Пепельный реквием среди обугленных зеркал

    Солдаты беспорядочно расхаживали среди трупов, с остервенением топча и пиная бесформенные тела. Изредка они натыкались на ещё подающих признаки жизни – кто-то хрипел, судорожно цепляясь за последние крохи существования, кто-то скулил, моля о пощаде. Но ответом всегда была безжалостная сталь.

    Кровавая бойня наконец утихла. Недавно величественный зал для пиршеств обратился в кладбище, усеянное изуродованными телами жертв. Повисла гнетущая тишина, нарушаемая лишь редкими стонами.    Командир окинул взглядом результаты содеянного. Его безжалостная ярость как будто наконец-то находила успокоение. Всё обрело зловещее, практически умиротворяющее безмолвие.    И тогда Командир проронил хриплым голосом: «Свершилось…»

    После этих слов его боевые товарищи, солдаты, только что предававшиеся безудержной резне, одарили своего предводителя последними ласковыми улыбками. Их суровые лица на миг просветлели, озарившись каким-то потусторонним светом.    Они с видимым облегчением закрыли глаза. И тут же их фигуры стали расплываться, таять, рассеиваясь тонкими струйками тумана в воздухе. Один за другим воины бесследно исчезали в полной тишине, не оставляя после себя ничего, кроме пустоты. 

    Последним растворился в сумраке сам Командир. Его образ всё больше терял очертания, пока окончательно не слился с пеленой забвения, повисшей в опустошённом зале.    Никаких следов, никаких объяснений. Лишь гробовое безмолвие, изредко нарушаемое хрипами жертв, осталось в этом когда-то праздничном обиталище…