Chapter thirty four

Пэйтон Я не помню, когда в последний раз чувствовал такое беспокойство. Каждая минута казалась вечностью. Я сидел в тишине, только тикание настенных часов напоминало — время идёт. А Ребекка всё ещё там. Где-то за стенами психиатрической клиники. Один шаг от меня — и вместе с тем на другой планете.

Майкл молчал почти полдня. Я не выдержал, набрал сам.

   — Чего тебе теперь? — ворчание в трубке, будто я его из гроба вытащил.

   — Мне нужно попасть в тот центр.

   — Ещё раз? — он хрипло фыркнул. — Ты ведь понимаешь, что это не ресторан. Туда просто так не заходят.

   — Поэтому я и звоню тебе. Мне нужно попасть туда как пациент. Придумай справку, историю болезни — всё, что нужно.

— Ты сошёл с ума?

— Возможно. Но это уже не важно. Важно — она.

Он вздохнул. Я слышал, как он встал, зашагал по комнате, что-то шептал сам себе.

— Ладно. Я могу сделать поддельное направление. У тебя будет история зависимости, анонимное заявление, всё как по учебнику. Но дальше — сам. Как только переступишь порог — ты там один.

— Спасибо. — Я выдохнул. Кажется, впервые за последние часы. — Когда?

— Завтра с утра будет всё готово. Подброшу в твой ящик.

***

Ночь была беспокойной. Я не спал. Просто лежал, уставившись в потолок, где плясали отблески фар отредких машин на улице. В голове крутились сотни сценариев. Что, если меня раскусят? Что, если я не смогу найти её внутри? А если будет поздно?

Я уже не просто волновался. Я боялся.

***

Ребекка Тук-тук.

Дверь резко открылась. Я успела только прищуриться, как в комнату зашёл Джейми. Его взгляд был тяжёлым, будто он сразу всё понял. На лице — не гнев, а разочарование. Почему-то это было хуже.

— Что здесь происходит?

Я лежала без движения. Блайт сжалась в комок у стены. Мы обе были под кайфом, но не настолько, чтобы не осознавать, что сейчас будет.

— Ребекка.. — он подошёл ближе, внимательно всматриваясь в меня. — Ты же умная. Ты знала, чем это закончится.

Я не отвечала. Грудь сжимало от страха. Он прошёлся по комнате, осмотрел тумбочки, коврик, даже заглянул под кровать. Не прошло и пары минут — нашёл пакетик. Пустой, с остатками белого.

— Это твой? — он повернулся к Блайт.

Она молчала. Лишь чуть заметно качнула головой.

— Ясно. — Он отложил пакетик на стол. — За вами придут через минуту. Оформляем изоляцию. Отдельные секции, полное ограничение контактов.

— Подождите, — я приподнялась, голос дрожал. — Это была моя идея. Не вините её.

— Здесь не играют в самопожертвование, Ребекка. Здесь правила. Вы обе их нарушили. О последствиях знали.

    Он развернулся и вышел, захлопнув за собой дверь. Через пару минут в палате уже были охранники. Мы не сопротивлялись. Просто встали и пошли. Как осуждённые. Как сломанные.

***

    Изоляционная палата. Белая, пустая. Маленькое окно с решёткой. Кровать с ремнями, как в фильмах. Здесь пахло медикаментами и одиночеством.

    Я села на кровать и обняла колени. Всё тело дрожало — не от страха, не от ломки. От одиночества. И бессилия.

    Прошло, наверное, несколько часов. Может, больше. Здесь легко терять ощущение времени. Я снова вернулась к тому состоянию, откуда всё началось. Пустота внутри. Холод, не от температуры, а от осознания, что тебя бросили. Сначала родители. Потом жизнь. Потом ты сама себя.

    И теперь — Пэйтон. Хотя... он хотя бы пытался. Возможно, всё ещё пытается. Я бы так хотела верить, что он найдёт меня. Что я услышу его голос, даже сквозь эти толстые стены и решётки.

    Ты не одна, — почти шёпотом прошептала себе. Хотела бы верить. Правда.

***

Пэйтон

    Я стоял у ворот. Высокое здание с серыми стенами. Табличка на входе — «Центр реабилитации и ментального здоровья имени Прайса». Выглядело не страшно. Наоборот — слишком прилично. Словно прятали ад за обёрткой благополучия.

    С собой у меня был рюкзак. Внутри — немного одежды и бумаги, которые передал Майкл. В них — поддельная история: тяжёлая депрессия, злоупотребление стимуляторами, панические атаки. Всё — правдоподобно до боли.

    Я сделал глубокий вдох и прошёл к охране. Передал документы. Женщина в приёмной кивнула и предложила пройти в кабинет врача. Там меня уже ждал тот самый — Джейми Смит.

    Когда я вошёл, он не узнал меня. Просто бегло пробежал глазами по бумажам, поднял взгляд.

   — Добро пожаловать, Пэйтон, — спокойно сказал он. — Надеюсь, мы сможем помочь тебе.

    Я кивнул, сдерживая дрожь.

   — Здесь у нас строгий распорядок, но если ты будешь сотрудничать — всё пройдёт мягче. Мы не враги. Мы — поддержка.

    Ложь в голосе он прятал профессионально. Но что-то в его глазах вызывало отвращение. Я знал, он видел Ребекку. Знал, что она здесь. Вопрос только — где именно?

   — Тебя определят в общую мужскую палату. Завтра — первый день занятий. Если появятся проблемы — говори. У нас есть круглосуточная помощь.

    Я кивнул. Мы обменялись коротким рукопожатием, и меня повели к палате. Всё внутри — чисто, стерильно, как в дорогой гостинице. Но атмосфера — гнетущая. Здесь не отдыхали. Здесь лечили. Или ломали.

    В палате я оказался один. Это был плюс. Я мог подумать. План простой — найти способ увидеть Ребекку. Выяснить, где она. Дальше — действовать по ситуации. А если понадобится — сбежать с ней.

    Я лёг на кровать и закрыл глаза. В голове звучал её голос. Вспоминались её глаза, её страх... её улыбка. Ради неё я сюда пришёл. Ради неё готов пойти дальше.

***

Ребекка

    Изоляция — худшее, что может случиться в таких местах. Ты не чувствуешь времени, ты не слышишь людей. Только свои мысли. А они — самые страшные.

    В какой-то момент я встала и подошла к двери. Потрогала холодный металл. Вдохнула воздух — в нём чувствовалась стерильность, боль и обречённость.

— Пэйтон... — прошептала я. — Найди меня.

    Никто не ответил. Но где-то глубоко внутри я чувствовала: он уже рядом.

________________________________Хи-хи! Привет всем! Надеюсь возвращение, обещать не буду, историю закончить нужно.Уже совсем забыла всё за год, буду вспоминать. Если что-то не сходиться — говорите. Буду пересматривать и исправлять!