Безысходность

— Отлично! — улыбнулся Чонгук, достав из кармана ключи от машины, — я знаю одно очень тихое место.

Они шли молча, пока не дошли до его машины. Он открыл перед ней дверь, и Юнджи села в салон. Парень быстро занял своё место за рулём, и они тронулись с места. По дороге он включил тихую музыку, чтобы разрядить обстановку. Девушка смотрела в окно, наблюдая за мелькающими пейзажами. Она всё ещё была под впечатлением от произошедшего, и ей нужно было время, чтобы прийти в себя.

Они добрались до заброшенного парка, где недавно Чонгук встретил Чеён. Он повёл Юнджи по тропинке, уводящей вглубь, где располагалась беседка.

— Что это за место? — спросила Юнджи, осматриваясь по сторонам.

— Это место, где мы с Чеён проводили всё свободное время вдвоём... — задумчиво ответил Чон, снова вспоминая то время, когда они прятались в этом парке от посторонних глаз.

— Почему мы здесь? — девушка задала следующий вопрос, заметив, что они приближались к беседке, увитой растениями.

— Тут тихо, — Чонгук замолчал, прислушиваясь к тишине, нарушаемой лишь пением птиц, — я иногда приезжаю сюда побыть наедине самим с собой и подумать... Именно здесь я увидел на днях Чеён...

— Она приезжала сюда? — Юнджи удивлённо посмотрела на друга.

— Да, — кивнул парень, — Чеён была здесь в тот день... В дату, когда мы впервые поцеловались в той беседке, — он указал на беседку, к которой они подходили, — с того поцелуя прошло три года... Но, я уверен, она помнит тот день, поэтому Чеён была здесь, в этой беседке...

— Значит, она и правда всё помнит. Чеён помнит всё, что было между вами.

— Возможно... — вздохнул Чон, зайдя в беседку, — но в очередной раз послала куда подальше...

— Ты сделал ей больно.

— Знаю... И уже, кажется, смирился с этим...

Юнджи опустилась на деревянную скамью рядом с другом. Она чувствовала, как атмосфера этого места пропитана прошлым Чонгука, его любовью и болью. Ей было жаль его, но она не знала, как утешить.

— Ты изменился, — тихо проговорила Юнджи, пытаясь ему улыбнуться, — стал другим.

— Разве? — усмехнулся тот, достав из кармана пачку сигарет.

— До меня дошли слухи, что ты помог Бао в конкурсе. А сейчас помог мне...

— Я всё тот же эгоистичный и самоуверенный Чон Чонгук, — закуривая, ответил парень, — только теперь отношусь по-другому к некоторым людям.

— Возможно, ты просто стал более избирательным, — предположила Юнджи, — раньше тебе было всё равно на всех, кроме себя, а теперь ты заботишься о тех, кто тебе дорог.

Чонгук затянулся сигаретой, глядя куда-то вдаль. Дым медленно рассеивался в воздухе, унося вместе с собой часть его грусти.

— Я просто пытаюсь быть лучше к определённым людям, — наконец заговорил он, — не знаю, получается ли у меня, но я стараюсь. Ради неё... — Чон на мгновение замолчал, в голове произнеся имя, которое не озвучил вслух. — Видеть, как тебе больно, Юнджи, мне не нравится. Не знаю, что у вас там с Чимином происходит...

— Он лгал мне... — почти шёпотом промолвила та, — не рассказал о Суджи.

— Эта элегантная красотка оказалась его девушкой?

— Невестой... — поправила его Юнджи, — Суджи — его невеста... Мы с Чимином были близки... Я думала, что у нас с ним отношения... Но он просто воспользовался мной...

— Вот мудак, — прошипел Чонгук, — послушай, Юнджи, — он повернулся к подруге и взял её руку в свою широкую ладонь, — я не хочу, чтобы ты страдала из-за Чимина. Он этого не заслуживает.

Юнджи молчала, не решаясь посмотреть ему в глаза.

— Ты прав, — тихо проговорила она, наконец подняв взгляд на Чонгука, — он не заслуживает меня. И я не заслуживаю того, чтобы страдать из-за него. Но чувства... их не выключишь как свет.

— Знаю, — кивнул Чонгук, выбрасывая окурок в урну, — но ты сильная, Юнджи. Ты справишься. Просто поверь в себя. И помни, что я рядом.

Юнджи видела в его глазах искренность и неподдельную заботу. Впервые за последние дни она почувствовала, что не одинока в своей боли. Чонгук был рядом, готовый поддержать её, несмотря ни на что.

Девушка улыбнулась, чувствуя тепло от его слов. Поддержка друга была ей сейчас очень нужна.

— Спасибо, — прошептала она, — за то, что ты есть. За то, что поддерживаешь меня. Я постараюсь... постараюсь взять себя в руки. И двигаться дальше.

— Ты умничка, — Чонгук приложил ладонь к её лицу.

Он нежно провёл большим пальцем по её щеке, словно стирая остатки грусти. В этот момент ей казалось, что все её проблемы отступили на второй план, уступая место благодарности за то, что в её жизни есть такой человек, как Чонгук.

Они ещё долго сидели в беседке, разговаривая обо всём на свете. Чонгук рассказывал о новых проектах, которыми он собирался заняться. Юнджи делилась своими переживаниями по поводу учёбы и экзаменов.

— Пора возвращаться, — сказал Чонгук, поднимаясь со скамьи, — ты, наверное, проголодалась. Поужинаем?

Юнджи кивнула, соглашаясь. Они вышли из беседки и направились к машине. Она чувствовала себя намного лучше, чем несколько часов назад.

Юнджи знала, что ей предстоит ещё долгий путь, но теперь она была уверена, что не одинока на этом пути. Рядом с ней есть друг, готовый поддержать в любую минуту.

Всю дорогу до ресторана они молчали, но это было приятное молчание, наполненное теплом и взаимопониманием.

В ресторане они заказали свои любимые блюда и продолжили беседовать. Чонгук рассказывал смешные истории из своей жизни, а Юнджи внимательно слушала и смеялась. Компания Чонгука отвлекала её от мрачных мыслей и дарила позитивные эмоции.

После ужина Чон отвёз её домой. Они ещё какое-то время сидели в машине, словно не хотели расходиться.

— Спасибо тебе, — поблагодарила Юнджи, глядя ему в глаза.

— Если тебе понадобится моя помощь или просто захочется поговорить, звони в любое время.

— Обязательно, — улыбнулась Юнджи, — до встречи, Чонгук.

— До встречи, — попрощался Чон, и подруга вышла из автомобиля.

Как только она скрылась за железными воротами, парень уехал.

Чимин, сидящий в это время в своей машине через дорогу, наблюдал за ними. Он не мог понять, что чувствовал. Ревность? Злость? Раздражение? Пак сжал руль так сильно, что костяшки пальцев побелели. Он знал, что сам виноват в том, что происходит, но ничего не мог с этим поделать. Желание подойти к ней, обнять и увезти подальше от всего этого хаоса становилось всё сильнее.

Он дождался, пока в доме Юнджи не загорелся свет, и только тогда завёл машину. Ехать домой к Суджи не было никакого желания. Он не понимал, как объяснить ей всё. Как сказать, что его сердце принадлежит другой? Что их отношения держатся только на приказе отца. Чувство вины давило на плечи.

Припарковавшись возле дома родителей, Чимин заглушил мотор и глубоко вздохнул, собираясь с духом. В голове роились обрывки фраз, но ни одна не казалась достаточно подходящей. Он вышел из машины и, стараясь держаться как можно спокойнее, направился к двери.

В холле его встретила сестра.

— Ты опоздал на ужин, — встревоженно проговорила Чеён, — отец был в бешенстве.

— Плевать на него, — огрызнулся Чимин, скидывая кеды, — где Суджи?

— В гостевой, — ответила блондинка, — она ничего не ест. Ты опять её обидел?

— Чеён, пожалуйста, не лезь. Я сам во всём разберусь.

Чимин быстрым шагом направился по коридору в сторону гостевых комнат. Он открыл дверь и зашёл внутрь. Суджи сидела на диванчике, явно о чём-то задумавшись.

Когда дверь за спиной Пака захлопнулась, девушка подняла на него глаза.

— Почему ты ушла?

— Ты же занят учёбой, — напомнила ему Суджи спокойным голосом, — у тебя на меня нет времени.

Чимин присел рядом с ней, взяв её руку в свою. Суджи не отдернула её, но и не ответила на его прикосновение. В комнате повисла напряжённая тишина, которую никто не решался нарушить.

— Суджи, мне очень жаль, — начал Чимин, чувствуя, как комок подступает к горлу, — я не хотел тебя обидеть. Просто сейчас очень сложный период. Учёба, отец... Всё навалилось.

Суджи молчала, внимательно глядя на него. В её глазах читалась обида, но в то же время и какое-то понимание. Она знала, каким давлением подвергается Чимин со стороны своей семьи.

— Я понимаю, — тихо ответила девушка, — но мне тоже тяжело. Я прилетела сюда, чтобы побыть с тобой, а ты избегаешь меня. Кажется, что я для тебя совсем не важна.

— Это не так, — возразил парень, — ты очень важна для меня.

— Тогда докажи это, — попросила она, — проведи со мной время. Поговори со мной, как раньше.

Чимин обнял Суджи за плечи, прижав её к себе. Он чувствовал её хрупкость и уязвимость, и это заставляло его испытывать ещё большее чувство вины.

— Завтра после учёбы мы проведём время вместе. Сходим в парк аттракционов, поужинаем в ресторане. Всё, что ты захочешь.

Суджи немного отстранилась и посмотрела ему в глаза.

— Правда?

— Правда, — ответил Чимин, — я обещаю.

Суджи немного расслабилась в его объятиях и прижалась щекой к его плечу. Она не хотела усложнять ему жизнь своими обидами. Она просто хотела почувствовать его любовь и заботу, как раньше.

Они просидели так ещё некоторое время, молча обнимаясь, пока тишину не нарушил стук в дверь. Чеён просунула голову в комнату и сообщила, что отец зовёт Чимина к себе.

— Я сейчас вернусь, — пообещал парень своей невесте, — и мы с тобой поужинаем. Ладно?

— Хорошо, — согласилась Суджи, кивнув ему в ответ.

***

На следующий день после занятий Хосок проводил Чимина до крыльца института, где они остановились, чтобы поговорить.

— Ты не останешься на репетицию? — спросил Хоби, удивившись, что друг уходит, не начав даже подготовку к последнему туру.

— Я обещал Суджи, что проведу с ней время... — пробормотал Пак, облокачиваясь локтями на перила, — иначе отец весь мозг мне съест...

Взгляд Чимина прошёлся по всем студентам, находящимся во дворе, но остановился на Юнджи, что мило болтала с Чонгуком около курилки.

— Вы так и не поговорили? — Хосок задал вопрос, заметив, к кому прикован взгляд друга.

— Юнджи ещё не готова к разговору... Она меня ненавидит...

— Я тебя предупреждал, — Чон также повис на перилах, — твоё молчание тебе дорого обошлось. Ты сделал ей больно.

— Думаешь, я не знаю? — Пак перевёл внимание на друга, — я хотел ей всё рассказать... Но немного не успел... Суджи так не вовремя прилетела...

— Ты долго тянул с правдой, — подытожил Хоби, — теперь отпусти Юнджи. Дай ей спокойно жить без тебя и твоего отца. Так будет для неё безопаснее.

— Что на счёт тебя? — Чимин решил сменить болезненную тему, — Бао так тебя и не простила за поцелуй?

— Избегает меня... — буркнул Хосок.

— Сегодняшнюю новость слышал? — спросил Пак, внимательно следя за эмоциями Чона.

— Думаешь, он сам? Или кто-то приложил к этому руку?

— Главное, что это были не мои руки... — тихо произнёс Чимин, — ты сейчас должен быть с Бао. Она, наверное, в лёгком шоке, что с ним кто-то расправился.

— Да и поделом этому гаду. Если бы она меня в тот раз не остановила, я бы сам убил эту мразь.

— Проведай её после репетиции, — попросил Чимин, — может, Бао уже немного отошла от твоего наглого поступка и захочет с тобой поговорить. А мне пора к Суджи...

— Давай... — Хосок легонько ударил друга кулаком в плечо и зашёл обратно в институт.

Чимин поправил рюкзак и спустился по ступенькам. Бросив последний взгляд на Юнджи, он направился на выход.

***

Чимин заехал за Суджи, и они поехали в парк. Там они гуляли, ели сладкую вату и играли в тире, выигрывая мягкие игрушки. Девушка смеялась и визжала на каждом аттракционе, и Чимин старался улыбаться ей в ответ. Но в голове постоянно всплывал образ Юнджи.

Вечером они ужинали в ресторане. Суджи была оживлённой и рассказывала о своих планах на будущее. Чимин внимательно слушал, но его мысли были далеко. Он не мог не думать о том, что, возможно, сейчас Юнджи грустит и чувствует себя одинокой. Желание быть рядом с ней становилось почти невыносимым.

После ужина они пошли гулять по вечернему городу. Суджи аккуратно взяла его за руку. Парень вздрогнул от неожиданности, но не отстранился.

— Спасибо за сегодняшний день, — прошептала Суджи, прижимаясь к нему плечом, — мне было очень хорошо с тобой.

Чимин лишь кивнул в ответ, не находя в себе сил выдавить из себя хотя бы слово. Он чувствовал себя лицемером, притворяясь счастливым, когда его сердце рвалось на части от тоски по другой. Вина разъедала его изнутри, но он понимал, что должен продолжать эту игру ради безопасности Юнджи и её семьи. Он чувствовал себя загнанным в угол. Ему казалось, что он живёт чужой жизнью, выполняя приказы отца. Он был связан по рукам и ногам обязательствами перед отцом и обещаниями перед Суджи.

Вечером, вернувшись домой, Чимин извинился перед Суджи и сослался на усталость. Он хотел уехать к себе домой, но отец в приказном тоне попросил остаться у них на ночь.

После короткого разговора с главой семейства, Чимин вышел из его кабинета и остановился, так как у дверей стоял Сынхо.

— Ты убрал Хана? — спросил Чимин, сделав акцент на слове "ты".

Он рассматривал невозмутимое лицо телохранителя, на скуле которого красовалась еле заметная ссадина.

— Это был твой приказ, — спокойно ответил Сынхо, — не забыл?

— Как тебе удалось достать его в тюрьме?

— Ты правда хочешь это знать? — телохранитель слегка улыбнулся уголком губ.

— Чеён у себя? — Чимин решил сменить тему, так как и правда не было желания знать, как Сынхо убил Дуки, который находился под контролем надзирателей.

— Укладывает Тэхо.

Пак лишь кивнул и направился на выход, который вёл на задний двор. Телохранитель проводил его взглядом, а после зашёл в кабинет босса.

Чимин вышел на улицу и глубоко вдохнул. Он стоял на крыльце, глядя на тёмное небо, усыпанное звёздами. Каждая из них казалась ему маленькой надеждой на то, что когда-нибудь он сможет быть счастлив. Что когда-нибудь он сможет сам распоряжаться своей жизнью и своими чувствами. Но пока что он был лишь марионеткой в руках своего отца, вынужденной играть роль.

Внезапно он услышал, как хлопнула дверь. Оглянувшись, Чимин увидел Суджи, что встала рядом с ним.

— Почему не отдыхаешь? — спросил он, стараясь скрыть волнение.

— В комнате душно, — ответила она, — а ты? Что-то случилось?

Чимин покачал головой, не решаясь рассказать ей то, что у него сейчас на душе.

— Просто устал...

Суджи встала перед парнем и обняла его за талию, смотря на него снизу.

— Чимин, я чувствую, что между нами что-то не так, — прошептала она, — ты совсем отдалился от меня.

— Это не так, Суджи...

— Мне нужно больше, чем просто прогулка, — девушка замолчала на мгновение, а затем продолжила, — я хочу чувствовать твою любовь, почувствовать тебя.

Она приложила мягкую ладонь к его щеке и смотрела в глаза так, словно ждала от него действий.

Чимин понимал, чего она ждёт, но он лишь обнял её, чувствуя, как её тепло немного успокаивало его. Но даже в её объятиях он не мог избавиться от мысли о Юнджи.

Суджи тихо вздохнула, уткнувшись лицом ему в грудь. Она чувствовала его отстранённость и холодность, но не хотела отпускать. Она надеялась, что сможет растопить лёд в его сердце своей любовью и заботой. Но с каждой минутой ей становилось всё труднее.

— Суджи, я правда устал... — произнёс Чимин, ослабляя объятия, — мне нужно отдохнуть.

— Можно мне с тобой? — девушка подняла голову, невинно улыбнувшись.

— Не начинай...

— Ладно... — недовольно буркнула она, — как хочешь...

Суджи чмокнула его в губы и, отстранившись, зашла в дом. Чимин остался стоять на крыльце. В голове царил хаос.

Он провёл рукой по волосам и устало вздохнул. Ему хотелось просто исчезнуть, убежать подальше от всех проблем и обязательств. Но он знал, что это невозможно. Он был частью этого мира, и ему придётся играть по его правилам.

Приняв душ, он ушёл в свою комнату и упал на кровать. Пытался уснуть, но сон не шёл. Образ Юнджи стоял перед глазами. Он думал о ней, о том, как сильно скучает.

Парень взял телефон и долго смотрел на её номер, но так и не решился позвонить. Что он мог ей сказать? Как объяснить, что его жизнь ему совсем не принадлежит? Он отбросил мобильный на кровать и закрыл лицо руками.

Раздался тихий стук в дверь. Чимин поднял голову и увидел на пороге Чеён.

— Ты не спишь? — прошептала она, прикрыв за собой дверь, — я видела, как ты привёз Суджи. Ты выглядишь ужасно. Что-то случилось?

— Ничего, — ответил Чимин, откидываясь обратно на подушки, — просто устал...

Чеён подошла к кровати и легла рядом с братом. Парень притянул блондинку к себе и крепко обнял, утыкаясь лицом в её волосы. Желание заплакать было просто невыносимым.

— Что происходит, Чимин?

— Я запутался, Чеён... Всё так сложно... — прошептал он, чувствуя, как в горле застрял ком.

— Ты любишь Суджи? — осторожно спросила девушка, поглаживая брата по спине.

Чимин молчал. Этот вопрос повис в воздухе, требуя ответа, но он не мог его дать.

— Ты любишь другую, да? — догадалась Чеён, — ту девочку, которая в последнее время была с тобой рядом?

Чимин снова промолчал. Он не хотел говорить об этом, потому что знал, что отец никогда не позволит ему быть с Юнджи.

— Я так устал... — прохрипел парень, — я просто не знаю, что делать...

Чимин крепче прижался к сестре, ища в её объятиях утешение. Она всегда восхищалась его силой и умением держать всё под контролем, но сейчас видела, что брат сломлен, и не знала, чем ему помочь.

— Знаешь, Чимин, иногда нужно просто отпустить ситуацию, — тихо проговорила Чеён, погладив парня по голове, — позволить событиям идти своим чередом. Невозможно всё контролировать. Иногда нужно просто довериться судьбе.

Внезапно в дверь снова постучали и позвали Чёен. Девушка вышла из комнаты, оставив Чимина одного в темноте. Он лежал на кровати, глядя в потолок, и думал о том, что его ждало в будущем. Он просто хотел, чтобы всё это закончилось. Чтобы он мог быть с Юнджи, не боясь ни отца, ни последствий. Чтобы он мог быть просто счастливым.

Но слова Хосока эхом отдавались в голове: "Отпусти Юнджи. Дай ей спокойно жить без тебя и твоего отца".

Но как он мог отпустить её, если его сердце принадлежало ей? Как мог жить дальше, зная, что она рядом, но никогда не будет с ним?

***

Утром Чимин медленно зашёл в ворота института, что-то катая в своей голове. Очередной серый день без Юнджи.

Пак поднял голову и остановился. Перед глазами была девушка, о которой он постоянно думает. Юнджи сидела на лавочке и что-то рисовала в своём альбоме. Он смотрел на неё, не в силах оторвать взгляд. Она была такой же красивой, как и в его воспоминаниях. Нежная, хрупкая, но такая далёкая. Ему хотелось подойти, обнять её, сказать, как сильно он скучал.

Чимин сделал несколько неуверенных шагов вперёд, всё же решаясь к ней подойти.

— Привет, — тихо поздоровался он, стараясь скрыть дрожь в голосе.

Юнджи замерла с карандашом в руке, узнав любимый голос.

— Привет, — ответила она, не поднимая головы, чтобы не смотреть ему в глаза.

— Как ты? — Чимин сам не понял, зачем задал этот вопрос, так как прекрасно понимал, что ей сейчас плохо.

— Нормально, — Юнджи закрыла альбом и встала с лавочки, наконец посмотрев ему в глаза, — а ты? Как Суджи?

Имя Суджи прозвучало как приговор. Парень ощутил, как сердце больно заныло. Он знал, что не может быть счастлив ни с Юнджи, ни без неё. Он был обречён на вечные муки.

— Послушай, Юнджи, нам нужно поговорить.

— Нам не о чем говорить, — отрезала девушка, — я думаю, нам лучше держаться друг от друга подальше. Это будет лучше для нас обоих.

Юнджи хотела уйти, но Пак остановил её, задержав за руку.

— Пожалуйста, выслушай меня, — взмолился Чимин, крепче сжимая её ладонь, — я знаю, что всё очень сложно...

— Ты лгал мне, — она вырвала свою руку и отступила на шаг, смотря на него с болью и разочарованием, — в очередной раз...

— Я хотел тебе всё рассказать в тот вечер, но...

— Никаких "но", Чимин, — перебила его девушка, — ты слишком поздно одумался. Просто забудь меня.

Юнджи повернулась, чтобы уйти, но парень снова схватил её за руку, разворачивая к себе.

— Пожалуйста, выслушай меня. Я знаю, что поступил неправильно...

— Нет, это ты выслушай, Чимин. С меня хватит. Я устала от твоей лжи и от твоей скрытной жизни. Неизвестно, что я могу узнать про тебя в следующий раз. Оставь меня в покое. Я хочу спокойствия.

Девушка попыталась вырвать свою руку из его хватки, но Чимин не хотел отпускать её.

— Юнджи, давай спокойно поговорим и я всё расскажу. Клянусь.

Но Юнджи не хотела с ним ни разговаривать, ни иметь ничего общего.

— Отпусти меня! — воскликнула она, привлекая внимание других студентов.

Внезапно девушку просто вырвали из его рук и, когда Пак повернул голову, то получил кулаком в челюсть. Перед Чимином стоял разъярённый Чонгук, готовый снова броситься в бой.

— Ты, блять, оглох?

— Чонгук! — ахнула девушка, быстро останавливая его, — не нужно!

— Не смей к ней прикасаться! — прорычал Чон, злобно глядя на парня, — ты причинил ей достаточно боли. Оставь её в покое!

Чимин вытер кровь с губы и посмотрел на Юнджи, что держала друга, перегораживая ему путь.

— Юнджи... — прошептал Чимин.

Девушка оглянулась и лишь покачала головой, снова отворачиваясь от него. Она не хотела больше слушать его оправдания. Они были пустыми, как и его душа.

Чонгук обнял Юнджи за плечи и повёл её прочь. Чимин смотрел им вслед, чувствуя, как в его груди образовалась огромная дыра. Он потерял самое дорогое, что у него было, и винил в этом только себя.

Пак остался стоять посреди двора, окружённый любопытными взглядами студентов. Он был в полной растерянности и отчаянии. Ярость и бессилие боролись в нём, заставляя сжимать кулаки до боли.

Он сделал шаг, намереваясь догнать Юнджи и Чонгука, но тут же остановился. Что он мог сказать? Как объяснить свои поступки, которые привели к такому печальному исходу? Он предал её доверие, обманул, и теперь ему оставалось лишь пожинать горькие плоды.

Внезапно он почувствовал, как кто-то дотронулся до его плеча. Обернувшись, он увидел Хосока. Тот смотрел на него с сочувствием.

— Пойдём, — тихо сказал Чон, разворачивая друга к выходу, — тебе нужно прийти в себя.

Выйдя за территорию, они направились к ближайшей кофейне.

В кофейне они заняли укромный столик в углу. Чимин молча уставился в окно, наблюдая за прохожими. Хосок заказал им кофе и какое-то пирожное, надеясь, что хоть немного поднимет настроение другу. Тишина давила на плечи, но Чон не спешил её нарушать, понимая, что Чимину нужно время, чтобы переварить произошедшее.

— Послушай, Чимин... — Хосок всё же нарушил тишину, когда увидел, что тот не собирался начинать разговор первым.

— Не хочу об этом говорить... — пробормотал Пак, потерев лицо ладонями, — это конец...

— Я знаю, тебе сейчас тяжело, но это не конец, а всего лишь глава, — мягко продолжил парень, несмотря на возражения друга, — возможно, вам действительно нужно время, чтобы всё обдумать. Пойми, Юнджи тяжелее. Не знаю, на сколько далеко зашли ваши отношения, но ей сейчас чертовски больно.

Чимин отпил немного кофе, скривившись от горечи.

— Мне плохо без неё...

— Я знаю, — Чон вздохнул, — но любовь не должна причинять боль. Вы оба сейчас страдаете. Наверное, стоит действительно дать ей пожить спокойно. По крайней мере, на какое-то время.

Чимин молчал, переваривая слова друга. Он понимал, что Хосок прав, но принять это было невероятно сложно. Его сердце разрывалось на части от мысли, что он должен отпустить Юнджи.

— Думай о будущем, Чимин, — продолжил Чон, — возможно, когда-нибудь ваши пути снова пересекутся. Но сейчас вам обоим нужно время, чтобы разобраться в себе и своих чувствах.

— Ладно... закроем эту тему... — поговорил Пак, покрутив в руках чашку, — как прошла твоя встреча с Бао? Она хотя бы пустила тебя на порог?

— Не пустила, — Хосок в отрицании помотал головой, на что друг вопросительно поднял брови, — её не было дома.

— Не было дома? — переспросил Чимин и задумался, — а где она была?

— Не знаю, — Чон пожал плечами, — в клубе Тэхёна её тоже не было. И на звонки не отвечает...

— Надеюсь, Бао не вляпалась куда-нибудь снова... — задумался Пак, уставившись в окно.

— Сейчас и спросим, — Хосок взглянул на наручные часы и добавил, — нам пора. Занятия начнутся через пару минут.

Ребята зашли в холл института и тут же заметили подругу, о которой разговаривали в кафе. Бао стояла в стороне и что-то искала в сумке.

— Привет! — поздоровались друзья, подойдя к ней.

Рыжеволосая подняла голову и, посмотрев на Чимина, перевела взгляд на Хосока.

— Привет... Вы почему не на паре? Звонок уже был.

— Уже идём, — ответил Пак, — а ты где пропадаешь?

— Так у меня запись на шоу Leemujin Service, — ответила девушка, — скоро увидите меня по телевизору.

— Круто! Рад за тебя, — Хосок не смог скрыть своего восхищения.

— Спасибо, — Бао слегка улыбнулась ему и их взгляды на мгновение переплелись.

Но Чимин прервал ребят и поторопил в кабинет.

***

Юнджи сегодня задержалась в институте, так как готовилась к экзамену по живописи. Она медленно брела по полутёмному коридору института, смотря в телефоне выступление Чонгука с его партнёршей.

На её лице расплылась улыбка при виде такого дерзкого образа друга. Но ей пришлось резко остановиться, так как перед ней появилось трое девчонок.

— Что, никак не налюбуешься? — съязвила Арин, смотря на неё хитрым взглядом.

Юнджи оторвала глаза от экрана телефона, окинув взглядом трёх надвигающихся на неё девушек. Арин была в центре, излучая неприкрытую злость, по бокам её — две подруги, готовые в любой момент броситься в бой. Юнджи знала Арин и её вспыльчивый характер, поэтому не стала отвечать на колкость, сохраняя спокойное выражение лица.

— Вам что-то нужно? — ровным тоном спросила она, блокируя мобильник и убирая в сумку.

— Нужно, — процедила брюнетка, делая шаг вперёд, — чтобы ты, шлюха, держалась подальше от Чонгука. Неужели тебе прошлого раза было мало? Хочешь, чтобы я проучила тебя ещё раз?

— Арин, ты неправильно всё понимаешь, — попыталась успокоить её Юнджи, — между мной и Чонгуком ничего нет. Мы просто друзья. Не устраивай сцен ревности.

Юнджи хотела пройти мимо, но Арин перехватила её за руку.

— Ты никуда не пойдёшь! Ты ответишь за то, что лезешь к моему парню!

Арин замахнулась и ударила девушку по лицу. Юнджи отшатнулась от удара, почувствовав острую боль в щеке и металлический вкус во рту. Её сумка отлетела в сторону.

Внезапно одна из подруг брюнетки толкнула студентку в стену. Больно ударившись спиной, Юнджи зажмурилась.

Арин торжествующе ухмыльнулась, наблюдая за растерянностью Юнджи. Она чувствовала прилив адреналина и злости, ей хотелось полностью унизить соперницу. Подруги, словно гиены, кружили рядом, готовые в любой момент наброситься на жертву.

— Ты думала, что сможешь безнаказанно флиртовать с Чонгуком? — прошипела брюнетка, схватив Юнджи за шею и ударив её головой о стену, — ты очень сильно ошибаешься. Он мой, и я никому не позволю к нему прикасаться.

От удара в голове девушки всё поплыло, в глазах появились тёмные пятна. Она попыталась вырваться из хватки студентки, но та вцепилась в неё мёртвой хваткой. Подруги Арин поддерживали её, не давая Юнджи сдвинуться с места.

Брюнетка продолжала сыпать угрозами и оскорблениями, сжимая шею девушки всё сильнее. Юнджи чувствовала, как кислород покидал её лёгкие, и она начала задыхаться...