенант Рыбкин. Но если уж ты просишь, поехали в город.Рыбкин усердно закивал.Лёха развернул машину, свет фар скользнул по тёмному лесу. Там вроде что-то шевельнулось, как бы отпрыгивая со света. Лёха поморщился: сейчас главное не сходить с ума и держать себя в руках. Он решил заехать к матери завтра – от голода не умрёт, а этого бедного служителя порядка необходимо доставить к своим, а то он окончательно рехнётся. Решено – город!Лёха направил автомобиль вперёд. Он ехал не спеша, боялся доломать транспорт.- Спасибо, что послушал меня. – Проговорил Рыбкин.- Да ладно, чего там. – Отмахнулся Алексей.- Слушай, как только приедем в отделение – мы ведь туда едем? – Он с надеждой взглянул на Лёху.- Не сомневайся. – Коротко ответил тот.- Так вот. Как только приедем туда, я возьму наряд, и мы проверим Лесохим как следует и самым главным образом найдём твою маманю. Какой у неё дом?- Симпатичный.... Шучу. Восемнадцатый. Почти у леса, с дальней стороны деревни.- Вот и славненько!Лёха посмотрел на Рыбкина.- Чуть что не так – звони мне домой в любое время. – Он протянул следователю свою визитку. – Здесь и адрес и телефон.- Хорошо, в любом случае позвоню. – Рыбкин взял из Лёхиных рук визитку, но тут же вжался в кресло и весь как-то побелел. – Не тормози... - Прошептал он.Отвлекшийся Алексей взглянул на дорогу и ударил по тормозам. На дороге стоял тот самый парень. Машину резко занесло буквально в метре от странного субъекта. Тот, однако, даже не пошевелился. Лёха успел заметить его немигающий пустой взгляд, в котором читалось... да ничего в нём не читалось, лишь пустота, полная отрешённость. Машина ударилась о многолетнюю сосну. Лёха сильно треснулся лбом о руль и потерял сознание.Очнулся он от того, что его кто-то тащил на себе. Он не мог увидеть, кто это был, он мог лишь слышать тяжёлое дыхание человека, тащившего его у себя на спине. Некоторое время Лёха не решался спросить, кто это, боялся услышать голос того парня, которого едва не сбил неизвестно, сколько времени назад. Наконец тащивший его подал голос.- Скорей бы уж ты очнулся, горе-водитель. – У Лёхи отлегло от сердца – это был Рыбкин.- Уж кто бы говорил о вождении. Кажется, с тебя всё и началось.- Слава богу. – Рыбкин остановился. – Идти сможешь?- Вполне.Лёха поднялся на ноги. В голове немного гудело, а во рту чувствовался привкус крови. Он сильно разбил губу при столкновении с деревом.- Уф... - Рыбкин шумно вздохнул. – Нелёгкий ты груз, парень. Что же ты затормозил?- А что ж я его давить должен был, по-твоему?- Честно сказать? Да!- Забей. За машину этот гад ответит в любом случае. По полной программе, урод.- Если только до города доберёмся. – Сказал как-то уж чересчур горестно Рыбкин.- Доберёмся. А кстати, где этот типчик, и собственно где ты? – Повертев головой и ничего, не увидев из-за кромешной тьмы, спросил у Рыбкина Алексей.- Мы в нескольких метрах от дороги. Идём вдоль неё в сторону города. А этот урод следует за нами. Идёт он по дороге. Тоже в сторону города.- Далеко ушёл со мной?- Не думаю. От силы метров триста от машины твоей. Она у тебя совсем в хлам превратилась. – «порадовал» его Рыбкин.- Да, Рыбкин. Умеешь ты приносить хорошие новости, ничего не скажешь!- Забудь. Главное сейчас – шкуры наши спасти от этого чёрта. Он кстати совсем недалеко от нас. Слышишь?Лёха прислушался. Действительно, невдалеке слышались шаркающие по гравию дороги шаги. Они неминуемо приближались. Молодые люди уже слышали дыхание – тяжёлое, хриплое, как у астматика.- Давай, надо двигаться. – Поторапливал Рыбкин.- Почему-то я с тобой согласен. – Ответил Лёха, и они зашагали, стараясь придерживаться дороги. Они не заботились о тишине, и потому шаги преследователя были заглушены шумом их шагов. Через полчаса они остановились.- Что, далеко ещё до дороги нормальной? – Спросил Рыбкин у Лёхи.- Почём мне знать.- Ты же часто ездишь к матери в это место.- Не езжу я, когда темно. Но должно быть уже...- Тсс... - Прервал его Рыбкин, определённо к чему-то прислушиваясь.- Что?- Тихо! Шагов больше нет!Лёха прислушался. Шума погони действительно больше не было.- Может, он перестал идти за нами. – Шёпотом предположил Лёха.- Что-то сомневаюсь.- Наверное, дорога впереди уже близко, а он её боится. – Высказал ещё одно предположение Алексей.- Может и так... Может и так. Только вот знать бы наверняка.- Какая разница. Надо продолжать идти. На дороге нас кто-нибудь подберёт. – Алексей уже пошёл было дальше, но Рыбкин остановил его за руку.- Послушай...Ночной лес был полон звуками, порой странными, но объяснимыми. Как правило, шумел ветер – играл с макушками деревьев; то тут, то там вскрикивала какая-нибудь ночная птица; где-нибудь, ломая сухие ветки, шёл лесной зверь. Иногда, особенно после страшной книги, звуки были воображаемыми или обманчивыми. Дальний гудок поезда можно в таком случае принять за рёв какого-нибудь фантастического животного. Звуки. Ночной лес полон звуков, но не сейчас. Лёха не слышал ничего. Тишина навалилась гранитной скалой, она не давала продохнуть, она окружала непроницаемой чёрной стеной, постепенно сдавливая. И сдерживало её лишь хриплое дыхание Рыбкина.- А что я должен услышать? – Лёха старательно вглядывался в темноту.- Хоть что-нибудь. Как будто всё умерло.- Да ладно нагнетать то, просто поздно уже.- Что-то тут не так, я жопой чувствую. – Рыбкина было практически не видно во тьме, но чувствовалось, что он напрягся.- Слушай, это пидоры жопой чувствуют, а ты головой должен думать. И вот она то тебе и должна подсказать, что двигать. - Они поменялись ролями – теперь Лёха уговаривал Рыбкина двигаться.- Ох, не нравится мне всё это. – Проворчал Рыбкин, но всё же пошёл вперёд.Лёха двинулся за ним.- Стойте... Раздался голос откуда-то сзади.Оба аж подпрыгнули от неожиданности. У Лёхи всё опустилось от страха. Он догнал нас, этот чертов псих. – Вертелось у него в голове. Он не мог знать, о чём в данные секунды думает Рыбкин, да это было и необязательно, всё было видно по его лицу – ему было страшно, причём ужасно страшно, видимо, как никогда в жизни.- Кто ... там? – Срывающимся голосом спросил Лёха.- Я ... - Раздался тихий голос, и из зарослей вышел человек в белом комбинезоне. Тот самый, с ножом в руке.- Что ты хочешь от нас? – Спросил его Алексей.- Вы со мной... - Это был молодой парень лет двадцати. В рабочем комбинезоне, чем-то заляпанном. В принципе, вид у него был вполне миролюбивый, если только не считать пятен крови на спецодежде, а в том, что это кровь никто из них не сомневался, и довольно внушительных размеров ножа в левой руке.- Ты Паша... - Рыбкин замялся... - Паша Мурзин из той злополучной смены. Это ведь ты?- Вероятно. Идите со мной. – Последние слова Паша буквально прорычал и бросился вперёд.Лёха отстранился, а Рыбкин с размаху ударил Пашу по лицу. Тот упал, тяжело выдохнув, но тут же поднялся. Из разбитого носа струилась кровь, в глазах горело безразличие к боли, ко всему, он бросился на Рыбкина.Рыбкин увернулся от занесённого в его сторону ножа и ответил ударом в область живота своего противника, но Паша перехватил руку и завернул её за спину следователя. Рыбкин издал короткий стон, но из захвата освободился и умудрился пнуть ногой Паше в пах – тот сложился на земле, а Рыбкин, взглянув на Лёху, процедил сквозь зубы:- Уходи. Если смогу – догоню.Лёха кивнул и исчез в лесу.

Паша поднял голову и оскалился.- Ты уже с нами.- Ублюдок. Ты мой. – Прошипел Рыбкин и с разбегу ударил Павла по лицу. Что-то хрустнуло. Паша перекатился на другой бок, застонал, но попытки подняться на ноги не оставлял.- Рыбкин уже занёс ногу для второго удара, как его сильно ударили в бок. Рыбкин отскочил и покосился на нового противника. Там, однако, никого не было, разве что нечто странное тёмное шевелилось на уровне его колен.- Это что ещё за херь? – Прохрипел следователь.- Это мы... - Раздался тихий голос Паши.- Да чтоб вы сдохли, все до одно...- Рыбкина прервал удар в другой бок. Он отшатнулся. Паша уже успел подняться на ноги.- Что, трое на одного? – Усмехнулся Рыбкин и получил сильнейший удар в спину. Упав, он даже не попытался перевернуться.- Четверо... - Прошептал Паша на ухо своей жертве и всадил нож в спину противника. Рыбкин закричал.Лёха замер, услышав крик следователя. Кровь застыла у него в жилах – так кричит умирающий человек. Значит всё, следующий – он. Страх подстегнул его, и он помчался дальше, не разбирая дороги. Сзади слышался плач младенца.Алексей остановился. Плач ребёнка. Что-то он об этом слышал раньше. Только вот вспомнить бы что. Но определённо что-то нехорошее. Не лучше ли буде затаиться прямо здесь до рассвета. Только вот когда будет этот чёртов рассвет? И не найдут ли его? А может костёр разжечь, внимание чьё-нибудь привлечь? Да нет, если он и привлечёт внимание, то только этого психа в спецодежде, а это, надо заметить, совсем ни к чему. Да и спичек то нет. Значит, надо здесь сидеть до восхода. Лёха сел на траву и весь превратился в слух. Вроде бы всё тихо, однако, и перед появлением этого с ножом тоже было ничего не слыхать, он, наверное, гениальный следопыт, раз так тихо подкрадывается. Но тут позади него раздался шорох. Алексей успел лишь обернуться, как на лицо ему что-то прыгнуло, и это что-то ревело, как новорожденное дитя. И без того непроглядная тьма для Алексея стала ещё гуще.Когда он открыл глаза, было уже светло. Алексей плохо помнил, что произошло. Сначала крик Рыбкина, потом какой-то шорох, плач младенца, потом тьма. Лёха зажмурился от яркого света – видимо был уже день, причём в самом разгаре. Находился он уже, определённо, не в лесу, по крайней мере, не в той его части, где он себя помнил. Там были высокие деревья, здесь же, а лежал он на спине, он видел лишь голубое небо и пару белых облачков и никаких верхушек деревьев. Что же, черт возьми, произошло?Лёха попробовал сесть. У него получилось, но он тут же пожалел об этом, ибо то, что он увидел, было скорее похоже на ночной кошмар, чем на дневную явь.Каким-то образом он оказался на развалинах кирпичного здания. Крыша отсутствовала, стены наполовину разрушены. Но то мелочи, даже парень, в забрызганном кровью комбензоне, и мелочь. А вот существа, окружившие его, это уже серьёзно. Около двух дюжин одинаковых гибридов крокодила и человека, вытянутые морды, с несколькими рядами белых треугольных зубов, длинные хвосты с зазубринами по всей длине, а вместо ног – человеческие конечности, только четырёхпалые. Все они находились в постоянном движении, некоторые переминались с ноги на ногу, другие неспешно поворачивались вокруг своей оси. Парень в испачканной спецодежде стоял среди них, судя по его внешнему виду – он истекал кровью. Тонкие струйки текли изо рта, ушей, носа. Изредка, то справа, то слева раздавался плач ребёнка. Этот звук издавали твари, окружившие Лёху, теперь он это знал.- Здравствуй Алексей. – Раздался голос сзади. Низкий, утробный, с сильной хрипотцой.Лёха обернулся и чуть не упал обратно на спину, только бы не видеть своего собеседника. Это была огромная, в человеческий рост жаба. Она обладала кое-какими человеческими чертами, но тело её было совершенно бесформенным. Внутри живота у неё что-то шевелилось, из-за чего тот колыхался из стороны в сторону, взбудораживая при этом другие складки на её уродливой туше. Глаза у неё горели жёлтым огнём, и в них Лёха к своему удивлению прочитал зависть.- Ты ещё что такое? – Отползая, прошептал Лёха.- Что такое? – Удивлено переспросила жаба. – Неужели ты меня не помнишь?- Наверное, старался забыть. – Уже более уверенно ответил Алексей и стал подниматься на ноги. Вскоре его глаза оказались на одном уровне с жёлтыми блюдцами монстра.- Что ж тогда я тебе напомню. – Пробулькала жаба. – Наверняка, ты знаешь, такое расхожее выражение, у вас, людей «жаба задавила». Так вот, я та самая жаба. Все остальные присутствующие, исключая особей человеческого пола. – Тут она усмехнулась. – Материальное воплощение ваших пороков. Вот он. – Уродливая лапа метнулась к одному из крокодилоподобных. – Он – воплощение мыслей об извращённом сексе. Педофилии, просто живое воплощение грязной похоти. Другой – воровские мысли, этот – материализовавшаяся месть, чревоугодие, ложь и другие замечательные создания, вашей гнилой человеческой культуры. А я... Ну ты, наверное, понял. Я – зависть. Это чувство самое сильное у вас, люди. Оно сильнее любви, сильнее чувство родства. И как ты можешь судить по моему размеру сильнее любого из вышеперечисленных грехов. Оно стало главным среди ваших чувств. Из-за зависти вы ослепли, вас необходимо убрать, очистить землю от людей. Таким образом, исчезнем и мы – воплощение ваших грехов. Ты ведь именно этого хочешь сейчас, не так ли?- Благородная цель, ничего не скажешь. – Алексей помедлил. – А причём здесь я, почему ты мне это всё рассказываешь, ведь я тоже наверняка не жилец.- Наш агент, если так можно выразиться, почти сдох. Ты заменишь его.- С какоё это радости. – Обнаглел Алексей, понимая, что не спасётся.- У тебя не будет выбора. А ты. Жаба повернулась к парню с ножом. – Можешь идти к нам.Алексей перевёл взгляд на парня. Тот не долго раздумывал, он лишь окинул взглядом, окружавшую его картину, а затем резким движением ударил себя ножом в шею. Брызнула кровь, парень опустился на колени. Менее чем через минуту, он лежал мёртвым грузом на земле. Жаба повернулась к новой жертве.- Иди. Приведи к нам всех кого только сможешь.- Я... Я... - Лёха попробовал сопротивляться, но безуспешно. Он видел, как поменялся цвет глаз монстра, с мутно-жёлтого на небесно голубой, Алексею эта перемена пришлась подуше. Он не мог больше сопротивляться подобной красоте. Голова бессильно опустилась на грудь.- Я готов. – Тихо сказал он.- Иди и приведи всех к нам. – Жаба отошла в сторону, освобождая ему дорогу.Алексей направился в сторону города, а в ушах у него журчал детский плач.

КОНЕЦ