3. Тишина.

Мы зашли внутрь дома и в коридоре нас встретила широченная лестница. Перила были покрыты толстым слоем лака, а весь пол первого этажа был вымощен плиткой. Двери первого этажа были по обе стороны, сбоку от лестницы. - Здравствуйте, есть тут кто-нибудь?! Прокричал папа Инессы, который стал для меня уже лидером нашей группы. Ответа так-же не последовало. - Давайте осмотрим помещение, возможно тут есть люди. Проговорил он, обращаясь к нам и мы послушно стали разбредаться по дому в поиске его хозяев. Мы с ребятами отправились по лестнице наверх. На втором этаже простирался коридор в обе стороны, общей длинной метров пятьдесят наверно. Вдоль коридора стояли тумбочки с вазами и свежими цветами. Двери вдоль коридора были по обе его стороны. Освещение было тусклое, при чем во всем доме. - Интересно, откуда взялись эти цветы? Звонко спросил Витя. Он вообще задавал много вопросов по любому поводу, этакий юный открыватель. - Мальчики налево, девочки направо. Произнесла Инесса и Яна кивнула одобрив это предложение. - Возможно кто-нибудь в комнате?давайте искать. Сказал Витя, вновь блеснув своим искрометным умом. Я с Витей двинулся к первой двери, которая, успешно была открыта. Внутри комнаты находилось большое количество детских игрушек, от мягких до вечно надоедливых деталек из под Лего. В комнате никого не было и Витя стал рассматривать игрушки. Мы сбросили простыню с окна, чтобы впустить в комнату лунный свет. Пока Витя рассматривал игрушки, я решил осмотреть следующую комнату. Пройдя немного по коридору, я приблизился к дальней двери и перед тем, как ее открыть, заметил странные царапины, то ли от ногтей, то ли от когтей, разобрать было сложно. Я приметил, что это вряд-ли человек, так как следов было по три штуки. Царапины были глубокими, видимо кто-то очень уверенно пытался попасть в комнату, которая находится за этой дверью. Я взялся за ручку и совершенно внезапно обжегся. Ручка была накалена до такой степени, что кажется должна была уже расплавиться. От невероятной боли я закричал и схватился за руку, но боль моментально покинула мою руку. - Что случилось? Ты чего орешь? Подбежала ко мне сестра. Я рассматривал свою руку, но никак не мог найти на ней ожогов. - Ручка горячая. Аккуратно, я обжегся! Повысив голос с некой непонятной обидой на эту дверь, произнес я. Ты придурок? С недоумением спросила меня сестра. - Что значит ручка горячая? - То и значит. Надя аккуратно прикоснулась к ручке, потом подержалась за нее, взяла рукой, полностью, но никакой болевой гримасы на ее лице я не наблюдал. - Ну точно придурок. Произнесла она.К этому времени большая часть взрослых уже сбежалась на второй этаж, узнать что произошло, но не обнаружив ни раскаленной дверной ручки, ни ожога на моей руке, взрослые спустили все на детскую шалость. Все двинулись на первый этаж. Все, кроме меня и Вити. - ты что, подшутил над всеми? Спросил меня он. - Да нет, правда, ручка была раскалённой, я не понимаю... тревожно произнес я и вновь, чуть пугливо коснулся ручки пальцем. Она же, как ни странно, оказалась комнатной температуры и я потрогав ее еще несколько раз, успокоился. Дверь в ту комнату оказалась заперта, но ломать ее, конечно же никто не стал. Мы с Витей спустились вниз и свернули в левую дверь от лестницы.Вся наша группа к тому времени уже находилась там. Это был роскошный зал, с большой, свисающей на цепях, люстрой с потолка, украшенного вырезами и большим количеством бра. Не смотря на то, что освещение должно было быть в этой комнате куда лучше, чем во всем остальном доме, оно оставалось таким-же тусклым. - видимо не хватает напряжения. Произнесла Инесса и на ее лице появилась задумчивая гримаса. Люди ели продукты, принесенные с кухни этого дома, кто-то достал свои. - Странно, но в этом доме нет ни одного телефона, а чертов мобильник здесь совсем не ловит. Утомительно протянула Яна. -Сейчас бы отдалась кому-нибудь за wi-fi. В комнате повисла пауза, а Яна получила максимально, неприятного леща от женщины, которая сидела рядом с ней. - Сколько раз...мелкая сука... Прошипела она ей, слегка наклонившись к уху и Яна отшатнулась от нее. Прием пищи был практически окончен, однако я стал замечать совсем непонятную и дико тревожную для меня картину...