Глава 12.

Анна открыла глаза и обнаружила, что её сознание словно погрузилось в тёмный вакуум. Каждое движение, каждая мысль давались с трудом, как если бы она пыталась поднять гору из пепла. Надежда, что когда-то освободит её, казалась скомканной и выброшенной на помойку. В этом мрачном мире всё стремилось её сломить, сжать, поглотить до последнего вдоха.

Когда она, наконец, решилась подняться и сесть, её взгляд встретился с двумя фигурами — Илиодором и Ассоль, стоящими по обе стороны кровати, как стражи в этом тёмном королевстве. Анна почувствовала, как её сердце замирает, но страх уже не владел ею. Она осознала, что это место истощает её, и решила принять игру по их правилам.

— Доброе вам утро, — произнесла она, стараясь придать голосу уверенность. — Я долго спала?

Ассоль, казалось, переполнилась радостью, её голос звенел, как колокольчик:— Доброе! Как вы себя чувствуете???

Илиодор сдержанно произнес:— Мы не глухие, а то ты её напугаешь. Доброе утро, Анна. Как твоё самочувствие? Ты проспала всего пару часов и здорово нас напугала.

Анна выдавила из себя подобие улыбки, но, пытаясь встать, поняла, что её тело всё ещё не слушается. Усталость разливалась по венам, и она почувствовала, как её силы покидают её. Илиодор, заметив её беспомощность, велел Ассоль принести черный чай с вишней и гранатом. Она кивнула, как послушный щенок, и исчезла из комнаты, оставив их наедине.

Илиодор сел на край кровати, его лицо оказалось на уровне её взгляда. Он пристально смотрел на неё, как будто исследуя каждую грань её сущности.— Это похвально с твоей стороны, — произнес он, — ты пыталась воспользоваться посохом, даже направила его на меня. Я впечатлён и поражён в самое сердце твоей отвагой, прекрасная Анна.

Эти слова были для неё одновременно лестными и пугающими. Как реагировать на такую комбинацию похвалы и презрения?— Что ж, приятно слышать, — ответила она, стараясь сохранить равновесие, — но это не последняя попытка.

С каждой минутой в ней прорастала уверенность, легкая отвага, вновь возвращая её к жизни. Они молча смотрели друг на друга, и в этом безмолвии Анна почувствовала, как её собственное сердце начинает биться в унисон с его тёплым взглядам.

Вдруг дверь открылась, и Ассоль вошла с большим чайником, украшенным орнаментами голубых ласточек, такими же, как и на трёх чашках, стоящих на блюдцах. Чайник излучал тепло и уют, но в воздухе всё ещё витал холод, обременённый тайнами, которые никто не хотел разглашать.

Анна наслаждалась горячим чаем, сидя в кровати, в то время как Илиодор и Ассоль расположились на креслах по обе стороны от неё. В комнате царила тишина, лишь легкий звон чашек о блюдца нарушал спокойствие. Чувство тепла от чая окутывало её, но внутренний холод всё ещё давил на душу, словно напоминание о том, что всё это может быть лишь временной иллюзией.

Она решила нарушить эту тишину:— Знаете, сегодня такая чудная погода. Может, вы покажете мне территорию вокруг? А есть ли тут животные? Может, деревня рядом? Ах, как бы мне хотелось свежего и горячего хлеба из печи...

Её глаза метнулись от одного к другому, оценивая их реакции. Ассоль, словно щенок, зажглась от её слов:— Ближайшая деревня в пяти километрах от нас, к сожалению, животных нет... А я вот давно прошу завести хотя бы овечку! — с обидой произнесла она, показав язык Илиодору.

— Мы можем отвести тебя в деревню, но ты такая уставшая. Уверена, что у тебя хватит сил идти? — спросил Илиодор, его голос был мягким, но настороженным.

— Конечно, даже не сомневайтесь! — ответила Анна с искренним энтузиазмом.

Ассоль, переполненная радостью, быстро встала:— А что? Мы наконец-то выйдем в деревню??? Сейчас я только всё уберу и пойду собираться, как я рада!

Она ловко убрала кружки и чайник, а затем стремительно удалилась из комнаты. Илиодор, оставаясь на месте, повернулся к Анне:— Прошу, переоденься. Разгуливать в легкой ночнушке не подобает юным особам, а также это может привести к простуде. В сундуке у изножья твоей кровати есть вещи, можешь выбрать что-то из них. Если ничего не понравится, я попробую немного поколдовать, изменим фасон или цвет, — с улыбкой сказал он и вышел за Ассоль.

Анна осталась одна, полная недоумения. Как такое возможно? Эти люди, несколько дней наблюдавшие за её мучениями, теперь были милыми и заботливыми. Её охватило ощущение, что они играют в какую-то дьявольскую игру, где применяется и кнут, и пряник.

Она понимала, что не может поддаваться страху, что нельзя позволить себе снова погрузиться в тот омут, в ту тьму, которая уже так близко касалась её.

С трудом встала с кровати на холодный, обжигающий камень и подошла к сундуку. Крышка не поддалась с первого раза, но на второй попытке она всё же открыла его. К её удивлению, внутри лежали другие ткани и платья, не такие, как в первый раз.

Анна приняла решение выбрать что-то более практичное для своего возможного побега. К сожалению, помимо легких вуалей и платьев, ничего подходящего не оказалось.

В конце концов, она выбрала белую блузу, завязала талию кожаным поясом и подобрала короткую черную юбку, чуть ниже колена. На дне сундука она нашла высокие коричневые сапоги без каблука на шнуровке, которые идеально сели по ноге, будто созданы для нее.Подойдя к зеркалу она быстро соорудила из волос подобие пучка , посмотрят на себя в зеркало, она поймала мысль, что на ней все удивительно хорошо сидит, будто создано по ее меркам. Отгоняя эти мысли она поспешно вышла из комнаты где ее уже ждал Илиодор и воодушевленная Ассоль.— Готовы? можем выходить — сказал легкой улыбкой  Илиодор и направился в сторону коридора с витражами.