Глава 51

Гэ Чжу - даос, и никто здесь не является более профессиональным, чем он, в борьбе с красными и белыми фуриями.

Чем темнее становилось небо, тем больше нервничал персонал.

Перед тем, как наступил нужный час, Лу Юй попросил персонал, который был обычными людьми, вернуться на отдых. Перед их уходом, Гэ Чжу с серьезным выражением лица сказал персоналу: "Три важных правила!"

"Первое - не включайте свет, второе - не оглядывайтесь, если раздастся звук, и третье - не открывайте дверь, если кто-то постучит в нее. Просто закройте глаза и спите, и что бы ни случилось, не выходите на улицу".

Сотрудники твердо запомнили эти правила, а затем каждый вернулся в свои комнаты.

Поместье Горячих Источников погрузилось в тишину.

Кроме их разговора, в зале не было слышно ни звука. Время постепенно подходило к полуночи.

Они перестали болтать, молча ожидая появления красных и белых злых духов.

Не известно сколько времени это заняло, но внезапно откуда-то издалека донесся смех радости. Послышалась музыка, звук был высоким, звучали гонги и барабаны, живые и праздничные, но казалось, что они доносятся сквозь слой тумана, как будто они доносились издалека.

Гэ Чжу воспользовался возможностью, чтобы принять решительное решение: "Пошли".

Все бросились к тому месту, откуда доносилась музыка. Чем ближе они подходили, тем яснее становилась музыка. Радостная музыка смешивалась с призрачными стонами, которые казались одновременно радостными и скорбными.

Гэ Чжу шел по компасу и повел своих спутников вперед. Когда он смог смутно разглядеть сцену столкновения между красными и белыми злыми духами, они спрятались среди деревьев. Он повернул голову и сказал "Тише".

В этот момент, после радостной музыки послышалась печальная. Цзян Ло присел на корточки за кустами, глядя на сцену впереди.

Сквозь густой белый туман он увидел две группы, стоявшие друг напротив друга.

Группа с южной стороны полна женских призраков с бледными, как пудра, лицами. Они были одеты в красную одежду, вокруг кружилось красное конфетти. Посреди них стоял ярко-красный паланкин, и красный шелк окружал паланкин, как цветок.

Группа с северной стороны несла черный гроб, и перед черным гробом, и после него стояло более дюжины белых призраков с такими же бледными лицами. Эти призраки были одеты в траурные одежды из белой ткани, вокруг их талии были обвязаны длинные пеньковые веревки, и вокруг кружились бумажные деньги.

Красные и белые бумажки летели вперемешку.

Музыка становилась все более и более заунывной, но сцена была чрезвычайно тихой. Она была такой странной и мрачной, что у Лу Юйя онемела кожа головы и мурашки побежали по всему телу.

Цзян Ло вздохнул, Лу Юй был действительно напуган и прошептал ему: "Цзян Ло, это так чертовски страшно".

Цзян Ло кивнул и понизил голос: "Спроси Гэ Чжу, что нам делать".

Лу Юй передал это предложение Е Сюню, сидевшему рядом с ним, а Е Сюнь передал его Чжо Чжунцю. После того, как Цзян Ло подождал некоторое время, Лу Юй снова повернул голову и прошептал: "Гэ Чжу сказал, что это слишком опасно, когда они сталкиваются. Давайте не будем вмешиваться. Сначала запомним это место, а затем нарисуем формацию на дороге, чтобы призраки больше не встретились".

Цзян Ло подумал, что это выполнимо: "Тогда давай вернемся?"

Лу Юй вздохнул с облегчением: "Да, давай".

Несколько человек жестикулируя друг другу собирались отступить один за другим, но Лу Юй случайно наступил на сухую ветку. Сухостой издал громкий хрустящий звук у него под ногами.

Лу Юй замер и слабо улыбнулся Цзян Ло, который был ближе всех к нему. Улыбка, казалось, была сквозь слезы: "Клянусь, здесь действительно не было раньше сухих веток".

Цзян Ло: "......"

Он оглянулся назад, и увидел, что все красные и белые призраки дружно повернули головы в их сторону, их темные глаза были устремлены на Цзян Ло и Лу Юйя.

Гэ Чжу в сердцах закричал, зная, что это нехорошо, и, прежде чем он успел объяснить, громко крикнул: "Бежим!"

Цзян Ло схватил Лу Юйя и побежал, но прежде чем он успел сделать шаг, Лу Юй упал на землю, и потянул за собой Цзян Ло.

Лу Юй закричал: "Моя нога поймана красной веревкой!"

Цзян Ло посмотрел вниз. Кусок красной шелковой ткани был обернут вокруг ноги Лу Юйя, и конец красной шелковой ткани был среди красных женских призраков, и красная шелковая ткань быстро тащила их к ним.

Цзян Ло выругался, и в его руке внезапно появился золотой кинжал. Он яростно полоснул по красному шелку.

Красный шелк был успешно отрезан им, и они, наконец, остановились. Но когда Цзян Ло поднял глаза, он понял, что их уже затащили между красными и белыми злыми духами.

И белые и красные призраки молча установились на них.

Цзян Ло: "..." Пребывание с Лу Юйем может сделать людей несчастными.

Гэ Чжу и его спутники, которые были ошеломлены этой неожиданной сценой, не успели помочь им. Увидев, что их друзья оказались в центре красных и белых злых духов, Гэ Чжу достал из своей сумки меч из красного дерева: "Они заметили их, теперь бессмысленно бежать. Давайте, мы должны помочь им! "

Но когда он уже собирался броситься на выручку, позади него раздался легкий, как ветер, голос: "Гэ Чжу, почему ты все еще такой глупый?"

Гэ Чжу был застигнут врасплох, а затем его лицо побагровело.

Он крепко сжимал в руке меч из красного дерева, и голубые вены на тыльной стороне его ладони напряглись. Гэ Чжу всегда был счастливым и довольным, и никогда не злился на жизнь. Никто раньше никогда не видел у него такого выражения лица, и оно было чрезвычайно сложным, как будто оно было смешано с горькой ненавистью.

Гэ Чжу стиснул зубы, и лязг его зубов отдался в ушах подобно грому.

Чжо Чжунцю сказала с беспокойством: "Гэ Чжу... "

Гэ Чжу яростно сжал руку, и повернулся, равнодушно глядя в темноту деревьев за ними: "Гэ Учэнь!".

Из-за деревьев медленно вышел человек.

Он был лысым, виски были фигурно выбриты. Его брови похожи на рисунки тушью, его белая монашеская одежда была не запахнута и струилась за ним, как у бессмертного. Его внешность чрезвычайно красива, даже если он лысый монах, он, кажется, сиял под луной.

Руки Гэ Чжу слегка дрожали. Он посмотрел на человека, стоявшего перед ним, его голос был очень сложным: "Гэ Учэнь, ты осмеливаешься появляться передо мной?".

Гэ Учэнь мягко улыбнулся, выглядя как небожитель, подобный ясной луне, но говоря с сильным сарказмом: "Как мой младший брат, Чжу, ты дошел до того, что тебе нужно использовать даосизм, чтобы подчинить злых духов?"

Он, казалось, находил это очень забавным, поворачивая четки из бусин и смеясь: "За эти годы ты, кажется, не сильно вырос. Все такой же слабый и нерешительный. Гэ Чжу, неужели ты хочешь снова смотреть, как твой друг умирает в крови у тебя на глазах?"

Гэ Чжу глубоко вздохнул.

Гэ Учэнь взглянул на него, повернулся и ушел в темноту.

Гэ Чжу подсознательно бросился за ним: "Гэ Учэнь, стой, не смей уходить! "

Вэнь Жэньлянь крикнул: "Гэ Чжу, нет, не уходи!"

Но Гэ Чжу уже преследовал Гэ Учэня и исчез за деревьями.

Его друзья пострадали, и Вэнь Жэньлянь даже смутно чувствовал, что они попали в какую-то ловушку. Он сказал со серьезным лицом: "Чжунцю, Е Сюнь, вы и Ци Е отправляетесь спасать Цзян Ло и Лу Юйя, а Куан Чжэн и Сайрел идите со мной, чтобы найти Гэ Чжу".

Группа разделилась на две части, Ци Е уже давно беспокоился, и он взял на себя инициативу, бросившись к красным и белым злым духам, когда услышал эти слова. Но прежде, чем он подскочил к ним, все белые и красные призраки, вместе с двумя людьми в середине, исчезли в воздухе.

Эти призраки пристально смотрели на Цзян Ло и Лу Юйя. Как только он хотел задействовать браслет Инь-ян, эти призраки врезались в них паланкином и гробом.

Цзян Ло поднял руку перед собой, но в следующее мгновение он оказался в замкнутом пространстве, плотно закрытом сверху и снизу, без света и нулевой видимостью. Он действительно оказался в гробу, который несли белые призраки.

Гроб затрясся, снаружи дул ветер, и снова заиграла музыка.

Он в гробу, тогда Лу Юй должен быть в паланкине.

Цзян Ло пошевелился и дотронулся до холодного трупа, лежащего под ним.

Пространство было небольшим, и он был почти полностью прижат к мертвецу. Цзян Ло прошептал: "Приятель, мне очень жаль, мне действительно очень жаль, я сейчас же уйду".

Но эта поза была не очень удобной для передвижения, Цзян Ло повернулся, выругался, лег на тело и попытался выбить крышку гроба.

Звук выбивания был глухим и тяжелым, достаточным, чтобы Цзян Ло понял, насколько прочной была доска крышки.

Толщина оценивается в ширину двух кирпичей.

Цзян Ло коснулся кольца инь-ян.

Он не беспокоился о том, что браслет не поможет ему открыть крышку гроба. Важно было то, как он спасет Лу Юйя после того, как выберется наружу.

Цзян Ло снова с трудом перевернулся и дотронулся до тела, пытаясь выяснить, есть ли у мертвеца что-нибудь полезное.

"Нелегко перестать думать о трупе, лежа на нем", - пробормотал он себе под нос. "Приятель, прости, не двигайся. Просто здесь так мало места, что я просто вынужден тебя потревожить".

Тело было тихим и безмолвным, без малейшего следа реакции.

Цзян Ло медленно прикоснулся к телу.

Положение, в котором была его рука, должно быть вокруг талии трупа, и он коснулся ткани одежды с превосходной текстурой, когда опустил руку. Ткань была шелковистая, как вода, без складок.

Цзян Ло провел руками по сторонам и коснулся рук трупа.

Ладони у этих рук широкие, а пальцы длинные. Цзян Ло просмотрел его пальцы один за другим, но ничего не нашел.

Но его правое веко непроизвольно приподнялось.

Его ноги были прижаты к ногам трупа. Тем не менее, он не касался пальцев ног трупа. Труп должен быть высоким мужчиной. Цзян Ло оперся на локти, убрал руки с талии трупа и потянулся к его шее.

Он осторожно коснулся лица трупа. С тонкими губами и высоким носом.

Он прикоснулся к нему, но губы трупа медленно приподнялись.

Цзян Ло был захвачен врасплох, и в следующее мгновение все закружилось, и он был сильно придавлен трупом, который навалился на него сверху.

Цзян Ло приглушенно фыркнул, и золотой свет на кольце Инь-ян вспыхнул на некоторое время, но в следующий момент был прерван. Труп умело перехватил его руку, издав слабый низкий смешок.

Вспыхнувший в этот момент золотистый свет отчетливо отразился на лице трупа.

Элегантный и красивый, это был Чи Ю.

Брови Цзян Ло дважды яростно дернулись, вот за что?!

В узком гробу два человека лежали друг на друге, и были вынуждены прижиматься друг к другу.

Воздух постепенно становился все более разреженным.

Гроб все еще трясся, и каждый раз, когда он трясся, Цзян Ло чувствовал себя так, словно плыл на лодке. Музыка полна радости и печали, видимо призраки радости и печали шли вместе.

Чи Ю ущипнул его за подбородок.

Злой дух опустил голову, и на этот раз настала его очередь погладить Цзян Ло рукой.

"Позволишь мне поискать мое сердце?"

Руки и ноги Цзян Ло были прижаты к рукам и ногам Чи Ю. Злой дух нависал над ним. Он улыбнулся: "Ну, оно явно не на шее".

Холодные кончики пальцев скользнули вниз и коснулись груди Цзян Ло. Ладонь Чи Ю была прижата к сердцу, и он почувствовал биение под своей ладонью. Он внезапно сказал: "Это здесь?"

Сердце Цзян Ло забилось немного быстрее, и он непонимающе посмотрел на него.

Пальцы, сжимавшие его подбородок, снова нежно погладили его, и Чи Ю сказал: "Похоже, что нет".

Рука злого духа медленно переместилась на талию Цзян Ло.

Линии талии резко сужаются, а узкая и гибкая талия и живот всегда были местом, где можно продемонстрировать мужское обаяние. Злой дух двигался намеренно медленно, держа свою ладонь на талии Цзян Ло.

Чи Ю вздохнул, как будто разочарованный: "Ах, здесь тоже нет".

Ладонь начала скользить ниже...

Цзян Ло поднял колено и попытался пнуть его в живот. Злой дух легко подавил его атаку, крепко прижал его к своему телу, и его тонкие пальцы дотянулись до бедра Цзян Ло, словно играя на инструменте.

"Когда я сталкиваюсь с тобой, я всегда должен быть осторожен", - сказал Чи Ю со вздохом: "В конце концов, у студента Цзян всегда много плохих идей".

Цзян Ло смотрел прямо на Чи Ю в темноте и усмехнулся: "Почему бы тебе не сдохнуть?".

Чи Ю сказал: "Я уже мертв".

Злой дух насильно подавил все сопротивление черноволосого юноши и его ладони пробежались по всему его телу.. От волос до пальцев ног. Цзян Ло покрылся испариной, а его лицо покраснело от гнева.

"И здесь нет", - сказал себе злой дух. Он медленно наклонился и обдал ухо Цзян Ло, холодным выдохом: "Студент Цзян, скажи учителю, где ты спрятал мое сердце?"

Взмокшие волосы Цзян Ло прилипли к ушам, его дыхание стало тяжелее, чем раньше, и воздух в гробу постепенно заканчивался, заставляя его чувствовать стеснение и жар в груди.

Он вздохнул и спокойно сказал: "Откуда мне знать, где находится твое сердце? Учитель, образумься, ты уже мертвец, зачем тебе сердце?"

Чи Ю сказал: "Какие острые зубки и язычок".

Он посмотрел вниз на черноволосого молодого человека.

В отличие от ленивого и небрежного появления в ванной, Цзян Ло сейчас был одет, открытой была только часть шеи, запястья и лодыжки.

Его лицо было ярко-красным из-за недостатка кислорода и гнева, а губы были прекрасны. Хотя его лицо ничего не выражало, из-за духоты и жара он вспотел и его волосы были влажными, словно он только что закончил купаться в горячем источнике.

Или как будто он только что проснулся.

Но такая красота была ядовита, и стоит ему хоть на мгновение расслабиться, его загрызут насмерть.

Злой дух протянул руку и начал поглаживать нижнюю губу Цзян Ло.

Ему не нравился этот нынешний невозмутимый вид.

Он до сих пор помнит выражение лица Цзян Ло, когда он завалил того на стеклянный стол в ресторане после того, как он был под контролем талисмана Гармонии.

Тот взгляд заставил его почувствовать себя счастливым.

Он хотел увидеть его снова.

"Когда имеешь дело со студентом Цзян, нужно всегда следить за тем, чтобы он не укусил в ответ", - сказал злой дух: "С такими острыми зубами мне любопытно, как это выглядит. О, да, я обыскал все твое тело, но не рот. Неужели мое сердце спрятано там? "

Он говорил медленно и рассудительно, его пальцы с силой раскрыли губы Цзян Ло.

Цзян Ло яростно сжал зубы, но это было так, как будто он укусил камень. Под мягкостью поверхности была твердая текстура, а рука Чи Ю все еще была неподвижна.

Чи Ю снова коснулся зубов Цзян Ло.

"Все еще ничего нет", - вздохнул злой дух со слабой улыбкой, скрытой под жалостью: "Где же ты спрятал его?"

Он убрал руку, Цзян Ло уже более-менее пришел в себя. С ледяным выражением лица он холодно посмотрел на Чи Ю: "Ты все еще не обыскал это место".

Чи Ю поднял брови: "И где же?"

Цзян Ло сказал: "Ты слишком близко ко мне, мне неудобно".

Чи Ю медленно приподнялся.

Цзян Ло с отвращением нахмурился и сказал: "Отодвинься дальше".

Это было так, как если бы он просто хотел использовать причину, чтобы просто отогнать злого духа.

Чи Ю снова улыбнулся, но немного отступил.

Конечно же, выражение лица черноволосого молодого человека немного вытянулось. Но когда злой дух собирался снова приблизиться к нему, он внезапно застыл и обернулся, чтобы посмотреть: "Что?"

Он увидел два желтых талисмана на крышке гроба, намертво приклеенные к его спине.

Вначале, чтобы предотвратить обман трупа в гробу, Цзян Ло на всякий случай повесил на крышку гроба два талисмана. Они не могли продержаться долго, когда сталкивались с Чи Ю, но, по крайней мере, у него могло быть несколько свободных секунд.

Этого достаточно.

Цзян Ло энергично вырвал свои руки из рук Чи Ю. Первое, что он сделал, это не выбрался из гроба, а нанес сильный удар по красивому лицу злого духа.