Муравьиный человек : письмо одного психопата. (Часть 3)

Муравьиный человек: письмо одного психопата (3 часть)

Я отдавал себе отчет в том, что это мои глюки и что на самом деле муравьи нереальны, но никак не мог заставить себя жевать еду, в которой видел их. Слишком отчетливо они хрустели у меня зубах, щекотали лапками язык и небо, слишком сильно я чувствовал их горько-кислый вкус. Я не мог себя перебороть. Что бы хоть как-то питаться, я начал покупать себе запечатанные продукты - всякие там шоколадные батончики или сырки. Я точно знал, что муравьи никак не могли бы туда попасть. Поэтому я закрывал глаза, распечатывал упаковку и только после этого ел - по-прежнему не открывая глаз.Таким образом мне иногда удавалось обмануть свою психику.

Но мои попытки питаться с лихвой компенсировались распространением галлюцинации уже не на еду, а на меня самого. Мне все время казалось, будто по моей коже кто-то ползает. Под одеждой, под волосами, на лице. Я отчаянно скреб кожу ногтями, пытаясь избавиться от этого отвратительного ощущения и старался принимать душ как можно чаще.

Как-то раз я взглянул на себя в зеркале и увидел кровавые царапины у себя щеках. До меня дошла страшная истина - я повторял поведение покойного Кирилла.

Да, можешь назвать меня архитормознутым. Но только в этот момент я начал догадываться что, возможно, между моими наитиями и смертью Кирилла существует какая-то связь. Он тоже не ел, тоже царапал лицо... Видел ли он муравьев?

Я решил любой ценой узнать о том, что происходило с Кириллом перед смертью. И теперь это не имело ничего общего с моей тоской по другу. Мне просто было страшно. Безумно, невероятно страшно. Если Кирилл пережил то же самое, что сейчас происходит со мной... до чего же он дошел к моменту, когда решился на суицид? И сколько смогу продержаться я сам? Тогда я еще не знал и не хотел узнавать ту черту, после которой даже смерть начинает казаться облегчением.

Я надеялся спастись.

Родители Кирилла отказались обсуждать со мной эту тему. Кроме них, оставался единственный человек, способный мне помочь, - тот самый частный психолог, навещавший Кирилла незадолго до его смерти. Узнать его имя было непросто, но я это сделал (не хочу рассказывать, как именно, - история скучная и неприятная). А вот найти рабочий мейл не составило труда. У психолога был собственный сайт, где висела контактная информация.

В письме я представился лучшим другом Кирилла. Сразу предупредив, что не заинтересован в услугах частного психолога, я попросил его рассказать о последних днях жизни Кирилла. Памятуя, что психологи обязуются не разглашать информацию о своих клиентах, я написал так: "Если вы не имеете права рассказывать о его проблемах, то прошу вас, просто подтвердите или опровергните симптомы, которые я опишу". Я перечислил все: параноидальное поведение, ночные кошмары, галлюцинации, боязнь муравьев, почесывание лица, проблемы с принятием пищи, ну и так далее.

В тот же день, когда я отправил письмо психологу, Муравьеглазый навестил меня снова.

Мне приснилось, что у меня на подбородке, с правой стороны, вырос какой-то... сучок. Я не знаю, как это еще можно назвать. Твердый зазубренный отросток, длиной около 15 см и примерно 2 пальца в толщину. Он рос прямо из кости, прорвав кожу, которая вокруг "сучка" покраснела и сочилась сукровицей. Странно, но боли я не чувствовал. Только сильный зуд, словно это был огромный комариный укус.

Я рассматривал себя в зеркало, щупая отросток, и не мог удержаться от почесываний. К моему ужасу, кожа легко слезала, практически отваливалась. Я сдирал ее ногтями, как мокрую бумагу, пачкая руки гноем и кровью. Но остановиться не мог. Кожа вокруг "сучка" горела так, что хотелось просто соскрести ее с черепа. Я снова заглянул в зеркало... и увидел его.

Он стоял сзади. В своих дебильных замазанных очках, в старом плаще.

Я замер, не решаясь обернуться. Да что там, я боялся даже пошевелиться. Заметив мой испуганный взгляд, Муравьеглазый ухмыльнулся.

А потом снял очки.

Сначала мне показалось, что у него просто пустые глазницы вместо глаз... О Господи, лучше бы это было так, лучше бы это реально было так! Да, глаза отсутствовали, но глазницы были вовсе не пустые. Они кишели муравьями. Муравьи скопились в них плотным слоем, им явно не хватало места. Они начали вылезать. Я словно вижу этот сон снова, прямо сейчас... Вот они на его бровях, теперь на лбу, на щеках, на переносице... вот уже все его лицо стало живой черной сеточкой, муравьи снуют повсюду, а он стоит, не шелохнувшись и не обращая на них никакого внимания, только продолжает ухмыляться...

Я проснулся.

Хорошо помню то утро. В окно светило яркое зимнее солнце, контрастируя с моим гнилым сновидением. Гудели машины, чирикали птички. Нисколько не верилось, что в таком обыденном светлом мире может быть место подобным кошмарам. Но облегчения эта мирная картина мне не принесла. Окружение словно издевалось надо мной, намекая мне, что я просто сумасшедший, который боится несуществующих вещей.

Разбитый, обессиленный, словно не спал всю ночь, я поплелся к столу и включил ноутбук. Во мне начало зарождаться что-то вроде смирения. Или, скорее, обреченности. Я уже не ждал помощи, не рассчитывал на ответ психолога. Наверняка он счел меня каким-нибудь не в меру знакомым и не собирался ничего рассказывать.

Поэтому я не сразу среагировал, когда на экране замигало "новое сообщение". Я открыл его с почти радостным удивлением, но заголовок письма удивил меня еще больше.

"МУРАВЬИНЫЙ ЧЕЛОВЕК?" - гласило письмо.

Меня как током ударило. Ну конечно, как же я мог забыть о нем! Я вспомнил рассказы Кирилла о его глазницах с муравьями, о темных очках и грязной одежде черного цвета. Все встало на свои места. Получается, ко мне в сон приходил тот самый Муравьиный человек? Это ИЗ-ЗА НЕГО Кирилл покончил с собой?!

"Добрый день! Я очень рад, что вы написали мне. Говорите, у вас наблюдаются те же симптомы, что и у вашего друга? Тогда поздравляю, вы по адресу. У меня они тоже наблюдаются".