Часть 2 Убирайся

«Мо Цзяхуа? Как я мог оказаться у тебя?» — Лин Фэйтонг был настолько шокирован, что совсем забыл о том, что только что принял факт своего перерождения в чужом теле.

Мо Цзяхуа с холодным лицом медленно протянул руку, словно произведение искусства, и провёл пальцем по шее Лина, оставив на чисто белой перчатке красный след крови.

«Кто дал тебе наглость прямо называть меня по имени?» — Мо Цзяхуа взглянул на пятно крови, снял испачканную перчатку и бросил её на ковёр.

Его тёмные, глубокие глаза без капли эмоций смотрели на юношу в растрёпанном халате, который сидел неподвижно на чёрной большой кровати. Его алые губы слегка приоткрылись:

«Убирайся прочь.»

Лин Фэйтонг раскрыл рот, но внезапно понял одну вещь — это тело принадлежит любовнику Мо Цзяхуа.

И при этом он — любовник без какого-либо статуса.

Любовник у Мо Цзяхуа? Как такое может быть? Тогда зачем вся эта показная сдержанность и целомудрие? Может, он всё это время неправильно понимал Мо Цзяхуа?

Даже смерть не заставила Лина паниковать, но узнав эту новость, словно удар молнии, он почувствовал растерянность.

Он крепко сжал край одеяла, так сильно, что костяшки побелели — казалось, от страха он слегка дрожал.

«Понял,» — сдерживая бурю эмоций, произнёс Лин Фэйтонг, осознавая, что сейчас нельзя показывать слабину.

Прежде чем разум полностью сбежал, Лин Фэйтонг сполз с большой кровати, босиком вышел из этой роскошно декорированной комнаты и, выйдя, аккуратно закрыл дверь за собой.

Стоя у перил, украшенных изысканными кружевами, Лин Фэйтонг смотрел вниз на безмолвно движущихся слуг и ощутил полный временной разрыв.

Кто я?

Где я?

Что, чёрт возьми, мне делать?

Лин Фэйтонг замер на месте, долго не мог прийти в себя — для воина, который просыпается от малейшего дуновения ветра или шороха травы ночью, это было редкостью.

Вскоре появился мужчина средних лет в костюме дворецкого, за ним поспешно следовали трое врачей в белых халатах с аптечками — явно для осмотра кого-то.

Увидев Лин Фэйтонга, дворецкий Гарвин заколебался между тем, чтобы сразу войти или сначала спросить.

Гарвин подошёл к Лин Фэйтонгу и спросил:

— Что произошло?

Лин Фэйтонг вспомнил этого дворецкого — он был одним из старых дворецких в Империи Западного Рассвета, служил Мо Цзяхуа более десяти лет и стал его доверенным вассалом, завоевав полное доверие Мо Цзяхуа.

Лин Фэйтонг пришёл в себя, откинул чёрные спутанные волосы назад, открывая лицо с лёгким оттенком румянца, и сказал:

— Я рассердил Его Высочество и даже напал на него.

На обычно невозмутимом лице дворецкого Гарвина мелькнуло удивление — это было весьма необычно.

— Его Высочество пострадал? — не спрашивая о причинах нападения, спокойно поинтересовался Гарвин.

— Возможно... небольшая рана, — задумчиво ответил Лин Фэйтонг. — Просто маленький порез.

Гарвин почувствовал неладное: при такой мелкой травме Мо Цзяхуа вряд ли стал бы поднимать такой переполох.

Внезапно его лицо побледнело, словно он вспомнил что-то важное. Он повернулся и постучал в дверь.

Слыша голос «Входите», Гарвин открыл дверь спальни и, ведя за собой трёх врачей, прошёл через узкий проход.

Затем дверь спальни закрылась.

Лин Фэйтонг не мог увидеть, что происходит внутри, и не собирался задерживаться здесь. Он крепко обернул себя довольно откровенной пижамой и, с привычным выражением лица, спустился вниз.

Увидев проходящую мимо служанку, он схватил её за руку и спросил:

— Эй, красавица, где моя комната?

Служанка глянула на его тело и тотчас покраснела. Назвав номер комнаты, она убежала, сжимая серебряную кружку.

Достигнув поворота, она услышала, как её подруга с вечерним чайным подносом фыркнула с отвращением:

— Одет как привидение, ночью пытается кого-то завлечь. Среди всех любовников Его Высочества только он самый бесстыжий.

Служанка с серебряной кружкой быстро шикнула на неё:

— О делах Его Высочества ты осмеливаешься болтать? Будь осторожна, чтобы кто-то не подслушал и не сдал, иначе тебе отрежут язык.