12

Леория

Когда Шерхияз подняла меня в воздух, я думала, сердце разорвется. Я летела одна, на спине самой страшной и ядовитой твари, которую можно вообразить.

Но гораздо страшнее стало, когда я увидела далеко впереди очертания фигуры Тайрела и шестерых человек в темных одеждах. Незнакомцы окружили его, а затем сама земля начала шевелиться от магии.

Тайрел дрался. Я уже слышала голоса, раздающиеся внизу, но еще не могла встать рядом с друидом. Мы были слишком далеко. Но над лесом стояла такая тишина, что совсем скоро мне удалось разобрать некоторые слова.

«Принц смерти…»

«Наш темный принц…»

Я видела монстров Сумерек, что выбирались из центров пентаграмм по взмаху руки одного из нападающих. Видела странный алтарь, который, едва успев появиться, вновь исчез. Успела рассмотреть руны на камне и поясах нападавших. Те же самые руны, что до сих пор были начертаны на моей руке и руке Тайрела.

Очень быстро мозаика сложилась воедино. Все, что прежде оставалось непонятным, все, что смущало и путало, не давало докопаться до истины, теперь встало на свои места.

Тайрел и есть тот самый принц смерти.

Как это может быть? Что еще за принц? Не знаю. Но казалось, я всегда догадывалась о чем-то подобном. С того дня как увидела руну на своей ладони, а затем услышала не такое уж сложное для понимания предсказание. Пророчество.

«Белая дева явится во мрак на спине иллишарина. Вспыхнет на ней метка принца смерти, и возродится он из пепла и крови. Всему живому наступит конец…»

Предельно ясно. Кристально чисто. Просто с самого начала не хотелось верить, что белая дева — это действительно я.

А Тайрел… получается, он всегда боялся именно этого:

«Возродится он из пепла и крови…»

Каждая его оговорка, каждая недосказанная фраза была именно об этом. Он боялся, что станет иным.

— Ты все слышала, — констатировал друид, не сводя с меня напряженного взгляда.

— Не стоило скрывать, — ответила спокойно. — Мне было бы проще, пойми я все раньше.

— Тебе было бы проще узнать, что живешь под одной крышей с темным богом? — удивился мужчина.

— Ты не темный бог, — криво улыбнулась я. — Ты человек. Это разные вещи.

— Леора, боюсь, что ты не до конца понимаешь, — сдвинув брови, проговорил он. — Я проклят еще до своего рождения. Я чудовище…

— Ну, перестань, — оборвала его. — Может, я и не слишком умная, но не стоит считать меня глупее, чем я есть.

— Леора, я не это…

— Как они называли тебя? Там было какое-то странное имя.

— Эншаррат, — глухо ответил мужчина. — Мое настоящее имя.

— Красивое, — протянула я, краем глаза заметив, как скривились его губы. — Мне все равно, кто ты на самом деле. Ты вполне устраиваешь меня таким, какой ты сейчас.

— Леора…

Губы друида дрогнули от улыбки. Он обнял меня, крепко сцепил руки за моей спиной. А потом тихо проговорил, щекоча дыханием макушку:

— Не устаю удивляться твоему спокойствию, принцесса. Может, однажды ты и меня этому научишь.

— С удовольствием, — улыбнулась в ответ и через мгновение добавила значительно серьезнее: — Ты потому и не хотел ничего мне обещать, что ты… ну… темный принц?

Тайрел молча кивнул, а потом сказал:

— Я не знаю, что будет со мной завтра. Может, я и сам стану чудовищем. Похуже твоего Кружочка.

— Кружочек — не чудовище! — возмутилась я.

Тайрел то ли усмехнулся, то ли скривился.

— Конечно, прости, я оговорился.

— То-то же, — фыркнула в ответ. — Ты скажи, может, я смогу чем-то помочь? Ну, с твоим планом.

Несколько секунд мужчина молчал, а потом ответил, серьезно глядя мне в глаза:

— Обещай, что в Ночь багряных звезд ты будешь где-нибудь далеко отсюда. В городе, гостинице, на празднике. Но не рядом со мной.

— И не подумаю, — так же серьезно ответила я, выдержав его взгляд.

Друид молча продолжал на меня смотреть, пока наконец не усмехнулся и не покачал головой.

— Почему-то я и не сомневался.

— Вот и молодец, — кивнула и незаметно улыбнулась, снова прижимаясь щекой к его плечу.

— Ладно, полетели в наш шалаш, — сказал он в конце концов. — Здесь оставаться нельзя.

— Снова на виверне?

Похоже, на моем лице проскользнуло нечто чересчур яркое, красочно демонстрирующее отношение к этому способу перемещения, потому что друид приподнял бровь и усмехнулся.

— Шерхияз будет очень обижена, что ты не оценила ее старания.

— Нет, пожалуйста, не говори ей! — ахнула я и схватила друида за руку, охваченная едва ли не самым настоящим ужасом от мысли, что могу расстроить ядовитое животное.

Но мужчина демонстративно отвернулся, скрывая улыбку, и зашагал по поляне к виверне.

— Вот уж не зна-а-аю, — хитро протянул он.

В это время с другой стороны на поляну вышел неожиданный гость.

— Рей! — воскликнул друид, заметив мальчика раньше меня.

— Тайрел! — крикнул тот в ответ и неуверенно остановился. Но, когда мужчина приветственно раскинул руки в стороны, паренек радостно улыбнулся и побежал ему навстречу.

Мужчина поймал паренька и поднял, как маленького. А Рей… не сопротивлялся. Обычно мальчишки любят делать вид, что они совсем взрослые, и на руки не очень-то идут. Но, очевидно, сейчас был иной случай.

— Ты давно не приходил, — проговорил мужчина, поставив ребенка на землю.

— Я думал, ты занят, — пожал плечами мальчик. — Не хотел мешать тебе.

— Человеку, который живет один в глуши, сложно помешать, — усмехнулся друид.

— Тогда я мог бы… приходить почаще. Если можно…

Тайрел зачем-то бросил на меня вопросительный взгляд, словно я могла быть против. Рей ответил вместо меня:

— С Леорой мы уже познакомились, она и предложила мне навестить тебя. Сказала, что ты обрадуешься.

Друид широко улыбнулся:

— Конечно. Я всегда рад тебя видеть. Только сейчас мы улетаем в другое место. И здесь нас некоторое время не будет.

Мальчик сник.

— Может, ты хочешь полететь с нами? — спросила я тут же. — В палатке Тайрела, конечно, не так уютно, как в твоем шалаше, но…

— О, я с удовольствием! — воскликнул мальчишка, почесав рукой запутанные волосы. — Вы хотите лететь на… ней? Я никогда не летал на… вот этой штуке…

У него аж дыхание прерывалось от восторга.

— Это виверна, — улыбнулся Тайрел и добавил: — Я не против, чтобы ты полетел с нами. Но мы собираемся на Кристальное озеро, Рей. И мне придется послать за тобой Шерхияз чуть позже, потому что троих она на своей спине не увезет.

— Хорошо, это очень хорошо, — закивал мальчик. — Я как раз успею взять кое-какие вещи, закончить дела…

Какие дела могут быть у одинокого десятилетнего мальчика, оставалось только гадать.

— Когда прислать за тобой виверну? — спросил мужчина.

— Давай, хм… Через десять суток утром на рассвете, — тут же ответил он. — Я буду ждать здесь.

Друид кивнул.

— Значит, договорились. Леора, полетели. Рей, скоро увидимся.

Мальчик весело помахал нам рукой, скрываясь в лесу.

Казалось, в кои-то веки все удивительно прекрасно складывалось. Вот только в тот момент никто из нас не подумал, что на тот день, когда нужно будет забирать мальчика, выпадает Праздник багряных звезд. Казалось бы, ничего страшного. Для Тайрела опасна лишь ночь. Но в то утро Шерхияз так и не привезла нам Рея.

Когда мальчик ушел, Тайрел быстро собрал небольшой мешок со съестными припасами, посадил меня на виверну, и совсем скоро мы вновь оказались у чудного озера. Оно, как и прежде, встречало нас бриллиантовыми переливами песка и удивительно светлыми голубыми водами.

Друид завел меня в шатер, как беспокойного котенка, обложил со всех сторон фруктами и солониной с хлебом. А сам ушел. И, видно, решил, что я не встану, пока все не съем.

— Куда ты собрался? — крикнула я, вгрызаясь в только что приготовленный бутерброд. Как оказалось, я действительно жутко хотела есть.

Это что, значит, он и правда так хорошо меня изучил?

Друид потряс в воздухе короной.

— Не беспокойся, я буду недалеко, — ухмыльнулся он, глядя, как я уминаю угощение. — Мне нужно понять, как работает магия Бьельндевира. А для этого стоит потренироваться.

— Ты хочешь воздействовать на чью-то волю? — удивилась я. — На чью?

— Начну с малого, — пожал плечами мужчина. — В километре отсюда живет бурый медведь. Попробую его приручить.

— Медведь? — чуть не поперхнулась я. — А может, стоит начать с белок или мышей?

Тайрел прикусил губу, явно сдерживая смешок. Потом на его лицо вернулась прежняя серьезность, и он ответил:

— У нас мало времени. Через десять дней зажгутся багряные звезды. К этому времени я должен понимать, что делать. Если начинать с мышей… боюсь, до богов не скоро доберусь.

Я глубоко вздохнула.

— Ну что ж. Валяй. Жду тебя через час.

Уголки губ друида снова дрогнули, но он молча кивнул и вышел из шатра, и я в это время успела повторно осмотреться в новом жилище.

На земле лежал ковер из шкур. Несмотря на прохладные вечера, он наверняка прекрасно защищал от холода. В одном углу стоял низкий легкий столик, напоминающий поднос на ножках. В другом находилась кровать, точнее — широкая лежанка с пуховым одеялом.

Одна. Всего одна кровать.

Я слегка покраснела. Обмахивая себя ладошкой, убедилась, что Тайрел не стоит за спиной и не смеется надо мной.

Однако от мыслей о совместных ночах с друидом меня и впрямь бросало в горячую дрожь.

Впрочем, наверное, только я одна думаю о таких малозначительных вещах. Голова Тайрела занята грядущим противостоянием.

Мне сложно было представить, о чем думает он. Что творится в душе у человека, который собрался драться с богом?

Я бы боялась.

Тайрел сказал, что он не человек. Такому, как он, проще вступить в схватку с божеством. Но, как по мне, это неправда. По моим прикидкам друид вернулся как раз через час. Словно действительно следил, чтобы не опоздать.

— Ну, как все прошло?

— Пока рано говорить, — ответил он, и мне показалось, что густые брови на миг озабоченно сдвинулись. — Надо пробовать еще и еще. Но уже не на медведе.

— Почему?

— Животные реагируют на меня как на сильного друида. Слушаются и понимают безо всякой короны, — фыркнул мужчина. — Нужна тварь поопаснее.

— И кого же ты выбрал? — с опаской подняла я бровь.

— Завтра утром слетаю в горы. Найду гнездо грифонов.

— В горы? Ты знаешь, что ближайшие горы в пятистах километрах отсюда? — ахнула я.

Мужчина кивнул.

— Виверна летит быстро. Это магическое животное.

— Но оно не умеет телепортироваться, — с сомнением покачала головой. — Ты собираешься бросить меня здесь на целый день!

— Нет, поверь. — Он подошел ко мне, положил руку на плечо, слегка сжал его и вдруг, словно не планировал этого, легким скользящим движением переместился на шею. — Я буду двигаться через Сумерки.

— Что? Зачем? — спросила уже тише и без запала.

— Есть способы преодолевать большие расстояния короткими дорогами, — проговорил он, едва коснувшись моей щеки.

— Понятно, — выдохнула в ответ, ощущая, что нервный трепет растет в груди, увеличиваясь, как снежный ком.

Тайрел замер на миг и посмотрел на меня так, словно забыл, как я выгляжу. А затем медленно наклонился.

В висках громко стучало. Как только мужские губы коснулись моих, перед глазами будто взорвалось что-то. Сердце запульсировало в горле, словно это произошло в первый раз… Как в первый раз… С каждой секундой становилось жарче, и я почти серьезно боялась, что вот-вот вспыхну, как цветок хлопка, брошенный в огонь.

Тайрел оказался моим огнем. Моим пламенем, сердцем моего вулкана. Только рядом с ним не страшно было сгорать.

Через какое-то бесконечно долгое мгновение он вдруг поднял меня на руки, подхватив под бедра, заставил обнять себя ногами и уложил на постель. Шкуры оказались мягкими, а пуховое одеяло напоминало облака.

А может, это рядом с Тайрелом я видела вокруг только облака?

Когда мои слипшиеся от усталости и удовольствия глаза вновь открылись, было уже утро. Друид давно оделся, а я поняла, что меня разбудило: на низком столике стояла миска с аппетитно пахнущим омлетом.

— Даже боюсь спрашивать, как ты умудрился посреди леса практически из ничего приготовить завтрак, — усмехнулась я, нападая на угощение.

Тайрел улыбнулся, потуже затягивая ремень на темно-зеленых штанах. Рубашка с изумрудной строчкой обтягивала сильное тренированное тело. Волосы были завязаны в хвост. Весь облик моего лжеманьяка выдавал в нем настоящего друида, а не какого-то там темного принца. И мне это нравилось.

— Омлет — это не так сложно, Леора, — улыбнулся мужчина. — Это не утка в яблоках с соусом…

— Не нажо, пожажуста, — проговорила с набитым ртом, а прожевав, закончила: — А то придется тебе готовить мне еще один омлет, потому что по утрам я ужасно прожорлива.

Тайрел искренне рассмеялся, а я весело поджала губы.

— Что, не такой я была в твоих фантазиях?

Мужчина подошел ко мне и игриво поцеловал в нос.

— Для меня ты совершенна, и это невозможно изменить.

Я на секунду закрыла глаза. Каждый раз в такие моменты мне казалось, что все это происходит не со мной. Но сейчас-сейчас было иначе. Я впервые чувствовала себя на своем месте. Чувствовала, что все по-настоящему.

— Я вернусь часа через три, — пообещал друид. — Ты не успеешь проголодаться.

— Будь осторожнее. Грифоны, они же знаешь какие, — буркнула, не желая его отпускать. — Орлиная голова — куриные мозги…

Тайрел не стал смеяться, хотя даже я понимала абсурдность собственных советов. Уж по части животных друид все знал гораздо лучше необразованной девчонки.

— А ты не уходи далеко от шатра. Конечно, сидеть все время внутри я тебя не заставляю, но гулять в лесной глуши или купаться в озере все же не стоит, моя непоседливая принцесса, — заботливо проговорил он.

И через пару мгновений ушел.

Впрочем, как он и сказал, не успел наступить обед, мы снова были вместе. Затем Тайрел улетел еще раз и появился к ужину.

В его отсутствие я гуляла на побережье, перебирала между пальцами стеклянный песок, искала ракушки и цветные камешки. А параллельно размышляла, как можно спасти моего друида от ужасной участи, как можно ему помочь.

К сожалению, для девушки, чья магия начинается и заканчивается странным пустым анарелем, не было никакого выхода, никакой возможности сделать хоть что-то. Но я надеялась, что в нужный момент, возможно, смогу приказывать Бьельндевиру, если… Тайрел окажется не способен произнести ни слова.

Это все, чем я могла помочь. Но думать об этом не хотелось.

Так прошло девять дней. Я успела привыкнуть к этому месту и совсем не боялась гулять. Утром десятого дня друид собирался последний раз отправиться Тьма знает куда, чтобы приручить самую опасную, по его словам, тварь. Мантикору песчаных болот.

Но сначала нужно было привезти Рея. Мальчишка обещал ждать виверну около нашего старого дома, и, как только занялся рассвет, Тайрел умчался за ним.

Мне хотелось чем-то порадовать парня, но что веселого можно придумать для десятилетнего мальчика, если имеешь в распоряжении кусты, траву и прозрачный песок?

Я вышла из палатки и направилась к озеру, прикидывая, водятся ли здесь пиявки или водяные бабочки. Первыми можно было бы весело попугать мальчонку, а вторыми хотя бы немножко удивить.

Но, как только я устремила взгляд вперед, замерла на месте. У кромки воды стояла женщина. Та самая, что обнимала, «но не целовала» моего Тайрела. Какая-то старая знакомая друида.

В этот момент мне показалось, что я видела ее где-то еще, но вспомнить ничего не удалось.

Стало немного неуютно.

На лице незнакомки явно читались растерянность и беспокойство, и я все-таки решила подойти и предложить ей помощь. Хороший я человек, в конце концов, или так себе, вобла сушеная?..

— Привет, — проговорила, подходя ближе, и натянуто улыбнулась. — Вы, наверное, ищете Тайрела.

Женщина невероятно обрадовалась, когда увидела меня. Она широко и благодушно растянула губы в ответной улыбке, подошла и взяла меня за руку.

— О, конечно, как хорошо, что я вас нашла! А Тайрел здесь? — Она оглянулась по сторонам, слегка приподняв тонкие брови.

Легкое платье из какой-то дорогой ткани приподнялось от ветра наподобие лепестков цветка. Показались тонкие длинные ноги и изящные сапоги, видимо, для верховой езды.

А в груди тихонько кольнула ревность. Такую красивую женщину несложно полюбить. На прямую спину падали идеальные рыжие волосы. Ухоженное лицо приятно улыбалось, его красоту неуловимо подчеркивала косметика, делая незнакомку еще привлекательнее.

У этой женщины не было ни единого изъяна.

У меня он был, даже не один.

— Нет, Тайрел улетел… — успела сказать я, и глаза женщины широко распахнулись.

Я даже сначала не поняла, обрадовалась она или испугалась, так много эмоций проскользнуло в ее взгляде. Но затем незнакомка начала говорить, и все потихоньку встало на свои места.

— О, как жаль! — заломила она руки. — Вы ведь меня не знаете, милая девушка! Меня зовут Риэльта, маркиза Ливрен. Я старая подруга Тайрела…

— Да, я знаю, — перебила, криво улыбаясь. — Он мне рассказывал.

— Правда? — на мгновение замерла она. Даже немного побледнела.

— Да, уже давно, — кивнула я. — Еще когда вы приходили к нему в гости в первый раз.

Женщина выдохнула, словно мой ответ ее вполне устроил.

— Уверена, он рассказал, какие мы хорошие друзья, — пролепетала она. — Я так беспокоилась о его судьбе. Тайрел вынужден жить в таких ужасных условиях! Но он ни в какую не соглашался принять мою помощь.

— Да… — вымученно улыбнулась в ответ. — Тайрел упрямый.

— А вас как зовут, милая девушка? — приподняла брови Риэльта, ласково глядя на меня.

— Леория. Можно просто Леора.

— Да-да, да-да, — закивала она, словно и так знала мое имя. — Очень красиво.

— А как вы нас нашли? — спросила я. — Это Тайрел сказал вам, что мы переехали сюда?

— Кто? Тайрел? — вдруг переспросила она, а потом добавила: — Ну конечно, Тайрел. Кто же еще? А ты не знаешь, когда он планирует вернуться? Мне так нужна его помощь.

— Хм… ну, сейчас он улетел за Реем. А это не так далеко. Думаю, минут через пятнадцать будет.

Глаза Риэльты расширились, она сцепила пальцы в замок и заметно занервничала.

— Что-то случилось? — не могла не поинтересоваться я. — Вы выглядите очень бледной. Может, вам нужна помощь?

— Да! — воскликнула она, хватаясь за меня, как за спасительную соломинку. — У меня случилась большая беда. Я была бы вам невероятно благодарна, если бы вы смогли мне помочь.

С этими словами она взяла меня за руку и потянула куда-то в сторону леса.

— Что, что у вас случилось? — спросила я, когда мы начали удаляться от озера.

— Тут поблизости мой друг, он… понимаете, ему нужна помощь, — мямлила Риэльта что-то бессвязное и вела меня вперед. Туда, где в просвете между деревьями стояли две лошади.

— Друг? Он болен? Но я не умею лечить, — беспокойно проговорила, заметив, как из-за кустов к лошадям выходит мужчина. — А зачем лошади? Тайрел будет искать меня здесь, я не должна уходить…

И тут картинка начала складываться. Только уже совершенно иначе. Я вспомнила, где совсем недавно видела эту женщину. Вспомнила плащ, что темнел сейчас на плечах мужчины, стоящего возле лошадей.

Передо мной были те самые люди, что напали на Тайрела три дня назад. Двое из оставшихся в живых. Что друид сделал с остальными, я не знаю. Но с поляны около дома они так и не встали.

А Риэльта… Она являлась одной из них. Как я могла не узнать ее? Хотя с высоты можно и не разглядеть лица. Кто думал, что теперь эта невнимательность выйдет мне боком?

— Риэльта, Тайрел скоро появится. Я, пожалуй, вернусь… — пробубнила, заранее не веря в успех своего тактического отступления.

Кажется, я серьезно попала…

Как только сделала шаг назад, услышала:

— А вот это вряд ли, красавица.

В голове только и успело мелькнуть: «Кто красавица? Это я, что ли?»

В шею вонзилось что-то острое, и перед глазами потемнело.

Когда у меня наконец получилось разлепить сонные веки, дело уже шло к вечеру. Солнце висело низко над горизонтом, а я, казалось, никогда не уходила с берега Кристального озера. Вот его серебристая гладь, напоминающая зеркало, вот бриллиантовый песок…

Только шатра Тайрела не было поблизости. И, если приглядеться, становилось ясно, что это совсем иной берег этого же озера.

Осознав это, попыталась вскочить на ноги, но тут же сделала еще несколько пренеприятных открытий.

Во-первых, я лежала на крупной каменной плите. Холодной, как задница пингвина. Похоже, это была та самая плита, что появлялась прямо из земли во время нападения на Тайрела.

Во-вторых, мои руки, хоть и не были связаны, совершенно не хотели работать. Пальцы оказались холодными и онемевшими. А кисти ныли так, словно на них только что посидел Бьельндевир. В своем истинном обличье.

В-третьих, ту самую ладонь, на которой алела руна «Принц смерти», какой-то нехороший человек порезал ножом. И теперь она нещадно болела, а моя родненькая кровушка бесполезно стекала на камень.

Такого количества откровений было вполне достаточно для слабого женского сердца. Но ко всему этому прибавились улыбающиеся Риэльта с подельником.

— Чего вы ржете? — фыркнула возмущенно. — Больно, между прочим.

— Ах, девочка моя, — сделав бровки домиком, весело пропела женщина. — Если бы я могла тебе помочь, поверь, помогла бы. Но в данный момент ты помогаешь мне, так что давай соблюдать очередность!

Она широко улыбнулась, словно отменно пошутила.

— В смысле? — приподняла я бровь, одновременно пытаясь осмотреться и найти пути к бегству.

Хотя какое может быть бегство, если я чувствую себя героиней одной из скелетных шуток Бьельндевира? Такой же плоской и хилой.

— В смысле ты помогаешь мне открыть врата в Сумерки, — пропела Риэльта, скалясь еще шире.

— Риэль, завязывай болтовню, — бросил мужчина в плаще, стоявший поблизости. — Нам не хватает крови.

— Что? Разве нужно так много? — удивилась женщина. — Я бы не хотела убивать эту милочку.

— Много, — рыкнул мужчина. — Ты сама понимаешь, что она… это она. Нам вообще повезло…

Я нахмурилась, потеряв нить разговора. Никак не могла понять, что имел в виду гадкий тип в плаще.

Риэльта развела ладонями, мол, прости, кумушка, обошла меня по кругу и достала откуда-то странный кинжал с кривым лезвием.

— Вот этим вы мне ладонь разрезали? — пискнула я, представляя, как металл располосует кожу и мышцы.

— Да, а что? — кивнула высокородная особа, будто всерьез заинтересовалась моими проблемами.

— Заживать будет долго, — взвыла я. — С такими-то зубцами…

Риэльта посмотрела на искривленное лезвие и пожала плечами.

— Другого нет, прости.

В это время мужчина, что стоял чуть в стороне, пошевелился. И я наконец поняла, что он делает.

Склонившись над узким каменным желобком, что вел от моего каменного ложа прямо в озеро, он окунал пальцы в тонкую струйку крови. Алая и жидкая, она медленно стекала в воду, окрашивая часть прибрежного песка в отвратительный цвет.

К горлу подкатила тошнота.

Я видела, что в данный момент крови утекло не так много, как было бы, если бы Риэльта располосовала мне вену. И все же смотреть на багряный ручеек, текущий из собственного тела, было страшно. Тем более что блестящее лезвие сверкнуло над второй ладонью.

— Нет, постой! — крикнула я в последний момент, когда женщина уже занесла одну руку для удара, а второй зафиксировала мою ладонь.

— Что случилось? — нахмурилась она, но неумолимо движущийся ко мне кинжал все-таки замер.

Теперь оставалось придумать, что сказать.

— Ну, я… эмм… — промямлила что-то, оттягивая время и пытаясь придумать, как выбраться из ситуации. — Может, дашь мне что-нибудь в зубы, чтобы я не сильно кричала? Больно все-таки.

Женщина округлила глаза, словно вдруг перестала понимать человеческую речь. Так удивила ее моя просьба.

— Риэль, — снова рявкнул гадкий мужик, колдующий над моей кровью, — хватит тянуть! У нас мало времени. Скоро закат!

— Прости, милая, — виновато сказала гадкая дамочка. — Ишхара наградит тебя за помощь, поверь.

И резко взмахнула рукой.

Я зажмурилась, не желая смотреть, как мне станут уродовать еще одну руку.

В этот момент откуда-то со стороны леса раздался страшный рык.

Удара не последовало.

Я открыла глаза, не понимая, что происходит. От ужасного звука, пронесшегося над древесными кронами, тихо колышущейся травой и безмолвной водной гладью, у меня зашевелились волосы.

И, похоже, не только у меня.

Риэльта выронила кинжал, открыла от изумления рот. Лицо побелело, губы приобрели синеватый оттенок.

Ее подельник замер как вкопанный и прекратил шептать то заклятие, что усердно повторял все это время.

Я проследила за взглядами похитителей и тоже обомлела. У лесной опушки стоял огромный зверь.

Он был черный, как самая непроглядная ночь. Глаза светились кровавым светом, а на огромных зубах поблескивала зеленоватая слюна.

Зверь прыгнул в нашу сторону, преодолев одним броском огромное расстояние. И приземлился возле мужчины в плаще.

Теперь я могла в деталях рассмотреть странное существо, от крика которого кровь леденела в жилах.

Это оказался огромный кот. Что-то вроде пумы или черного барса. Имелась лишь одна незначительная деталь, отличающая его от представителей отряда кошачьих. Он был мертв.

Все в нем было измененным. Хищно-опасным. Такого не встречается в дикой природе. Каждая мышца, каждое движение демонстрировали силу смерти, а не жизни.

Мужчина попятился, но не успел сделать шага, как существо прыгнуло и перегрызло ему глотку.

Отвратительный хруст усилился окружающей тишиной. Я зажмурилась всего на секунду. Отвести глаза от мертвого хищника было невозможно.

Риэльта быстро развернулась и помчалась прочь.

— Ну-у-у, неужели снова сбежит? — только и успела сказать я, как монстр повернул ко мне голову.

Сердце упало куда-то вниз, к спине. Я ведь лежала, а значит, дальше бедному органу падать было некуда. Так что, полагаю, сердце закатилось куда-то за ребра и, по ощущениям, прилипло к позвоночнику.

Вдруг так сильно захотелось жить, аж зубы свело.

— Котик, ты такой милый, — пробубнила я, отчаянно силясь подняться на ноги, но все было без толку. — А глазки у тебя какие красивые, а нос какой замечательный!

В голове вместо идей собственного спасения бегали какие-то перепуганные мысли-крысы и пытались покинуть тонущий корабль. Только одна мысль никак не хотела уходить из головы: откуда в лесу, находящемся под некромантской сетью, взялась нежить? Живой мертвец не способен выбраться из-под земли, а труп, опутанный сетью, не способен заразиться Тьмой. Тогда откуда взялся этот кот?

В это время кот сделал медленный шаг ко мне, затем еще один. Его кровавые глаза внимательно смотрели. И вдруг мигнули.

Стало немного смешно. Зачем нежити мигать? Для них это ненужный навык.

— А какие у тебя красивые лапы, — продолжала я петь свою песню, по ходу дела рассматривая крупные когти, отливающие той же зеленью, что и слюна. — А усы какие молодцеватые!

Кот что-то рыкнул и в один прыжок преодолел расстояние до моей плиты.

Все. Кажется, я умерла от страха.

Что, нет? Еще не умерла?

В голове продолжала крутиться по кругу все та же мысль: «Стихийная нежить в лесу, покрытом некромантской сетью, появиться не может. А что может? Что?..»

Секунды утекали одна за другой, медленно и болезненно, с каждым ударом сердца приближая меня к инфаркту.

«Так откуда здесь взялась нежить? Ответов может быть два. Первый — что большая редкость — тело животного было заражено Тьмой при жизни. Второй — если нежить собственноручно создал сильный некромант. А может, есть еще третий ответ? И в нем совпадают два предыдущих варианта?»

Я сдвинула брови, не веря собственным догадкам.

Страшное существо сделало последний шаг и приблизило огромную морду к моему лицу.

Я могла бы почувствовать на своей коже его дыхание. Если бы у него было дыхание.

— Кружочек? — тихо выдохнула, не отстранившись ни на миллиметр.

В следующий миг огромная пасть распахнулась, и прохладный шершавый язык прошелся по моей щеке.

— Кружочек! — воскликнула я счастливо.

На глаза навернулись слезы.

Через долю секунды после того как я второй раз назвала имя, черная пума покрылась туманом Тьмы и вдруг обратилась маленьким белоснежным котом. Тем самым, который сбежал от нас с Тайрелом пару суток назад.

Кот запрыгнул на плиту и, громко тарахтя, начал тереться об меня ушами.

— Кружо-о-очек, — всхлипнула я, но так и не смогла поднять руки и погладить бывшего любимца. — У меня нет сегодня колбасы для тебя. Прости…

Меня прорвало. Слезы полились по щекам ручьями. Я ревела, как белуга, и почему-то вспоминала все травмирующие события прошлых дней и недель.

И дива, и родителей Рея, и нападение на Тайрела, и свои окровавленные руки, и то, что у меня, Тьма их всех съешь, не было колбасы для Кружочка! Которому и колбаса-то уже была не нужна.

Кот на миг замер, а затем начал тарахтеть еще громче и так сильно бодать меня своей мягкой головой, что на мне едва не остались его уши.

— Ну ладно, ладно, — бросила я, глубоко вздохнув. — Сил вытереть слезы нет, так что умолкаю. Сейчас ведь сопли потекут, а это уже совсем некрасиво.

Кот поднял голову, взглянул как-то странно, а затем прыгнул к моей располосованной ладони.

— Эй-эй, ты что, щекотно! — воскликнула я, когда он начал вылизывать рану сухим языком.

Через пару секунд я уже громко хохотала, а еще через пару — от смеха схватилась за живот, понимая, что вполне замечательно могу шевелиться. А от раны на руке больше нет и следа.

— Что за фокусы, Кружочек? — ахнула, не веря своим глазам. Кожа срослась идеально. От глубокого пореза не осталось и следа.

Кот, снова маленький и нестрашный, пошевелил усами и фыркнул, устраиваясь у меня на коленях. Мол, «чеши за ухом, давай, я заслужил!».

А ведь и правда заслужил.

Странно было погружать пальцы в чисто-белую шерсть, которая когда-то была рыжей. Странно гладить кота, который не был привычно горячим. Хотя и холодным он тоже не казался.

Кружочек послушно замурлыкал, закрыв глаза. Наверное, по привычке. Все, что я знала о нежити, сводилось к тому, что они не чувствует прикосновений. Однако, судя по всему, моему коту это вовсе не мешало.

— Что там Тайрел говорил о твоих чудесных способностях? — постаралась припомнить я.

— Я говорил, что, по легендам, утшейры умирают не до конца. Сама Тьма после смерти продолжает поддерживать в них остатки жизни.

Резко повернула голову и увидела его.

Друид стоял неподалеку между деревьев и смотрел на меня широко раскрытыми блестящими глазами.

— Тайрел… — прошептала я.

— Леора, — ответил он тихо. И тут же рванул с места, а уже через долю секунды сжал меня в объятиях.

Кружочек что-то фыркнул и спрыгнул с моих коленей, явно опасаясь, что его раздавят. А может, опасаясь и кое-чего иного. Друид ведь когда-то намеревался его прикончить.

— Прости, принцесса, я не мог предугадать, что нас найдут, — шептал Тайрел, поглаживая меня по волосам и целуя в макушку. — Прости, что оставил одну. Прости.

— Это ты меня прости, кажется, я зря пошла гулять на берег…

— Глупости, ты ведь не могла все время сидеть в шатре, — проговорил он, сжимая мое лицо в ладонях и вглядываясь в глаза. — Как ты? Что они с тобой сделали? Я застал только последнюю сцену. Как скромный маленький кот Кружочек кусанул за шею вон того, — Тайрел презрительно кивнул на мертвого культиста с разорванным горлом. — И как потом убежала Риэльта.

— Кстати, насчет Риэльты. Неплохо бы ее найти, — бросила я, подняв вверх указательный палец.

— Не волнуйся. В этом нет необходимости, — покачал головой мужчина.

— Но…

— Уже через пару часов наступит праздник, на котором я должен буду спуститься в Сумерки и найти Ишхару. После того как от богини безумия не останется ничего, кроме памяти ее ненормальных адептов, Риэльта перестанет быть опасной. И с ней станет несложно разобраться.

Не знаю, специально ли Тайрел сказал именно так: «После того как от богини безумия не останется ничего, кроме памяти», — но мне понравилось. Это звучало гораздо лучше его прежних упаднических идей о поражении.

— Тайрел, — спросила я вдруг, — а разве ты не заметил, что Риэльта — член твоего культа, а не культа Ишхары? У них на поясах начертана твоя руна. Вон, посмотри…

Я указала пальцем на труп мужчины у кромки воды. Он был в том самом плаще, что и несколько дней назад, когда произошло первое нападение.

Тайрел вдруг нахмурился.

— Что случилось? — не поняла я. — Ты заметил Кружочка? Так знай, я не дам его убить. Он мне жизнь, между прочим, спас.

Мужчина молчал.

Я проследила за его темным взглядом и поняла: он смотрит на тонкий желоб, по которому недавно текла моя кровь. Сейчас там остались лишь пугающие алые разводы.

— Это что такое, Леора? — еле слышно проговорил друид.

А потом схватил меня за обе руки, проверяя их от ладоней до локтевых сгибов.

Резко выдохнул.

— Не твоя…

— Нет, вообще-то моя, — проговорила я виновато. — Ты разве не видел издалека?

— Расстояние… не видел. Что они сделали? Где разрезы? Или это…

Он посмотрел по сторонам и нашел взглядом Кружочка. Тот сидел на почтительном расстоянии и невозмутимо вылизывал шерстку, словно ничего необычного не происходило. Словно он сам — совершенно обыкновенный кот.

— Похоже, стоит сказать ему спасибо, да? — улыбнулся Тайрел и перевел на меня взгляд. — Ты в порядке?

Я молча кивнула, но не успела сказать ни слова. Друид снова нахмурился, сделал шаг назад и схватился за голову.

— Что? — выдохнула, шагнув к нему. Но он остановил меня резким движением руки. И посмотрел на небо.

Солнце медленно заходило.

— Леора, — донеслось немного хриплое. — Кажется, я понял… Проклятье, Леора…

Тайрел коснулся пальцами переносицы и закрыл глаза.

— Что, что ты понял, что? — с каждой секундой я начинала беспокоиться сильнее.

Он поднял глаза к небу, словно выискивал кого-то.

— Нам надо срочно возвращаться к шатру. А Шерхияз, похоже, далеко. Как думаешь, твой Кружочек в достаточно благодушном настроении, чтобы нас покатать?

Мои брови взлетели так высоко, что захотелось пальцами опустить их обратно.

Я перевела взгляд на маленький белый комок шерсти, который в это время беспечно жевал траву. Как самый обыкновенный кот. Но стоило нам с Тайрелом посмотреть на него, как он замер, выплюнул травинки и склонил голову набок.

Кроваво-алые глаза вспыхнули и потухли.

— Ты думаешь, он для этого достаточно… — У меня не хватило сил озвучить вопрос.

Но Тайрел понял бы меня, даже если бы я молчала.

— Утшейры — очень умные создания, но их разум зависит от исходных данных трупа. В данном случае, помня, каким был твой кот до смерти, могу сказать, что, вероятнее всего, Кружочек понимает каждое наше слово, — спокойно ответил Тайрел, не сводя взгляда с животного. — Попроси его. Ну же.

— Но… — Голос резко оборвался, во рту стало сухо. — Кружочек, — вымученно улыбнулась коту, — хочешь покатать нас на спинке? У тебя такая гладкая спинка!

Я любила этого кота — успела полюбить за тот недолгий срок, что мы были знакомы. Но это не могло избавить от страха перед высшей нежитью, которая способна одной царапиной перечеркнуть человеческую жизнь.

Кот распрямился, потянул лапами, словно только что проснулся. Зевнул, широко раскрыв пасть.

Блеснули алый язык и зеленоватые зубы.

А через мгновение поляна наполнилась Тьмой. Черные клубы закружились вокруг животного, сначала окутали его густым пологом, а затем стремительно впитались в его тело. Когда воздух вновь стал чистым, перед нами стоял настоящий утшейр. Огромный черный кот размером с лошадь. С кровавыми красными глазами.

— Снова пума? — улыбнулась я. — Может, в жизни тебе хотелось быть большим котиком?

Кружочек, тяжело переваливаясь с лапы на лапу, подошел ко мне.

Все еще было страшно. Тайрел немедленно встал рядом и положил руку мне на плечо. Я знала, что в случае беды он поможет.

Но Кружочек оказался не просто безопасным, а очень трогательным котом. В паре сантиметров от нас он поднял голову и вдруг боднул меня своим огромным мягким лбом.

Тайрел улыбнулся.

— Можно я поглажу тебя? — тихо спросил он, когда кот перевел на него взгляд своих кровавых глаз.

Кружочек выдержал театральную паузу, словно хотел отказаться. А потом демонстративно подставил друиду заднюю часть тела.

Тайрел фыркнул и почесал огромного кота. Затем, не успела я опомниться, поднял меня за талию и посадил на спину животному. А сам разместился сзади.

Кружочек что-то рыкнул, но это было его единственной реакцией.

— Попроси его пробежаться к нашему шатру, — шепнул мужчина, обнимая меня со спины.

Горячие прикосновения вызвали волну мурашек на коже.

— Прямо вот так просто? — хрипло спросила я.

— Леора… — протянул Тайрел, прикусив мое ухо. — У нас очень мало времени, поверь.

— Кружочек, если ты не против… — начала я мямлить.

И в тот же миг утшейр рванул вперед. Он старался двигаться плавно, чтобы мы не свалились с его огромной спины. Но все равно я боялась оказаться на земле.

— Держись за шкуру, — проговорил Тайрел, когда Кружочек помчался вперед, словно ветер.

Пальцы утонули в прохладной шерсти, и ехать стало гораздо удобнее.

— Так что случилось, Тайрел? — проговорила я, когда немного освоилась с темпом движения большого кота.

Друид покрепче обхватил меня и вздохнул. Затем протянул вперед левую руку и коснулся моей ладони, заставив отпустить гладкий мех. Большим пальцем провел по коже, повторяя контуры руны смерти.

— Как ты думаешь, чего добивались культисты, когда сначала напали на меня, а затем на тебя? Что им было нужно?

— Не знаю! — пожала плечами. — Убить нас? Риэльта что-то говорила об открытии врат. Возможно, для этого нужна чья-то смерть.

— Очень близко, — протянул друид. — Но тогда зачем пытаться убить меня? Им известно, что я заведомо сильнее.

— Да и символы на их одеждах… — добавила я, соглашаясь с его размышлениями. — Они поклонялись тебе. Я не знаю, Тайрел. Логика этих людей от меня ускользает.

Некоторое время друид молчал, а затем проговорил:

— Знаешь, я долго думал, почему знак «Тур», тот знак, который я поставил тебе, чтобы связать нас, изменился. Почему он превратился в старшую букву эшгенрейского? И не мог понять того, что лежало на поверхности. Символ изменился, потому что я — принц смерти. Все становится просто, когда перестаешь отрицать очевидное. Я — тот, кто я есть. — Он глубоко вздохнул, а затем продолжил: — Когда человек объединяет себя с человеком, появляется знак «Тур». Когда темный бог объединяет себя с человеком, появляется старшая руна. У каждого темного бога есть такая. Существует целый старший алфавит эшгенрейского, в котором одна буква обозначает одного бога. Именно с помощью этой буквы можно призвать темных на землю. Но для подобного заклятия всегда требовались слишком сложные ингредиенты, совпадение лунных циклов, удача. И еще кровь. Много крови. В нашем с тобой случае сегодня, в День багряных звезд, все это оказалось культистам не нужно. Кроме одного.

— Моей жизни? — предположила я, вспоминая кровожадность мужчины у озера. — Они хотели меня убить?

Тайрел грустно улыбнулся.

— Руна, которую я поставил тебе, объединила нас. — Он тяжело вздохнул и вдруг напрягся. Это ощущалось хорошо, как будто он сидел не у меня за спиной, а рядом. Я чувствовала каждую затвердевшую мышцу, болезненно замершее дыхание. — Я сам во всем виноват. Когда-то, боясь, что ты уйдешь, выдашь меня императорским охотникам, я сказал, что в случае моей смерти ты пострадаешь. Но знак «Тур» всегда работает в обе стороны. В случае твоей гибели я тоже мертвец.

На несколько мгновений Тайрел замер, словно стиснул зубы. А затем коснулся лбом моей головы.

Где-то под желудком что-то болезненно ухнуло. Казалось, я физически ощущала его боль.

— Тайрел, что случилось? — беспокойно спросила я, когда впереди показался наш шатер.

— Они не собирались тебя убивать, — хрипло ответил мужчина. — Им была нужна…

— Только моя кровь, — вдруг сказала я, словно опомнилась. — Да, что-то такое говорила Риэльта. Но зачем?

— Потому что твоя кровь — это моя кровь, — тихо закончил он, когда утшейр замер у тряпичной дверцы большой палатки.

Друид спрыгнул сам, а затем снял меня со спины Кружочка.

В тот же миг нежить окутало Тьмой, и перед нами опять оказался маленький белый кот.

Кружочек бросил на меня умный взгляд и шмыгнул в кусты. Будто опасался, что мы придумаем для него еще какое-нибудь задание.

Мы с друидом остались вдвоем.

Солнце неумолимо скрывалось за горизонтом, и сейчас от светила осталась лишь узкая желтая полоса.

— Что дальше? — спросила я, чувствуя напряжение мужчины.

— Дай мне свою руку, — проговорил он.

Густые брови были сдвинуты, губы сжаты. Что-то происходило, но я не понимала что.

Протянула ему ладонь, без слов поняв, что он имел в виду ту, на которой начертан темный знак.

— Лучше поздно, чем никогда, — сказал он и стал медленно, пальцем, обводить контур рисунка. — Arg farty it nahte uter, nahte b’ionde retvil’, nahte denuist…

Я с замиранием сердца следила, как с кожи исчезает последняя черточка. Это было похоже на странное освобождение, после которого внутри остается горечь.

Мне хотелось быть связанной с ним. С моим друидом.

— Зачем ты это сделал? — спросила тихо.

— Я должен был, — проговорил он. — Просто хотел отложить на последний момент…

Он сжал мою руку, на которой не осталось и следа от волшебного знака.

— Если я погибну, ты не должна следовать за мной, — твердо сказал он. — Если я умру, руна смерти потянет тебя в Сумерки.

— Зато это был бы повод беречь свою жизнь, — фыркнула я, сжимая пустую ладонь в кулак.

Тайрел улыбнулся, а затем резко скривился, упав на одно колено.

Солнце окончательно закатилось.

— Зайди в шатер, Леора. Он хотя бы немного защищен от сумеречных тварей, — процедил он сквозь зубы и зашипел: — Проклятье, мы не успели…

— Не успели что? — не поняла я, нахмурившись. — Что с тобой? Что случилось?

Мужчина поднял глаза к небу, а затем перевел взгляд на темную гладь озера.

— Твоя кровь, Леора. Твоя кровь — моя кровь. Нужно было снять знак «Тур» раньше.

— Что случилось, о чем ты говоришь? Я не понимаю! — почти выкрикнула я.

Мужчина перевел на меня темный взгляд и ответил:

— Время пришло. Ишхара уже здесь.

— Почему? Как это вышло? — не поняла я и стала оглядываться по сторонам в поисках богини.

— Сегодня Ночь багряных звезд, Леора. Портал в Кристальном озере обычно открыт только из нашего мира. Мы можем проникнуть сквозь него в Сумерки, а боги и монстры к нам — нет. Но теперь все иначе. Твоя кровь открыла портал полностью. Теперь сквозь него можно ходить туда и обратно, и не только нам.

Озерная водная гладь ощутимо дрогнула. Мелкая рябь пошла по поверхности воды. Точно такая же, только нервная, пошла у меня внутри, буквально перемешивая внутренности.

— Ишхара? Богиня безумия… здесь? — выдохнула я, все еще до конца не веря в происходящее.

Тайрел указал рукой в темное небо. Я проследила за его взглядом, и что-то внутри оборвалось. Тело пронзило болезненным холодом.

Над нашими головами сверкал круглый диск луны. Его серебряная поверхность медленно наливалась густым цветом крови.

Я испуганно посмотрела на Тайрела, надеясь найти в нем опору, уверенность, что все будет в порядке.

Он и вправду был спокоен. И все же по его лицу мне стало ясно, что в порядке уже ничего не будет. Солнечно-карие глаза моего друида то и дело вспыхивали яркой сумеречной зеленью. Где-то в самой глубине. И сам Тайрел был словно огромное, внешне безмятежное озеро, в омуте которого кишели невидимые глазу монстры.

— Что с тобой? — тихо спросила я.

Тайрел ничего не ответил. Он молча глядел на небо, а через пару секунд сказал совсем не то, чего я ожидала:

— Я всегда знал, что придет этот день. День, когда я не справлюсь.

— О чем ты говоришь?

Мужчина повернулся ко мне и улыбнулся.

Улыбка вышла горькой.

— Я должен был спуститься в Сумерки и встретить Ишхару там. Ты увидела бы меня на следующее утро, опасность уже миновала бы. Теперь мало того что тебе будет угрожать богиня безумия, поднявшаяся на землю, так еще тебе буду угрожать я сам. Уходи, Леора. Шатер тебя уже не спасет. Садись на Шерхияз и улетай. Я постараюсь сделать все, что смогу.

С этими словами он непонятно откуда достал костяную корону и надел на голову. А затем громко свистнул, призывая виверну.

— Шерхияз прилетит совсем скоро…

— Мне все равно, когда она прилетит. Я не собираюсь никуда уходить.

Тайрел сдвинул брови.

— Ты не понимаешь, да?

— Чего я не понимаю? Что тебе угрожает опасность, а я должна прятаться?

— Это тебе угрожает опасность, глупая, — уголки губ мужчины грустно приподнялись. — Ты знаешь, что я ощущаю сейчас?

Он указал пальцем на воды озера, которые бурлили все сильнее и теперь напоминали воду в чайнике, который вот-вот закипит.

— Вся Тьма, что выходит из того портала, проникает в меня. Она чувствует сосуд, который должен быть наполнен. Чувствует… наше родство. — Друид болезненно скривился. — Это только вопрос времени, когда Тьма превратит меня в своего раба.

Казалось, ему сложно говорить. Вероятно, так и было.

— Этого ты пытался избежать, спускаясь в подвал во время каждого Праздника багряных звезд?

Тайрел еле заметно кивнул.

— Но ведь наверняка когда-то тебе удавалось справиться и без «Пыточной Девы», — неуверенно проговорила я. С каждым мгновением испуг становился сильнее. — Справишься и сегодня. Я уверена.

Тайрел не повернул ко мне головы.

Глухая тишина резала уши.

— Удавалось, — наконец ответил он. — Бывали праздники, в которые я не пользовался ничем, кроме собственной воли. Это тяжело, но возможно. Однако мне никогда еще не приходилось переживать этот день рядом с открытым порталом в Сумерки.

Кулаки сжались сами собой. Я вдруг поняла одну очень важную и невероятно ужасную вещь.

— Так это я виновата в том, что сегодня все пошло не по плану, да? — Собственный голос показался похожим на скрипящую вату. — Это моя кровь открыла портал? Все так, как было в пророчестве: «Белая дева явится во мрак на спине иллишарина. Вспыхнет на ней метка принца смерти, и возродится он из пепла и крови…»

Ощущение фатальной безысходности тяжестью упало на плечи.

— «Из пепла и крови…» — прошептала я. — Из моей крови… Остался лишь пепел. И все?..

Тайрел пожал плечами. И на этот раз повернулся ко мне. Сделал несколько шагов, подошел ближе, коснулся горячими руками моего подбородка, заставил посмотреть на себя.

Сразу стало теплее. Спокойнее. Как бы я хотела, чтобы это никогда не заканчивалось! Но я знала: стоит Тайрелу отпустить меня, и все вокруг начнет рушиться, как замок из хрусталя.

— Я не верю в пророчества, Леора. Не верю, — проговорил он, согревая меня своим голосом. Обволакивая, окутывая, как огромными крыльями. — Ты не виновата в том, что Риэльте удалось нас найти. Это я виноват. Это я сказал Рею, что мы будем на Кристальном озере…

— Постой, — резко отстранилась я. — Рею? А где он? Ты же летал за ним!

Друид опустил голову, посмотрел на меня мрачным тяжелым взглядом.

По спине прошла волна ужаса.

— Он не пришел, Леора. Я уверен, что…

В этот момент со стороны озера донесся какой-то звук.

Мы одновременно повернули головы и увидели невероятное. С той стороны, откуда нас с Тайрелом только что привез Кружочек, бежал Рей! Он махал нам рукой и что-то кричал.

— Смотри, это же он! — радостно воскликнула я, не веря, что бывают такие совпадения.

Тайрел громко выдохнул, словно с его плеч упала неподъемная ноша.

— Хвала Дарре, похоже, он сбежал, — проговорил друид. — После того как Риэльта скрылась в лесу, а последнего культиста загрыз твой котик, парнишку, видимо, стало некому охранять.

— Это же отлично! — захлопала я в ладоши и махнула мальчишке рукой. — Но почему ты сразу не сказал, что Рей у них? Мы могли бы его поискать.

Друид поджал губы, виновато посмотрел на меня.

— Я думал, что он уже мертв, — ответил он. — Культистам нужна была жертва для обряда. Прости, я… не знал.

— Ничего, — махнула рукой, стараясь не думать о плохом. — Главное, что он жив, правда? И нашел нас. А что он, кстати, кричит?

Рей подбегал ближе, уже можно было разобрать слова.

— Мама и папа!.. Мама и папа сказали мне!.. — кричал он.

Я сделала несколько шагов ему навстречу и вдруг замерла на месте. Ноги словно приросли к земле.

— Мама и папа сказали… — повторил мальчик, который был уже не более чем в десяти метрах от нас. — Сказали, что Ишхара пробудилась!

— Уже поздно, — послышались два голоса. Тайрела и худой беловолосой женщины, что вдруг очутилась за спиной мальчика.

— Ты скучал по мне, Эншаррат? — с улыбкой проговорила она.

Потом схватила Рея за шею и сдавила ее до хруста.