Глава 2

Когда я была ребенком, то представляла себя совсем другой. В двадцать пять я должна была стать взрослой полноценной личностью, купить квартиру и выйти замуж, занимать какую-нибудь серьезную должность, но...Из перечисленного я смогла только стать взрослой, что уже и неплохо. В тринадцать лет я совсем не задумывалась о том, что покупка квартиры станет роскошью из-за пробивающего все на свете курса инфляции, а муж – это совсем необязательное условие хорошей жизни.

В мае того года мне исполнилось двадцать пять, но я понятия не имела, как правильно жить.

Но наверное, я могла бы поменять многое. Уйти от Киллиана, уволиться и устроиться в офис. Проводить дни напролет за рутиной, наслаждаясь беседами у кулера во время обеда. Скажем так, Киллиан «подобрал» меня, как подбирают щенка или котенка, который искал дом. Только я искала работу, потому что квартиру в Берлине нужно было оплачивать. В хорошие времена мода приносила деньги: я шила на заказ, стилизовала съемки, и казалось, что все идет в гору. Но после моего фееричного провала стало трудно даже прикасаться к материалам. Я закинула швейную машинку и всю остальную фурнитуру в кладовую и устроилась работать в пыльный книжный магазин, надеясь, что никто меня там не найдет.

Никто и не нашел.

Кроме Киллиана.

Он пришел в магазин, когда ему понадобились старые книги для стилизации танцевального номера. Мы обменялись телефонами, и вскоре начали общаться. В тот же вечер засели в баре и проговорили до самого утра. Я почти два часа рыдала ему в плечо, рассказывая о том, как моя жизнь рухнула. А на следующий день он предложил мне работу ассистентки, с зарплатой в два раза выше, чем я получала в магазине. Я уволилась без раздумий. Это ощущалось, как сон, и я долго не могла поверить в то, как круто жизнь меняется за несколько дней. В его обществе стало гораздо спокойнее.

Но поначалу, его поручения иногда казались странными. Например, он однажды попросил заказать тринадцать ведьминских шляп или найти священника для съемки. Но в целом, работа мне нравилась. А когда мы снова напились, я рассказала ему о своей жизни и о моде, тогда-то он предложил шить костюмы для его танцевальных номеров. Киллиан много лет занимался танцами, был хореографом престижного мужского коллектива. Они танцевали довольно откровенные вещи, и их выступления собирали полные залы женщин. Кроме танцев, Киллиан еще и инвестировал в какие-то проекты, но в этом я не разбиралась, но как говорила моя мама — деньги у него водились. Очевидно, он был куда больше, чем просто начальником и другом, но куда меньше, чем моим мужчиной.

На следующий день он улетел в Милан на выступление своей труппы, а я осталась в Берлине, готовясь к вечеринке. Для моральной поддержки позвонила Леони — лучшей подруге, которая так не вовремя уехала во Франкфурт по работе. Господь храни ее, потому что за последние несколько лет затворничества, она осталась почти единственным близким человеком, не считая семьи.

Я крутилась перед зеркалом, сделав неброский макияж и прическу. Платье, которое выбрал Киллиан, на удивление хорошо село на мне. Длинное, почти в пол, с разрезом от бедра, выполненное из тонкого кружева с подкладкой. Я дополнила его черными тяжелыми Мартинсами и миниатюрной сумочкой на цепочке.

— Ты ходила в такие места раньше, — подбодрила меня она по телефону, — не переживай. В крайнем случае, просто уедешь домой, если не понравится.

— Да, но я не была в клубах несколько лет. Столько раз отказывала тебе пойти потусоваться, а теперь вот — придется идти одной, — вздохнула я.

— Выпьешь шампанского, потанцуешь, познакомишься с кем-нибудь. Расслабься, подруга. Про «Сияние» столько говорят! А ты туда попадешь бесплатно, я бы прыгала от радости.

— Нужно разговаривать с кем-то, узнавать детали. Киллиан по делу туда отправляет, а не выпить и погулять.  Уже представляю, как опозорюсь и больше никогда не зайду туда.

— По-моему, ты драматизируешь. В пятницу вечером там может не быть каких-то управленцев, просто попроси почту или контакт, напишешь в понедельник. Проведи время хорошо.

— Постараюсь, Лео. Как у тебя дела? Когда вернешься домой?

— Мы с Джеком снова ругаемся, поэтому вернусь очень скоро, возможно, завтра. Не думай обо мне сегодня.

— Я о тебе всегда думаю.

Как бы я не любила Леони, мысль о собственном провале в «Сиянии» засела в мозгах сильнее, чем любая другая, поэтому пообещала подруге обсудить с ней проблемы на следующий день. Никогда бы не подумала, что поход в клуб станет для меня проблемой. Для меня. Заядлой тусовщицы и бунтарки, которая тратила все карманные деньги на подобных вылазках.

Я хорошо помню тот день, когда впервые услышала о «Сиянии» — загадочном клубе, построенном на месте старого стекольного завода, где-то на окраине города. Вход туда был только по приглашению, а среди постоянных гостей числилась богема. Порой там отдыхали крупные селебрити, приезжавшие в Берлин на гастроли. Получить приглашение в «Сияние» обычному человеку, как оказалось, было почти невозможно. Только если найти перекупщика и дать ему кругленькую сумму.  Последние несколько лет старательно избегала подобных мест, погрузившись в работу и в попытки восстановить жизнь после всех разочарований. Волнение буквально пронизывало. Казалось, что время, проведённое вдали от ночной жизни, сделало меня уязвимой и неуверенной.

Доведя себя до нервного тика в такси, я не заметила как мы приехали. Дороша заняла почти полчаса, эту часть Берлина я почти не знала. «Сияние» действительно оказалось отдельно стоящим зданием посреди старых заводских построек. Красный свет, льющийся из окон клуба, предательски манил, в паре с электронной музыкой, возвращая во времена дурной юности.

Я помялась, потопталась на месте и посмотрела на телефон — Киллиан прислал милое подбадривающее сообщение. Что-то ответив ему, сделала несколько шагов, но так и не вошла. Достала из сумки сигареты, быстро скурила одну и только после очередного разговора с собой — потянула дверь.

Зачем только согласилась на это?

Я давно не выходила никуда, кроме работы и пары редких встреч с Леони. Волнение ощущалось физически: холодок в животе, напряжённые плечи, слегка подрагивающие пальцы, сжимающие приглашение. Тревога нарастала с каждым шагом, и я боролась с паникой, пытаясь убедить себя, что всё будет нормально. Но мысли вертелись одна за другой...

А что если я одета не так? А что если я встречу знакомых? Я же могла отказаться... почему не отказалась?

Киллиан настоял, а Леони поддержала, уверяя, что я отлично проведу время.

Я старалась успокоиться.

Это просто клуб. Это просто вечеринка. Никто не будет обращать на меня внимания. Просто проведу пару часов и смогу вернуться домой.

Двери открылись.

— Добрый вечер, — приветствовал меня высокий парень на входе. — Как добрались?

— Добрый, — выдавила я, передавая ему золотую карточку с трясущимися руками, — все в порядке. Спасибо.

Он внимательно осмотрел приглашение сверившись с телефоном, а затем посмотрел на меня и кивнул.

— Катрина. Вас так поздно внесли в списки, еле нашел. Проходите, приятного отдыха.

— С...спасибо.

Я выдохнула с облегчением, услышав, как охранник едва заметно усмехнулся. У входа меня обыскали на «предмет запрещенных предметов», и я, наконец, прошла внутрь.

Музыка гремела — электронная, тяжелая. Свет в «Сиянии» был едва заметным — только небольшие красные лампы в полу освещали путь. Я сделала глубокий вдох и шагнула за порог, но тревога не ушла. Пути назад больше не было — клуб потихоньку затягивал в свои сети. Длинный черный коридор с зеркальными стенами свел бы любого человека с ума, даже самого здорового.

Я оглядела себя в одном из них  — платье сидело идеально, но, несмотря на это, я чувствовала себя неуютно. Тяжелые ботинки добавляли уверенности, но разве это поможет, когда я окажусь на танцполе? Там, где каждый взгляд имел значение.

Спокойно, Катрина, боже.

Следующая дверь вывела меня в основной зал. На танцполе — сливались с музыкой в одно целое несколько десятков человек, в барной зоне — общались и потягивали коктейли, а поодаль располагались диваны, на которых отдыхали и целовались парочки. Задрав голову, я увидела лестницу на второй этаж — что было там сразу ясно не стало, но разгоряченный мужчина с красным лицом, вышедший оттуда как-то подогрел мои догадки.

Красный и черный свет создавали плотную атмосферу, почти осязаемую, будто темная дымка. Мерцающий неон заполнял каждый уголок, освещая лица людей, погруженных в ритм, и оставляя глубокие тени. Потолок был покрыт множеством светящихся звезд, словно ночное небо развернулось над головами. Звуки музыки проникали в каждую клетку тела, заставляя пульсировать в такт с тяжелыми басами. Около бара ожидаемо собралась толпа — и я достала карточку, чтобы купить коктейль и заставить алкоголь снять тревогу.

Купив Фиеро-тоник и потягивая его ближе к углу, я пыталась понять, как Киллиану в голову пришла мысль отправить меня в это место. Там, действительно, собрались сливки общества, но не в привычном смысле выражения. Местные музыканты, художники, парочка знакомых дизайнеров, поэты, писатели. Мой отец отшутился бы и сказал, что это «сборище безработных». Но это было неправдой — у всех этих людей жизнь сложилась куда лучше, чем у меня. У них был успех. Творческий, независимый успех, о котором я когда-то мечтала, но теперь казался мне недосягаемым.

Киллиан бы легко нашел общий язык с ними — он всегда был таким человеком, который без усилий входил в любую компанию. Я же стояла с бокалом коктейля, чувствуя себя немного не в своей тарелке, но при этом осознавая, что мне здесь комфортнее, чем в обычных клубах с оглушительной попсой. Здесь был свой ритм, более глубокий, сложный, и мне это нравилось.

Некомфортно мне было с собой и своими дурацкими мыслями. 

Пятнадцать минут в одиночестве около стены быстро закончились. Легкое касание на плече заставило вздрогнуть. Обернувшись, я увидела высокую блондинку в черном платье.

— Как проходит ваш вечер? — любезно спросила она с легкой улыбкой.

— Все... в порядке, спасибо, — ответила я, чувствуя, как растерянность снова захлестывает меня.

— Вы выглядите немного потерянной. У вас все в порядке? — в ее голосе звучало искреннее участие.

— Да, я... просто первый раз здесь, — отмахнулась я, стараясь не выдать свое волнение, — непривычно.

— Понимаю, — кивнула она с понимающей улыбкой. — Сегодня обычная вечеринка — поводов нет, просто отмечаем пятницу. Но в «Сиянии» часто бывают тематические мероприятия. В прошлую субботу у нас была вечеринка «Гаданий», — девушка рассмеялась, — тут гадали на таро, гороскопы, все в этом духе.

Я молча слушала, хотя внутри боролась с ощущением, что выгляжу странно. Тревога вошла в клуб вперед меня и явно читалась на лице, и я ненавидела себя за это. Если бы я могла оставаться спокойной, то, возможно, не притягивала бы столько внимания.

— Вы по чьему-то приглашению, верно? — после минут десяти ее монолога, она задала вопрос, который заставил меня напрячься. — В последнее время здесь много новых лиц.

— Томас Бран, — произнесла я, стараясь говорить увереннее. — Это друг моего босса Киллиана Леннокса. Киллиан уехал на выступление, а меня отправил сюда. Не пропадать же приглашению.

Девушка кивнула, задумчиво прищурив глаза.

— А, поняла. Вы Кэйтлин?

— Катрина, — поправила я, улыбнувшись.

— Извините. Я — Адель, менеджер заведения. Забочусь о том, чтобы гости чувствовали себя комфортно, — она протянула мне руку.

— Приятно познакомиться, — я пожала ее руку, чувствуя себя немного спокойнее. — Раз уж вы тут, Киллиан просил уточнить, с кем можно обсудить возможность выступления у вас. Здесь ведь проводятся выступления?

Адель слегка усмехнулась, её взгляд стал чуть более оценивающим.

— Все зависит от того, что именно вы можете предложить. Здесь не выступает кто попало. Владелец лично отбирает артистов. Клуб долго выстраивал свою репутацию, и нам нужно быть уверенными в качестве.

Я насторожилась.

— А владелец... он лояльный? — спросила я осторожно, чувствуя, как внутри растет напряжение.

— Это как повезет. Во-первых, у него специфический вкус. Во-вторых, его настроение меняется, так что стоит застать его в нужный момент. Сегодня — даже не знаю, тут ли он вообще. Могу дать вам его почту. Напишите ему.

— Это было бы здорово, спасибо, — ответила я, стараясь держаться ровно.

Она написала почту на салфетке. Непрезентабельно. А еще строят из себя элитное заведение.

— Я могу еще..записать ваш номер. Он свяжется с вами, если понравитесь.

— Волнительно. Киллиан, его коллектив "Хеннесси", они довольно известные в Германии и...

— Даже так. Я знаю их, — улыбнулась Адель, — покажу их боссу. Спасибо, Кей...Катрина. Пойду, проведую еще парочку посетителей, а вам - хорошего вечера!

— Вам спасибо!

Несмотря на дружелюбный тон, Адель оставляла после себя ощущение очень строгой женщины. В классическом платье и на шпильках, она прошмыгнула между танцующими людьми и исчезла в черном коридоре. Я еще раз взглянула на салфетку — owner@shining.com. Ни имени, ни фамилии, кому писать — неизвестно, но тогда думалось, что Киллиан отблагодарит меня и за это.

Оглядев зал, я заметила несколько знакомых лиц — дизайнеров, с которыми когда-то работала. Они были погружены в разговоры, обменивались идеями, как на встрече старых друзей. Я колебалась, стоит ли подойти к ним. Вдруг они меня не вспомнят... или, что хуже, не захотят вспомнить. Я сделала глоток коктейля, пытаясь убедить себя, что все идет нормально.

Сделать вид, что меня пригласили. Что я не чужая на этом празднике жизни.

Гости «Сияния» заслуживали десять баллов из десяти в плане стиля. Да, дресс-код позволял только черные вещи, но люди выглядели ярко и горячо одновременно. Деньги, лоск, успех. То, чего я хотела. Наверное, просыпались и их головы не разрывало от мыслей о никчемности бытия и о туманном будущем. Как они достигли подобного? Как стали успешными, не заключая сделок с дьяволом? Или может быть, они тоже...как я - долго мучились и пришли к выводу, что пора все менять?

Когда алкоголь в бокале подходил к концу, я захотела повторить, но взгляд невольно зацепился за стройную мужскую фигуру.  Он стоял чуть в стороне от основной толпы, легко опираясь на барную стойку. Сердце замерло на мгновение, и я снова посмотрела на него. Высокий, широкоплечий парень с длинными темными волосами, которые небрежно касались спускались ниже плеч. Что-то в его осанке, манере держать бокал и легкой улыбке на лице вызывало странное ощущение дежавю.

Я замерла. Не в силах оторвать от него взгляд.

Парень повернулся к бармену, махнул рукой, заказывая напиток, и обернулся к девушке рядом с ним. Она смеялась, наклоняясь ближе, касаясь его плеча в кокетливом жесте. Худая шатенка с длинными ногами в облегающем платье. Она наклонила голову, откинув короткие волосы, не сводя с парня взгляда.

На его же лице — эмоций почти не было, что-то в его жестах выдавало привычку к подобным ситуациям. Казалось, это была обычная сцена для него — толпа, разговоры, внимание. Я напряглась, стараясь рассмотреть его получше. Свет мерцал в такт музыке, и щуря глаза, все же разглядела человека, которого я когда-то знала. Он слегка наклонился к девушке, поднося бокал к губам, и что-то прошептал ей. Красавица заливисто рассмеялась в ответ, касаясь его груди.

Он стоял, облокотившись о барную стойку, расслабленный, но собранный одновременно. Высокий и стройный. Очертания подтянутого тела угадывались под черной рубашкой, слегка расстегнутой на груди. Татуировки, покрывали его руки — от запястья до локтя виднелись черные линии, образующие узоры, которые на первый взгляд казались хаотичным. Нос украшало тонкое серебряное кольцо — пирсинг.  Его лицо — угловатое, с четко очерченными скулами. И взгляд — тот самый, холодный, пронизывающий окидывал толпу вокруг с легким пренебрежением.

Я подошла к бару, пытаясь выглядеть невозмутимо, заказала ещё один коктейль. Пить не хотелось — не хотелось ничего, только бы посмотреть на него и подтвердить догадки.  Подобралась поближе. В тот момент, когда я собиралась сделать шаг назад и уйти, кто-то резко повернулся — и феерия, на меня пролилось шампанское! Оно выплеснулось на платье, но я не успела даже возмутиться. Девушка, пролившая напиток, что-то мямлила, но мне было плевать.

Да, это мой Лэндон.

Это был мой Лэндон.