Шлюха для демона?

Билл как можно дольше тянул время, чтобы только не идти в свою келью. Он долго ходил по саду, слушая тихие завывания ветра между тяжелыми ветвями, походил возле озера. Увидев белого лебедя – улыбнулся, вспоминая, как впервые встретил своего демона. Он долго блудил монастырем, пока понял, что скоро вечер и нужно идти к себе. Молиться ему больше не хотелось. Видеть иконы тем более. Ему казалось, что его нагло надули, залепили глаза и уши верой, втемяшили в голову полный бред. И только приход его инкуба открыл глаза на то, что происходит вокруг.

В коридорах уже было темно, ведь на восточной части монастыря темнело быстрей. Билл остановился возле двери своей почивальни и замер, утыкаясь лбом в деревянную дверь.

Последние слова наставника не выходили из головы: «Иди в келью, Билл, и утоли похоть своего демона». Словно он дешевая шлюшка. Вильям проглотил гадкий комок, стоявший в горле. Все его существование сводилось лишь к тому, чтобы быть телом для похоти дьявола. С самого рождения он был предназначен лишь для этого дела.

Хоть он и согласился, что его демонический Том был мил его сердцу, но все же... Не хотелось быть таким. Не хотелось так.

Он бы мог надеяться, что этой ночью демон так же обойдется ласками, но трезвый ум настойчиво подкидывал мысли, что на этот раз он так просто не отделается. Его не смущало то, что они оба мужчины. Содомия для демона привычное дело, и Билл тоже с этим смирился. Его больше тревожило то, что все это лишь для того, чтоб задобрить исчадие Ада и выпросить что-то...

Вздохнув поглубже, Вильям откинул косу с плеча, поправил одежду и вошел в свою келью, тут же замирая.

Свеча на деревянном столике уже была запалена и окидывала своим светом помещение. Посреди небольшой комнаты стояла огромная, не меньше чем на трех человек глубокая ванна, цвета топленого молока. Поддерживалось сооружение на четырех закрученных золотых ножках, больше похожих на львиные лапы. Над высокой ванной поднимались пушистые клубы пара, к самому потолку, и распространяли восхитительный аромат дамасской розы. Билл отметил, что теперь его скромную кровать укрывают белые как снег покрывала, с переливчатой тканью атласа, что своим нежным видом буквально вырывала желание подойти и провести по ней рукой.

Билл сжал ладони, заламывая руки, понимая, что все эти приготовления, для того чтобы возлечь с демоном, которого в комнате не наблюдалось. Вильям чуть подождал и решил, что, возможно, демон дал ему шанс помыться одному. Такая мысль радовала, хотя и была слишком эфемерной.

Юный монах подошел к ванне и перекинул руку через стенки огромного резервуара, поверхность которого устилало множество розовых лепесточков, за которыми не было видно воды. Парень, придерживая одной рукой рукав, другую опустил в воду, отмечая, что она горячая и очень приятная для кожи.

Вильям так давно не мылся в теплой воде, что тут же быстренько скинул с себя одежду и, переступив высокие стенки, опустился в прекрасную ванну, ощущая, как каждая мышца млеет от удовольствия. Откинув голову на теплую керамическую стенку, Билл чуть не мурлыкал, закрывая глаза и расслабляясь. Это было божественно, чувствовать, как к влажной коже прилипают напившиеся воды, отяжелевшие лепестки, как ароматный пар буквально массирует его сознание, унося далеко за пределы холодных каменных стен монастыря.

- Ах... - простонал парень, невесомо улыбаясь и поглаживая руками себя по животу и груди, забывая обо всем на свете, кроме этого блаженства от горячей душистой воды.

Но легкий всплеск быстро развеял грезы. Билл резко открыл глаза и напряженно уставился на своего Тома, который словно выплывал не из ванной, а из озера. Медленно сначала появилась голова, заплетенная в причудливые косички, затем лицо с улыбающимися глазами и пухлыми губами, великолепные широкие плечи, с налипшими лепестками, и крепкая грудь.

- Ты все время был в воде? – с легкой опаской в голосе спросил монах, не любил он все эти эффектные паранормальные появления любимого.

- Да... Здесь намного глубже, чем мыслишь ты, – ответил демон и приблизился к Биллу, целуя в румяные щечки. – Хорошеешь с каждым днем, любимый, – довольно подытожил инкуб, касаясь губами мягких медовых уст, которые тут же раскрылись навстречу, проявляя инициативу, углубляя поцелуй, играясь с языком любовника.

Том отстранился и посмотрел на своего мужа, затем чуть приподнял тонкое тело и, оперевшись спиной на светлый кафель, прижал парня к своей груди.

- Ты ведь знаешь, чего хочет от тебя наставник монастыря? – взволновано спросил Вильям. Он тут же решил, что если и ляжет под демона, то только потому что сам захочет, а не потому что так надо наставнику. И гадкий старикашка ничего не получит от его демона.

- Да... - гнетуще ответил инкуб, беря в руку тяжелую намокшую косу Билла и расплетая ее, чтобы помыть волосы любимого и вновь их заплести. – В сердце его алчность пробралась, и желает он лишь этого... - демон выставил вперед руку, которая тут же воспламенилась синим адским пламенем, не причиняя вреда демону, и обдавая жаром незащищенную смертную кожу монаха, который зажмурился от яркого света, освещающего кисть прелестника. Но Билл все же рассмотрел черный перстень с круглой печатью, которого раньше не замечал. Рука тут же потухла, и перстень исчез, словно его и не было на красивых музыкальных пальцах Тома.

- Что это? – Вильям с изумлением взял руку демона и покрутил ее, будто бы ему только что показали фокус, а не сильную черную магию.

- Кольцо Власти, любимый, хочешь, в дар тебе преподнесу?

- Зачем оно мне? – улыбнулся Билл, прижимая руку инкуба к своей груди и мысленно проговаривая: «У меня ведь есть ты, мне больше ничего не нужно». Асмодей, услышав эти тихие мысли, непроизвольно вздрогнул, ощущая как внутри, где обычно сидит вечная злость и чувство долга, разжигается такое сильное пламя. Он на мгновение застыл, пытаясь совладать со своей второй частью, той, которая человеческая. – А почему его так хочет наставник? – любимый голос отрезвил, и демон ответил.

- Кольцо Власти дает человеку мудрость и знание наук, таких как арифметика, астрономия, геометрия и умение владения многими ремесленными искусствами. Смертный, надевший его, сможет стать невидимым и увидеть места, где спрятаны сокровища, при этом обрести их без вреда себе.

- Хм... Сокровища. Безжизненные холодные стекляшки и драгоценные, не менее бездушные металлы. Кто променяет душу на такую мелочь?

- Твой настоятель, например... - хмыкнул демон и вновь принялся расплетать длинную косу.

- Ты даруешь ему Кольцо? – напрягся Билл. Ох, как он не хотел, чтобы жадный старик получил свое его стараниями.

- Нет, – твердо ответил демон, после чего повисла тишина, лишь тихо хлюпала вода, которую волновал демон, вымывая длинные смоляные волосы супруга.

- Зачем ты это делаешь? – все только и задавал вопросы Билл, понимая, сколько всего неизведанного еще окружает их отношения с Томом. Он рад был, что наставник ничего не получит и еще долго бы об этом думал, если бы не нежные руки, заботливо ухаживающие за его волосами, вплетая в красивую прическу.

- Это ритуал, любимый. Его проводит старший супруг до и после дел блаженных. Волосы растут из мыслей и желаний, касаясь их, я отчетливей слышу все твои раздумья и даже самые затаенные.

- Ты хочешь сказать, что читаешь мои мысли, и что скоро... - Билл хотел спросить о сексе, но демон перебил, поднимаясь из воды и помогая подняться любовнику, снимая с его тела редкие, прилипшие к коже лепестки.

- Не скоро... Тот час уже пришел, – Том вышел с неостывшей ванной и поднял на руки Билла, волосы которого заплетены были, словно в широкий водопад, ниспадая к бедрам.

- А есть какой-то ритуал для меня? – с опаской спросил юный монах, чувствуя, как его заботливо укладывают на атласные простыни, и что влаги на его теле больше нет.

- Да, – коротко ответил демон, опускаясь таким же сухим телом над Биллом, который отметил, что демон уже не такой холодный, нагретый водой, одушевленный и согревающий.

- И... какой? – дрожь в голосе сама выдала его волнение. Чем ближе был его Том, тем больше он волновался и чуть смущался того, что они были оба обнажены, хотя он все еще не посмотрел ниже живота любимого. И за это корил себя, ведь нужно было знать, чего ему опасаться, вдруг там здоровенный член... Или, может, его вообще нету.

- Сносить меня... Будет боль... ужас... Но потом почувствуешь удовольствие в стократ сильнее, чем чувствовал вчера.

- Я не хочу, чтоб было больно. И это искалечит меня? – перепугался монах, вжимаясь в кровать.

- Я сделаю все возможное, чтобы боль была не так сильна. И это всего лишь изменит тебя, не беспокойся. Я очень люблю тебя и не принесу вреда, - утешал инкуб, поглаживая стройные ноги, подбираясь ладонями к округлым бедрам.

Билл прикрыл на мгновение глаза, затем хотел все же опустить их ниже, между горячими телами, и посмотреть на детородные, если таковые имеются, органы своего демона. И как только он посмотрел между ног Тому, воздуха стало не хватать, голова закружилась в гулком водовороте, и сознание тихо его покинуло, оставляя последнюю мысль: «Как я раньше не мог этого заметить? О, Боже!»