Рейв

Мне почему то стыдно это выкладывать._______________________________________________

Тёмно-розовый приглушенный свет, элитный клуб, дымка от спецэффектов, и громко орущая толпа в зале. Дракен внюхивает ещё одну дорожку*, вытирает руки о свои бесформенные джинсы, и наконец, выходит на сцену. Перед ним уже в край объёбанная толпа всем, чем только можно, хотя что тут — он такой же. Подходит к диджей стойке и начинает рвать время, пространство, толпу своей музыкой. Сколько он себя помнит, он всегда хотел этим заниматься — музыка была для него поддержкой, любимым занятием. С помощью музыки он мог вспомнить определенный отрезок своей жизни. Каждая песня, которая есть у него в плейлисте может описать то или иное воспоминание, вернув его в тот период. Сначала он любил Майли Сайрус, Кисс, Флитвуд Мэк, Снуп Догга и какие-то популярные композиции. Пока он не услышал Нину Кравиц и не понял, что хочет так же. Впервые он попал на музыкальный фестиваль в старшей школе, сказать, что его без алкоголя и драггсов разъебал бит и атмосфера — ничего не сказать. Тогда он ушел ошеломленным, надеясь, что это повторится в следующие выходные вновь. Так он и стал зависим от музыки, от фестивалей и рейвов. Он не употреблял — он мог просто прийти и в танце его бы накрыло с головой, похлеще любого коньяка залпом или джоинта.

— Ну что, вы готовы к кульминации этого вечера? — крикнул Дракен, плавно переходя с одного трека на другой. Его новый ремикс. Полностью его бит и эффекты. Трек похож на эпилепсию, на спешащего на работу трудоголика, на адреналин. Его самого-то накрыло, пока он отыгрывал.Толпа одобрительно завизжала, прося большего. Им нужно громче, веселее, жёстче. Завершив своё выступление, он удивился тому, что люди продолжали танцевать. Без музыки. Она осталась у них в голове. Такие моменты и мотивируют Дракена делать всё новые и новые композиции, стараться над созданием битов и радоваться тому, что всё было не зря. Попрощавшись и поблагодарив посетителей, он направился в гримерную. Выйдя за сцену, он краем глаза зацепился за чью-то фигуру, что стояла сложа руки и довольно улыбаясь.

— Можно ваш автограф, Дракен? — ухмыляющийся парень смотрит с вызовом и решительностью, хотя все знают — он не даёт автографы. Может в этот раз — да. Зрачки юноши напротив поглотили радужку.

      «Интересно это из-за веществ или его глаза сами по себе такие? Выглядит интересно...» — подумал Кен и неосознанно начал подходить к юноше ближе.

— Я не даю автографы и не делаю фотографии с поклонниками… — проговорил Дракен, заглядывая в чёрные глаза напротив.— А если так? — юноша высовывает язык, показав, что на нём лежит маленький квадратик марки**. — Дашь тогда… Свой автограф?— Пошли в гримерную, — говорит Дракен и проходит дальше. Зайдя в небольшую комнату, где стоят различные аппаратуры для выступлений, костюмы и грим для особенных вечеров. Он закрыл дверь.

— Ты знаешь, что если бы тебя кто-то встретил из персонала, то сдал бы копам? — недовольно бурчит Дракен. — И за сцену посетителям нельзя. Впредь не повторяй таких ошибок. Как тебя зовут?— Майки или же… Сано Манджиро, — говорит паренёк, доставая из рюкзака бутылку шампанского, открывая и выпивая часть из горла.— Гони мне, что хотел и я тебе дам автограф, — проговорил Дракен.— Только мне, тут, пожалуйста, — говорит юноша, поднимая полупрозрачную футболку, указывая на сосок. Достав из зип-пакетика ещё один квадратик, Майки высунул язык и положил туда марку, не закрывая рта, ожидая действий от Дракена. Кен обхватил лицо Сано своими большими ладонями, притягивая его к себе. Высунув свой язык и мягко коснувшись языка юноши напротив, он забрал квадратик себе, перемещая сразу под губу. Неожиданно для Дракена, Майки углубил поцелуй, снова касаясь Кена своим языком и смешивая слюни.— Так теперь… Майки, Мне нужен маркер и салфетки, — посмотрел он в затуманенный взгляд парнишки, которого вмазало так, что он еле держится на ногах. Найдя у себя салфетки, он взял у Сано маркер. Майки опёрся тазом о стол и задрал футболку.— Дракен, ты рисуй, а я пока прилягу, — сказал Майки присаживаясь на стол и откидываясь на спину, полностью распластавшись на гладкой поверхности. — Так охуенно… Кен-чин, надеюсь, ты нарисуешь красивый автограф.

Автограф Дракена состоял из небольшого дракона, прямо как его татуировка, и маленькой надписи в виде его имени под ним. Чтобы красиво нарисовать рисунок требовалось время. Протерев грудь и в частности — правый сосок Майки, до него дошёл приглушённый стон. Под маркой всегда так — всё чувствительнее и как будто впервые, поэтому реакция вполне нормальна. Наметив некоторые линии, Дракен начал вырисовывать контур дракончика. Кончик маркера приятно щекотал чувствительную кожу вокруг соска и Сано то и дело дёргался, отвлекая Кена. Процесс занял больше времени, чем он думал и Рюгудзи почувствовал, как его начало вставлять.

      «Надо быстрее закончить рисунок» — подумал Дракен, дорисовывая хвост. Написав последние пару букв, он взглянул на свою работу.

      «Красиво смотрится» — подумалось Кену. Не понимая кого, он имел ввиду — дракона или раскрасневшегося юношу, что был дико возбуждён, смотря на Дракена помутневшим взглядом.

— Я закончил, Майки. Можешь посмотреть у зеркала, — Кена ведёт. Он понимает, что всё начинает кружиться и замедляться, создавая вакуум в голове и лёгкие галлюцинации.

      «Хорошая марка» — подумалось Рюгудзи.

— Вау, Кен-чин… Выглядит потрясающе… Оставишь мне ещё один? — ухмыляется Сано, смотря прямо в глаза Дракену. — Смотри… Вот здесь… Только нарисуй мне автограф следом от зубов, — наклоняя голову вбок и показывая на шею, произносит Майки.— За это надо доплатить, Майки, — он понял, что неведомой силой этот юноша притягивает к себе, заставляя тонуть в нём даже наблюдаяя за ним со стороны. Томно, горячо, странно. Дымка в глазах и недавние стоны Сано — делали Майки самым желаемым на данный момент. Он подходит чуть ближе к нему, показывая тому снова лечь спиной на стол, встает между его раздвинутых и свисающих, из-за маленького роста, ног, и нежно убирает прилипшие к шеи волосы, вдыхая запах кожи.

      «Пахнет сладко» — притягивая за лодыжки ближе к себе, так, что пах Сано упирается в промежность Кена, он горячо выдыхает в шею Майки. Манджиро под ним то и дело елозит и с нетерпением ожидает действий. Дракен облизывает языком нежное место и грубо впивается зубами в его шею, заставляя Майки громко простонать.

      «Интересно, как он сейчас это ощущает?» — задался вопросом Кен и зализал место укуса.

— Дракен, ещё один, — скулит под ним Сано, оглаживая сильные руки Рюгуджи, что стоят по обе стороны от его головы.— За дополнительную плату, Майки, — проговаривает Дракен и ищет новое местечко для «автографа». Чуть выше адамова яблока. Облизывая солоноватую шею, он вновь грубо укусил тонкую и нежную кожу, оставив красный след от зубов. Поднимаясь и смотря в глаза Сано, его, кажется, накрыло окончательно. Его зрачки и радужка — полнейшая темнота, космос, чёрная дыра, что затягивает его всё сильнее и сильнее. Майки увидел в глазах Дракена желание и влечение и поддался вверх, прикасаясь своими губами с губами парня напротив, сразу пронимая языком в глубь рта. Безумие, что Кен вытворял у Майки во рту, буквально — трахая его своим языком, напомнило ему танцпол и Дракена, как главного диджея.

      «Ошеломленно, сумасшедше, неистово охуенно» — вот как Майки смог описать их поцелуй. Рюгуджи разорвал поцелуй первым, медленно отстраняясь от Майки, наблюдая за тянувшейся ниточкой слюны и ловя дикий восторг от лица напротив. Подняв за запястье Сано и придвинув его таз на край стола, он снова впился поцелуем в его губы.

— Майки, ты можешь отплатить много автографов собой, если хочешь, конечно, — взяв подбородок Манджиро рукой и приподнимая так, чтобы глаза в глаза, Кен обильно облизнулся.— Х-хочу… — Майки сам тянется за новым поцелуем и это становится отправной точкой Рюгуджи в омут. Кен сжимает бедра Сано и притягивает его на себя, вжимая в своё тело. Майки плавно поглаживает низ живота Дракена через ткань футболки, переходя на ширинку. Расстегнув её и сняв джинсы до колен, Манджиро обхватил его член через ткань трусов. Поглаживая пальцами от головки до основания и обратно. Приспустив немного боксеры, Сано дотронулся до оголенного участка его члена — головки. Поймав в поцелуе томный стон Кена, Майки принялся расстёгивать свои брюки, доставая свой член, соединяя с чужим, обхватывая небольшой ладонью оба и слабо надрачивая. Ребята не могли и на секунду оторваться от сумасшедшего поцелуя, пытаясь как можно дольше и глубже. Они хотели каждый — раствориться друг в друге, полностью отдаваясь и соединяя свои тела в каком-то неземном ритуале.

      «Интересно, так действует марка или Майки действительно такой охуенный?» — подумалось Кену. Рюгуджи начал снимать брюки, футболку и трусы Сано, разбрасывая одежду по гримёрке. Ведь хотелось как можно быстрее в нём раствориться. Прекратив поцелуй, Кен вставил пальцы в рот Манжиро, заставляя обильно их облизать. Дракен понял, что если продолжит прелюдии, то кончит раньше самого процесса, поэтому, вынув пальцы и подставив к анальному отверстию Сано, он плавно вошёл. Хорошенько разработав его, Кен не упускал возможности целовать его. Везде. Майки для него был невероятно сладким и солёным одновременно. И такой контраст вкуса кожи Сано вставлял его и разъёбывал не на шутку.

— Кен-чин, я уже готов… — скулит Майки, обвивая талию Дракена своими ногами, притягивая того ближе. Максимально ближе. Так, что даже становится больно от ежесекундного трения кожи о кожу. Войдя в Майки, Рюгудзи завис от переполняющих его чувств. Таких ощущений при сексе он ещё никогда не испытывал. Даже будучи под веществами. Начав медленно и нежно двигаться, Дракен не переставал облизывать шею Майки, оставляя ему следы от засосов и укусов. Сано, тем временем, не упускал возможности делать то же самое, что и Кен. Покусывая его жилистую шею, адамово яблоко, мочки ушей, царапая его сильные руки — он то и дело хотел оставить больше меток, чтобы Дракен его точно не забыл и хотел повторить. Спустя время, Рюгудзи увидел, что Майки то и дело поддаётся ему, задавая более быстрый темп. Положив Сано снова спиной на гладкую поверхность мебели, Кен начал грубо и глубоко входить, буквально — втрахивая Майки в стол. Обхватив сочащийся смазкой член Манджиро, он принялся ему резко надрачивать. Чувствуя приближающуюся развязку, Дракен вновь притянул Майки на себя, впиваясь тому в губы, соединяя языки. Разрядка накрыла их большой, штормовой волной — так их захлестнула, что отдышаться не могли ещё приличное количество времени. Отойдя от оргазма, Кен присел на стол к Сано, взяв его небольшую ладошку в свою, сцепляя их руки в замок отходя от трипа***.

— Кен-чин, а завтра мне оставишь автограф?