Глава 4

Помещение прогрето солнцем. Должно быть, время идет к полудню. Как же здорово передохнуть от всего этого безумия.Я еще не готова отказаться от драгоценных часов сна, но стакан воды не помешает. Распахнув дверь, я замечаю Раффи, сидящего в коридоре с закрытыми глазами.И хмурюсь.- Ты чем тут занимаешься?- Слишком устал, чтобы идти к софе, - отвечает он, не поднимая век.- Продолжаешь бдеть? Попроси ты меня – я бы тебя сменила. Из-за кого нам вообще переживать?Раффи пренебрежительно фыркает.- Я имею в виду – прямо сейчас. Кто наш враг в эту самую минуту?Он сидит лицом к двери Пейдж. Что ж, могла бы и догадаться.- Она не тронет меня.- Велиал тоже так думал. - Глаза Раффи по-прежнему закрыты, губы еле шевелятся. Если бы он молчал – сошел бы за крепко спящего.- Велиал ей не сестра, он её не растил.- Можешь считать меня сентиментальным, но целой ты мне нравишься больше. Кроме того, твоя вкусная плоть интересует не только ее.Я склоняю голову набок:- Кто сказал, что я вкусная?- Не слышала старую поговорку? Вкусный как глупец!?- Ты сам ее придумал.- Ха. Должно быть, она из ангельского фольклора. Предупреждает дурачков о ночных страшилищах.- Вообще-то, день на дворе.- Ааа, так ты не отрицаешь, что не очень умна? – ухмыляясь, он наконец открывает глаза. Пристальный взгляд на меня и веселья как ни бывало.- Что на тебе надето? – Он пристально изучает мой наряд.Разомлев от комфорта, я совсем позабыла, что на мне лишь короткая майка и боксеры. Я опускаю глаза и думаю о том, должна ли сейчас смутиться. Вполне целомудренный вид, не считая живота и ног, оголенных чуть больше, чем Раффи уже видел.- Спросил меня тот, кто вечно расхаживает без рубашки.На самом деле, мне вроде как нравится видеть его таким: с голым торсом и всеми шестью кубиками пресса напоказ. Но об этом я умолчу.- Проблематично подобрать рубашку, имея крылья за спиной. Да и к тому же, жалоб я не слышал.- Как и комплиментов. Так что не обольщайся.Мне даже хочется добавить, что на земле своих ребят хватает, которые ничем ему не уступают, но мне бы пришлось безбожно соврать.Он продолжает тщательный осмотр.- На тебе мужские трусы?- Полагаю, что так. Но они мне как раз.- Чьи они?- Ничьи. В комоде нашла.Раффи протягивает руку, подцепляет распущенный край белья и неспешно подворачивает ткань на моем бедре, укорачивая и без того короткие боксеры.- И что ты будешь делать, если нам придется бежать? – голос Раффи становится хриплым, в то время как он завороженно глядит на задранную ткань.- Схвачу свою обувь и побегу.- В таком-то наряде? На глазах у попирающих законы необузданных мужчин? – Он переводит взгляд на мой живот.- Печешься по поводу извращенцев, которые могут ворваться в дом? Нет никакой разницы, буду я в этой одежде или в толстовке и мешковатых джинсах. Дело в порядочности этих людей. Их действия зависят от них самих.- Но действовать во время знакомства с моими кулаками им точно будет непросто. Неуважения не потерплю.Я дарю ему полуулыбку:- Ведь уважение – это твой пунктик.Он вздыхает и выглядит недовольным самим собой.- Похоже, в последнее время моим пунктиком стала ты.- Это еще почему? – Хотела бы я говорить с меньшим придыханием.- Я сижу на жестком полу у дверей твоей спальни, пока ты сладко дремлешь в уютной постели, разве не так?Прислонившись к стене, я опускаюсь вниз. Мы почти соприкасаемся руками. И молчим.Спустя пару минут я говорю:- Думаю, сон пошел бы тебе на пользу. Можешь занять постель, а я подежурю немного.- Исключено. В опасности ты, а не я.- Да что со мной может случиться? – Повернувшись, чтобы взглянуть на Раффи, я задеваю его рукой.- Список бесконечен.- С каких пор в тебе проснулся маниакальный защитник?- С тех пор, как враги уверились в том, что ты моя дочь человеческая.Я сглатываю. В горле пересыхает.- Уверились?- Велиал видел нас вместе на маскараде. И Уриил, невзирая на маску, прекрасно знал, что на пляже с тобой был я.- Так значит, - мой голос опускается до шепота, – я – твоя дочь человеческая? – Сердце бьется так гулко, что, кажется, я его слышу; а когда понимаю, что и Раффи его слышит, пульс ускоряется вдвое.Он отворачивается.- Некоторые вещи просто недопустимы. Но ни Ури, ни Велиал не могут это понять.Я выдыхаю – сдержанно, не торопясь. В этот список непонимающих Раффи мог бы добавить и меня.- Ну так и кто конкретно будет меня преследовать? – спрашиваю его.- Помимо очевидных подозреваемых? Я отнял у Велиала крылья на глазах у целой толпы воинов, а ты была рядом. Они думают, ты напарница «демона» в маске, отрезающего «ангелам» крылья. И этого достаточно, чтобы открыть на тебя охоту, в надежде поймать и меня. Кроме того, тебе, как ангелоубийце, уже подписан смертный приговор. Ты довольно популярная девчонка.С минуту я перевариваю услышанное. Могу ли я хоть как-то повлиять на сложившуюся ситуацию?- Мы же все для них на одно лицо? Как они нас различают? Ангелы для меня как близнецы. Гребанные совершенства с олимпийскими телами, идеальными чертами и шевелюрами. Не знай я тебя, решила бы, что вы взаимозаменяемые клоны.- Хочешь сказать, я совершеннее прочих?- Нет. Но ты очень скромный.- Скромность просто зашкаливает.- И чистый эготизм[1], как я вижу.- Настоящие воины не выносят психотрёпа.- С рациональным мышлением у воинов тоже проблемы.Раффи бросает взгляд на мои голые ноги.- Да, признаю, этого нам не хватает. - Он встает на ноги и предлагает мне руку. – Давай, поспи еще немного.- Только в обмен на твой сон. - Я принимаю руку, и он поднимает меня с пола.- Если это тебя уймет, я согласен.Мы проходим в комнату и, забравшись на кровать, я устраиваюсь поверх покрывала, полагая, что Раффи просто хочет убедиться, что я действительно лягу спать. Но вместо того чтобы уйти, он ложится рядом со мной.- И как это называть? – спрашиваю я.Он опускает голову на соседнюю подушку и с долей облегчения смежает веки.- Сиестой.- Не собираешься спуститься вниз?- Не-а.- А как же софа?- Слишком неудобная.- Ты же сам сказал, что ночевал на камнях под снегом.- Ночевал. Потому и сплю на мягких постелях так часто, как только могу.