Глава 10

   Пейдж и Уоллес еще минут двадцать просидели в неловкой тишине, прежде чем постояльцы церкви стали собираться на обед. Прихожанка, более всего приближенная к Отцу Мануэлю, вошла в зал с самодовольной ухмылкой. Её грязные засаленные волосы теперь были собраны в высокий хвост. Она подошла к своей подруге и, хихикнув, что-то прошептала той на ухо. Вторая сделала удивленное лицо, а затем захихикала вслед за прихожанкой. Все «подчиненные» Мануэля уже собрались, в то время как сам священник приходить, видимо, не торопился. Пейдж и Уоллес сидели в сторонке на скамейке. Только спустя пять минут в зал вошел священник. Он выглядел счастливее, чем обычно. «Видимо, сказался быстрый перепихон с Амандой». Аманда же сидела и смущенно улыбалась, глядя на Мануэля, который незаметно ей подмигнул. — Не желаете ли присоединиться к нам? — Священник подошел к паре и улыбнулся. — Нет, что вы. У вас и так еды мало, мы обойдемся. — Уоллес постарался выдавить из себя искреннюю улыбку, но получилось плохо. Пейдж показалось, что Отец Мануэль стал каким-то расстроенным. Во время трапезы группы девушка и мужчина сидели тихо, не издавая и звука. Пейдж с интересом рассматривала просторную залу. Полуоблупившиеся фрески, витражи — все это выглядело таким старым, будто пришло из девятнадцатого века. Уоллес же крутил в руках пачку сигарет и изредка посматривал на Пейдж. — Мне кажется, пора идти. — Уоллес склонился к уху Пейдж и сказал это как можно тише. — Думаешь, святоша будет не против, если мы прямо посреди их трапезы встанем и уйдем? — Девушка усмехнулась и отобрала пачку, сразу же доставая оттуда сигарету. Мануэль с подозрением косился на пару. Доев, он изящно вытер рот красным платком и встал из-за стола. Казалось, что улыбка с его идеального лица никогда не сползала. Как только священник отошел, Аманда наклонилась к своей подруге и стала что-то увлеченно рассказывать, активно жестикулируя. Уоллес было хотел встать, поднять Пейдж за шкирку и уйти, но Отец в своей гладкой и чистой черной мантии, как привидение, подплыл к паре и положил руку на плечо уже вставшего мужчины. Конечно, Мануэлю далеко не хватало роста, чтобы спокойно держать ладонь на плече высокого двухметрового мужчины, но он не подавал виду, что это приносит ему какие-то неудобства. Уоллес хотел смахнуть его руку, но Мануэль настойчиво сжал плечо. — Уже хотите уходить? — Отец, казалось, был расстроен таким поворотом событий. Его глаза уже не горели радостной наивностью, в них появился какой-то огонь и нечто похожее на ярость. Пейдж нервно сглотнула. Один лишь Бог знает, что на уме у этого сектанта. Уоллес повернулся лицом к священнику, в итоге наконец-то смахнув его руку. Теперь уже священнику стало не по себе. Мужчина, насупив брови и поджав губы, злобно смотрел с высоты своего роста на пухлого священника, голова которого настолько вжалась в плечи, что, казалось, шеи никогда не существовало. Пейдж отвела взгляд с мужчин и посмотрела на стол. Все сидели в напряжении, наблюдая за дальнейшим развитием событий. Приближенные дамы Мануэля сидели, затаив дыхание и не сводя глаз со своего «возлюбленного». Бородатые мужики облокотились локтями на стол и сжали кулаки. Женщина спрятала своего сына за свою спину. «Хиппи», сжав руки друг друга, часто дышали. А девушка с девочкой, обе сузив глаза, с подозрением смотрели на Уоллеса. — Уоллес, пошли отсюда. — По телу девушки пробежали мурашки, заставляя непроизвольно дернуться. — Они больные. — Пейдж воззрила свои глаза на мужчину, который потянулся рукой за спину к пистолету, явно чуя неладное. — Вы что, хотите покинуть Божью обитель?! — Мануэль взвизгнул, притопнув ножкой. — Это богохульство! Вы не верите в Бога, вы грешные свиньи и не имеете право на жизнь! Я дал вам приют, был радушным хозяином, а вы уходите от меня! — Священник срывался на крик; его лицо становилось все более красным, а глаза излучали еще больше ярости. — Отошел от меня, психованный. — Уоллес быстро вытащил пистолет и направил его в голову Отца. От стола пошел характерный звук движения затворов. Пейдж аккуратно повернула голову в сторону стола. Все прихожане стояли с оружием в руках. Кто с пистолетом, кто с ружьем, кто с дробовиком. «Вот же блять, мы влипли». Девушка аккуратно встала и потянула Уоллеса за руку, чтобы тот опустил пистолет. Мужчина перевел взгляд с Мануэля на группу. Нервно сглотнув, он повиновался Пейдж и опустил пистолет. Все произошло слишком быстро. Священник, замахнувшись, сильно ударил Уоллеса в живот. Тот скорчился и лишь успел заметить, как подскочила Пейдж и, схватив святого за волосы, приложила лицом о спинку скамьи. Уоллеса как будто оглушило. Выстрелы слышались будто вдали. Чья-то маленькая рука схватила его за шкирку и кинула за скамейку. Сама же Пейдж спряталась с другой стороны. Хоть прихожане и уверенно палили из пушек, подходить ближе они боялись. Когда Уоллес пришел в себя, он увидел напарницу, которая, прижавшись спиной к скамье, изредка выглядывала, стараясь палить по сектантам из пистолета. Мужчина окликнул девушку, которая тут же повернула голову. «Надежда, что мы выберемся отсюда живыми, есть вообще?» — Уоллес махнул рукой в стороны выхода, а девушка, закатив глаза, махнула рукой в сторону стрельбы. На одно мгновение все утихло. «Они перезаряжаются!» — Пейдж, не думая и секунды, рванула в сторону Уоллеса. Резка боль в правом плече заставила ее вскрикнуть, а выстрел ее будто оглушил. Она упала возле скамьи. Мужчина быстро среагировал. Схватив ее за здоровую руку, он втащил ее за скамью. Снова началась пальба. — Ты в порядке? — Уоллес аккуратно осмотрел плечо девушки. — Ты издеваешься, блять? — Пейдж выдохнула. — Мне в плечо попали. В порядке ли я? — Как будем выбираться? — Не знаю, но под пулями мы вряд ли пробежим. Пейдж перевела взгляд на пояс мужчины, на котором висела граната. Уоллес, заметив это, отрицательно закачал головой. — Нас заденет! Ты с ума сошла? — А что ты предлагаешь? — Вывести их на улицу. Рубикон. Больше места, где спрятаться, оружие. Они выйдут за нами. Точно выйдут, если уж Мануэль так не хочет нас отпускать. Уберем их по тихому или же громко, как получится. — Придется с тобой согласиться, только вот как мы выбираться будем? Уоллес кивнул в другую сторону. В конце прохода была дыра, заколоченная досками и явно выходившая на улицу. Пейдж лишь кивнула. Мужчина, сняв с плеча дробовик, на карачках добрался до дыры и с приличного расстояния выстрелил. Доски разлетелись в щепки. Уоллес пропустил Пейдж вперед, и она, придерживая плечо, кое-как выкарабкалась на улицу, следом пролез и мужчина. — Эти выстрелы, наверное, слышны всем мертвецам в округе. — Уоллес потер переносицу. — Быстро к машине, бегом! На несколько минут выстрелы притихли, что позволило паре беспроблемно подобраться к Рубикону. Пейдж стянула с себя куртку и взвыла. Кровь текла ручьем, рука ужасно болела. Уоллес сел в Рубикон и отогнал его за ближайший дом. «А то начнут палить по машине, и все». Припарковавшись, он перебрался на заднее сиденье к Пейдж. — У тебя есть что-нибудь острое? Пуля не прошла на вылет, она застряла у тебя в плече, ее надо вытащить. — Уоллес аккуратно придерживал руку девушки, осматривая ее. — В моем рюкзаке, — Пейдж дернулась и выругалась, — лежит длинный тонкий нож, увидишь сразу, у него ручка красной лентой обмотана. Немного повозившись, Уоллес извлек тот самый нож. Пейдж стиснула зубы и кивнула. Мужчина острием ножа стал искать застрявшую пулю, девушка взвыла и, схватив свою куртку (первое попавшееся под руку), сжала ее в руке. Спустя несколько минут манипуляций Уоллес наконец-то извлек пулю. Пейдж с облегчением выдохнула. — Господи, как же больно. — Она отпустила куртку и откинулась на спинку сиденья. — Потерпи, надо обработать и перевязать. — Мужчина сделал нужные манипуляции, и теперь на плече девушки красовалась белая повязка, которая все равно постепенно становилась бордовой. — Должно пройти. Ну, что, миледи, дадим отпор этим идиотам? — А ты уверен, что стоить тратить патроны на обезумевших сектантов? — Пейдж, он мне, блин, врезал! — Уоллес злобно глянул на девушку. — Вот и врежь лишь ему, люди-то тут при чем? Оставишь их без предводителя? Они все перемрут нахрен! — Когда тебе стало дело до людей? Пейдж поджала губы и, замахнувшись, влепила мужчине пощечину. Тот ошарашенно посмотрел на нее и потер ушибленную щеку. Девушка замахнулась снова и ударила Уоллеса по другой щеке. Мужчина издал звук наподобие рычания и вытолкнул девушку из машины. Она вылетела в открытую дверь и приложилась головой о землю. Несмотря на то, что Пейдж казалось, будто земля шатается, она поднялась и подошла к машине, из которой выглядывал Уоллес. Она схватила его за воротник и вытянула из машины, повалив на землю и сев сверху. Один удар по лицу мужчина пропустил, но затем схватил девушку за руку и стащил ее с себя. Эта маленькая потасовка закончилась первым выстрелом. Уоллес, сидящий на девушке и державший ее за руку, резко притих и прислушался. Пейдж, лежавшая на песке и впившаяся ногтями мужчине в ногу, задержала дыхание. Было подозрительно тихо, а затем послышался топот ног. Уоллес вскочил и подал руку Пейдж, чтобы та поднялась. Даже не сговариваясь, они схватили оружие и стали выжидать. Пейдж убрала в кобуру два пистолета и повесила на плечо автомат. Уоллес же не расстался со своим дробовиком, но так же взял автомат и перезарядил пистолет. — Должно хватить, должно, — Пейдж сжимала в руках автомат, прижавшись к деревянной стене дома, а Уоллес стоял у противоположной, изредка высовывая голову. — Выходите, и я не причиню вам вреда. — Сладкий голос Мануэля раздался совсем близко. — Просто присоединяйтесь к нам, и все будет хорошо. Бог поможет нам пережить это время. Мы будем спасены, только если прислушаемся к его зову. — Отец, вы уверены, что они еще тут? Может, они уехали? — Женский голос вопрошал с какой-то надеждой. Возможно, это была одна из приближенных, и она явно не хотела устраивать побоище. — Разве Бог нас не накажет, если мы убьем невинных людей? — Они грешники, Люси. Бог будет только благодарен нам, что мы избавили их от грехов и страданий в этом мире. Из-за поворота так никто и не появился. Пейдж тяжело дышала, Уоллес все так же продолжал выглядывать из-за угла. «Черт побери, где они?» — мужчина начинал нервничать. Были слышны и шаги, и разговоры, и дыхание, а людей не было видно. Вариантов, где они могут подкрасться, тоже мало. Либо улица, либо... крыша? — А вот и они. — Пейдж подняла голову; сверху на нее смотрел Мануэль, снова сверкая своей идеальной улыбкой. Рядом с ним стояли его приближенные женщины, Аманда и Люси, которые уже направили пистолеты на пару. — Бросьте оружие. Как вы вообще посмели покинуть святое место? Вы только пришли, а уже предали меня. Знаете, что обычно делают с предателями? — Ты сумасшедший псих, — сквозь зубы прошипел Уоллес, а священник лишь рассмеялся. Сейчас на нем не было привычной темной рясы. Он был одет в обычную темную футболку и джинсы, на ногах красовались тяжелые военные ботинки. Из кобуры торчал пистолет, а на плече висела винтовка. Аманда хитро ухмылялась, не сводя глаз с Уоллеса, а Люси грустно смотрела на Пейдж, неуверенно держа в руках пистолет. Отец Мануэль явно был доволен собой. Вот он, посланник Бога, загнал грешников в тупик, и выхода уже нет. Только вот он тянул время. Почему-то. Возможно, он задумывался, а не дать ли грешникам второй шанс. Не обратить ли их в веру. Пара же явно не была намерена оставаться тут. Когда Аманда на секунду отвела глаза, Уоллес сбросил с плеча дробовик, схватил его и, метко выстрелив ей в живот, скрылся за углом. Пока Мануэль и Люси приходили в себя от шока, Пейдж упала и перекатилась под машину. Теперь они с Уоллесом разделились. Священник пришел в себя и, спрыгнув с крыши, помог спуститься Люси. — Разберись с девчонкой, я пойду за мужчиной. — Мануэль снял с предохранителя винтовку и убежал. А Люси рассеяно стояла, не зная, куда себя деть. Видимо, в итоге решив повиноваться словам Отца, она нагнулась и схватила Пейдж за руку, резко потянув ее. Девушка вскрикнула. Люси удалось ее вытащить. Женщина наставила на нее пистолет и прикусила губу. Пока Люси решалась, Пейдж успела вскочить и выхватить свой пистолет. — Прошу, стой, я не хочу этого. — Люси подняла руки и по ее щеке покатилась слеза. — Я не такая, как они, я не хочу никого убивать. Пейдж закрыла глаза и выстрелила. Бездыханное тело упало на землю. Других выстрелов не было слышно, а это значит, что Мануэль с Уоллесом дерутся врукопашную, или священник его еще не нашел. Пейдж пнула тело Люси и фыркнула. Время близилось к закату. Девушка не знала, куда себя деть. Куда побежал Уоллес? Надо ли его искать? Идти ли в церковь? Благо ее вопросы прервали тяжелые шаги. Пейдж снова юркнула под машину. В проходе показалось две пары ног. На одной были надеты красные кеды, на другой — черные ботинки. — Ты уверена, что выстрел был отсю... Твою мать, это же Люси, — голос был не совсем детский, но и не взрослый, поэтому Пейдж смела предположить, что это те «сестры». — Она была такой милой женщиной... Нужно найти ее и убить, она не могла уйти далеко, — этот голос был намного взрослее, поэтому догадка девушки подтвердилась. Пара ушла, и Пейдж позволила себе вылезти из-под машины. Тихо забравшись на капот, она подтянулась и, взвыв, все же забралась на крышу. Рука ужасно пульсировала, но девушка не могла позволить себе такой роскоши, как отвлечение на больную руку. Около церкви толпились остальные. Три мужчины, наркоманы и женщина с ребенком. Ребенок что-то настойчиво говорил, дергая мать за руку. Та не выдержала и ударила его по лицу. Мальчик заплакал и забежал обратно в церковь. «Не буду спускаться за винтовкой в машину». Пейдж, прикрыв рукой глаза, стала осматриваться в поисках Уоллеса или Мануэля, но ничего не увидела. — Отпусти меня, падла! — Это явно был голос Уоллеса. Крик раздавался откуда-то из глубины домов. Пейдж немного отошла и, разбежавшись, перепрыгнула на другую крышу. Приземление оказалось не очень удачным, и вся боль передалась в пострадавшую руку, от чего девушка снова взвыла. Она чувствовала, что уже совсем близко. Снова разбежавшись, прыгнула на соседнюю крышу, уже более удачно. Пейдж посмотрела в проход. Вдруг там пробежал Уоллес, а за ним бежал Мануэль, с ножом у руках, весь в крови. Винтовки у него уже не было. — Стой, где стоишь. — Пейдж вздрогнула и подняла руки, медленно поворачиваясь. — Дернешься — я тебе мозги вышибу. — Перед девушкой стояла девочка пятнадцати лет, которая направила на нее дробовик; она не тряслась и была уверена в своих действиях, не то, что Люси. — Ты убила мою подругу. Ты монстр. — А то, что Мануэль хочет убить нас — это нормально? — Пейдж вопросительно посмотрела на девочку, а затем дернулась; вдалеке начали раздаваться множественные выстрелы и крики. — Вы грешники! Вы плохие люди! — Сейчас все плохие люди, милая. — Пейдж стала тихо подходить к девочке, протягивая руку, чтобы выхватить дробовик. — Не подходи, я выстрелю! — Девочка немного пошатнулась и задрожала, а Пейдж наконец-то обратила внимание на то, что дробовик не готов к стрельбе, поэтому, выдохнув, она стала идти более решительно. Девочка запереживала и подошла почти к краю крыши. — Тебе не нужно стрелять, ты же это знаешь? Ты не маленькая для этого? — Ты не намного старше меня. — Девочка была близка к падению с крыши. Неожиданно она взвизгнула. Пейдж перевела взгляд. За обе ноги девчушки держался мертвец, с его лица капала кровь, он ужасно выл, норовя укусить девочку за ноги. Девушка прицелилась, но пошатнулась. Раздался выстрел. Девочка упала вниз. Пейдж попала ей в колено, и она не устояла. Девушка аккуратно подошла к краю и посмотрела вниз. Три мертвеца рвали тело маленькой девочки на части. — Ты, мразь, ответишь за это! — Крик раздался с соседней крыши, это была сестра этой девочки. Она наставила пистолет на Пейдж и готова была выстрелить. Девушка задержала дыхание и, не успев выхватить наставить пистолет, вскрикнула. Резко раздался громкий выстрел. Пейдж пару раз моргнула глазами и успела заметить лишь огромный серый балахон, упорхнувший из вида в переулке. Тело девушки осталось лежать на крыше. Незнакомец попал прямо ей в висок. «Осталось четверо и Мануэль. Черт, где же Уоллес?», — девушка разбежалась и перемахнула на другую крышу, стремясь добраться до церкви. Сердце чуяло, что все происходит именно там. Пейдж устала перепрыгивать с крыши на крышу. Каждое движение всего тела отдавалось в больной руке, а девушка сжимала зубы и продолжала путь. Идти понизу было слишком опасно в связи с нашествием мертвецов. Слишком много было выстрелов, можно было предугадать, что они придут. Пейдж наконец-то добралась до церкви и спрыгнула. Вокруг не было и души. Криков не было слышно так же, как и выстрелов. Но нарастало щелканье и рычание, какой-то нечеловеческий вой застилал пространство городка. «Остается только помолиться, чтобы мы выжили». Солнце почти ушло за горизонт, на улице становилось холоднее, а девушка очень сильно жалела, что недавно переоделась в одну майку и шорты. «Ну, ничего, от мертвецов с сектантами побегаю — согреюсь», — утешила себя невеселой мыслью Пейдж. — Сюда! Она здесь! — Грубый мужской голос раздался откуда-то сверху. Девушка подняла глаза и увидела на крыше трех бородачей, которые уже снимали с предохранителей свои автоматы. Пейдж резво выхватила сразу два пистолета и выстрелила в крайних, которые сразу свалились ничком. «Мне сегодня везет», — девушка улыбнулась и уже было хотела расслабиться, как третий мужчина спрыгнул с крыши побежал на нее с диким криком, который, как показалось девушке, непременно созовет на ужин всех мертвецов округи. Пейдж смогла увернуться и быстро убрать пистолеты обратно, выхватив при этом мачете. У бородача были безумные глаза, пистолет он сразу выбросил, выхватив из-за пазухи длинный нож, больше даже похожий на меч. Мужчина мерзко облизнулся. Он очень часто дышал и не сводил глаз с Пейдж. Пару секунд они просто смотрели друг на друга, а затем безумец ринулся на Пейдж, норовя проткнуть ей глаз. Девушка увернулась и резанула мачете по руке обидчику. Завязалась нешуточная драка. Пейдж пару раз удалось задеть мужчину, пустив ему кровь, отчего вся его грязная одежда стала еще более грязной. Но он не унимался. Ловким кошачьим движением он выбил один мачете из рук девушки и повалил ее на землю, стремясь приставить нож к горлу. Пейдж, кряхтя, уперлась правой рукой ему в горло, а левой вонзила мачете ему в бок, сразу же вытащив. Безумец взвыл и сполз с девушки, хватаясь за бок. Пейдж подняла свой мачете и подошла к бородачу, наступая ботинком ему на лицо. — Я могла бы оставить тебя корчиться в безумных муках, чтобы тебя живьем сожрали эти твари, но я сегодня добрая, — сказав это, она убрала ногу и ударила мачете по голове, как топором; на несколько секунд девушке показалось, что он безнадежно застрял, но резко потянув, она все-таки смогла высвободить нож из головы. — Остался Мануэль и та женщина. Пейдж развернулась и побежала ко входу в церковь. Отворив двери, она увидела Мануэля, сидящего верхом на Уоллесе и избивающего его. Девушка выудила из кобуры пистолет, прицелилась и раздался выстрел. Она не успела нажать на курок. Повернув голову, она увидела женщину в серой толстовке, которая тяжело дышала и вся была в крови. Безжизненное тело священника повалилось на Уоллеса, который сразу же его скинул. Из-за спины спасительницы вышел мальчик. Мужчина, лицо которого все было в крови, а руки в синяках, с грустью посмотрел на эту картину. — Спасибо вам. — Уоллес выдохнул и встал. — Уходите, сейчас тут будут толпы мертвецов. — Женщина нежно прижала к себе своего сына. — Поторопитесь. Ваша машина и так далековато стоит. Вот, возьмите. — Спасительница вытащила из-под скамейки большую черную сумку и пнула ее в сторону ошарашенного Уоллеса. — Тут все, что надо. Я собрала оставшееся с полок в магазинах. — А как же вы? — неожиданно подала голос Пейдж. — Я устала. — Женщина умиротворенно улыбнулась и посмотрела на сына, тот улыбнулся в ответ маме, явно не понимая, что происходит. Пейдж посмотрела на Уоллеса, а тот лишь кивнул. Мужчина вскинул на плечо сумку и пошел на выход. Девушка, дождавшись его, развернулась и пошла вслед за ним. Рычание и щелканье было все ближе. Пейдж оглянулась на захлопнувшиеся двери церкви. Раздался выстрел, следом еще один. Уоллес опустил голову, а девушка просто отвернулась.

***

— А потом я выстрелил в последнего мертвеца, и мы поехали дальше, это было опасно. Я тогда обосрался от страха, как маленький мальчишка, но все обошлось. — Дуглас наконец дорассказал Аните истории, произошедшие с троицей. — Кошмар какой. Нет, я надеюсь, такого не будет, у нас пока все спокойно. — Женщина оглянулась на девочек, играющих в машине. — А они явно сдружились. Шон до сих пор возился в машине и умолял солнце садиться за горизонт помедленнее. «Я почти закончил, я смогу, тут последние штрихи. И мы уедем нахрен отсюда». Мужчина выглянул из-за машины. Дуглас, закончивший вещать Аните замечательные приключения их компании, не сводил с него глаз. Шон покраснел и спрятался обратно. Небо стало кроваво-красным, солнце мучительно быстро скрывалось за горизонтом, не давая мужчине времени сосредоточиться на работе. — Небо сегодня странное, нехорошее у меня предчувствие. — Анита достала из-под майки крестик и начала вертеть его в руках. — До поможет нам Господь пережить эту ночь. — Аминь. — Дуглас посмотрел на закатное небо. Весь день парня напрягало чувство того, что произойдет что-то ужасное, невписывающееся в рамки их планов, но он надеялся, что это лишь глупое предчувствие и не более. — Шон, тебе еще долго? — Пиздец как. — Мужчина выглянул из-за машины с грустным лицом. «Я проиграл, у меня нет больше времени». — Последний штрих и мы, видимо, остаемся ночевать тут. Шону было прискорбно это признавать. Он ужасно не хотел оставаться ночью на одном месте. Мужчина более не считал это безопасным, как было раньше. Не после всех тех ужасов, что они пережили. Шон что-то повертел, покрутил и, задев случайно провод, выдернул его. У машины сработала сигнализация. — Твою мать, твою мать, твою мать! — Мозги мужчины заработали со скоростью света, Шон пытался придумать что-то, чтобы убрать ужасный звук. Единственным выходом было вырвать какой-нибудь еще провод. — Шон! Ты с ума сошел?! Сейчас придут все мертвецы в округе, вырубай эту хреновину! — Дуглас подбежал к Шону, толкнув его в плечо, за ним подбежала Анита, а испуганные девочки прижались к окну машины. — Погоди, я пытаюсь придумать. Блять, что делать? — Шон с надеждой посмотрел на парня. Быстрее всех среагировала Анита. Она открыла дверь машины, вставила ключи, завела мотор и вручную отрубила сигнализацию. Машина затихла. Но, к сожалению компании, стали появляться посторонние звуки. Раздалось рычание, щелканье и какой-то загробный вой. Мужчина подбежал к своей машине, распахнул дверь и выгнал девочек. Анита уже ждала их возле входа в магазин, Дуглас блокировал машины и собирал оружие. Под командованием Шона девочки тихими перебежками достигли магазина. Мужчина зашел последним и, захлопнув двери, подозвал Дугласа, с которым они вместе приставили к дверям полки. Завесить окна была нечем, поэтому было решено прятаться. Девочек закрыли в кладовой. Анита укрылась за большими холодильниками с водой, а Дуглас с Шоном спрятались за прилавком. Рычание было уже совсем близко. Мужчина слегка высунулся из-за прилавка, чтобы взглянуть на улицу. Около машин столпилось несколько десятков мертвецов, которые рычали и двигались больше обычного. «Какие-то гиперактивные они сегодня», — Шон задумался, наблюдая как завороженный, за этой стаей живых мертвецов. Парень одернул мужчину, приложив палец к губам. Шон покорно сел напротив Дугласа, который, сложив руки, стал молиться. В магазине была загробная тишина, которую нарушало лишь частое дыхание взрослых, изредка выглядывающих из-за своих убежищ. В магазине было тихо и спокойно около часа. Затем стал раздаваться странный стук, на который первой обратила внимание Анита. Тихонько свистнув, она выглянула из-за своего убежища и, встретившись глазами с Шоном, указала рукой на кладовую и кабинет. Далее стук раздавался все более настойчиво, как будто кто-то хотел войти. Шон и Дуглас выглядывали из-за прилавка, внимательно смотря на дверь в кладовую. Буквально через пять минут раздался крик и из кладовой выбежали девочки, истошно вопя. Толпа мертвецов, находящаяся за окном, с интересом развернулась и стала подходить к магазину. Девочки продолжали вопить, как ненормальные. Взрослым пришлось выползти из своих убежищ. — Клара, тише, тс, закрой рот, тихо, малышка. — Анита закрыла дочери рот рукой, но та продолжала кричать и плакать. — Холли, замолчи сейчас же! Холли, приди в себя! — Шон попробовал закрыть дочке рот, но как и с Кларой, это мало чем помогло. Дуглас в это время подошел к кладовой. Раздалось два выстрела, затем третий. Парень, хлопнув дверью, подбежал к компании. Он тяжело дышал, а волосы его стояли дыбом. — Орут по делу. Мертвецы пробили стену, она была там заколочена, они лезут через дыру! Со стороны входа чудовища долбились в окна и двери. Их напор нарастал. Всем взрослым было понятно — окна не выдержат, нужно сейчас же уходить или прятаться. Но куда? Шон оставил Холли с Анитой, и они с Дугласом стали осматриваться. Они проверили каждую дверь, каждый уголочек, но выхода не было. Мужчина выдохнул и, схватившись за голову, посмотрел на потолок. — Люк! Там есть люк! Быстро сюда. — Мужчина поманил рукой Аниту с девочками и парня. Шон присел и, сложив руки, подсадил Дугласа, который дотянулся до ручки и открыл люк. Первым вылез Дуглас, затем Анита, потом девочки и только следом — Шон. Как только мужчина поставил ногу на ступеньку, стекло треснуло. Шон нервно сглотнул и стал быстро забираться по лестнице. Когда он уже оказался на крыше, то услышал звук разбитого стекла. Дуглас оттолкнул мужчину от лестницы и закрыл люк. На улице было ужасно холодно. Холли и Клара прижались к Аните, а Шон с Дугласом подошли к краю крыши посмотреть, сколько внизу тварей. — Их там несколько десятков. — Парень качнул головой и закатил глаза. — Я знал, что случится какая-то хрень. Господи, и что теперь делать? — Заткнуться и дождаться утра, — таков был ответ Шона, который отошел от края, стремясь сесть рядом с дочкой, но парень схватил его за руку. — Шон, смотри. — Слева от магазина валялась огромная куча коробок, которую приметили мертвецы и стали забираться по ним на крышу. — Черт! — Мужчина приложил руку ко рту. — И что мы будем делать? — Я не знаю. — Шон растеряно посмотрел на Дугласа, который был до чертиков напуган. — У вас что-то случилось? — позвала Анита тоненьким голосом. Мужчина без слов подозвал женщину, поманив ее рукой. Анита подошла и, ахнув, приложила ко рту руку, как это ранее сделал Шон. Вся троица переглянулась. Никакого выхода. Внизу мертвецы, они лезут наверх, они уже в магазине. Все трое стали осматриваться по сторонам, ища пути отхода. Дуглас снова дернул Шона за рукав, указывая на крышу, прикрывающую баки на заправке. — Мы не допрыгнем, — Шон отрицательно покачал головой. — Допрыгнем, у нас нет другого выхода. Мы с тобой перепрыгнем туда, Анита перебросит девочек, а потом мы поймаем ее. Туда они точно не заберутся, а с утра разбредутся. Шон устало покачал головой, а затем посмотрел на Холли, которая изо всех сил жалась к десятилетней Кларе. Выхода не было. Мужчина отвернулся и стал оценивать расстояние от крыши, до заправки. «В принципе, Дуглас прав, если хорошенько разбежаться, то все получится». Шон сделал глубокий вдох и выдох. В это время Дуглас отвел Аниту в сторону и объяснял тонкости их плана. Женщина усиленно кивала головой, соглашаясь с каждым словом парня. Рычание мертвецов, забирающихся по сваленным коробкам, становилось все более настойчивым. Было решено, что Дуглас будет прыгать первым. Парень немного попрыгал на месте, размял ноги и, разбежавшись, оттолкнулся ровно от края крыши и долетел до заправки, хватаясь руками и ставя правую коленку, как опору. Оказавшись на другой стороне, он помахал руками, разрешая следующему человеку перепрыгивать. Шон, отойдя на другой конец крыши, так же немного размялся, потянул шею, встряхнул руками и ногами. «Я готов, я смогу, у меня получится. Дуглас поймает меня, я не упаду». Мужчина отогнал из головы все мысли и просто стал считать. Разбежавшись, он так же, как и Дуглас, оттолкнулся от самого края, стремительно протягивая руки к крыше. Зацепившись руками, он встал на локти и услышал крик. Парень потащил его за кофту и вытащил. Время как-будто замедлилось. Мужчина развернулся и увидел, как в ногу его дочери вгрызается мертвец, а Анита стоит, прикрыв собой свою дочь и отстреливается от других. Шон закричал не своим голосом и хотел было перепрыгнуть обратно, но Дуглас схватил его за руку, оттащив за себя. Холли билась и плакала, ее маленькое личико искривилось в гримасе боли и отчаяния. Женщина же почти закончила с мертвецами и развернулась к Холли, передвигая свободной рукой свою дочь за спину. — Стреляй же, ну! — По лицу Шона текли слезы, он бился в руках Дугласа, которые плотно обвили его плечи и не давали сорваться. Анита прицелилась и выстрелила. Маленькое тело Холли, с широко открытыми от ужаса глазами и дыркой во лбу, упало с крыши. — Нет! Нет! Господи, нет! — Мужчина взвыл и упал на колени. — Сука, ты сука! Ты убила ее! Тупая сука! — Шон, она уже была в могиле! Это был самый разумный выход! — Анита развела руками и подошла к краю, готовясь перекинуть свою дочь к мужчинам. — Я убью тебя! Слышишь, мразь?! Я тебя убью! — Шон оттолкнул Дугласа так, что тот упал на спину и ударился головой. — Я убью тебя! Дрожащими руками Шон достал пистолет и прицелился. Анита опешила и не успела ничего сделать. Пуля попала прямо в грудь маленькой Клары, которая, не удержав равновесие, упала с крыши в толпу мертвецов. Женщина открыла было рот, и Шон снова выстрелил, на сей раз попав в колено Аните. Она взвыла и схватилась за ногу. Слезы застилали мужчине глаза, он жадно глотал ртом воздух и весь дрожал. — Я убью тебя, мразь, — сквозь зубы прошипел мужчина и снова выстрелил, на сей раз попав в голову. Дуглас наконец встал и накинулся на мужчину, повалив его на спину и отобрав пистолет, убирая его за пояс. Шон бился в истерике. Все лицо его было красное, глаза опухли, он выл и кричал. Дуглас слез с него и, сев на колени, положил голову мужчины себе на ноги. Шон вцепился в рубашку Дугласа и продолжил скулить, как раненный пес. «Блять, блять, прости меня, Холли, прости меня». Мужчина снова взвыл. Слезы кончились. Шон просто дергался в конвульсиях и выл. — Тише, тише. — Парень сидел в шоке и гладил мужчину по голове. «Если бы я знал, как тебя успокоить, я бы успокоил. Прости меня, Шон».