Глава 147

Во время ужина Цзян Ло позвали в столовую.

Он пришел последним. За исключением Фаталиста, все остальные уже прибыли, и они ели горячую похлебку за столом.

Все места были заняты, только рядом с Фэн Ли было свободное место. Цзян Ло подошел и сел рядом. Как только он взял свои палочки для еды, Цзи Яо принес вино: "Давайте выпьем вместе?"

Зимой так здорово выпить немного вина и съесть горячую похлебку. Цзян Ло поднял чашу и выразил свои слова действиями.

Цзи Яо налил ему полную чашу и одарил понимающим взглядом.

Цзян Ло поднял руку, чаша с вином вот-вот должна была достичь его губ, когда Фэн Ли, сидевший слева от него, холодно сказал: "Поставь ее".

Улыбка на губах черноволосого молодого человека застыла.

Фэн Ли взял чашу у него из рук и недовольно посмотрел на Цзи Яо: "Не наливай ему больше вина".

Цзи Яо сказал с улыбкой: "Вроде он уже достаточно взрослый, чтобы пить?"

"Вчера он был болен", - Фэн Ли взял стоящую перед ним чашу с вином, сделал глоток и без колебаний принял решение за Цзян Ло: "Я запрещаю ему спиртные напитки на месяц".

Цзи Яо с сочувствием посмотрел на Цзян Ло и неохотно убрал бутылку.

Лянь Цян и Лянь Бин, которые сидели друг напротив друга, хмуро посмотрели на Цзян Ло. Выслушав то, что сказал Небесный Мастер, они не могли не переглянуться с сочувствием.

Небесный учитель слишком строг, не так ли? К счастью, их учитель не такой.

Вместо этого Цзян Ло улыбнулся, не обращая на это внимания: "Я послушаю учителя".

Двери и окна в доме были плотно закрыты, все потели от горячей еды, а стеклянные окна запотели.

Небо за окном становилось все темнее и темнее, а за обеденным столом было оживленно и шумно. Даосский мастер Вэйхэ и Цзи Яо угостили Фэн Ли большим количеством вина. Судя по их действиям, они, казалось, намеренно пытались напоить Фэн Ли.

Трапеза продолжалась до девяти часов.

Как только прошло девять часов, шум ветра снаружи постепенно стих, но издалека донесся другой звук, он донесся до столовой казалось из ниоткуда.

Несколько младших учеников, которые уже наелись и просто болтали, первыми заметили звук. Лянь Сюэ повернула голову, чтобы прислушаться, и сказала с некоторым колебанием: "Дядя, кажется, снаружи звучит музыка".

Лянь Цян закивал: "Да, дядя, я тоже это слышу".

Даосский мастер Вэйхэ отложил палочки для еды и внимательно прислушался. Снаружи действительно доносился какой-то необычный звук.

Это далеко, но, кажется, музыка звучала на вершине горы.

Странно, как может быть музыка в такую зимнюю ночь?

Даосский мастер Вэйхэ некоторое время размышлял: "Пойдемте, посмотрим".

Толпа хлынула наружу, и Цзян Ло уже собирался уходить, когда увидел, что Фэн Ли все еще сидит неподвижно. Как хороший ученик, который «уважает учителей и уважает путь», он сразу же остановился и с беспокойством спросил: "Учитель, вы не идете?"

Фэн Ли медленно допил свой последний глоток вина, поставил бокал на стол, достал салфетку и спокойно вытер руки, затем встал и сказал: "Пойдем".

Цзян Ло подошел ближе, чтобы посмотреть на выражение его лица. Лицо Фэн Ли не было ненормальным, его шаги были твердыми, глаза ясными, и он не должен был быть пьян.

Они вышли последними, все уже стояли за воротами.

Кто-то протер глаза и не мог в это поверить: "Что это?"

Цзян Ло прошел сквозь толпу и увидел Цзи Яо, Мастера Вэйхэ и Фаталиста стоящих впереди. Любопытство Цзян Ло в его сердце становилось все сильнее. Он подошел к Цзи Яо и взглянул, но не смог удержаться от изумления.

Начиная с подножия горы, вверх двигалась процессия, освещенная красными фонарями, играя в гонги и барабаны. Алый огонь был ярким, окрашивая белый снег в красный цвет. В середине толпы двигался большой красный паланкин.

Даосский мастер Вэйхэ сказал в изумлении: "Это призрачная свадебная процессия!"

Впереди команды шли длинные и долговязые кошачьи призраки. Черноволосые кошки грациозно ступали по снегу, их шерсть таяла в темноте, и только их ужасающие зеленые глаза сияли. Змеиные призраки сопровождали процессию с обеих сторон, они пробирались сквозь снег, и от звука трения чешуи о снег у людей немела кожа.

Призрачные птицы парили в воздухе и громко кричали, их крик был скорбным, и он сливался с призрачной музыкой.

Шумели гонги и барабаны, и во всей снежной и мирной горной местности эта толпа была очень оживленной. Танцевала, пела и становилась все ближе и ближе.

Мертвецы с белыми, как бумага, лицами несли паланкин. Они были одеты в праздничные красные одежды. В центре их груди был написан иероглиф «счастье», а губы были раскрашены ужасающим ярко-красным цветом.

Лицо Цзи Яо было серьезным: "Это оказалась «Сотня призраков», которые пришли за невестой, кто может быть таким высокомерным?"

Цзян Ло прищурил глаза, чтобы увидеть этих призраков: " «Сотня призраков»?"

"Призраки большой силы, призраки-висельники, водные призраки, а также детские призраки, призраки гробниц, неопрятные призраки... ",- Цзи Яо указал на них одного за другим и почувствовал головокружение: "Есть даже лаосские призраки меча".

Цзян Ло был удивлен: "Я думал, Призрак Лаоса не покидают горы Линьчуань, в Цзянси".

"Я тоже так думал, - сказал Цзи Яо, - Но это определенно они. Когда они появляются, часто бывают сильные ветры и проливные дожди. Я еще подумал, почему сегодня такой сильный ветер. Оказалось, что это они".

"Почему здесь так много призраков", - даосский мастер Вэйхэ был потрясен и разгневан: "Почему призраки идут через мою гору, чтобы жениться?!"

Фэн Ли заложил руки за спину и тихо сказал: "Давай посмотрим, может они пройдут мимо".

Если призраки могут отклониться от своего пути, то лучше бы так и было, в противном случае у них будет конфликт с сотней призраков, и они нанесут врагу только тысячу повреждений и себе на восемьсот. Но если они будут упорствовать чтобы пройти через вершину горы, то им придется вступить с ними в бой, чтобы сдержать их.

Младшие ученики, наблюдавшие за этим волнением, были отосланы назад. Они никогда раньше не видели такой сцены, и они поворачивали головы, неохотно уходя обратно во двор. Даже трое племянников Лянь, не имевших возможности защитить себя, были загнаны обратно во двор.

Цзян Ло остался здесь, и он сказал владельцу похоронной лавки: "Однажды я уже встречал красных и белых фурий. Эта музыка отличается от их музыки".

"Конечно, - сказал Цзи Яо, - шествие красных и белых фурий — это зло. Хотя призрачная свадьба тоже, но в конце концов, это счастливое событие. Эти два типа отличаются".

Пока он говорил, нарядная призрачная толпа уже прошла половину подъема в гору и поднялась на вершину.

Если смотреть вниз с вершины горы, эта сцена очень зрелищна. Передняя часть толпы вот-вот должна была достичь вершины горы, а нижняя все еще блуждала у подножия. Цзи Яо был прав, это было чересчур зрелищно и пафосно.

Цзян Ло наблюдал за этим и усмехался: после превращения в призрака, больше внимания уделялось эффектности.

Даосский мастер Вэйхэ ожидал, что призраки свернут, но процессия остановилась точно возле разрушенной днем внешней формации, и длинная вереница огибала ее, по всей вершине горы.

Звуки гонгов и барабанов прекратились, и на вершине горы воцарилась мертвая тишина.

Даосский мастер Вэйхэ нахмурился, он кашлянул, его голос был громким: "На вершине горы находится даосская резиденция, вам следует идти в обход и отступать, не останавливайтесь здесь и не мешайте!"

Как только он это сказал, противоположная сторона действительно сдвинулась с места. Несколько маленьких детей вышли вперед, неся красные барабаны из человеческой кожи, сильно стуча по ним и крича изо всех сил: "Наш хозяин прибыл за Цзян Ло, учеником Особняка Тяньши! Господин Цзян Ло, пожалуйста, выйдите, воспользуйтесь сегодняшней спокойной ночью и садитесь в наш паланкин".

Сделав перерыв, они снова крикнули: "Для изготовления паланкина мы использовали девяносто девять костей призрака пипы, девяносто девять кусков ткани из приданого свадебных призраков, а в качестве мягких подушек использовали кожаные подушки с девятью слоями кожи умерших людей. Подушки получились мягкими, вместительными и дышащими, красивыми и нежными!"

прокричав это, призраки увидели, что группа людей никак не отреагировала, словно ошеломленная.

Гэ Учэнь подошел к Чи Ю и сказал: "Хозяин, господин Цзян Ло не ответил. Я посмотрел, кроме предполагаемых людей, на горе также находятся Фэн Ли и Цзи Яо. Нужно ли нам продолжать?"

Чи Ю скривил губы и лениво сказал: "Продолжайте, пока я его не увижу".

Гэ Учэнь кивнул: "Да".

Получив приказ хозяина, Гэ Учэнь подошел к призрачным детям, которые били в барабаны, и вручил им уже подготовленный текст любовных слов, попросив их прочитать их. Затем побежал к команде музыкантов, пусть они продолжают играть в гонги и барабаны и разогревают поле.

Хуа Ли подошел к нему с мрачным лицом и цинично сказал: "Гэ Учэнь, последние два дня ты давал нашему хозяину всевозможные способы преследовать Цзян Ло. Даже эта призрачная свадьба - твое предложение. Что ты задумал?"

Гэ Учэнь слегка улыбнулся, перевернул четки и сказал: "Амитабха! У нашего хозяина есть тот, кто ему нравится, как преданный подчиненный, я, конечно, должен помочь ему исполнить его желание".

Хуа Ли холодно посмотрел на него, усмехнулся и повернулся, чтобы уйти.

Маленькие призраки начали зачитывать слова любви, крича во все горло. Как будто бы Цзян Ло согласился, если они будут кричать еще громче. Стихи о любви были написаны отвратительно, и лицо Цзян Ло ничего не выражало, когда он слушал их.

"Что они имеют в виду?", - спросил мастер Вэйхэ, его грудь сильно вздымалась от гнева, он повысил голос и сказал: "Кто ваш хозяин? Пусть он выйдет!"

Услышав эти слова, маленькие призрачные дети, которые били в барабаны, оживились, как будто они практиковались сотни раз.

"Наш хозяин - мастер Чи Ю, самый молодой человек у власти в семье Чи, самый молодой гений в мире метафизики, и настолько могущественный, что нет никого ни до, ни после. Он красив, нежен и внимателен, чистоплотен, элегантен во вкусе и безупречен в фигуре. Он соответствует гороскопу господина Цзян Ло. Они идеальная пара, созданная на Небесах!"

Кошачий призрак и душераздирающая птица закричали, словно вторя словам малышей.

Даосский мастер Вэйхэ на этот раз был так зол, что у него тряслись руки: "Чи Ю! Чи Ю, он осмелился быть таким высокомерным... "

Лицо Фэн Ли было пугающе холодным, а его глаза были спокойны, когда он смотрел на этих призраков.

"Я просто хотел убить его сегодня, и он пришел...", - тон Фэн Ли был ледяным, он медленно потер нефритовые кольца: "Я выйду ему навстречу".

Цзян Ло крикнул: "Учитель, подождите".

Фэн Ли сделал паузу.

Цзян Ло подошел к Фаталисту. Он наклонился к нему очень близко и сказал: "Вы были правы раньше".

Он улыбнулся Фаталисту с спокойствием и твердостью полного доверия в глазах: "Ради метафизического мира мы все должны внести свой вклад. Злая судьба между мной и Чи Ю... Я хочу понять это, а затем устранить грешного злого духа для метафизического мира...".

Он легко сказал то, что Фаталист хотел услышать больше всего: "Я убью его".

Глаза Фаталиста блеснули, и он медленно улыбнулся: "Давай".

Сказав это, он поднял голову и нежно-нежно коснулся волос на лбу Цзян Ло, словно подбадривая или гипнотизируя: "Иди и убей его".

Чи Ю, стоявший среди сотни призраков, спокойно наблюдал за взаимодействием Цзян Ло и Фаталиста.

Он прищурил глаза, его улыбка становилась все шире и шире, и свет красного фонаря упал на уголок его рта, отражая незнакомый малиновый цвет.

Значит, днем Цзян Ло и Фэн Ли общались близко друг к другу, даже слишком близко...

А вечером Цзян Ло теперь почти прижимается к Фаталисту...

Цзян Ло вообще, походу не принял его слова близко к сердцу...

Внешне он выглядит холодным и невинным, но внутри все время соблазняет людей!

Его определенно необходимо схватить, и преподать ему урок!