Часть 138 Разум Фэнци

Лин Фейтонг задумчиво кивнул и сказал: "Значит, он так сильно ненавидит Его высочество?"

Ванли Юньци улыбнулся и сказал: "Он ненавидит Его Королевское высочество. Боюсь, есть и другие причины, но все дело в том, что ребенок живет в семье, так что не волнуйся."

Лин Фейтонг постучал себя по щеке и сказал: "Мне кажется, почему ты такой строгий, когда разговариваешь с ним?"Я посмотрел на лицо этого парня, и мне захотелось заплакать."Не говоря уже о том, что такой удушливый и жалкий Ванли Фэнци действительно выглядит гораздо приятнее для глаз, чем высокомерный и властный Молодой господин Ванли, особенно когда он предупреждает его, что он похож на кошку с зубами и когтями, но не смеет показывать свои ногти и смеет показывать только свою плоть. Кошки.Видно, что Ванли Фэнци действительно боится Ванли Юньци, но ему нравится подходить сюда поближе, что очень интересно.Ванли Юньци посмотрел вдаль и увидел, что Ванли Фэнци, который боролся изо всех сил, уже перебежал озеро.

"Если вы не строги с ним, как он может взять на себя инициативу в одиночку? Ванли Юньци похлопал себя по бедру, казалось, слегка вздохнув, но, казалось, ничего не произошло, и сказал: "Дерево не вырезано, Фэнци слишком дикий, и папа слишком хорошо защищает его, так что в меха прогресс никогда не учитывался". 

"Его механическая работа на самом деле довольно хороша. Лин Фейтонг искренне сказал: "Просто у нас слишком мало боевого опыта и недостаточно развиты навыки. Немного больше опыта может восполнить это"."

Ваньли Юньци покачал головой и сказал: "Почему все так просто? Среди стольких богов войны только Фэнци реже всего бывал на поле боя. В нашей семье, после того как со мной произошел несчастный случай, мы с отцом хотели передать нашего Меха короля Шуры Его величеству и позволить ему повторно выбрать наследника из числа потомков семьи Ванли, которые также были разрушены меха.Но позже мой отец обнаружил, что мой дух маниакален и у меня неразрывные отношения с некоторыми людьми из его семьи."Сказав это, Ванли Юньци, который всегда был очень спокойным, изобразил на своем лице легкую грусть.

"Поэтому, естественно, мой отец не может даже подумать о том, чтобы передать власть короля Шуры другим людям. По сравнению с теми, кто честолюбив, они все равно заслуживают большего доверия, чем их собственные дети."

Ванли Юньци не объяснил происхождение личности Ванли Фэнци, но он назвал его "своим собственным ребенком", что показывает, что у него нет предубеждений против отношения Ванли Фэнци.

Лин Фейтонг просто слушал: он не перебивал Ванли Юньци, но время от времени вставлял в ответ пару фраз.

"Когда ко мне привели Фэнци, он был совсем маленьким. Ванли Юньци поднял руку, сделал жест в воздухе и слегка улыбнулся: "Этот парень с детства был занозой в заднице. Он любит только есть, пить и веселиться. Он всегда был оппортунистом и притворялся жалким. Фэнци вообще не любит механику, но ради меня, ради будущего семьи Ванли и ожиданий его отца, ему пришлось нести такое тяжелое бремя. Иногда, когда я неохотно смотрел на него, я не мог перестать думать, что если бы я не стал калекой, жизнь Фэнци сегодня была бы намного проще и счастливее."

Лин Фейтонг не очень одобрил его слова. Поразмыслив, он сказал: "Ванли Фэнци, этот парень под тяжестью ветра стал похож на плейбоя в штанах. Если бы вы его не удержали, он бы до сих пор не знал, в какой галактике находится он мог бы пойти туда, где нет худа без добра."

Ванли Юньци позабавили слова Лин Фейтонга, и он, не переставая качать головой, сказал: "Фэнци довольно послушен. То, что он делал, вероятно, было до мятежного периода, и я боюсь, что враждебность к Его высочеству также из-за меня"."

- Из-за тебя?- Задал риторический вопрос Лин Фейтонг.

«Возможно, это потому, что у нас с Мо Цзяхуа такие хорошие отношения, что заставляет Фэнци чувствовать себя немного обиженным, или, может быть, это потому, что мы с Мо Цзяхуа раньше были сильными соперниками и близкими друзьями, но теперь у Мо Цзяхуа все идет гладко, и в его жизни, кажется, никогда не было неудач, но я...»

На середине слов Ванли Юнь засмеялся и сказал: «Возможно, у него есть и то, и другое, но когда он подрастет, ему станет намного лучше».

Лин Фейтонг задумался об этом и почувствовал, что слова Ванли Юньци имеют смысл.Вероятно, из-за своей дружбы с Ванли Юньци Мо Цзяхуа не удосужился спорить с Ванли Фэнци. В противном случае, если бы Ванли Фэнци просто флиртовал со своим маленьким любовником и распространял слухи о том, что он этого не делал, Мо Цзяхуа пришлось бы его исправить.

После того, как Мо Цзяхуа ответил на звонок, он вернулся на берег озера.

«Почему я не видел твоего младшего брата?» Мо Цзяхуа, очевидно, не видел Ванли Фэнци.

«Я призвал его тренироваться ради физической подготовки. Тридцать тысяч метров откроют вам путь», — сказал Ванли Юнци.

Мо Цзяхуа кивнул и сказал: «Он все еще слушает только тебя».

Ванли Юньци улыбнулся и сказал: "Это точно. В семье, если у него даже не будет никого, кого он мог бы бояться, он будет нарушать законы". Лин Фейтонг с любопытством спросил: "Ванли Фэнци приходит сюда каждый день?""

Мо Цзяхуа взглянул на Ванли Юньци и сказал: "Иначе, как ты думаешь, почему этот король называет его преследователем?"Если он пойдет отчитываться в военное ведомство, он может отчитываться так же, как вы, в любую погоду, и ему это никогда не надоест. Я боюсь, что ветераны армии короля Шуры будут растроганы до слез."

Лин Фейтонг задумчиво произнес: "В этом смысле Ванли Фэнци тоже хороший брат."

- Это не обязательно хороший брат. Король знает, что он часто доставляет неприятности своему брату."Мо Цзяхуа, очевидно, был немного недоволен Ванли Фэнци, а Ванли Юньци сказал: "Ни за что на свете, кто оставит его резвым ребенком в нашей семье и кто не будет его баловать?""

После недолгой беседы подошел слуга и спросил, что бы он хотел съесть на полдник.

 Ванли Юнь немного подумал и сказал: "Просто съедим рыбу, которую поймали сегодня утром. В качестве основного блюда ее определенно хватит на четырех человек."

Мо Цзяхуа сказал: "Этот король действует по своей воле."

Линг Фейтонг сказал: "Я не привередлив в еде, я могу делать все, что угодно."

Ванли Юньци сказал Лин Фэйтонгу: "Ты, должно быть, здесь впервые. Если тебе станет скучно, можешь выйти погулять. На обочине дороги перед моим домом до сих пор растет какая-то трава. Она очень ароматная, когда ее варят в каше. Ты также можешь нарвать немного обратно."

Лин Фейтонг сказал с интересом: "Тогда я должен взглянуть и забрать кое-что обратно."

Мо Цзяхуа кивнул и сказал: "Не убегай далеко, здесь легко заблудиться."

Лин Фейтонг сказал: "Не волнуйся."

После того, как Лин Фейтонг ушел, Ванли Юньци приподнял уголки губ и сказал: "Возлюбленный, которого ты ищешь, на самом деле мужчина с подмигиванием."

Ванли Юньци абсолютно не верит в то, что Лин Фэйтонг заинтересован в этой ванили, но поскольку он слышит, что Ванли Юньци хочет сказать что-то личное Мо Цзяхуа, он также очень хорош в том, чтобы оставить свободное место для них двоих, видно, что Лин Фэйтонг - ясный человек..

Если бы его заменил ветер протяженностью в тысячи миль, до тех пор, пока он не научился управлять людьми, этот парень никогда бы не отошел ни на полшага.

Мо Цзяхуа взглянул на отстраненную спину Лин Фэйтонга и мягко сказал: "Король предпочел бы, чтобы он был глупым и милым, и его ум был светлее, чтобы ему было легче жить."

Ванли Юньци вздрогнул, коснулся гусиной кожи на своей руке и сказал с отвращением: "Гусиная кожа Лао-цзы будет тебе отвратительна. Открывать рот - это слова любви, стимулирующие такого одинокого человека, как я. Тебе это интересно?"

Мо Цзяхуа повернул голову, посмотрел на Ванли Юньци и сказал: "Если тебе нужен кто-то, кто знает, что холодно, а что горячо, ты можешь сделать это в любое время, просто это зависит от того, хочешь ты этого или нет."

Ванли Юньци махнул рукой и сказал: "Если я буду таким, я не причиню вреда другим. Кроме того, я не знаю, кого я знаю. Кто знает, зачем этот маленький любовник, который пришел ко мне"."

"Есть тот, кто приходит только за кем-то вроде тебя. Мо Цзяхуа задумчиво указал пальцем и беспечно сказал: "Жаль, что ты этого не хочешь"."

Ванли Юньци на мгновение растерялся, безмолвно посмотрел на Мо Цзяхуа и сказал: "То, что ты сказал, я не знаю, что ты думал, что сделал со мной. Сначала я предупреждаю тебя, но меня совсем не интересует твой типаж. Никакого интереса."

" Не будь самовлюбленным, ладно? Мо Цзяхуа тоже лишился дара речи, а затем сказал: "Кто тот, кто влюблен в тебя, ты хочешь, чтобы король сам назвал его имя?""

Ванли Юньци: "....."

Ванли Юнь сложил руки и сказал: "Я боюсь тебя. Не говори этого снова. Если ты скажешь мне это еще несколько раз, ты запудришь мне мозги. У этого парня нет такого представления обо мне. Кроме того, даже если у тебя действительно есть такое представление, ты думаешь, я мог бы дать ему надежду?"

Мо Цзяхуа сказал: "Почему этого не может быть? Хотя король не уважает этого ребенка, по крайней мере, он искренен с вами, и вы знаете его корни и изнанку. Даже если он немного прибавит в будущем, он не сможет превзойти пальму первенства семьи Ванли. Разве для него не хорошо оставаться рядом с вами?"

Ванли Юньци подозрительно посмотрел на него, как будто впервые встретил Мо Цзяхуа, и сказал: "Это неправильно. С тобой что-то не так?" Это не должно быть чем-то, что ты можешь сказать."

Хотя Мо Цзяхуа и намекал на подобные вещи в прошлом, он всегда просто произносил слово и проходил мимо, но сегодня Мо Цзяхуа ясно дал понять и неоднократно повторял, что даже не хочет переходить от одной темы к другой.

Это действительно озадачило Ванли Юньци.

Мо Цзяхуа беспечно сказал: "Отныне этот король не сможет приезжать, меньше чем на два-три года или более семь-восемь лет."

Ванли Юньци опешил, выражение его лица стало серьезным, и его спина, которая изначально опиралась на спинку стула, тоже выпрямилась.

"Что случилось?"

"Его величество попросили меня отправиться в Одиннадцатый округ, чтобы расширить территорию и охранять юго-восток.- Сказал Мо Цзяхуа.

"Дистрикт-11? Ванли Юньци был застигнут врасплох и сказал: "Такое место уже является диким и опасным местом, покинутым империей. Как Его Величество могло позволить вам отправиться туда?""

Мо Цзяхуа пояснил: "Это просто эквивалентный обмен. Поскольку король хочет, чтобы Тонгтонг стал принцессой, и он хочет, чтобы двое детей короля были знаменитыми и добропорядочными, он, естественно, должен идти на жертвы."

Ванли Юньци перевел дыхание и через некоторое время медленно покачал головой.

Он никогда не думал, что выбор Мо Цзяхуа был равноценным обменом, но стоило оно того или нет, это было не то, что он сказал.

"Что, черт возьми, происходит с твоими двумя детьми?- Нахмурившись, спросил Ванли Юнь.

У него уже есть некоторое приблизительное представление о терминале, но конкретную ситуацию еще предстоит обсудить с глазу на глаз.

Мо Цзяхуа сказал: "Это долгая история."

Ванли Юньци сказал: "Тогда перейди к делу и скажи, что твой возлюбленный не должен возвращаться какое-то время."

Мо Цзяхуа кивнул и в нескольких словах изложил суть дела Лин Фейтонга.

Говоря о конце, выражение лица Ванли Юньци было довольно выразительным.