глава 4.

****pov: Диблин.

Ночь — самое прекрасное время суток. В такие безлунные ночи, как эта, я жажду крови. Двести лет назад меня изгнали из Преисподней, так что теперь приходится находить веселье в мире смертных. Главное не уподобиться им в их мелочной грызне. Но это мне не грозит — я хладнокровен до власти, и уж тем более до человеческих эмоций.

Недавно в городе появился маньяк, который прозвал себя «демоном». Ненавижу, когда боятся кого-то, кроме меня, и когда люди пытаются строить из себя тех, кем не являются. А уж человеческому мусору прикрываться словом «демон»… Попахивает гнилью.

Последние две недели я не обращал внимания на Лей и свои мысли о мести лишь потому, что искал этого маньяка, и вот он найден.

***

Демон приблизился к одному обветшалому деревянному домишке, расположенному у городского парка, который плавно перетекал в лес. Усмехнувшись, Диблин вышиб ногой ветхую дверь и зашел внутрь. Чутье и его надежные источники не врали. Здесь скрывался маньяк, который уже успел убить десяток женщин.

Прислушавшись, Диблин понял, что в доме он не один. Пульс, неровный и прерывистый, резал его слух, а запах крови бил в ноздри.

Тишину нарушил свистящий звук ножа, брошенный в демона, от которого он с легкостью увернулся. Вскоре от темной стены за шкафом отделился немолодой мужчина. Диблин лишь хмыкнул, глядя в безумные зрачки маньяка, смотря на его трехнедельную щетину и чувствуя вонь, исходящую от него.

— Ты опоздал, Яри. Теперь я такой же, как ты, — голос незнакомца посвистывал, словно у него не хватало передних зубов. Но не это удивило демона. Человек знал его настоящее имя. Более того, от него больше не пахло человеком. — Ты пришел к нам мстить за кровь убитых? — мужчина с безумным перекошенным лицом стиснул в руках серебряный кинжал. — Она предупреждала, что ты придешь. Для меня честь убить такого демона, как ты.

Вдруг десятки свечей зажглись в ветхой лачуге, и на полу Диблин увидел магический круг, а затем и десятки теней, которые вдруг стали появляться в комнате. Злоба и бешенство пробрало демона до мозга костей, когда он понял, что ошибся. Это был не просто маньяк, прикрывавшийся словом «демон».

— Жалкий человек! — Зарычал Диблин, обнажая клыки и рога. Ногти моментально превратились в когти, а кожа уплотнилась под стать чешуе. — Продал душу, чтобы уподобиться нам, бессмертным? Ненавижу выносить мусор вроде тебя.

Демон бросился на мужчину, но дорогу преградили бесплотные тени, удары которых были вполне реальными. Глаза Диблина полыхнули багровым, и он призвал свой призрачный двуручный меч, чтобы разрубать тени. С визжащим криком они обращались в дым, а демон не успокоился даже когда убил последнюю из них. Убрав меч, он подлетел к мужчине и пробил кулаком его грудную клетку, доставая черное, еще бьющее сердце.

— Какая гниль, — свирепо пророкотал Диблин. — Кто рассказал тебе про ритуал? Что еще за она? Кто сказал мое полное имя?

Новоиспеченный демон стоял с потухшим взором, тупо глядя, как из его пробитой груди хлещет кровь.

— Я теперь бессмертен. Можешь забрать сердце. Мне не больно! — безумно крикнул он, наблюдая, как Диблин сжимает его все еще бьющийся орган. — Я тоже демон.

— Мусор, возомнивший себя демоном, — Диблин прорычал несколько фраз на латыни и сжал кулак. В тот же момент глаза мужчины почернели, а в уголках рта появилась кровавая пена.

— Что ты сделал? Мне больно! Как? Я же теперь демон! — мужик, не веря своим глазам, посмотрел вниз, где его ноги вдруг начали быстро разлагаться. То же стало происходить и с телом.

— Ты хотел стать демоном, но ты станешь лишь бесплотной тенью. Наподобие тех, что призвал себе в помощь, чтобы справиться со мной. Не важно, кто тебе сказал мое имя, он не учел, что со мной не могут справиться даже высшие демоны, не то, что новорожденный мусор, — диблин снова принял человеческую форму и покинул лачугу. Напоследок, он обернулся, глянув на дом. В зрачках вспыхнул огонь, а затем вспыхнул весь дом.

Успокоив злость, Диблин направился в излюбленный трактир, где всегда покупал спиртное. Собственные запасы бренди почти закончились. Каково же было удивление демона, который уже привык не удивляться, когда он увидел там папашу Лей в компании светской шлюхи. Даст нисколько не казался убитым горем. Наоборот, он счастливо смеялся и периодически лапал свою пассию за интимные места. «Обожаю безлунные ночи.»

Не церемонясь, Диблин направился к Дасту, который подавился смехом при одном взгляде на демона. Улыбнувшись даме, Диблин выволок Даста наружу и протащил вплоть до самого переулка. И только потом телепортировал с ним в дом главы Гильдии Убийц. Не прибегая к трансформации, Диблин просто с силой швырнул Даста в стену, сломав ему несколько ребер, которые вот-вот начали заживать. Также молча, он приблизился к нему, и неожиданно заехал кулаком в челюсть, сломав ее в трех местах. Лицо главы Гильдии превратилось в кровавое месиво.

— Мало того, что ты перешел мне дорогу, — начал демон, театрально потерев виски, — ты еще дурака решил из меня сделать?

Даст тихо мычал, из-за сломанной челюсти говорить было довольно сложно, а от боли хотелось потерять сознание.

— А, тебе больно, — с каким-то садизмом продолжил демон и наступил мужчине на ногу, сломав ее в голени. — Кивни, если да, — на что Даст со слезами закивал, как болванчик.

— Отлично. А теперь кивни, если тебе и вправду плевать на свою дочь. Я жду правду, иначе будешь умирать очень долго.

Даст ди Даскар со стоном кивнул, с мольбой смотря на демона.

— Мне пришла на ум одна мысль, — вдруг сказал демон, прищурившись. — Ты слишком труслив и туп, чтобы убить мою воспитанницу в одиночку. Кто тебя надоумил?

Даст закрыл глаза, но через секунду снова распахнул их в гримасе боли, потому что демон сломал ему еще одну ногу. Из последних сил Даст взглядом указал на тумбочку в углу и приготовился умирать. Но это было бы слишком просто.

Диблин во второй раз за вечер шепнул что-то на латыни, и Даст почувствовал такую боль, что все сломанные кости показались детским лепетом. Словно саму его душу жгли на костре. Перед самой смертью Диблин сообщил ему, что самолично проклял его, и теперь все в Преисподней будут знать, что он перешел дорогу демону. А там, несмотря на изгнание Вагиса, свои правила. И девять кругов ада только начало для гнилой души Даста.

Оставив труп на полу, Диблин приблизился к тумбе и вытряхнул все ящики. Нужным было только одно письмо, еще хранившее сладковатый запах духов. Аккуратный почерк сообщал полное имя Диблин, писал о просьбе убить его воспитанницу Люси, подробно описывал, как должно произойти убийство и обещал баснословную сумму денег за выполненное задание. Осмотрев письмо со всех сторон, понюхав еще раз бумагу и всмотревшись в каллиграфический почерк, демон криво усмехнулся.

— Женщина. Богатая дворянка. Злая. Знает, что я — демон. Осторожна. Умна. Очевидно, что она рассказала про ритуал тому забулдыге, возможно даже подкупила его. Она за что-то мне мстит. Что же, мы сыграем в эту игру, — письмо вспыхнуло в ладони Диблина и обратилось в горстку пепла.

Демон собрался идти домой, как вдруг стекло разбил пущенный в ночи серебряный нож, прошедший между ребер демона, чуть не задев легкое. Резко достав его, он увидел, что серебро заговорено и призвано из Преисподней — обычное оружие он бы почувствовал заранее и увернулся.

— Следующий ход за мной, дамочка, — Диблин с хлопком исчез.____________я её так быстро написала!!! трееешподписывайтесь на мою зайку dilsablin!!!!