***

После пар зарядил кошмарный ливень. Я редко болела и легко переносила холод, так что не побоялась отправиться домой пешком. Хотя мой энтузиазм быстро сошел на нет: одежда вымокла насквозь, в туфлях хлюпала вода, библиотечные книги в рюкзаке наверняка уже отсырели. Черт.Я сняла рюкзак и решила надеть его под куртку, чтобы спасти хотя бы его – и в этот момент рядом притормозила черная «Тесла», и пассажирская дверь распахнулась.– Залезай, – сказал мне Чонгук.Я молча сняла рюкзак и куртку. Потом хладнокровно надела их в обратном порядке и пошла дальше, хлюпая водой в туфлях.Чонгук захлопнул дверь, но не уехал, а медленно двинулся за мной, подстраиваясь под скорость моего шага.– Я затащу тебя в машину силой, если не сядешь.– Только попробуй, – ответила я, ускоряя шаг, – и тебя завтра же выпрут из Ирландии за попытку похищения.– Не смеши, – бросил он.Машины, следующие за Чонгуком по его полосе, начали мигать ему и сигналить.– Я не сажусь в машины тех, кто испытывает ко мне ненависть.– Я не испытываю к тебе ненависть.– Но ты не принял мои извинения. И твоя компания издевается надо мной! Неужели ты думаешь, что я поверю, что в этой машине меня не ожидает очередной розыгрыш?!Чонгук выгнул бровь и посмотрел, как на говорящего комарика: вроде разумное существо, а все равно хочется убить.– Лалиса, черт возьми, сядь, пожалуйста, в машину! – повторил он.Его угрозы не впечатлили, а вот сказанное вслух «пожалуйста» – очень даже. Ну и нарушение правил дорожного движения и блокирование полосы – это тоже выглядело впечатляюще. Машины начали объезжать Чонгука по встречной полосе, а водители не стеснялись в выражениях.– Да чтоб тебя, козел! – рявкнул Чонгуку какой-то мужик, который еле-еле объехал его.Чонгук даже ухом не повел, только хмуро смотрел перед собой и медленно катил рядом. Следующий следом мерс засигналил так громко, что я чуть не оглохла...И тогда я сдалась и села в «Теслу». Чонгук тут же прижал педаль газа, и машина рванула вперед. Он заговорил первым:– Ричи удалил то фото.– Разве это была не твоя с Розэ идея?– Поверь, у меня есть дела поважнее, чем ты и все, что с тобой связано, – фыркнул он. – Но твоя реакция на вечеринке до сих не дает всем покоя. Лучше бы ты поцеловала Ричи, и на этом бы все успокоились. Почему ты так отпрянула? Это же всего лишь игра. Теперь они делают ставки.– Что? – сглотнула я.– Ставят на тебя. Тот, кто первым затащит в койку, – получит кучу зелени. Многие из нашей компании скинулись и...– Пожалуйста, не продолжай. – Голос предал меня. Я отвернулась к окну и попыталась не разреветься.– Не ведись на знаки внимания старшекурсников. Особенно тех, кто был на вечеринке. Не садись ни к кому в машину. У тебя своя есть?– Есть, разберусь.Чонгук загнал «Теслу» на подземную парковку нашего жилого комплекса, пронзая полумрак ослепительным светом фар.– Ну и зачем тебе спасать маленького перепуганного зверька? – с горькой усмешкой спросила я.– Только ради Дженни. Ей нравится опекать всех подряд, и на этот раз она выбрала тебя. Но лучше уж ты, чем какая-нибудь бездомная собака у меня в квартире.В этой реплике было столько холода и презрения, что я не смогла выдавить ни одного слова в ответ. Я просто молча вышла из машины и пошла к лифту. Ноги едва держали.Наверное, я должна была поблагодарить Чонгука за бесценное предупреждение, но не стала. Я злилась. За то, что он часть такой дебильной компании. За то, что он встречается с девушкой, которой доставляет удовольствие унижать меня. За то, что он вытер ноги о мое чистосердечное раскаяние. За то, что сравнил меня с бездомной собакой. И за то, что, несмотря на все это, он не вызывал у меня чувство отвращения. Наоборот, совсем наоборот. Он нравился мне. Вот такая нелепость.Вечером ко мне снова заглянула Дженни. Подтвердила все, что сказал Чонгук. Материлась на двух языках. Больше всего досталось Чонгуку и Розэ:– Розэ совсем с катушек слетела. Она знает, что ты приехала с Чонгуком вчера утром. Кто-то сказал ей. Устроила скандал. Затея с молоком – ее рук дело. А он, как дурак, влюблен и не замечает, что они... что вообще-то они совершенно не походят друг другу.– Почему ты так думаешь?– Она... вредит ему, Лиса. Она очень сильно ему вредит.– В смысле?– Пока больше ничего не могу объяснить. Еще не довел он меня до ручки, но очень скоро это случится... И тогда я не буду держать язык за зубами.