1х04. Мой ответ - нет

Как только Вест-энд покинул последний на вечер луч солнца, Дин резко подскочил, открыл штору и начал искрить на ровном месте.

"Ну наконец-то, боже! И так каждый день. Как же мне это надоело. Я вроде живу днём, а вроде и не живу. Кайла! Что ты со мной сделала? Зачем? Может я хочу хоть разок сгореть на солнце?! Увидеть его? Нет, по итогу единственное, что меня не сжигает, это чёртова луна!"

"Ты чего разорался?!" — крикнула в ответ с первого этажа Кайла, которая непосредственно собиралась на работу. — "На кой чёрт тебе понадобилось солнце? Я тебе дала шанс жить дальше, ты потерял смысл жизни или как? В общем, дорогой братец, прекрати орать и приди в себя. Сейчас же. Я ушла."

Дверь в прихожей захлопнулась сразу же после этих слов.

"Дин, ты чего..." — ходила кругами за ним Дана.

"Ай, да пошло всё вообще."

Дин, приняв вид обиженного подростка, ушел в другую комнату. Дана не знала даже, что и придумать. Спустя 20 минут, вернувшись, он подскочил как ужаленный и схватил её за руку.

"В смысле я потерял смысл жизни, если я его нашёл? Ты. Это ты. А это мы. Мы идём. Туда, куда я пообещал."

- - - - -

Местоположение Короны, бара-клуба, в котором часто зависали и Дин, и Кайла, было не самым лучшим. Начнём с того, что само место находилось в подвале под 14-этажным домом на противоположной стороне парка, в самой западной части Вест-энда. Внешне было даже сложно назвать сам бар увеселительным заведением, но стоило только спуститься вниз...

Жизнь внутри била ключом. Полная посадка, занят почти весь бар, музыка, смех, громкие разговоры, танцы и много-много алкоголя. Увидев Дина, темноволосая девушка-бармен с весьма хитрым взглядом, оставила дело и вышла к нему навстречу, крепко его обняв при этом.

"Ну как же без главного козыря сегодня", — она сказала ему прямо на ухо, — "Чувствую, будет жарко. А это кто такая? Ты опять принялся за своё?" — перевела она свой взгляд на Дану.

"Главный козырь с сегодняшнего дня снимается с этой должности, а эта девушка — моя", — Дин довольно сухо ответил ей.

"Да ты нас всех тут так называешь, все мы здесь твои", — она рассмеялась.

Дана стояла в недоумении. Что значит «всех тут так называет»? Что значит «опять за своё»?

"Марта, по-моему, прошлый раз я очень плохо стёр тебе память", — он аж смутился и покраснел, сказав это.

"Ты хочешь сейчас мне сказать, что ты теперь занят? Ты серьёзно?"

"Да, Марта, поэтому сейчас ты убираешь руку с моего плеча и идёшь делать свою работу дальше. Немедленно. Не сканируй меня взглядом."

Дин увернулся от её руки и сразу же повернулся к Дане. Но её рядом не было.

Стоп. Где она?

Глаза Дина забегали по всему бару. Даны действительно абсолютно нигде не было.

"Чёрт... Как я упустил этот момент вообще?" — он нервно стукнул себя по лицу. Мыслей её он не слышал, чувствовал только запах, но размыто.

Дин покрутился ещё раз и резко подбежал к бару.

"Марта, слушай сюда."

"Да?" — подошла она к нему.

"Девушку эту запомнила? Так вот. Ещё раз в её присутствии ты хоть когда-нибудь что-либо подобное скажешь, я убью тебя прямо при всех прямо на твоём рабочем месте и ни грамма не пожалею. Понятно? Даже увольняться не придётся."

Вдобавок он схватил один из бокалов, выпил находившийся в нем виски и напоследок раздавил его в руке, дав осколкам разлететься вокруг, и ушёл, громко хлопнув дверью.

- - - - -

Залитые лунным светом мрачные тропинки парка Вест-энда начинали раздражать Дина. Он то и дело шёл то в одну сторону, то в другую, жадно вдыхая воздух, надеясь учуять запах или мысли Даны, но она как будто испарилась за эти мгновения. Логично: в этот момент Дана в слезах ехала в такси домой. Через стенки машины поодаль он не мог слышать или чуять её.

Приехав домой, Дана закрыла дверь на оба замка, бросила куртку на стул, выключила телефон, села на кровать и заплакала.

"А я так поверила словам", — тихо говорила она сама себе. — "На что я надеялась? Что я действительно чем-то зацепила его? Обычная серая мышь, неприметная, я скорее всего просто особая часть его игры, а я повелась, все у него — свои... Все — его... Чёрт."

Дин, побродив около часа с лишним, сел на скамейку в одном из самых темных углов парка и нервно выдохнул.

"Как можно было таким моментом, просто разом, уничтожить всё..." — раздосадованно сказал он сам себе. — "Вот тебе и стал нормальным. Прежде всего лучше бы свой мир исправил, а потом знакомился с ней. Для неё это всё — дикость. Теперь видимо она поставит крест на мне, будет желать мне худшего, и я стану мразью в её глазах."

Ближе к трём часам ночи Дин неспешно вернулся в Корону и спустился вниз. Увидев его снова, Марта уже не бежала к нему навстречу: её держал страх. Дин сел за бар и начал с ней беседу.

"Давай мне бокал чистого виски. Льда. И ни слова больше."

Ещё некоторое время он молча сидел, пил и смотрел будто в никуда, ломая голову над произошедшим. Затем он показал Марте жестом, чтобы наливала второй бокал такой же.

"Ты так и не нашёл её?" — всё-таки осмелилась спросить Марта, передавая ему бокал.

"Нет", — холодно выпалил он.

"Понятно. Ну, что поделать, бывает. Ну кто ей виноват, что она не выдержала твоей атмосферы? Ведь весь твой мир построен на играх. Остынь, найдётся другая, которая окажется сильнее. Тебя, кстати, Мэри-Луиза искала. Снова."

"Мне не нужна другая, а уж тем более чокнутая Мэри-Лу, во-первых, а во-вторых, кто тебе виноват, что ты за свои 20 лет так и не научилась держать свой язык за зубами?" — Дин напрягся, оскалившись от злости.

"Я сказала как есть. Зачем так хвататься за неё, скажи? Даже я в твоём списке была очередная. Правда плохо помню, почему..."

"Потому что я память насчёт этого тебе стёр. Короче говоря, внушил забыть. Меньше знаешь, крепче спишь."

"Мерзость. Так что в ней такого?"

"Боже, Марта. Какая же ты недалёкая. Я её люблю. Что-то ещё нужно сказать?"

"Ты серьезно сейчас? Ты же просто хочешь её в твоих этих двух смыслах. Совратить, ну и потом запить."

"Ты о себе не говори", — Дин выпил залпом виски и посмотрел ей прямо в глаза. — "Вот это насчёт тебя я так думал и думаю, понятно. Ты мне даже не нравишься. Вот тебя я просто совратил и тобой же запил. То, что я тебя целую неделю называл моей, значит просто ничего. Ноль. Пустое место. А вот она значит для меня всё. Запомни это как ясный день. Сидеть с тобой тут мне становится просто неинтересным. Забери бокал и забери 5 долларов за разбитый. С остальным потом разберёмся. Все, пока."

Дин кинул купюру на бар и ушёл, снова хлопнув дверью. Марта лишь молча провела его взглядом.

- - - - -

На часах было уже без малого 7 утра. Абонент — недоступен. Сообщения — не доставлены. Дин не знал, куда деться. Он опять пошёл бродить по парку в надежде наткнуться на её запах, хотя бы на какой-то намёк. Нет, ничего. Он остановился посреди дороги и резко закричал: «Данаааа!!!»

Уже уснувшая к этому времени Дана проснулась от крика за окном. Из-за закрытого окна особо не было понятно, что кричалось и кем. Она открыла дверь балкона, прислушавшись...... и в эту же секунду её запах дошёл до Дина. Он прищурился: она дома. Оставив дверь открытой, чтобы свежий воздух наполнил квартиру, она продолжила спать.

"Нужно идти. Иди, ну, чего ты стоишь, давай", — грубо сказал он сам себе и пошёл в сторону дома Даны.

Ничего не придумав лучше и имея достаточно сил, Дин полез на 4 этаж через балконы и ему повезло: окно балкона Даны тоже было открыто. Он тихо залез внутрь и присел на стоящее там лохматое уютное кресло. Прищурившись, увидел спящую на диване Дану. Его появления она не слышала. Дин задумался, засмотревшись на заходящую луну.

Тем временем за окном уже было минимально светло, и появление света начинало доставлять Дину легкий, но дискомфорт. Начинала побаливать кожа и глаза. Но он всё равно сидел, не сводя глаз с Даны. В какой-то момент он резко вздохнул, терпя боль. В эту секунду Дана переворачивалась на другой бок и... услышала вздох с балкона. Решив посмотреть, что там, она запрыгнула в тапочки, вышла на балкон и увидела... Дина. Не такого бледного, как обычно. Он быстро поднял глаза на неё: чёрные зрачки на фоне проступившей от появления света красноты выглядели очень жутко. Дин слабел от света, но абсолютно ничего не делал с этим, некоторое время они просто смотрели друг на друга молча, а потом он потянул руки к Дане, параллельно вставая с кресла. Все больше светлело, все больше покидали его силы. Встать он встал. И тут в окно постучался первый далёкий луч солнца, разрезающий ещё не до конца опавшие листья деревьев. Дин обернулся, вздохнул...

"Дана, я..."

Его глаза покраснели полностью, и кожа лица начала также краснеть. В этот самый момент, чувствуя жар, он взглянул на солнце несколько секунд, зажмурился от боли и сквозь зубы выцедил:

"Как же давно я не видел солнце. Оно такое же прекрасное, как и ты..."

И упал ей прямо в руки.

Дана успела поймать его. Понимая, что ещё пара минут — и ему конец, она обхватила его и затащила в комнату на диван, быстро опустив шторы-жалюзи до пола, благо они были темными. Дин все ещё не приходил в себя.

"Боже, какой идиот, это как можно было додуматься встречать рассвет, когда солнце — угроза номер один для собственной жизни", — она легонько била его по щекам, трясясь от страха.

Постепенно его кожа на лице начинала бледнеть, краснота спадала. Через несколько минут он открыл глаза, все ещё раздражённые от света.

"И что я сделал..." — вяло спросил он.

"Дурак ты, вот что", — ответила Дана, — "Ты что делать-то собирался при восходе солнца?"

"Я был готов сгореть от боли, лишь бы тебя увидеть. Прости меня, пожалуйста."

"Господи, за что мне такой идиот достался... Но не думай, что все хорошо. С тобой — это самое главное — да. С нами — нет."

"Ты не хочешь меня видеть? Дана..."

Дин вцепился в диван и резко встал.

"Обалдеть, я у тебя дома. И не ночью. Это что-то новое. Обидно очень, что мы не можем быть днём где-то. Ужасно обидно."

Дана проигнорировала его слова.

"Я всего лишь часть твоей игры, да, Дин? И твоя задача зачаровать меня так, чтобы потом... чтобы..."

Дин приложил палец к её губам.

"Тише ты! Я даже и не знаю, как ты вообще скатываешься к таким мыслям, как я могу играть с человеком, которого полюбил?"

"Тогда почему она сказала, что все — твои?"

"Потому что я внушил ей это. Она при виде меня, особенно, когда я смотрю ей прямо в глаза, начинает соображать не своими мыслями. Марта была лишь частью моей игры. Я люблю выпить, но платить... зачем? Мне не хотелось в тот вечер того делать, когда я с ней познакомился. Я просто начал её зачаровывать, потом совратил и напился ей так, что мне хватило эффекта на пару дней, а чтобы она забыла это, я стёр ей память внушением. Марта знает, что я могу её убить в любой момент, когда захочу. Поэтому она крутится вот так, как ты видела. Дана... Тебе я за это время ничего не внушал. Не хочу и не буду. Я когда тебя увидел, чуть с ума не сошёл, мне почему-то впервые за многие годы захотелось снова стать человеком, но я уже не смогу. Поэтому..."

Дана все так же пристально на него смотрела.

"И поверь, если бы мне ради этого надо было сгореть на солнце... боже, оно такое красивое — я бы сгорел. Ради тебя. Да."

Она молчала.

"Ответь мне что-нибудь?"

Посидев ещё пару секунд, Дана встала и пошла в кухню.

"Дана!" — Дин возмутился. — "Там солнце прямо в окно светит, ты специально? Я не могу туда подойти! Если всё кончено — так и скажи, я всё пойму, поверь, но не терроризируй меня так!"

Спрятавшись за стеной, она тихо заплакала. Дана не знала, что ей делать, ведь она начинала понимать, что всё действительно становится взаимным, но не могла и ума приложить, что с этим делать. Быть с садистом, который играет с людьми, как с вещами? Но не трогает её. Сдувает пылинки. Бережёт. Что делать?

"Дана?! Я слышу, что ты плачешь, чёрт, что за пытка, я не могу такое выносить совсем!"

Дин начинал дико психовать. Этот момент становился для него максимально трудным — и он прочёл её мысли до единой. Забив на очередное препятствие, Дин резко подорвался, накинул на голову капюшон и мгновенно переместился в кухню. Лучи солнца коснулись его глаз и щёк, снова обжигая их, но он даже и не обратил внимания на это, схватил Дану на руки и вернулся с ней на диван, крепко её обняв.

"Ты сама садистка какая-то?! Чёрт, Дана, что за издевательство надо мной!" — громко и строго выпалил Дин. — "Так... Тише, всё, не надо плакать, я же с тобой, ты со мной, остальное просто не важно, всё хорошо. Ради бога, прости меня за всё, пожалуйста."

Дана ни слова не отвечала. Она обдумывала буквально каждое его слово. Дин уткнулся ей носом в шею и тут... дернулся. Она это почувствовала.

"Дин, ты... чего?"

Он оглянулся.

"Я слышу, как бьётся твоё сердце... ощущаю пульс, он учащается, ты... Тебе страшно?"

"Ты меня пугаешь..."

"Я не могу больше сдерживать это", — он провёл пальцами по её шее.

"Я знаю, что тебе тяжело держаться."

Дана услышала тихий щелчок. По-моему, теперь это точно всё. На этот раз - окончательно.

"Я обещаю не причинять боль, просто... Просто мне невыносимо хочется чуть-чуть попробовать."

Она почувствовала остроту прикоснувшихся к ней зубов. Стало жутко. Один момент — и режущая, странная боль сковала всё тело. Жадно сделав пару глотков, он запрокинул голову вверх и сказал:

"Это нечто..."

И вцепился обратно.

Дану это расслабило настолько, что боль уже не казалась такой жуткой. Силы начали слегка покидать её. Дин почувствовал это и на удивление для себя перестал. На шее зияли две дыры. Прокусив себе палец, он дал несколько капель своей темной-темной крови ей.

"Не бойся пить. С тобой ничего плохого не будет. Я вроде как знаю, что они должны затянуться и исчезнуть, а тебе нельзя в ближайшие сутки умирать, чтобы не стать такой же... Или пару капель — херня... Кайла объясняла все эти тонкости, но я, походу, нечетко слушал, как всегда. Ты как?"

"Всё нормально, а ты как?" — еле слышно ответила Дана. — "Какие у тебя жуткие, острые клыки."

Дин незамедлительно их спрятал, чтобы не пугать.

"Да я рад хотя бы тому, что их можно спрятать. Знаешь, я как будто заново родился, ты не поверишь, но мне тепло изнутри."

Дин встал, подошёл к зеркалу, чтобы взять парочку салфеток для Даны, и тут на него со стороны кухни через окно попало солнце. И тут оба оказались в шоке: ничего не происходило!

"Я не понял... В смысле? Я не горю?!"

"Не горишь, ага... Это как?"

Дин сделал пару шагов в сторону окна: всё так же ничего не происходило.

"Дана, ты тоже это видишь? Я стою смотрю на день! И без проблем вижу его?!"

"И это произошло после того, как ты попробовал меня..."

"Может это реально что-то в тебе такое, что не зря я слышу твой запах иначе, чем всех остальных?"

"Я не имею ни малейшего понятия, что со мной."

Дин зажмурился и отважно зашёл на кухню. Солнце светило ему прямо в лицо, не причиняя абсолютно никакой боли.

"Дана, иди сюда!"

Она подскочила к нему. Ему абсолютно не верилось в происходящее.

"Что это такое?" — резко на полном серьёзе спросил Дин. — "Так, так, пока это возможно, нам нужно пойти ко мне. Я хочу объяснить это Кайле. Она старше меня и обязательно должна знать ответ. Пойдём. Черт, блин. Что за дела?! Офигеть!"

- - - - -

Выйдя на улицу, Дин все так же оглядывался и не мог понять, что такое.

"Поверить в это всё не могу. Я иду. При свете дня. Сам. И не умираю даже. Дин Лоуренс обрёл иммунитет к солнцу. Что за день сегодня такой?"

"Ты не распространяйся об этом так громко, иначе тебя быстро разоблачат", — сказала ему Дана.

Дин крепко взял её за руку, светясь от радости.

"Никто даже и не догадается", — улыбнулся он.

Когда оба спустя почти час подходили к дому Дина и Кайлы, за спиной раздался довольно знакомый голос.

"Я сейчас ничего не поняла. Ты? Днём?"

Это была Мэри-Луиза. Очень злая и в полном недоумении от увиденного.

"И ты всё так же ходишь с ней? А я же тебя предупреждала, Дана, я же тебе говорила, что будет, если будешь лезть к тому, что тебе не принадлежит", — Мэри-Луиза подошла очень близко к ней и достала из кармана нож. — "Дин, как ты, чёрт побери, ходишь днём... Как?! А тебе, Дана, походу пора запомнить мои слова чуточку иначе."

Дин в эту же секунду, понимая, что сейчас случится страшное, мгновенно налетел на Мэри-Луизу и сломал ей шею в ноль.

"К ночи очнётся", — выдохнул он, — "Эта тварь всё ещё выслеживает меня, поэтому нас так быстро нашла. Блин. Дана..."

"Ты чего?"

"Мне начинает становиться больно, пойдём в дом побыстрее."

"Тебя снова начинает жечь солнце?"

"Да", — Дин посмотрел на неё уже красными глазами. — "Пойдём, а."

Дин спешно открыл ключом дверь и сразу понял, что в доме есть не только Кайла. Впустив Дану, он зашёл сразу за ней и бегом закрыл дверь. Жар отпустил его.

"Кайла? Эй! Это мы. Ты же дома, выходи скорее к нам, у меня есть, что тебе рассказать!"

"Что ты уже натворил, и вообще... Ты как днём пришёл-то?" — Кайла выглянула из-за двери зала, спешно надевая халат.

"Кто там днём ходит?" — за ней оба услышали мужской голос. Из-за спины Кайлы выглянуло лицо, повергшее в шок и Дану, и Дина.

На них смотрел Хэл.