Глава VII

Лёгкий ветерок раздувал шерсть на боках Вишнеглазки. Она бежала по одной из лесных троп. Рядом с ней, бок о бок, скользила изящная фигура. Густая гладкая шерсть, от которой веет полынью и немного палой листвой, едва касалась её.Она поняла, что это сон, но не хотела просыпаться. Он повернул к ней морду, заглянул в васильковые глаза, встретившись с её взглядом своими глубокими зелёными, и тепло улыбнулся. Вишнеглазка зачарованно смотрела на него. Эти прекрасные глаза, блестящая бурая шерсть, улыбка... Ей казалось, что именно ради этого взгляда ей стоит жить. По крайней мере, до этого дня.Высоко в небе светило солнце. Лапы приятно щекотала свежая зелёная трава, порой самые низко опущенные лапы елей почти касались спины. Она высунула язык на собачий манер, подняла голову и протяжно взвыла. Бук весело расхохотался.

— Не знал, что обычный бег по лесу может вызывать такой восторг, — усмехнулся он.

Вишнеглазка выдавила неловкую улыбку. Он нравился ей, однако, он воспринимал её не более, чем соседку по пещере и знакомую.

Однажды, она слышала бредовое правило, когда сама была первокурсницей, которое придумали юные глупые волчицы, и с серьёзными мордами объясняли новичкам — нужно было выбрать себе идола среди преподавателей или волков у власти, влюбиться в него и бредить им. Ей казалось какой-то чушью влюбиться в Снежного, или Анубиса (тем более, что первый был её дедом), и она была вполне довольна тем, что давал ей Бук. Они замедлили шаг, и бурное пламя, разгоравшееся в душе Вишнеглазки сменилось спокойным отливом. Её взгляд был прикован к нему, он же просто смотрел вперёд, на дорогу, и иногда оглядываться на волчицу. Небо клонилось к закату и начало приобретать пастельные оттенки. Волки пробрели ещё немного и остановились рядом с корявым старым раскидистым дубом, пустившим в землю крепкие корни. Был Сезон Бесподшерстницы, и хотя ближе к вечеру стало чуть прохладнее, в лесу царило пекло и жара, особенно неприятные для длинношерстных Снежных волков, так что прохладная тень, которую отбрасывало дерево, была как нельзя кстати. Бурый волк спешно нырнул в тенёк, серая волчица последовала его примеру.Вдалеке закричала птица, и Вишнеглазка испытала острое желание придушить её, чтобы она не портила такой момент. Они с Буком уселись рядом друг с другом, вскинули морды к небу и рассматривали первые холодные сверкающие звёзды, вышедшие на небосвод. Волчица, преисполненная самыми нежными и светлыми чувствами, зарылась носом в мех на его шее, и её ноздрей коснулся лёгкий приятный аромат полыни. Бук как-то странно посмотрел на неё и отшатнулся. Вишнеглазка отпрянула, как ошпаренная, словно её ударили.

«Идиотка...» — выругалась мысленно волчица.

— И что же это было? — поинтересовался бурый волк. В его зелёных глазах вспыхнуло удивление.

— У тебя колючка застряла в шерсти, — пошутила Вишнеглазка и, чтобы разрядить обстановку, весело рассмеялась, хотя понимала, что выглядит полной идиоткой. — Судя по всему, под хвостом тоже.

Бук весело расхохотался. За этот смех, голубоглазая волчица была готова продать душу. Она мечтательно зажмурилась и произнесла:

— Я люблю тебя, Бук, — за этими её словами, последовала совершенно неожиданная реакция.

Он оскалился, обнажая острые клыки, и из его горла донеслось приглушённое рычание. Вишнеглазка в недоумении наклонила голову набок и приподняла бровь.

— Я ненавижу тебя, — за этими словами последовал удар по морде. Длинная царапина прочертила морду Вишнеглазки, алая кровь брызнула и окрасила её морду в красный. На глаза навернулись слезы. Бук коварно улыбнулся. — Ты-дура, каких поискать. Сдохни, исчезни из моей жизни.

Волна ярости захлестнула Вишнеглазку. Она оскалилась и зарычала, распушившись. В потоке ненависти, она занесла лапу и со всей силы ударила волка по носу. Из ноздри потёк тонкий ручеек крови. Вишнеглазка коварно улыбнулась, в её взгляде вспыхнуло мрачное торжество.

— Счастливого дня, уродец, — усмехнулась голубоглазая волчица, взглянула на ошалелого бурого волка и отвернулась.

***Вишнеглазка подскочила на подстилке, умудрившись при этом довольно-таки больно стукнуться боком о каменную стену пещеры.

«Какое многообразие паршивый сновидений!» — в мыслях невесело усмехнулась волчица.

Она окинула взглядом Логово Стражей. Было пусто.

«Опять проспала завтрак, — недовольно фыркнула она. — Месяц устроит небо в алмазах».

В самом дальнем углу сидел Осколок, и терпеливо бубнил что-то про охоту. Вишнеглазка невольно поморщилась, взглянув на его усталый взгляд и сгорбленную спину.

— Ты спал сегодня? — поинтересовалась Вишнеглазка.

Осколок повернул к ней сонную морду, и, несколько секунд прикидывая, выдал:— Третью ночь не сплю, кажется...

— Кажется, или третью? — уточнила волчица.

Серый волк отвёл взгляд куда-то в сторону и неопределённо повёл лечами. Вишнеглазка закатила глаза и тяжело вздохнула.

— Если тебе кажется, может, к знахарю сходишь? — предложила волчица.

— Я совершенно здоров, — в полной уверенности произнёс волк, раскрыл пасть и зевнул в голос.

— Да неужели? Надо же, по тебе не заметно, — усмехнулась волчица. — Настоятельно рекомендую пойти и отпроситься у Месяца, лечь и выспаться нормально.

Волк закатил глаза, отвернулся, и вновь принялся со старанием бубнить. Вишнеглазка повела ухом, вздохнула и вышла из пещеры.

***Темные серые тучи скрывали голубой покров небес. В воздухе веяло холодом. Погода была в том мерзком состоянии, в котором нет какого-то ливня, но в то же время не было особого желания выходить на улицу.Вишнеглазка поморщила нос. Окинув взглядом остатки еды, она достала одну захудалую белку, которой ей в последнее время хватало на весь день и жадно вцепилась в жалкие остатки мяса на костях. Насытившись, волчица поднялась и медленно побрела к Логову Стражей.

— Доброе утро, дура, — послышался сзади мерзкий голос.

Из горла Вишнеглазки исторглось низкое грозное рычание. Она резко повернулась и оскалилась. Перед ней стоял Бук и мерзко улыбался. Он сдвинул брови и со злорадством смотрел на неё. Волчица оскалилась.

— От кого я это слышу! — мрачно расхохоталась Вишнеглазка.

Бук осмотрел её сверху-вниз и на его морде появилась ухмылка.

— Малышка-Вишенка решила подерзить? Нехорошо, нехорошо... — при этих словах, Вишнеглазка испытала резкое желание выгрызть ему глаза и содрать с морды наглую ухмылку.

Они с ненавистью сверлили друг друга взглядами. Вишнеглазке начинала надоедать эта непонятная игра, и она напряглась, чтобы первой нанести удар.

— Что это вы тут устроили?! - ярость Вишнеглазки мгновенно утихла, и сменилась искренним ужасом.

Над ними грозно навис Анубис. Он оскалился, из приоткрытой пасти доносилось грозное рычание. В глазах плескалась ярость. Бук тоже присмирел, и смотрел со страхом. Вишнеглазка в мыслях буквально упивалась этим искренним ужасом в его зелёных глазах.

— Если вы сейчас же не прекратите это безобразие, я буду вынужден доложить Капелю. Вам жить надоело, или захотели в Омеги? Чтобы попасть туда, есть способы гораздо менее опасные для жизни.

Волчица не успела ничего ответить, Анубис повернулся и побрел к Логову Воинов.Она в последний раз оскалила зубы на Бука, потом фыркнула с презрением, после чего с видом полного безразличия побрела к Логову Стражей, мысленно ликуя.

***Призывный вой известил Снежную Стаю о собрании. Волки стали медленно собираться на поляне, заинтересованно повернувшись к своему вожаку. Вишнеглазка устроилась рядом с Бастет, которая сидела рядом с Воинами. Вишнеглазка знала, что в компании Воинов ей всегда было более комфортно, чем у Стражей.Ближе всех к Бастет сидел Хитроглазый. Серый волк с тёмным «чепраком» на спине, высветленным брюхом, лапами и «маской» на морде не обращал на чёрную волчицу особенного внимания, но время от времени бросал на неё взгляды, в которых Вишнеглазка читала неподдельный интерес и симпатию. Та также не очень им интересовалась, её внимание было обращено к собранию.

— Снежная Стая! Братья и сёстры, я собрал вас всех, чтобы сообщить неприятное известие. Тридцать Девятый Легион имел наглость охотиться на нашей земле в нашем же присутствии, — начал Снежный.

По всей Стае пронёсся шёпот. Волки пребывали в крайнем возмущении и недоумении.

— Мне всегда казалось, что они ненормальные, — произнёс Хитроглазый в пустоту.

— Оказалось, что не казалось, — усмехнулась сидевшая рядом Бастет.

— Да, примерно в такой хронологии это и происходило, — ответил Хитроглазый и ухмыльнулся. Его янтарные глаза сверкнули.

— Логично, что не в обратной, — хмыкнула чёрная волчица.

Вишнеглазка невольно усмехнулась. Ей казалось, что это собрание похоже на бессмыслицу. Все и так могли собственными глазами все увидеть, в чём смысл говорить об этом лишний раз и тратить драгоценное время?

— И теперь, — продолжал Снежный. — Я удваиваю охрану этой границы. Собрание окончено.

По толпе прошёлся одобрительный гул. Альфа спрыгнул со скалы и посеменил к своему Логову. За ним мрачной тенью следовал Бета. Стая вновь вернулась к своим делам.

***Вечерело. Небо начинало постепенно темнеть и покрываться первыми холодными огоньками звёзд. Сегодня у Вишнеглазки смена была позднее, чем обычно, так что она имела полное право отдохнуть.Осколок всё ещё сидел в углу и бубнил что-то по «Дневной и Ночной Охоте». Вишнеглазку стало несказанно пугать то, что он бубнит какое-то задание, про которые она не слышала. Не выдержав, она всё же спросила:

— Что за технику бубнишь?

Осколок в изумлении посмотрел на голубоглазую волчицу.

— Ты с дуба рухнула? Тебя не смутил тот факт, что нам сказали сделать и рассказать подробное описание охоты на сову в ночное время суток? — Вишнеглазка пристыженно потупилась.

— До какого срока сдавать? — спросила она.

— До завтрашнего заката, — хмыкнул серый волк. — Надеюсь, ты уже подготовилась. Месяц будет в бешенстве.

— Да, времени просто куча! — с сарказмом сказала Вишнеглазка.

После этих слов, она отвернулась от волка и побрела к своей подстилке. Обессилев окончательно, она рухнула на подстилку и окунулась в омут беспамятства.

***Новый лес. Вишнеглазка по привычке осмотрелась в поисках очередного трупа, или ещё чего-то в этом духе. Однако, здесь и в помине не пахло кровью. Это был большой еловый лес. Причём ели имели не привычный глазу зелёный оттенок, а какой-то голубовато-зелёный. Трава под лапами приятно щекотала нос запахом свежей зелени. На середине поляны лежало поваленное дерево. Причём, его ствол был не привычного коричневого цвета, а красноватого. Как если бы оно сгорело.В воздухе стоял приятный аромат хвои. Высоко в небе светила круглая луна.

«Наконец-то нормальный сон...» — с облегчением подумала Вишнеглазка.

Она с ощущением некой романтики, витавшей в воздухе и умиротворения прошла через поляну и улеглась на стволе, подняв морду к небесам. Таинственные звезды светились в мрачном ночном небе, глаз Волчицы-Луны окутывал мягким свечением лес.За несколько шагов от неё послышался шорох.

«Ну вот, начинается...» — мысленно закатила глаза Вишнеглазка, ожидая появления Капеля.

Однако, она не почуяла запаха Капеля. Он пах полынью, мясом и Стаей. От этого волка также несло Снежной Стаей, но к этому запаху примешивался также запах чужих волков, и все они принадлежали разным кланам. Также, от него пахло елями и ни малейшего намёка на полынь.

Вишнеглазка инстинктивно встала в стойку, распушилась, оскалилась и издала глухое предупреждающее рычание. Она понимала, что это — сон, и даже если её убьют, когда она проснётся, на теле не останется и следа, но инстинкт подсказывал, что не стоит расслабляться. На поляну вышел крупный белоснежный волк. Только уши и одна лапа были чёрного цвета. Ясные небесно-голубые глаза смотрели на волчицу без какой-либо враждебности. Он не проявлял никакой агрессии, шёл спокойной и уверенной походкой. У волка были длинные лапы, и Вишнеглазка сначала приняла того за Альбу.

— Успокойся. Я не желаю тебе зла, — его голос также был спокойным, равномерным и даже тихим.

Вишнеглазка с подозрением окинула его взглядом. Голубые глаза, довольно редкие для волков и встречавшиеся разве что среди принадлежавших вожацкому роду Снежной Стаи горели спокойствием. Шерсть была гладкой и ухоженной.

«А что, если он-родственник Снежного?... Мой родственник?» — пришла внезапно мысль в голову Вишнеглазки.

— Моё имя Домино, — продолжил тем временем волк и мягко улыбнулся. — Я-брат Пятнашки, и первый Заведующий Стражей.

Вишнеглазка с недоверием взглянула на Домино. После этого, она кивнула, решив, что это всё равно сон, как ни крути, а значит, он ей ничего не сделает.

— Зачем ты здесь? поинтересовалась волчица.

Волк на секунду о чём-то задумался, после чего произнёс:

— Я здесь, чтобы подготовить тебя к великому делу, которое ты должна совершить, внучка Альфы. Завтра я приду опять. А сейчас, моё время истекает. Прощай.

Вишнеглазка не поняла ничего. В воздухе витало море вопросов, которые она хотела ему задать, но Домино уже исчез, оставив лишь свой слабый запах.