Часть 34

Метро было переполнено народом. Мой побег пришелся на самый час пик, и теперь я стояла в шатающемся, точно пьяный, вагоне, вцепившись в поручень над своей головой, сжатая облепившими меня со всех сторон людьми. Какой-то грузный мужчина впереди наступил мне на ногу, и пришлось прикусить нижнюю губу, чтобы сдержать крик. В другой ситуации я непременно бы устроила настоящий скандал с воплями и пустыми угрозами, однако я уже давно была не та Арина Миронова, коей являлась раньше. Я больше не чувствовала себя способной топать ногами и яростно брюзжать слюной. Нулевой уровень навсегда переломал меня, пропустил через конвейер и после выблевал обратно.

Кто-то ударил меня локтем в спину и тут же торопливо и громко извинился, брызнув мне на щеку слюной. Я молча отошла в сторону, насколько это позволили сделать наседавшие, усталые, злые и встревоженные пассажиры.

Я отвыкла от людей. За время моего пребывания сначала в коме,

(на нулевом уровне)

(просто во сне)

а затем в больничной палате я разучилась контактировать с себе подобными, я настолько привыкла к одиночеству, что все эти окружавшие меня люди теперь только вызывали во мне брезгливость и почему-то странный, болезненный, смешанный с чем-то еще мучительный стыд. Я словно бы стояла голой посреди грязного вагона, не только без одежды, но и со содранной кожей, с обнаженными внутренностями и выставленными на показ жалкими серыми остатками души.

Когда голос в динамиках объявил мою станцию, я выбежала из поезда прежде, чем двери успели разъехаться в разные стороны окончательно.

Поднимаясь по эскалатору и после, шагая по заснеженным улицам центра Москвы, я пыталась заставить себя подумать над тем, что может поведать мне Артем, что я смогу ему рассказать и на какие вопросы должна буду ответить. Что, если он не найдет ни Марину, ни Алексея? Что, если их просто не будет существовать?

«Тогда нужно будет признать, что ты окончательно спятила», - рассудил НЛО, и меня абсолютно не удивил откуда ни возьмись возникший в моей голове знакомый, но уже немного подзабытый тихий, лишенный всяких эмоций механический голос.

«Вернуться обратно и попросить перевести в психиатрическое отделение?».

«Ты сама задала этот вопрос и на самом же деле прекрасно понимаешь, что твое душевное состояние тут ни при чем. Ты здорова, Арина, и ты это знаешь. Ты не сошла с ума».

- Но как тогда объяснить все то, что со мной случилось? – проговорила я, даже не осознав, что произнесла фразу вслух. – Как объяснить хотя бы то, что я слышу тебя? Здоровые люди не общаются с живущими у них в голове чужими личностями. У них их, если уж на то пошло, вообще нет.

Идущая по правую сторону от меня молоденькая незнакомая девушка вздрогнула, обернулась, смерила меня испуганным взглядом с ног до головы, на мгновение задержавшись на шее и груди, видимо, выискивая там провода от наушников, а затем развернулась обратно и быстро засеменила в противоположную от меня сторону.

«Видишь, от меня шарахаются люди».

НЛО промолчал, и я тоже оставила попытки что-либо обдумать. Все равно принять в такой ситуации взвешенное решение представлялось слабо возможным.

Когда я наконец добралась до нужного корпуса МГУ, я успела продрогнуть до костей. Тонкая ткань пальтишка совершенно не грела, к тому же, больше половины пуговиц на нем не нашлось, и приходилось постоянно смыкать на груди его полы, беспрестанно теребимые неумолимым ветром. Однако хуже всего досталось ногам. Время от времени я опускала взгляд вниз и рассматривала оголенные голени, посиневшие от мороза. Ступни я перестала чувствовать еще сидя в автобусе. Так было со всем телом ниже спины – сначала все горело огнем, а потом просто перестало ощущаться. Наверное, мне должно было быть страшно – если я заболею чем-нибудь серьезным, например, бронхитом, то ослабленный организм вряд ли выдержит такую нагрузку и я, скорее всего, умру. Или снова умру. Наверное, эта мысль была самой правильной и тревожной из всех, что крутились у меня в тот момент в голове, однако к ней я испытывала только ледяное, как воздух, которым приходилось дышать, равнодушие.

Лишь зайдя в здание факультета, я поняла, насколько чудовищный холод царил за его стенами. Пару минут пришлось потратить на то, чтобы заставить себя оторваться от дверей и продолжить шагать дальше. Сегодня мне невероятно везло. Чуть ранее, когда я только подходила к метро, я обнаружила в кармане пальто несколько смятых купюр и социальную карточку, которой и оплатила поездку в метрополитене. Эту же карточку я, старательно прикрыв дрожащими пальцами чужую фотографию и надпись, показала охраннику на посту, выдав ее за пропуск. Проходя мимо охраны, я была уверена, что меня сразу же остановят, спросят, что со мной произошло, а затем, не получив внятного ответа, вызовут полицию и скорую помощь. Но на меня даже не взглянули. Молодой охранник, сидящий перед выходом и уставившийся в экран гаджета, махнул мне рукой, даже не оторвав взгляда от своего планшета, и я с трудом подавила вздох облегчения.

Повсюду туда-сюда сновали студенты. Видимо, я попала прямо в перерыв между парами. У меня даже не получилось решить, хорошо это или же не очень. Обхватив себя руками, я просто вглядывалась в лица проходящих мимо людей, ловила адресованные кому-то улыбки, жесты, обрывки фраз и громкого смеха. Смогу ли я снова стать такой же, как все они? Смогу ли я когда-нибудь заново научиться улыбаться, не видя при этом уродливого, хищного лица Марины с тонкой, натянувшейся до предела кожей?

Чья-то ладонь легла мне на плечо, и я едва не вскрикнула от испуга. Вихрем обернулась назад, почему-то уверенная, что увижу улыбающегося Гришу, и столкнулась лицом к лицу с Артемом. Парень резко отшатнулся в сторону, видимо, не ожидав от меня подобного, а, может, и не признав мои черты в изможденном и бледном, покрытом трупной синевой лице.

- Артем. – Прохрипела я и протянула к нему руку. Он раскрыл рот, словно бы желая что-то сказать, но в это мгновение у меня все же подкосились ноги, и я упала прямо на него. Артем успел подхватить меня в самый последний момент.

- Эй, эй, Арина? Арина? – он прислонил меня к стене, придерживая за талию, и свободной рукой помахал у меня перед лицом. – С тобой все хорошо?

Как будто бы он не видел.

Артем опустил взгляд вниз и замер, потрясенно разглядывая мои голые ноги, обутые в ставшие черными от снега и грязи больничные тапочки.

- Ты... ты что, сбежала? – наконец сумел выдавить он, и я не придумала ничего более умного, чем просто кивнуть.

- Господи, да ты рехнулась. На улице минус пятнадцать. Тебе... тебе срочно нужно в больницу, я...

- Нет, - прошептала я и слабо помотала головой. – Сначала те люди. Марина и Алексей. Ты их нашел?

- Что? Я не... Арина, ты о чем вообще?

Я оторвала взгляд от лица Артема и посмотрела за его плечо. Две третьекурсницы, сжимавшие бумажные стаканчики с чаем в руках и стоявшие в нескольких шагах от нас, открыто пялились, не скрывая своего любопытства и удивления. Ну вот, началось. Сейчас остановится кто-нибудь еще, а через несколько минут зеваки соберутся со всех уголков университета. Да и кто в здравом уме пропустит подобное шоу? Самый популярный парень на курсе и его бывшая девушка, у которой мать убила... Я снова пошатнулась, будто бы последняя мысль вдруг обрела силу и толкнула меня. О таком думать нельзя. Вычеркнуть. Забыть. Стереть из памяти.

- Отведи меня куда-нибудь, - просипела я. – Пожалуйста. На нас смотрят.

Артем обернулся и отыскал взглядом девушек.

- Чего уставились, заняться нечем? – рявкнул он, и от его крика у меня едва ли не взорвалась голова. Только теперь я поняла, насколько мне было плохо. На нас обернулось еще несколько человек. Я снова покачнулась.

- Да она пьяная! – долетел до моих ушей чей-то громкий шепот, специально рассчитанный на то, чтобы фразу услышали все.

Артем подошел к третьекурсницам, на какой-то момент оставив меня совсем одну, без прикрытия и опоры. У меня закружилась голова, и я отчаянно вцепилась в стену. К шепоту прибавились сдавленные смешки.

- Ты отсюда пила? – спросил Артем, указав пальцем на стаканчик в руке у одной из третьекурсниц. Девушка отрицательно покачала головой, и парень бесцеремонно забрал у нее чай. – Купишь себе новый.

Артем подошел обратно ко мне и, бережно приобняв меня свободной рукой за плечи, повел прямо по коридору. Мы зашли в первую же попавшуюся аудиторию. Парень закрыл за нами дверь и аккуратно усадил меня за парту. Я тут же поджала под себя ноги и уткнулась лицом в колени, тщетно пытаясь справиться с дурнотой. Артем навис надо мной.

- Какого черта? Ты же едва стоишь на ногах, ты же...

- Те люди, - прошептала я, - Артем, пожалуйста, Марина и Алексей... Они...

- Ты точно сошла с ума. Кто это, Арина? Какого хрена это так для тебя важно?

Я резко вскинула голову, невзирая даже не раздирающую боль.

- Твой отец нашел их?

Наверно, Артема испугали мои глаза. Горящие огнем и одновременно пустые. Так или иначе, но последним жестом я наконец заставила его замолчать и ответить на мой самый главный вопрос.

- Да, - тихо проговорил Артем, словно бросая вызов и пристально глядя мне прямо в лицо. – Да, Арина. Мы оба понятия не имеем, кто это, но он их нашел.