13

Да

– Это же дочь и босса?

–Да,она это самое главное звено!

Что? Я нечего не понимаю? В смысле дочь босса? Главное звено чего? В чем я участвую?

Сердце забилось чаще, в ушах появился звон, ладони ужасно вспотели, а нога начала непроизвольно качаться. Последний раз я чувствовала такое семь лет назад...

Хорошо, что официант принес еду и всё преступили к трапезе. Паулина так же, как и Освальдо была нервной, дерганной, постоянно поднимала на меня глаза, словно ей обо мне что-то рассказывали... У этих двух есть явные проблемы.

Мэддок, сжимая челюсть, поднял бокал с водой, сделал глоток и недовольно поднял бровь:

–Освальдо, будем ли мы говорить о цели нашей встречи или та и продолжим в тишине есть, а после разойдёмся?

Парнишка дёрнулся, поднял глаза и шумно сглотнул.

–Да.. Да-да, конечно, - нервно повторял он, прижимая ладонь к уху, словно поправлял наушник, - Мы бы хотели вести с вами дела. Нахождение на нашей территории даст вам возможность...

Он резко замолчал, глаза забегали, Освальдо, как ученик, забывший строчку стиха, теперь искавший хоть какую-нибудь подсказку. Мэд же играл роль учителя, строго и принципиального, вот-вот он громко объявит оценку этого ребёнка.

–У нас налажен как экспорт, так и импорт, смысла делать через посредника нет, - Мэддок выжидающи смотрел на мальчика, тот же посыпался, нервно обернулся на девушку сидящую рядом и повернулся обратно.

Мэддок взял меня за руку и мы вместе поднялись с наших мест.

–Мне всё ясно, думаю вам тоже.

Мы вышли из помещения, сели в машину и молча доехали до дома.

На груди лежал какой-то камень, пока я не понимаю из-за чего, но совсем скоро об этом узнаю...

*  *  *

Луна ярко освещала спальню Мэддока. Почти час ночи, я никак не могла уснуть, от чего пришла сюда, надеясь, что просплю до утра, но нет. Кошмары, кошмары и кошмары... Мужчины в дом не нет, сейчас он уехал по делам, поэтому во всём этом доме я осталась одна. Лишь эта мысль проскочила в моей голове, грудь сжалась в страхе. Не знаю почему, но именно сейчас я чувствовала себя максимально уязвимой. Возможно это из-за ночи.

Ночь - тёмное время, как бы двусмысленно это не прозвучало. Именно в неё мы открыты, уязвимы. Ночью люди делятся самой важной информацией, рассказывают о том, что никто раньше не слышал, придумывают самые безбашенные идеи и просто творят всякую чушь, возможно это потому, что ночью мы настоящие. Такие, какими никогда не будем перед скоплением людей, ведь холодная леди, на то и холодная, она не плачет, но люди забывают самое главное, что скорее всего эта холодная леди проливает уйму слез по ночам в подушку, боиться признаться в любви или скрывает о себе то, что никто не должен знать...

Холод из окна прошёлся по моим плечам. За прикрытой дверью послышались шаги. Уставший и как будто злой Мэддок зашёл в спальню и в недоумении посмотрел на сидящую меня.

–Ты чего не спишь? - прошептал он, хмуря брови.

–Без тебя не спиться, - я потерла глаза и ещё тише добавила, поворачивая голову в сторону открытой балконной двери, - мне всё сняться кошмары...

Я почувствовала, как теплая огромная ладонь легла на мои руки, прижимавшие колени к груди, подняв на него глаза я утонула в серой пучине. Совсем не против этого, даже за.

–Знай, я рядом и всегда защищу тебя от кошмаров, - он не отводил взгляда, говорил размеренно и уверенно, он не лгал, - я схожу в душ и мы ляжем спать.

Мэддок медленно встал и скрылся за дверью.

Он защитит от кошмаров, сможет ли это же сделать Мэддок, когда встретиться с моими демонами. С тем самым удушающим секретом, что я скрываю уже семь лет, то, что знает лишь Кьяра, в молчаливости которой я не сомневаюсь. Даже мой собственный брат не знает, что тогда произошло, из-за чего я закрылась глубоко в себе...

Свет распространился на всю комнату, Мэддок вытирая мокрую голову, откинул полотенце назад, оставляя его в ванной, выключил свет и закрыл дверь в помещение. Комната вновь погрузилась во тьму, а в моей голове загорелась лампочка, дающая зелёный свет. Я готова ему рассказать.

–Мэд, - парень сел напротив меня и внимательно изучал мое поведение, - я хочу тебе кое-что рассказать...

Он кивнул головой.

–До этого я рассказала об этом лишь Кьяре, а так, даже Кай не знает об этом, все те мои панические атаки связаны лишь с этим днём, а кошмары крутятся вокруг случая семилетней давности... - я помолчала, подбирая нужные слова, наконец вновь заговорила, - это было на зимних каникулах, как только я приехала домой, хотела лечь спать, перелёт был тяжким, но у Джонатана были другие планы.. Он позвал меня к себе в кабинет, я села в кожаное кресло и ожидала, он зашёл, сел на своё место и сказал, что теперь я должна быть готовой стать Донной американской мафии и настраиваться на войну, так и к свадьбе...

С молчала, погружаясь в свои ужасные воспоминания, душащие меня с пятнадцати лет

–Я закатила истерику, кричала, высказала всё, что думаю как о нём, так и о его решениях, несколько раз послала , а как закончила свою пламенную речь, Джонатан просто вышел из своего кабинета, громко хлопнув дверью.. Я выбежала оттуда и просидела в своей комнате до самого вечера, потом меня позвали обратно к Джонатану, отказать я не могла, знала, что если это сделаю, то бить будут ещё сильнее, поэтому покорно поднялась к нему в кабинет, села в кресло и ожидала, пока он придёт. Прошло где-то десять минут, как дверь открылась и зашёл его брат, Луиджи... Сначала он просто разговаривал со мной, будто ничего не произошло, потом стал невзначай касаться, то до руки, то до ноги, в определённый момент попытался коснуться груди, но я отодвинулась, тогда он схватил меня, кинул на пол и, - я сделала глубокий вдох, перед тем, как сказать эти слова, - и изнасиловал меня. Луиджи делал это на протяжении пяти часов, потом он оставил меня лежать на полу, а сам свалил из штата...

Мэддок молча притянул меня в свои объятия, так мы и сидели, огромный капли стекали ручьями по щекам, по телу мужчины, который и не собирался меня отодвигать от себя, он просто хотел забрать мою боль, Мэддок даже не представляет, как мне это важно...

*  *  *

Глаза ужасно болели. Всё тело дрожало. Ноги покрылись мурашками. Рука непроизвольно натянула покрывало до самой макушки. Приоткрыв глаза я встретилась с серым пустым утром. Лишь моё тело лежало на огромной кровати, балконная дверь была открыта и холодный воздух врывался в комнату.

Поднявшись с кровати, потирая глаза, осмотрела пространство. Ничего необычного, на столе лежал блокнот и ручки, на стуле вислело три футболки, на тумбах кроме светильников ничего не было.

Я аккуратно поставила ноги на пол и почувствовала промозглый ветер, что прошёлся по ним. Обнимая себя за плечи, пытаясь хоть как-то согреться, я вышла из комнаты Мэддока и пошла в свою, дабы переодеться.

Черт, я вчера ему всё расскала... Что теперь? Может он будет считать меня грязной и испорченной? Вернёт отцу? Ну нет, тогда мне точно не выжить.... Что? Что будет дальше?

Натянув на себя тёплую толстовку, поверх топя, я так же медленно спустилась на кухню. Здесь тоже нет никаких признаков жизни. Серо, пасмурно, грустно. Лишь букет подаренный Мэддоком красовался на острове.

Потирая холодные ладони, открыла холодильник и достала бутылку с йогуртом. Делая жадный глоток, закрыла дверь холодильного шкафа спиной и медленно обернулась.

Стоя на кухне около холодильника, можно прекрасно рассмотреть гостинную. Только вот и там нет ничего интересного: диван, кресло, открытая на лоджию дверь, журнальный столик с книгами, которые я туда положила.

В душе кошки скребут, чёрные, как вчерашняя ночь, в которую я раскрыла одному человеку то, что даже не планировала рассказывать. Мой самый главный скелет, спрятанный в самые отдалённые уголки, выпал. Вывалился и я даже не успела подумать о том, как буду чувствовать себя после этого. Хотя возможно мне стоит просто перестать всё постоянно анализировать.

Я потянулась к шкафчику, достала пачку любимого овсяного печенья и упав на стул медленно поглощала печеньку за печенькой.

*  *  *

Спина затекла, от нахождения в лежащем состоянии. Уже стемнело, день прошёл в одиночестве, ни Мэддока, ни Данте, никого нет. Кьяра и Сью уехали ночью, когда мы спали, она написала мне текстовое сообщение, которое утром я и не увидела. Я подкидывала в потолок мячик для тенниса и ловила его.

Входная дверь открылась, я даже не дёрнулась. Поймав впоследний раз мячик, я села на диван и почувствовала ужасное напряжение в области позвоночника. В комнату залетел Данте.

–Привет, красотка!

Я лишь кивнула ему головой.

–Ид, соберись по быстрому, тебя надо кое-куда отвезти, - он выглядел странно, вроде и не нервничал, но и не был спокоен.

Я молча встала и сменив домашние штаны на джинсы, вернулась в гостинную, где застала  говорящего по телефону Данте. Он размахивал руками и громко что-то объснял. Заметив меня, тут же закончил разговор. Мы вышли на улицу и сев в машину поехали в неизвестном направлении.

–Ехать долго, ты есть может хочешь? - не надолго повернулся ко мне Данте.

–Только если выпить что-то горячее, а так нет.

Данте молча свернул на заправку, возле которой стояла кафешка. Он вышел из машины и вернулся через десять минут с двумя стаканчиками кофе и крафтовым пакетиком.

Он приземлился на сиденье и заведя машину поставил тот самый пакет на мои бёдра. Я аккуратно раскрыла его и увидела два сэндвича и любимую шоколадку. Подняв глаза на Данте, сразу же услышала объяснение:

–Мэддок меня убьёт, если ты не поешь...

Он не хочет, что бы я голодала... Забота. Это чувство не испытывала с того времени, как мы с Каем расстались, последнее пару дней он мне не звонит и не отвечает на сообщения, меня невероятно это расстраивает.

Я медленно достала сендвич и взяла стакан с кофе, перекусив почувствовала тяжесть в веках и подумав о том, что не на долго прикрою глаза, даже не заметила, как уснула.

*  *  * 

–Кьяр, мы на месте.

Кто-то тряс меня за плечо. Это Данте. С усилием подняв тяжёлые веки, посмотрела по сторонам. Лес , а машина стоит напротив огромного, бетонного здания.

Я медленно вышла из машины и вместе с Данте двинулась к входу.

Медленно зайдя внутрь, оказались в общем зале, по словам Данте нам нужно опуститься вниз, на цокольный этаж. Я проходила мимо парочки солдат, которые сразу после того, как пересеклись со мной взглядом, тут же начинали о чём-то перешептываться.

Мы дошли до железной двери, такие стояли на вход в пыточные у Американской мафии. Данте постучал, отбивая азбукой Морзе "мы тут". В эту же минуту она открылась, нас встретил Мэддок. Уставший, с огромными синяками под глазами и пропитанной кровью футболкой, за его спиной слышались жалкие стоны.

–Заходи, - тихо пробормотал Мэд.

Я перешагнула через порог, металлическая дверь закрылась, а передо мной предстала картина, заставившая сердце застучало быстрее. Луиджи Эванс сидел на стуле, привязанный и такой жалкий. Некогда "величественный", он плакал, как грудничок. Его отвратительная голова поднялась, глаза прошлись по мне, а на губах появилась отвратительная ухмылка.

–О, малышка Ида, ты вновь хочешь повторить то, что было в кабинете твоего отца?

Мэддок сделал шаг вперёд, схватил нож и впечатал его в плечо педофила.

Я наклонила голову в бок, медленно подошла к столу с инструментами и взяв от туда маленький ножик, медленно прокручивая его в руках, подошла к извращенцу.

–Луиджи, ты когда-нибудь видел тела людей, которых я пытала? - я приподняла бровь.

Наблюдая за тем, как у этого менялось лицо: от непонимания до полного ужаса, я действительно получала удовольствие. Словно то , что я тащила за собой всё это время, по немного спадало с моих плеч.

–Ты этого не сделаешь! Ты бесхребетная дешевка, которая тогда получила удовольствие, а сейчас стоит из себя жертву! - он разрывал глотку, но слишком поздно о чём-то говорить, пора действовать.

Я взяла зажигалку и начала разогревать нож, время от времени подпаливая кожу педофилу. Как только оружие мести достигло нужной температуры, я стала медленно водить им около лица чудовища, пока не почувствовала запах палёных волос и кожи.

Время мести пришло! Я уже не та маленькая девочка, теперь я смогу ответить за себя______________________________________

В канун выходных решила выпустить такую необычную и неоднозначную главу.

Всех вас люблю, обнимаю, ваша покорная STISES💔