Последний шаг

После долгих споров и поисков решений Малфоя было решено доставить к Фламелю с помощью заколдованной кареты, которую удалось арендовать Забини, воспользовавшись связями своей матери. Принцип передвижения кареты был, как и у автобуса Ночной рыцарь, но он был менее травмоопасен. Путь до Парижа должен был занять у них всего два часа, почти так же как на самолёте. Гермиона уже дожидалась их в домашних лабораториях Фламеля. Алхимику было уже за шестьсот, а без эликсира, который давал ему когда-то Философский камень, его физическое состояние было весьма шатким. Но при этом он оставался бодрым и полным сил, хотя и давалось это ему с большим трудом.

Накануне Пэнси прислала патронуса. Красивая серебряная сойка сообщила голосом Паркинсон, что вблизи Гармонии, где Пэнси обитала теперь, не согласившись оставаться в Норе без Рона, заметили Пожирателей смерти. Очевидно, Волан-де-Морт имел какие-то сведения об отце Гермионы и знал, что в Дорсете у него остался дом. Гермиона отправила свою выдру в ответ, заверяя, что дом надёжно защищён, но на всякий случай написала записку Люпину, чтобы тот периодически навещал земли графства Дорсет, контролируя ситуацию. Моля Мерлина и Моргану, чтобы всё было благополучно, Гермиона терпеливо ждала возвращения Забини. Пока она дожидалась возвращения Блейза с Драко, Николас рассказал ей несколько историй, связанных с её семьёй. Он даже сумел пролить свет на загадочное исчезновение предка Гермионы, оставшегося жить в Греции, когда семья разделилась.

— Гелиос увлёкся учениями Герпия Злостного, вам известно о нём? – Гермиона кивнула. – Он хотел сменить порядок семьи, по его мнению, род должны были возглавлять мужчины. Предок Гермионы создавал и продавал Василисков, а его мать категорически была не рада его увлечениям. Он бросал тень на древний род и покушался на древние секреты, тогда Гелия и решила покинуть Грецию, дабы спасти род и магию и отправилась во Францию. Её муж тогда уже умер, а дочь должна была вот-вот возглавить род. Так Гонтьесы покинули Грецию и обосновались во Франции.

— А что случилось с семьёй его жены? Целый род просто...испарился? – спросила Гермиона.

— Адамисы, насколько мне известно, были тёмными колдунами. Потому и приняли Гелиоса в свой род, но их деяния всё же разгневали богов. Всему когда-то приходит конец. Поговаривают, что их настигла кара Зевса, но никогда никто не пытался опровергнуть или усомниться в этом. – Фламель мягко улыбнулся.

— Почему вы так смотрите, месьё Фламель? – смутилась Гермиона.

— Я долго сомневался в том, что откликнулся на просьбу вашей матери, что бы скрыть вас в Британии, у маглов. Но Гликерия буквально умоляла меня об этом. Бедная девочка, она была очень одарённой и мудрой волшебницей, у неё было доброе сердце, но она так рано возглавила ваш род... - Фламель поджал губы. – Очень жаль, что вы не знали родителей и своей семьи. Дамболдор предлагал скрыться и вашим родителям тоже, но чувство долго не позволило им оставить родовое поместье. – Гермиона не ответила.

Она смирилась с тем, что её жизнь превратилась в настоящий бардак, в котором ей приходилось постоянно разбираться, узнавая всё новые подробности жизни, которая могла бы быть у неё. Но её не было. И перед ней теперь был ещё один человек, который был причастен к тому, что её жизнь была у неё отнята, хоть и во благо её спасения.

Блейз задерживался. Гермиона нервно поглядывал на часы в гостиной дома Фламеля. Они должны были прибыть к шести вечера, но Блейз не подавал никаких известий о задержке. Время близилось к ночи, но никаких признаков появления слизеринцев не обнаруживалось. Отправлять патронуса или как-то ещё связаться с Забини Гермиона не осмелилась. Возможно, за ними был хвост или, не приведи Мерлин, кто-то перехватил их или напал. Фламель предложил ей остаться у него, предоставив гостевую комнату. Но Гермиона не покинула гостиную, дожидаясь возвращения друзей. Стук в дверь раздался ближе к полуночи, и Грейнджер первой ринулась к ней, опережая домового эльфа, который прислуживал в доме Фламеля. Распахнув её, она увидела на пороге Блейза. Тот был уставший и весьма взвинченный даже для своего привычного спокойствия и хладнокровия. Мантия была разорвана в двух местах, на щеке виднелся кровоподтёк.

— Ох, Мерлин... - ахнула девушка, прикрывая рот рукой.

— Даже не проверишь меня, Грейнджер? – скривился Забини.

Гермиона сморгнула. Она вдруг поняла, что не взяла с собой даже волшебную палочку, которая осталась лежать на диване в гостиной. Оставалось лишь кольцо Персефоны, но врятли оно бы защитило её от Убивающего проклятия. Увидев замешательство на её лице, Блейз усмехнулся снова и проговорил:

— На третьем курсе ты здорово вмазала по носу моему белокурому другу, отчего проклятия в твой адрес сотрясали подземелья добрых три недели. – Гермиона смутилась, она совсем забыла об этом, а Забини хохотнул.

— Где Драко?

— О, тебе понравится! – хмыкнул он. – Но сначала я бы не отказался от дозаправки и твоей скромной помощи, мадам Гонтье. – они всё ещё стояли у двери, когда на лестнице показался Фламель, завёрнутый в серый байковый халат.

— Месье Забини, вы один?

— Простите, сер, возникли небольшие трудности. – отмахнулся Блейз, проходя внутрь дома.

Он скинул мантию и взял со стола бутылку с огневиски, открывая её зубами. Он сделал несколько глотков и сморщился. Гермиона всё ещё стояла в проходе, непонимающе глядя на слизеринца.

— Нас перехватили на подъезде Парижу. Ты в курсе, что в Дорсете полно Дементоров и дежурят Пожиратели? – Гермиона кивнула.

— Пэнси утром прислала патронуса. Я послала Люпину записку, чтобы он приглядывал за окрестностями. – Забини тоже кивнул в ответ, быстро залечив свой порез на щеке и ещё несколько ушибов.

— Так вот, у Гонтье-Мэнора их тоже достаточно, хотя я был крайне осмотрителен. Твой отец подсказал, что из флигеля можно сразу попасть на побережье, чем я и воспользовался, но друзья Лорда были и там. – быстро рассказывал Блейз, делая ещё несколько глотков огневиски. – На въезде в город карету перехватили министерские французские крысы. Они напали неожиданно, но мне удалось отбиться. Хотя, клянусь Салазаром, я был уверен, что они меня прибьют прямо там.

— А Драко?

— Пришлось импровизировать. – повёл плечами Блейз, снова поморщившись. – Я ожидал чего-то подобного, и прихватил с собой портал, который активировал, как только на нас напали. Портал перенёс его в Сен-Клу. Там у моей матери небольшая ферма, которая досталась нам от её третьего мужа. – Гермиона села в кресло, хватаясь за виски.

— Его не могли отследить? – Блейз покачал головой.

— Я отправил его, до того, как карета была разрушена, а я попал под шквал заклинаний. Но нам стоит поторопиться. – Грейнджер кивнула, беря свою палочку и направляясь к выходу.

— Месьё Фламель, мы скоро вернёмся, хорошо? – обратилась она к алхимику.

— Конечно, дорогая, - кивнул тот, всё ещё стоявший в дверном проёме.

Выйдя на порог дома Фламеля, Блейз взял девушку за руку и они трансгрессировали в пригород Парижа. На границе апарционных чар они осмотрелись, но, не заметив ничего подозрительного направились в сторону фермы, о которой говорил Блейз.

— Я всегда знал, что соседство с Малфоем обернётся мне боком. – пробормотал Блейз, когда они подходили к небольшому дому, за которым располагались приличных размеров угодья.

— Ты всегда мог отказаться. – заметила Грейнджер. – К тому же, ты не обязан сопровождать меня и тем более опекать.

— Да уж. А потом этот белобрысый засранец открутит мне голову своими аристократичными руками, ведь я не уберёг его гриффиндорское чудо. – Гермиона лишь тихо фыркнула, но ничего не ответила на его реплику.

Они прошли в дом. Портал перенёс Малфоя в нужное место. Домовик, живущий в доме, сообщил хозяину, что перенёс заколдованного гостя на диван в гостиную, где Драко сейчас и находился. Он всё ещё был таким же бледным, волосы растрепались, а на щеке виднелся синяк, видимо он неудачно приземлился, когда портал перенёс его сюда. Гермиона быстро залечила его, проведя ладонью по его щеке. Жизненная сила кольца Персефоны, помогала его обладательнице и в этом.

— Нам придётся трансгрессировать с ним. – недовольно заметил Блейз. –

— У нас нет другого выхода.

— Когда всё это закончится, я стребую с Малфоя ящик огневиски за все мои старания.

— Когда всё это закончится, я лично заполню все твои погреба лучшими винами и самым отменным огневиски, которое только сумею найти. – ответила Гермиона.

— Я запомню, это Грейнджер! – подмигнул ей слизеринец, на что девушка лишь снова фыркнула. – Ну, давай, тебе придётся перенести нас самой, пока я буду держать его, чтобы его не расщепило. – Гермиона кивнула, становясь спиной к Блейзу.

Когда Забини удобно перехватил Малфоя, окутанного некоторыми сдерживающими и защитными чарами, которые поддерживал Забини, он взял Гермиону за плечо, и она перенесла их к дому Фламеля. Убедившись, что трансгрессия прошла удачно, они быстро направились внутрь, где их уже ждал Фламель. Он немедленно провёл их в свою домашнюю лабораторию, где уже было приготовлено всё необходимое, для того, что бы алхимик смог попробовать снять с Драко проклятие Кроноса.

Когда Гермиона проснулась, первым делом она спустилась в лабораторию. Там Фламель и Блейз уже изучали состояние Малфоя. Ущерб от проклятия Кроноса уже был нанесён, в этом алхимик не сомневался. Но к каким последствиями это могло привести в итоге, Фламель не мог ответить.

— Для того, что бы попробовать снять проклятие Кроноса, нужно подготовиться. У меня есть не все нужные компоненты, к тому же отсутствие Философского камня заметно осложнит этот процесс. Боюсь, я не смогу гарантировать...

— Месье Фламель, возможно это сможет помочь? – Гермиона сняла с пальца фамильное кольцо, передавая его алхимику.

Фламель некоторое время изучал кольцо, которое передала ему девушка, накладывая на него какие-то сложные чары. Блейз хмурился, подпирая спиной подоконник, а Гермиона ожидала вердикт знаменитого алхимика.

— Это кольцо веками принадлежало моей семье. Камень – грант Персефоны, символ жизненной силы и энергии. Именно за ним охотится Тёмный Лорд. – проговорила Гермиона, решив сразу опередить все вопросы, которые могли возникнуть.

— Мадмуазель Гермиона, я думал, что кольцо лишь легенда...но раз так... вы же одолжите мне его на несколько дней?

— Разумеется. – кивнула девушка в ответ.

Они с Блейзом вернулись в его апартаменты в Париже. Фламель заверил, что пока он будет проводить исследования и изучать состояние Малфоя, их помощь ему не потребуется. Уже оказавшись дома, Блейз спросил:

— Ты уверена, что стоило просто так отдавать ему кольцо?

—  А ты знаешь другой выход? Философский камень Дамболдор уничтожил, когда мы заканчивали первый курс. На создание нового, даже со всеми знаниями и навыками Фламеля, могут уйти годы, не думаю, что у нас всех, включая его, есть столько времени. – Блейз кивнул, соглашаясь.

— Но всё-таки, доверять так просто старику...

— Блейз, если у тебя есть ещё идеи, как снять проклятие с Малфоя, то стоило предложить их чуть раньше. – резко перебила его гриффиндорка.

Забини ничего не сказал больше, оставляя Гермиону в одиночестве. Девушка села в кресло, глубоко вздохнув. Она злилась. Боялась. Время уходило, просачиваясь сквозь пальцы, и она боялась, что они попросту не успеют. А главное, неизвестность от последствий, с которыми они могут столкнуться, разрушив проклятие, пугало ещё большей неизвестностью.