Глава 42

Глава 42

Гори-гори ясно

Трек: Последняя поэма(cover)(Неизвестная)

-...потом приехала полиция и скорая. Меня стали осматривать врачи и допрашивать полиция, а Макса приняли за главного виновника всей ситуации и стали связывать. Но я всё рассказала Виктору, и Макса тоже отвезли в Германию. Вот.

Степан в удивлении смотрел на ребят.

-Я и не думал что она,- начал он. Он посмотрел в потолок как будто на нем что то важное написано,- когда мне отец велел убежать, то я не решался. Я думал о том, как же он. Как он без меня. Но потом понял, что он меня попросил, и я должен это сделать. Я очень боялся, боялся, что ничего не получиться. О том, что всё провалится. Но всё получилось. Я со всей силы кинул ей в глаза порошок и побежал. Именно так как он мне говорил, бежать быстро, куда глаза глядят. Я убежал в лес. Я не ел ничего три дня. Я думал что умру, но потом вышел к дороге. Я лёг на траве и уснул. Проснулся я в машине. Меня подобрала турецкая семья. Они спросили: кто я, но я сказал, что не помню. Так я и стал и их семье. В подробности заходить не буду, но потом я стал жить с ними в Турции. Там я закончил школу. Женился. И я всё хотел вернуться за отцом. Всё хотел приехать к нему и обнять, отвести с собой, подальше от Мамы. Но не решался. Я даже в таком возрасте боялся её. И вот я увидел ваше объявление, совершенно случайно. Я ни кому не рассказывал о кровных маме и папе. Никому вообще. Даже сейчас, когда мне уже 21 год, я всё ещё со страхом вспоминаю то время. Мне всё ещё снятся кошмары по ночам. Как блестит эта огромная плеть. Как она разрывала мою кожу. Хотя вы сами знаете. Я очень рад, то есть нет, не то что вы тоже это пришли, а то, что благодаря этой ситуации я наконец приехал и всё узнал.

Степан нервно улыбнулся и уставился уже в пол.

Лиза прикусила губу и тут же сказала:

-А, э, Минуточку!

Она встала и выбежала из комнаты. Ева в недоумении посмотрела на Макса. Тот пожал плечами. Спустя минуту Лиза уже забежала в гостиную.

-Вот,- сказала она, подавая книгу Степану,- это дневник, дневник вашего отца. Его копировали для следствия, а оригинал, я договорилась, отдали мне. Я хотела оставить у себя, но вам он нужнее.

Лиза с улыбкой стояла с протянутым дневником. Степан тихонько взял дневник и погладил пальцами его старую обложку.

-Там много чего интересного.

Степан в улыбке посмотрел на девочку.

-Спасибо огромное,- сказал он и, встав, обнял девочку,- спасибо большое,- он посмотрел на Еву и Макса и, подойдя к ним, тоже обнял. Он обнимал их очень крепко. Словно знал их всю жизнь, а не тридцать минут.

-Но это не всё, Степан,- сказала Лиза,- мы должны показать вам самое главное.

Машина остановилась. На грязную землю встали маленькие ножки детей и Степана.

Выйдя из машины, Степан поднял голову, и тут же замер. Он буквально окаменел. Его глаза, не двигаясь, смотрели в одно и тоже место, на дом Мамы.

-Мы можем зайти внутрь,- сказала Ева, смотря на парня.

Степан кивнул головой.

Все четверо, обходя лужи грязи, зашли в дом. Зайдя, у них сразу появилась атмосфера страха и воспоминай. Старая мебель, диван, полка с книгами. Лишь только Мамы и не хватало для полной картины.

Степан пошёл по дому, и стал щупать каждый предмет.

-Я помню, как ел за этим столом,- сказал он ребятам, когда зашёл на кухню,- помню как Мама кричала на меня, а папа сидел вот на этом стуле и улыбался мне, что бы я не заплакал.

Он посмотрел на криво положенный ковёр, что закрывал подвал.

-А там меня закрывала Мама, когда я что-то делал не так. Она часто меня там закрывала. Закрывала на несколько часов, бывало, что и вообще на целый день,- Степан присел возле ковра,- я там, на стенах, ногтями рисовал рисунки. Даже что-то писал. Правда, уже совершенно не помню что именно.

-Нас она тоже там закрывала,- сказала Ева, стоя вместе с ребятами рядом,- правда только один раз. Но и этого нам хватило.

Степан улыбнулся.

-Этот дом только и несёт о себе плохие вспоминания, ничего хорошего здесь нет.

Парень встал.

-Нам надо кое-что ещё вам показать,- сказал Макс с грустным лицом.

Пройдя угол дома, и полностью оказавшись на заднем дворе, Степан замер.

-Это могила вашего отца,- сказала Ева,- Мама похоронила его здесь, за домом.

-Отец,- закричал Степан,- отец!

Парень побежал к могиле. Ребята остались стоять возле дома, и не мешать ему.

Степан подбежал к могиле. Его сердце забилось, а руки затряслись. Он медленно седел рядом с могилой, и положил на неё свою руку.

-Отец,- ещё раз повторил он хриплым голосом,- я так по тебе скучал, отец. Я так хотел приехать к тебе. Так хотел приехать, и забрать тебя из этого кошмара. Хотел забрать тебя, и никогда больше не отпускать,- глаза стали краснеть от боли,- прости меня. Прости, пожалуйста. Прости, что не приехал раньше. Ведь я мог. Мог приехать сюда. Но я боялся. Я, двадцати летний взрослый мужик, боялся приехать. Прости меня отец, прости,- сказал Степан и заплакал. Его маленькие, но с огромной болью слёзы, катились по лицу, и падали на сухую землю могилы,- я ведь хотел показать тебе свою семью. Да, представляешь, у меня уже есть семья. У меня есть маленькая дочь. Ей сейчас годик и она очень красивая. И я обещал ей, обещал, что однажды познакомлю её с тобой. Отец, я думал, что ты жив. Я думал, что ты страдаешь, мучаешься, но жив. Я просто мечтал тебя встретить. Я каждый год, на свой день рождения, загадывал, чтобы когда-нибудь я тебя обнял. И похоже, моей заветной мечте, никогда, никогда не сбыться,- он посмотрел на сухой деревянный крест,- Я люблю тебя, папа! Я люблю тебя отец...

Степан закрыл лицо рукой и ещё сильнее заплакал.

Подул лёгкий ветерок. Он поднял волосы, и стал веять их на ветру.

Ева сжала руку Макса и Лизы. Они трое, продолжали стоять возле дома, не мешая Степану.

Наконец он встал и ещё раз протер глаза. Всё его лицо было красное и в слезах. Но парень не собирался скрывать этого. Зачем скрывать свои настоящие эмоции. Зачем? Даже если тебя и будут за них осуждать. Ведь твои эмоции- это часть тебя. Тебя настоящего. Не надо этого стыдиться и скрывать. Настоящий любящий человек не будет осуждать и смеяться над твоими эмоциями и слёзами. Он лишь поможет тебе. Чтобы тебе, не было так трудно.

На то ведь и есть, настоящие близкие люди....

Все вышли к переднему двору.

-Мы кое-что хотели сделать,- тихо сказала Макс,- если конечно вы не будете против.

Степан посмотрел на вытянутую руку Макса и мягко кивнул.

Макс кивнул ему в ответ и подошёл к дому. Он присел около стены и раскрыл руку.

-Макс,- вдруг сказала Ева,- я тоже хочу это сделать.

-И я,- сказала Лиза.

-И я,- тоже сказал Степан.

Девочки и парень подошли к Максу, и сели рядом с ним на корточки.

Они все четверо, все, взялись за одну зажигалку, и поднесли её к сухой стене дома.

И тут же, огонь стал расползаться по стене. Он моментально заполнил первый этаж огнём.

И стал подбираться ко второму.

Ребята отскочили от горящего дома. Он горел. Горел ярким пламенем. Горел так ярко, что ничего не было видно. Ничего. Огонь полностью съел дом.

Всё, что видел, этот дом, сгорит вместе с ним. Всё, что в нем было, все страхи и переживания, все боли и крики, всё горит вместе с ним. Вместе с домом.

-Ну вот и всё,- сказала Ева с покатившейся слезой на щеке, и улыбке- вот и конец.

Лиза широко улыбнулась.

-Конец,- сказала она,- но для нас, это только начало.

Девочка положила руки на шеи друзей и крепко обняла их. Их трое. Трое друзей. Они решили, что будут называть себя Лучшими друзьями. Ведь они втроём много прошли. Очень много.

И всё это «Много», они оставили позади.

Они развернулись, и пошли. Пошли радостно и счастливо. О чем-то говоря и смеясь. Теперь у них будут приключения. Любовь. Счастье и радость. Хорошие и грустные моменты. Они не поставили точку в своей истории. Они лишь начали её с новой строки...

А Степан. А Степан стоял ещё долго. Он ещё долго смотрел на горящий дом. На горящие воспоминания. И лишь под конец, всё же улыбнулся.

Он развернулся и пошёл. Пошёл с улыбкой. Без страха и грусти. С облегчением. Он наконец почувствовал себя так, как долго мечтал, он почувствовал себя - счастливо...

Конец истории.