Идеальный носитель

Лаборатория будто затаила дыхание.

Монотонный гул машин стал глуше, и даже слабое жужжание ламп теперь звучало тревожным, как тиканье перед взрывом. Металлический привкус в воздухе усилился — смесь дезинфекторов и чего-то едва уловимо органического, как запах крови, который не вымывается.

Юнджэн всё ещё сидел перед экраном, его лицо озарял холодный свет монитора. Он почти не моргал, только пальцы быстро и чётко скользили по клавиатуре.

Кайл, прислонившись к стене, сжимал телефон в ладони — там всё ещё монотонно повторялось автоматическое сообщение. Он уже не слушал. Лишь глядел в пустоту, пока голос брата не пробил пелену тревожных мыслей.

— Кайл, взгляни на это, — тихо произнёс Юнджэн.

Он не обернулся. Голос его изменился — стал ниже, твёрже, как у человека, который нашёл нечто слишком страшное, чтобы игнорировать.

Кайл оторвался от стены и подошёл ближе, тяжело прихрамывая. На экране пульсировали фрагменты ДНК, странно искажённые. Один из них — мерцал алым.

— Так… и что это значит? — спросил он, глядя, как цепь «дышит» на экране, словно живая.

Юнджэн чуть подался вперёд, взгляд стал резким. Он ткнул пальцем в участок кода:

— Видишь вот эту последовательность? Это признак нестабильной адаптации. Обычный вирус встраивается и действует по шаблону. А этот… — он сделал паузу, глядя прямо в экран, — он учится. Проводит тесты. Исправляет ошибки.

— Это возможно? — в голосе Кайла дрогнуло. Он почувствовал, как пальцы снова стали влажными от пота. Внутри начала подниматься та самая волна тревоги, которую он знал с детства — с тех времён, когда прятался от перестрелок в подвале старого дома.

— Если он не природный, — ответил Юнджэн тихо. — А создан. Тогда да. Всё возможно.

Он наклонился ближе к монитору, лицо его заливал свет, в котором скулы казались острыми, как у призрака. Его пальцы с силой вдавились в край стола.

— Я сравнил образцы. Некоторые зомби — тупые и медленные. Но другие... — его голос сорвался. Он глотнул воздух. — Они быстрее. Сильнее. Их рефлексы... выходят за пределы человеческого.

— Господи, — Кайл опустился на стул рядом, будто ноги больше не держали. — Ты хочешь сказать, они станут… суперсолдатами?

Юнджэн медленно откинулся назад. Его глаза блестели, будто лихорадили. Он говорил тихо, почти шепотом, но в каждом слове чувствовалось напряжение, как в туго натянутой струне.

— Или хуже.

Он провёл рукой по лицу, но не отвёл взгляда от экрана.

— Представь: биологический ИИ. Он использует тела как лаборатории. Каждое заражение — это эксперимент. Каждое тело — живая пробирка. Он изучает, анализирует, делает выводы.

Кайл машинально потер грудь, где колотилось сердце — слишком быстро.

— Цель… — Юнджэн вдруг замолчал. Его челюсть сжалась, пальцы остановились.

Кайл обернулся к нему. — Какая цель?

Юнджэн поднял на него взгляд. В этом взгляде не было паники. Только ясный, безжалостный расчёт.

— Оптимизация, — выдохнул он. — Этот вирус ищет идеального носителя. Не для разрушения. Для доминирования. Он стремится создать идеальную форму жизни — или даже превзойти разум человека.

На экране вспыхнул новый график — рост интеллекта, роста, силы. Оранжевая кривая выстрелила вверх. Кайл только смотрел. Его лицо стало белым.

Уже темнело. Вдруг, после ослепительного света экранов и ламп лаборатории наступивший мрак ощущался почти физически — густой, как деготь. Аппаратура Юнджэна погасла. Секунду — две — было тихо. Где-то вдалеке хлопнул взрыв, и небо окрасилось кроваво-оранжевым, как при начале апокалипсиса.

Юнджэн резко встал, стул отъехал назад с визгом по полу. Подошёл к окну. Глаза его расширились.

— Не к добру это…

Снаружи горел город. На горизонте — три черных столба дыма, будто когти тянулись к небу. Пламя лизало нижние этажи зданий. По улицам метались силуэты — не разобрать, люди или… уже не люди. Капли дождя барабанили по окну. Лаборатория погрузилась в густую, мертвенную тишину.

— Нужно включить генератор, — сказал Юнджэн быстро, как будто проглатывая конец каждой фразы. — Но система безопасности отключена. Нужно действовать быстро, пока они не прорвались в сектор.

— Я пойду, — твёрдо произнёс Кайл.

Юнджэн посмотрел на него и, после короткой паузы, кивнул. Он протянул ему старый, поцарапанный фонарь.

— Действуй быстро. Дернешь рубильник — сразу обратно. Кто знает, что теперь ожидать от этих тварей.

Кайл включил фонарь. Луч вырезал узкую полоску света во тьме, обнажая голые бетонные стены и провода, свисающие с потолка, как кишки. Он приоткрыл дверь — скрип резанул по нервам — и вышел в коридор.

Каждый шаг отдавался эхом. Где-то капала вода. Где-то, казалось, скреблось что-то по стене. Он не оборачивался.

У генераторной было тихо. Подозрительно тихо.

Он толкнул дверь, и она открылась со стоном. Помещение встретило его холодом и гудящей тишиной. Всё было на своих местах — панели, рычаг, старая красная кнопка с облупившейся краской. В углу — паутина. Мрак будто затаился, наблюдая.

Кайл подошёл к рубильнику. Его пальцы дрожали.

— Давай, — прошептал он сам себе. — Один рывок. И обратно.

Он взялся за рычаг. Глубоко вдохнул. Дёрнул.

Мгновение — ничего.

Потом… глухой щелчок. Механизмы заскрежетали. Где-то в глубине стены прошёл треск. Один, второй, третий.

Лампочка на потолке мигнула. Один раз. Второй. И вдруг — зажглась.

Свет ударил в глаза. В генераторной загудели вентиляторы. Щелчки переключателей разнеслись по помещению, как треск костей.

— Есть, — прошептал Кайл.

Он вытер лоб — пальцы дрожали сильнее, чем он ожидал. Сделал шаг к выходу.

И тут… за его спиной что-то мягко скрипнуло. Как будто кто-то наступил на хрупкую панель. Он застыл.

Медленно обернулся. В дальнем углу генераторной, освещённом мигающим светом, что-то двигалось.

Он не ждал, чтобы разобраться. Рванул к двери, вылетел в коридор, почти не чувствуя ног. Свет возвращался, тускло оживая вдоль стен, но в каждом мерцании он видел только одно — тень, которая могла последовать за ним.

Он бежал обратно к лаборатории, фонарь трясся в руке. Позади, в темноте, что-то заскреблось.

Кайл обернулся… и замер.

На потолке, в десяти метрах от него, цепляясь за бетонную арматуру, висело нечто неестественное. Огромное, двуногое, с вытянутыми руками и чудовищно длинными когтями. Его тело было искривлённым, будто кто-то насильно вытянул человека в зверя. Голова — сплющенная, с челюстью, набитой зубами, как у акулы. Глаза — два крохотных белых огонька в безумной черноте.

Оно двигалось, как паук. Невесомо. Бесшумно. Его мышцы перекатывались под чёрной, блестящей кожей, как жидкий металл.

Кайл перестал дышать.

Существо издало пронзительный, звериный визг — и сорвалось с потолка.

Кайл едва успел броситься в сторону — чудовище обрушилось точно на то место, где он стоял. Когти с визгом прошли по стене, оставляя глубокие, рваные борозды, из которых посыпался бетон.

Он перекатился, вскочил и понёсся по коридору. Воздух дрожал от криков сирены, лампы мигали, отбрасывая рваные, скачущие тени. За спиной — леденящий рев и топот нереально быстрых шагов. Монстр преследовал его, издавая нечеловеческие звуки, в которых слышался голод… и злорадство.

Кайл почти добежал до лаборатории, когда за спиной что-то свистнуло — и когти рассекли воздух буквально в сантиметре от его позвоночника.

Монстр проскочил над ним и с грохотом врезался в дверь. Кайл пополз назад, в ужасе глядя, как чудовище поворачивает голову — медленно, с остервенелой, почти животной жаждой охоты.

Оно взревело и встало между Кайлом и входом в лабораторию.

— Чёрт… — прошептал он, вцепившись в фонарь.

Теперь путь назад отрезан. Только вперёд. Только бежать.

Существо сделало шаг. Кайл — рывок вбок.

И началась охота.

Кайл вбежал в боковой отсек, сердце колотилось как безумное. Свет фонаря прыгал по стенам, выхватывая ржавые трубы, сломанные щиты, паутину. Он резко закрыл за собой техническую дверь и метнулся к люку, ведущему в вентиляцию. Крышка скрипнула — громко, слишком громко — но он втиснулся внутрь, приглушая дыхание.

Вентиляционный ход был узкий, рёбра металла впивались в плечи. Фонарь теперь освещал только перед ним. Позади — чёрная пасть тоннеля.

Тишина.Кайл затаился.Сердце грохотало в груди, как ударный молот. Он прижал ладонь ко рту, чтобы не слышать собственного дыхания.

И тут... Сначала — гудение. Гул, как у дизельного генератора в подполье, но живой, вязкий. Воздух словно дрожит.— Гхрррр...Пульсация, как будто чьи-то огромные лёгкие качают смолу.Потом — короткие, ломаные, как помехи на старом экране:— Тш-тш-тш-тш...Звук будто лезет прямо под кожу, и Кайл не знает, где страшнее — за стеной или у него в голове.

Тварь медленно ползёт, не торопясь. Она не ищет, она слушает, чует, чувствует. Она знает, что здесь кто-то здесь. Где-то. И наслаждается этим моментом.

Гхрррр... тш... тш...

Сначала едва — будто скребётся кошка. Потом громче.Тык… тык… тык… — когти по полу. Тяжёлое дыхание. Скрежет.

Существо было здесь. В том же помещении.

Кайл не видел его, но чувствовал — как в горле поднимается холодный ужас, как пот стекает по позвоночнику.

Металл прогнулся рядом с ним.Что-то скользнуло по внешней обшивке вентиляции.

Потом — резкий удар.Коготь пробил металл в сантиметре от его лица.

Кайл сдавленно вскрикнул и в панике пополз вперёд. Фонарь метался, рисуя дрожащие тени. Позади — снова удар. И ещё. Металл гнулся, как жесть.

Существо не видело его, но оно слышало. Оно чуяло.

— Давай, давай… чёрт… — выдох Кайла был дрожащим, почти рыдающим.

Он выполз в подвал, захлопнул за собой вентиляционный люк и упал на пол, как мешок. Встал, покачиваясь. Лёгкий свет падал из разбитого аварийного фонаря. Всё вдруг утихло.

Кайл облокотился на стену стараясь отдышаться. Кажется, существо его потеряло. Он понял, что это существо, и было то, о чем говорил Юнджэн. Нужно выбираться отсюда...