Глава 13. Сумрак

Лодку бросало из стороны в сторону. Над головами героев кричали чайки.

- Разве они падальщики? - спросила Ева, глядя в небо.

Джейкоб пожал плечами.

- В моем упрощенном плане их не было. Много чего не было.

- Знаешь, почему?

- А ты знаешь? - Джейк удивленно приподнял брови. Ева кивнула.

- Да. Ты первым открыл Кокон, и поэтому энергия приняла форму тех животных, которых ты хотел здесь увидеть. Но после тебя пришли и другие люди. Они впустили сюда новые проекции, - Ева внезапно остановилась и настороженно посмотрела в небо. - Джейк?

- Да?

- А могли ли в Кокон попасть и другие люди? Те, кто не являлся частью эксперимента. Может, кто-то впал в естественную кому или анабиоз и оказался здесь? Это возможно?

Глаза Джейка округлились, и он долго не решался с ответом. Здесь, в Коконе было возможно все, даже самое страшное.

- Даже если это так, что бы это изменило?

- Если сюда прибудут люди, у Кокона хватит сил, чтобы все вокруг сделать живым. Люди переместят свои сюда свои проекции, города, животных, друзей и соседей. Ты понимаешь меня?

- Кокон станет второй реальностью...

- Да.

Джейкоб тряхнул головой и взглянул на Еву.

- Это какое-то безумие, - его глаза наполнились мольбой и усталостью, - слишком много проблем для одной больной головы.

Ева грустно улыбнулась.

- Может, оно и к лучшему.

Чаек стало больше. Теперь, когда Ева и Джейкоб отплыли достаточно далеко от берега, не один десяток белых крикливых птиц кружил над их головами. Джейкобу становилось не по себе: его тело еще помнило раны, нанесенные стаей обезумевших ворон, и вновь встречаться с этими кровожадными хичкоковскими птицами ему не хотелось.

Но они явно что-то замышляли.

Ева даже не подозревала об этом навязчивом страхе Джейкоба и помогала ему грести одним веслом. Туман, стелившийся по воде уже более плотным слоем, не предвещал героям ничего хорошего. Их время поджимало.

Ева вздрогнула, почувствовав на руке неприятное жжение. Она взглянула на запястье, где с покрасневшего участка кожи быстро убегал маленький паук. Ева дернулась и сбросила его с себя, подобрав ноги: на дне лодки пауков было очень много.

- Боже... - слабо выдавила девушка, косясь на сборище членистоногих, - почему их так много...

- Не любишь пауков? - спросил Джейк. Ева удивилась:

- А кто их любит?

Джейкоб ничего не ответил.

Чайки издали пронзительный синхронный крик, и тогда в небе начался хаос. Птицы кричали, беспорядочно хлопали крыльями и бросались друг на друга. Птицы вырывали друг у друга перья, клевали друг друга прямо в воздухе, и пара капель крови уже упала на лодку.

- Черт! - закричал Джейк и стал грести еще активнее. - Надо сматываться отсюда!

Ева не реагировала, она застыла, глядя на вакханалию в небе, будто бы застряла между мирами и временем, и больше не принадлежала ничему вокруг.

Паук, в несколько раз превосходящий первого, взобрался на ее коленку, и только заметив его, Ева закричала. За секунду замешательства, паук успел укусить девушку, и только скинув его, она заметила маленькое красное пятнышко, расползавшееся на коже.

Пауки тоже сошли с ума. Они бегали по дну лодки, наскакивали на девушку и кусали ее - Ева вертелась на месте, пытаясь скинуть обезумевших членистоногих.

Джейкоб не мог ничем помочь. Он продолжал грести так быстро, как только мог, боязливо поглядывая на дерущихся в воздухе чаек. Лодку бросало на волнах, и герои даже не заметили, как небо заволокло тучами и поднялся сильный штормовой ветер.

Начал покрапывать дождь. Не кровавый, как раньше, но от него стало намного холоднее.

Ева не выдержала. Она дернулась, закричала и вскочила на ноги.

- Ева! - успел закричать Джейк, но девушка уже прыгнула в воду.

Холод тут же окружил ее со всех сторон. Ева знала о том, что у холодной воды есть одно свойство: в ней человек теряет ощущение пространства. Ты оказываешься заточенным в клетку, где земное притяжение действует иначе, и больше не помнишь где верх и где низ. Это действительно страшно.

Минутная паника заставила ее брыкаться изо всех сил, и из легких в мгновение ока выходит весь столь необходимый кислород. Ева вновь словила на себе ощущение нереальности и отрешенности. Когда она потерялась в воде, что-то проплыло у ее ног, но ей уже было все равно. Мир мерк перед ее глазами, расплывался и больше не существовал.

Из-за отсутствия кислорода ее легкие сжались, и все внутри взорвалось болью.

Эта агония вернула ее в реальность, и спасительные руки понесли Еву вверх.

***

Дальше она видела лишь свет. Ледяной ветер лишил ее возможности говорить: изо рта вырывалось лишь неразборчивое бульканье. Сильные руки толкали ее вперед и поддерживали, чтобы девушка вновь не провалилась в пучину холодного моря.

Ева не чувствовала времени и ей казалось, что они плыли очень долго, хотя картинка перед глазами никак не восстанавливалась, все было мутно и глаза слезились.

Вскоре ее ноги коснулись дна. Рука продолжала крепко держать Еву за талию, пока они не добрались до берега, и только выйдя из воды, девушка упала на колени и зашлась в приступе кашля.

- Что же ты творишь, Ева, - выдохнул Джейк, опускаясь на песок рядом с дрожащей девушкой и протягивая руки, чтобы убрать мокрые пряди с ее лица.

- Спа...сибо.

Ева снова закашлялась.

- Никогда не делай так больше, слышишь?!

Ева не ответила. Она притянула колени к груди и обхватила их руками, пытаясь согреться.

- Я ненавижу их. Они...они...

Ева задрожала еще сильнее и слезы покатились по ее лицу.

Джейк протянул вперед руки, и девушка упала в его объятья.

- Мне так страшно, Джейк. Я хочу, чтобы это закончилось. Мне кажется, это никогда не закончится...

Она положила голову ему на плечо и закрыла глаза. Слезы высохли, и дрожь на холодном ветру быстро сошла на нет. Джейкоб все еще крепко сжимал ее миниатюрное холодное тельце и отпустил Еву, лишь когда ее дыхание стало размеренным.

Но ее сердце продолжало колотиться с бешеной скоростью.

- Где мы? - спросила Ева, отстраняясь и оглядываясь по сторонам.

- На одном из сумрачных островов, я полагаю. Туман, - Джейкоб указал в ту сторону, откуда они пришли. Там над водной гладью стелилась плотная завеса дыма.

«Вот почему я ничего не видела», ­- подумала Ева.

- Нам нужно обойти остров, может, удастся найти лодку. Наша, кажется, разбилась о скалы, а иначе нам никак не добраться до Обителя.

Ева кивнула.

Джейк поднялся на ноги и поплелся вдоль берега. Ева еще несколько секунд не двигалась с места. Она осматривала свои руки, которые совсем недавно покрывали пятна от укусов.

Теперь же их не было.

***

Если ты не веришь в существование души, то как намерен спасти свою?

Джейкоб замер. Он не мог понять, откуда доносится голос. Острова покрывали густые заросли, и единственная возможность двигаться дальше - это идти вдоль берега. Здесь героям время от времени приходилось перебираться через скалистые выступы. Но они были здесь одни, Джейк был готов поклясться в этом.

Тебе дорога твоя душа? Твоя бесценная душа, мотылек в коконе плоти, которая скоро начнет гнить так же, как и моя?

Джейкоб обернулся.

Евы не было.

Мужчина почувствовал, как все внутри оборвалось и упало. Сердце забилось так часто, что по вискам ударила боль и в глазах помутнело.

- Ева! - крикнул Джейк, но девушка не отозвалась. - Ева, ты где?

Молчание.

Нет. Нет ее.

Раздался смех. Голос, не мужской и не женский, витал повсюду, просто-напросто смеялся над Джейкобом. Все внутри него похолодело.

- Ева!

Не ищи девчонку, дай нам поговорить.

- Что? О чем?

О тебе, Джейк. Как ты спасешь свою гнилую душу и выберешься из Кокона?

- Зачем мне из него выбираться?

А зачем, по-твоему, гусеницы превращаются в бабочек? Ты не можешь оставаться здесь вечно, это не твой мир.

- Я не брошу Еву.

А что если она захочет бросить тебя, Джейк? Как ты поступишь тогда?

- Ева!

В ответ снова раздался смех.

***

Мир этот соткан из нитей твоей судьбы. Жаром души своей холод забудешь ты, Смой горы праха с вершин его древних почв, Ты спасешь этот мир, моя неживая дочь.

- Джейк!

Ева бежала. Песня лилась ото всюду и сбивала ее с толку, а девушка все никак не могла найти Джейкоба.

- Джейк! Где же ты?

Ее сердце билось очень часто. Щеки горели от паники, пока внутри бушевал холод.

- Джейк, я ненавижу тебя терять! Где ты?!

От отчаяния он превратилась в ребенка. Слезы душили ее, но не вырывались из горла. Комок рос, и вскоре она даже не смогла вдохнуть от страха.

- Ева!

- Джейк!

Девушка свернула налево, где узкая тропинка уходила в заросли высокой травы.

- Джейк, где ты?!

- Ева, стой на месте, я найду тебя!

Вокруг становилось так шумно. Голоса разрывали голову Евы изнутри. Песня лилась нескончаемым потоком слов, зелень шуршала, птицы кричали, ветер свистел в ушах, и все это сводило ее с ума.

- Ева! - Джейкоб бросился к ней, и оба облегченно выдохнули.

- Что произошло? Почему ты ушел так далеко?

- О чем ты, Ева? Это ты пропала! Я с ног сбился, пока тебя искал!

Девушка искоса посмотрела на него, удивленно приподняв брови.

- Я все время шла за тобой.

Джейкоб вздохнул и опустился на ствол поваленного дерева, схватившись за голову.

- Кажется, я схожу с ума...

- Почему ты так говоришь, Джейк?

- Голос. Я слышу его постоянно, то он слишком далеко, и я не могу разобрать слов, то он слишком близко и несет околесицу. Это разрывает мою голову изнутри, понимаешь? Я слетаю с катушек...

- Постой, - девушка села рядом с ним и опустила руку Джейкобу на плечо, - я тоже его слышу. Мой голос поет одну и ту же песню постоянно, и я знаю, кому он принадлежит.

- Кому?

Джейкоб удивленно посмотрел на девушку, отняв руки от лица.

- Он называет себя Духом Кокона, и он повсюду. Это концентрированная энергия, которая хочет помочь нам.

Джейкоб покачал головой. Все это казалось еще более безумным.

Ты готов, Джейк?

Ты готов спасти свою гнилую душонку?

- Нет! - воскликнул мужчина, - я не могу, нет!

- Джейк, что с тобой?

- Ты его не слышишь, да? Не слышишь это мерзкий голос, который смеется надо мной!

- Ты должен успокоиться...

- Нет...

Джейкоб прижал к колени к груди и низко опустил голову. Он сжался в комок, зажал уши, пытаясь не слышать больше этого голоса, но тот не умолкал.

- Нет-нет-нет...

Внутри было больно. Боль стискивала его грудную клетку, поднималась к горлу, порождая приступ тошноты, и мешала дышать. Боль душила его, и совершенно внезапно из его глаз брызнули слезы. Совершенно глупые слезы отчаяния, которых Джейк не чувствовал долгие годы.

- Джейк... - рука Евы нежно проскользила по его спине. - Все хорошо.

Он не отвечал. Джейк был слабым и ненавидел себя за эту слабость. Он не должен был расклеиваться, тем более здесь, на полпути и рядом с ней. С этой ужасной девушкой, заставившей его жить.

Он должен был собраться. Убежать, сбежать, забыть обо всем, броситься в море, утонуть, захлебнуться, умереть и никогда не оживать больше. Но он сидел здесь и ждал, пока высохнут слезы и просил лишь об одном: чтобы Ева не убирала руку и больше никогда не исчезала из его жизни.

- Я слышала этот голос всю свою жизнь, - тихо заговорила она, но Джейк все еще не поднимал головы. - Я считала себя безумной, чокнутой, глупой девочкой. До тех пор, пока не потеряла всех, кого любила. Дух Кокона приходил ко мне в образе белой волчицы. Он сказал, что может принимать совершенно любой облик и будет существовать до тех пор, пока его существование необходимо, пока мы не научимся справляться сами со своими страхами. Он говорил мне о том, что потери были неизбежны для того, чтобы я стала живой. Я должна была стать живой. Я всегда хотела этого и заплатила большую цену для того, чтобы понять тебя и твой мир.

- Зачем?.. - слабо проскрипел Джейкоб. - Мой мир отвратителен. В нем не осталось ничего чистого и светлого. Ты ведь себя разрушаешь.

- Для этого ты меня рисовал все эти годы? Чтобы создать что-то чистое и светлое в своем мире?

Джейк молчал.

- Я не создавал тебя, Ева. Ты приходила ко мне во сне каждую ночь.

Ева замерла. Она опустила руку и почувствовала, как тяжело теперь стало дышать.

- Я читал о том, что человек во сне может видеть только реальных людей, которых видел когда-то в реальной жизни. Ты существовала. Не в моей голове, а где-то вне ее и все время пыталась что-то сказать, а я тебя не слышал.

Ева подалась вперед.

Она не знала, что делает, и если и не понимала той бури эмоций, накатившей на нее в один момент. Ей хотелось и плакать, и смеяться, и злиться на Джейка, и ударить, и ненавидеть, и никогда не отпускать.

И он чувствовал тоже самое.

Джейкоб больше ни о чем не думал.

Он поймал ее в ловушку, в клетку из собственных рук и мыслей и не желал больше отпускать. Он держал ее как никогда сильнее и крепко, делал больно, сдавливая кости, но Ева была готова терпеть эту боль. Она всегда ее терпела.

Она не знала, в какой момент его губы нашли ее и когда они стали единым целым. Но теперь она будто бы снова провалилась в воду, тонула, не зная верха и низа, пространства и времени.

Она не любила его.

Он был ее зависимостью.

Ты спасешь этот кокон, стань мотыльком в тиши, Пусть замирает сердце, ты все равно дыши: Тот, кто с тобою, сможет тебе помочь. Защити же ты, Странник, мою неживую дочь.

Песня лилась вокруг них, и они были песней. Каждый исключительно верно играл свою ноту и аккомпанировал другому.

Столько лет: от младенца до великолепной красоты девушки, она была исключительно его созданием. Его миром и его душой.

Джейкоб понимал это сейчас. То, о чем спрашивал его Дух Кокона. Джейк никогда не верил в существование собственной души, ведь кем он был? Экспериментом, крысой, выращенной в пробирке. У него не было родителей и семьи, и бог не предусмотрел для него душонки. Джейк, как и Ева, существовал вне пространства и времени, мечтал о немыслимом и совершал невероятное. В этом была его жизнь, которой не должно было быть.

Его душой, заточенной в кокон плоти, была Ева.

И теперь он был согласен существовать в любом из миров, лишь бы она была рядом.

***

Ева не могла думать о том, что было между ними. День не мог длиться вечно, а им все еще нужно было добраться до Обителя.

Ева не могла думать о них... но ее тут же бросало в дрожь.

Она ушла далеко вперед, даже не думая о том, что снова может потеряться. Ей надо было побыть одной, но теперь даже ее тело было против нее. Они спорили на равных, и никто не мог выйти победителем.

Уже темнело. На Джейкоба накатила жуткая усталость, и он едва волочил ноги. Закричала чайка, и мужчина остановился, проследив за ней взглядом, и почувствовал на себе чей-то взгляд.

Джейк обернулся.

Несколько мужчин в длинных черных накидках стояли перед ним.

- Ева! - закричал Джейкоб, но мужчина с обритой головой шагнул к нему навстречу и перебил:

- Не стоит беспокоиться, она уже с нами.