Глава 1

-... Вы всё поняли? - спросил Безликий двух парней, стоящих перед ним.- Да, - в пол голоса отозвались те, не сводя с него глаз.

***

- Мия, золотце, иди сюда! - донёсся до меня голос бабушки, напоминающий больше скрип калитки. Отложив книгу, я с готовностью встала из кресла. - Что такое? Чем помочь? Ба стояла у плиты, неспешно помешивая что-то в старой кастрюле. Не оборачиваясь, она ворчливо бросила:- Родная, мне нужно что бы ты съездила в магазин, приправа совсем закончилась.- Но мой ве...- Мия! Мия, я по человечески попросила! Почему так сложно хотя бы иногда не пререкаться! - мгновенно вспыхнула она, громко стукнув ложкой по кастрюле. - Я не пререкаюсь, но...- Просто купи приправу! Я многого прошу? Это так сложно? Ты дрянь, самая настоящая, - продолжала она, не давая мне вставить и слова.- Хорошо. Хорошо, я схожу сама, у меня ведь нет других дел, мне же не сложно... - наконец чуть сбавив тон, продолжила она, отворачиваясь обратно к плите.Если попытаться до неё достучаться, она просто расплачется, возможно, треснет меня чем-то тяжёлым. В любом случае, это всё равно бесполезно, едва ли её смутит новость о том, что мой велосипед пал под завалами старого сарая, который, к слову, завалился во многом по её вине.- Прости, я больше не буду. И сейчас схожу в магазин, - сказала я настолько спокойно, насколько могла в этот момент.- О! Какое великодушие! Но не нужно мне твоих одолжений. Бросаешь мне это как палку собаке! Я сама схожу, уже не надо. - Да я уже поняла, - вздохнула я, снимая со старой вешалки ветровку. В кармане звякнула пара монет, может, на приправу и хватит. С усилием толкнув тяжелезную деревянную дверь, я выскочила во двор, на ходу натягивая потасканные кросовки.Вообще ба не плохой человек, просто характер у неё сложный. Она всегда честна, справедлива, на сколько это возможно, разве что немного вспыльчива и скорее будет держать всё в себе до последнего, чем откроет кому то душу.

Сейчас и к гадалке ходить не нужно, и так ясно, почему она такая. Вчера вечером звонила мать, просила денег. На восстановление паспорта, что-ли... Во всяком случае, мне так показалось из бабушкиных реплик. В последний раз они созванивались, наверно, месяца три назад, в марте. Тогда мать в пьяном угаре винила меня в том, что я испортила ей жизнь, а ба дня два плакала, причитая, что воспитала чудовище.Но на самом деле, её методы воспитания - отдельная и совсем не простая тема, нельзя полностью понять их, не пройдя через всё то, через что прошла ба. Поэтому я стараюсь не злиться на неё.

До магазина идти ещё добрых пол часа, через три улицы, а там кто нибудь знакомый встретится и... Да и не хочу я целый час потратить на какую то приправу, делать мне что ли больше нечего. Срезать через лес дело, на самом деле, не самое безопасное. Там и ущелье, и речка, и болото и всё, что только душе угодно. Но так в разы быстрее, и не в глушь же я пойду, а просто срежу через край...

У края лес был смешанный, так что в волосах застревали и ветки, и шишки. Дорожка ловко петляла между затянутыми тиной болотцами и непроходимыми зарослями колючек. Каждый раз, когда мне приходилось вступать на древнюю, вытоптанную задолго до моего рождения, тропинку, мне вспоминался рассказ Джека Лондона про мужчину, который пробирался через таёжную чащу, питаясь болотными ягодами и обматывая ступни грязными тряпками, вместо обуви. В детстве, когда мама привозила меня сюда лишь на каникулы, мне нравилось вилять между крайних деревьев и представлять себя тем самым отважным путешественником, который всеми силами пытается выжить. Бабушка, наверное, знала этот рассказ наизусть, так часто я просила её прочитать его мне.Сейчас же, когда моя нога в очередной раз провалилась в холодную, затянутую тиной лужу, ни о каких геройствах не шло и речи. Хотелось поскорее выйти на нормальную дорогу.Где-то над головой ухал филин, промозглый ветер тихо шуршал в еловых ветках. Чем дальше в глубь, тем яснее было понятно - это тайга.

Маленькие наручные часы с Микки Маусом показывали, что уже полдень.Скоро впереди, аккурат за поваленой сосной, показалось местное кладбище. Десять минут спустя я стояла у магазинного прилавка, любовно поглаживая горсть конфет во внутреннем кармане.