Глава 23.

|Андреа Романо|

Я жду когда Лия соберет свои вещи, ведь она наконец согласилась вернуться в Чикаго. Пока она наверху, я разговариваю с Теодоро на счёт помощи.

—Сицилию ищут, но след Картер пропал. Могу ли я тебя попросить подключить своих людей? -Говорю я, чувствуя как отчаянние кричит у меня в душе.

Теодоро кивает, и соглашается. Когда Лия спускается, мы жмём друг другу руки, и я беру Лию за руку. Идём в направлении машины, и я открываю дверь ангелу. Мы садимся, и я выезжаю. Я готов молиться богу, чтобы всё, что было в прошлом осталось там. Надежда на хорошую жизнь живёт внутри, и я готов взять весь удар на себя, но просто не давать в обиду Лию. Она пережила столько ужаса, что кажется дальше уже не куда.

Мы приезжаем в Чикаго. Симон смотрит на меня усталыми глазами, Нино с опущеными плечами. Я качаю головой, не понимая, как смог довести своих людей до такого состояния. Раньше они были сильнее, раньше был сильнее я.

Сейчас же из нас выжили все силы. Я не вижу у Симона то ликование, не вижу счастья крови. Я и сам не получал больше ликования. Мне просто нужно чтобы мои люди вошли снова в строй, чтобы в них была та сила которая была раньше. От Лии хочется той улыбки, сияющих глаз и подколов. Она не та. Я не тот. Кузены не те.

Что с нами стало? Кто это сотворил?

Алая ярость.

Они получат своё. Как только я найду их, я не стану убивать, кромсать. Я сделаю другое. То, чего никто не ожидал. Они будут думать, что я сдался, а я просто сделаю так, что они сами упадут в яму.

Я зову брата к себе в кабинет, пока Лия уходит в комнату. Я падаю в кресло, и задаю молчаливый вопрос.

—Следов нет, Андреа. Что ты хочешь, мать твою? Сицилия пропала, алая ярость просто наврала нам! Ты с Лией, а мы? Мы, блять, ходим как куклы которыми управляешь ты! Очнись, у тебя клан! -Раздраженно говорит Симон, и я вскакиваю со стула.

—Сомневаться во мне вздумал?! -Ору я, вдалбливая Симона в диван.

Он усмехается, и отрицательно качает головой. Я же отпускаю егр, и потираю переносицу.

—Как только найдем Сицилию, ты выйдешь замуж за Арью Картер. -Произношу я, поворачиваясь к Симону.

Его глаза источают гнев, руки сжаты, нога дёргается.

—Ты сам хоть слышал, что сказал? -Процедил он, поднимаясь с кожаного дивана.

Его руки сжались, но я знал, что он не ударит своего капо. И принципы. У него принципы, о которых я знаю. Его глаза бегают по кабинету, а потом он срывается с места и выходит из кабинета. Я падаю в кресло, и о боже, мне звонит Ария спустя столько времени. Я беру телефон в руки и отвечаю на звонок.

—Привет, Ария. -Сразу говорю я, и слышу сзади чей-то писк.

Агата. Сестра Арии.

—Здравствуй, Андреа. Хотела кое-что рассказать тебе, пока Агаты нет. Симон не ровно дышит к Агате, разберись. Я чувствую, что случится что-то плохое, после чего моя сестра начнёт переживать. Я не вынесу этого, Андреа. Скажи Симону, чтобы он больше не появлялся здесь. Наш отец будет в гневе.

—Он был на вашей территории? -Никто не отвечает, лишь длинный гудок.

Я встаю со стула, и быстрым шагом направляюсь к кабинету брата. С грохотом врываюсь, и вижу, как он суёт какие-то таблетки себе в рот. Я вырываю из его рук эту грёбаную наркоту, и хватаю за шиворот.

—Что удумал, ублюдок? Вздумал лезть к чужим женщинам? -Рычу я, пока сознание Симона плывёт.

Он смеётся, пытается облокотиться, но я вбиваю его в стену. Я слышу крик Лии, и отпускаю Симона. Лия стоит посреди холла, её руки прижаты к животу, она плачет. Я подбегаю к ней, поднимаю на диван и сажусь рядом.

—Что такое, милая? Что-то болит? -Спрашиваю я, видя её безумные глаза, смотрящие куда-то в сторону.

—М..мама и папа приходили. Андреа, спаси меня, умоляю! -Кричит она, прижимаясь к моему плечу.

Я глажу её по шелковистым волосам, стараюсь успокоить но она возвращается в тот день. Несколько раз случается такое, и несколько раз моё сердце бьётся об кафель.

—Тихо, прошу. -Говорю я, и Лия будто засыпает под мой шёпот.

Её веки тяжелеют, и она наконец-то успокаивается. Она ложится на мою грудь, тихо сопит, прижимается ко мне.

Какая может быть психика, после этого? Как, чёрт возьми можно добиться такого? Каким извергом надо быть? Наши отцы отличались только тем, что Кристофер причинял ей физическую боль, а нам моральную. Отличия казалось нет, но каждая бьёт по своему. Каждая впивается с особой силой. Лия пережила многое, и даже моральную боль. Я не знал, насколько сильно было плохо Оливие, не знал, насколько плохо было Симону. Их эмоции не были известны для меня, отец запрещал.

Как там Сицилия? Поиски продолжаются с двух сторон. Братья по оружию, Русская братва. Все. Но никаких результатов нет, они будто испарились. Сици не может даже позвонить, я не знаю, жива ли она. Ее страдания увеличились, и я не могу ей помочь. Я не смогу её обнять, не смогу сказать тех слов, которые помогали ей успокоиться. И как мне после всего этого ужаса взглянуть своей сестре в глаза? Как сказать теплые слова, в которых она нуждается и нуждалась? Она возненавидет меня, ведь так? Я не могу думать о том, что я могу ее потерять, ведь тогда я точно ослаблю. Лягу рядом с могилами своих сестёр.

**

На следущий день я был в ювелирном  магазине и выбирал кольцо. Через два дня у Лии день рождения. Прошло уже достаточно времени, она стала жить. Почти перестала это вспоминать.

Я подхожу к золотым кольцам, смотрю на одно из них. Бриллианты блестят по всему периметру украшения, оно сияет так же, как и должна сиять мой ангелок. В глаза бросается кольцо, пример того, что могут сделать на заказ. На кольце будет гравировка "Ангел" мой ангел. Моя любовь.

—На заказ кольцо. Белое золото, гравировка со словом "Ангел" -Требую я, и протягиваю ему кулёк денег.

—Ангел? Вы..

—Уверен, не задавай лишних вопросов. -Отвечаю я, даже не дослушав.

Оно будет готово завтра, придурок испугался того, что я могу убить его. Я бы убил, но Лия не одобрит. Я захожу домой, сияющие глаза сразу появляются передо мной. Лия прыгает ко мне на руки, я обнимаю ее и целую в лоб. Она улыбается, будто не видела меня неделю, но я наоборот счастлив видеть её прекрасную улыбку.

—Как на работе? -Спрашивает она, и я, умалчиваю о кольце прохожу на кухню.

—Всё отлично. Разобрались с графиками и трафиками, нашли несколько новых поставщиков, Симон наконец стал отходить от своих дел. -Тараторю я, закидывая в рот клубнику.

Сажусь с Лией на диван в холле, и обнимаю её, прижимая к своей груди. Её глаза с любовью смотрят на меня, и внутри всё трепещет.

Казалось, что я не смогу среди этой войны найти себе любимого человека. Говорят, что на войне нет любви. Именно она и останавливается ужас и боль. И вот та, кто остановила всё это. Она доказала, что даже на войне можно влюбиться в врага. Она была моим врагом. Сейчас же мы в объятиях друг друга. Мы смогли, у нас получилось. Мы счастливы, нет тех, кто мог бы попытаться избавиться от нашей любви. Только мы. Мой ангел и я.

—Я люблю тебя, ангел. -Сжимаю её руку, впитывая её тепло в себя.

Не передать словами, как же я люблю её. Если бы было дозволено, я бы обнял её крепко-крепко, и не отпускал. Её взгляд, её улыбка, её смех, всё это вызывает у меня прилив счастья. Я не могу не радоваться, когда мой ангел смеётся. Кажется, будто ее глаза сияют ярче солнца, хочется любоваться ими вечность. Мой ангел, моё солнце, моя любовь.

Мы шли с ней по канату, тонкому, хрупкому. Он мог треснуть в любой момент, и наша любовь провалилсь бы в пропасть. Но мы устояли. В знак этого - награда. Она. Лия моя награда, то, о чём я мечтал всю жизнь.

Ангел - мой подарок судьбы.