ФАНФИК|Вены твоей легкости. Глава 3

— Где ты была? Ты время видела? — спросила Селена. — А вы пробки видели? Мы просто задержались с Эйприл, — улыбнулась Фортуна.

Девчонок было четыре, старшими были Вики и Селена. И если блондинка была мамой, которая всему учила, всегда слушала, помогала, то Вики была mommy, если вы понимаете о чем я. Но как бы Виктория не трудилась, её хмурый взгляд никогда не пробьёт белоснежную улыбку Фортуны.

— Она чиста, давайте спать, — потянулась Вики и натянула маску для сна на глаза.

И лишь Селена поставила заметку на этом разговоре, она чувствовала, что сестра что-то недоговаривает. Девушки разошлись спать, но Эйприл ещё не собиралась. Прийдя домой, она стала рыться в старых вещах, без конца повторяя имена черепах и отыскала в одной из коробок своё детство – видеокассеты, старые газеты, что служило напоминаем об отце, точнее воспоминанием. Среди находок были и записи в блокноте, на котором было написано «проект возрождение». Здесь были все наблюдения учёных в ходе эксперимента. Наконец, отыскалась и видеокамера, куда Эйприл поспешила вставить видеокассету. На девушку нахлынули воспоминания из детства, едва она услышала голос папы – девушка скучала, но продолжала смотреть видео, вытирая слезы. Цель её просмотра была не поплакать, а искать ответы. И вот...

— Привет, Сплинтер, — сказала девочка крысе в клетке.

Эйприл поспешила сменить плёнку, ответ был близко.

— А это мои маленькие черепашки: Леонардо, Рафаэль, Микеланджело и Донателло, — у Эйприл вспыхнула мысль в голове, как лампочка в голове героя в детских мультфильмах. — Ваши фанаты хотят вас видеть, — черепаха с красной пометкой на видео резко ударила по стеклу аквариума и оно треснуло.

— Я так и знала, — победно сказала Эйприл, — Я видела их, это мои питомцы, это мои домашние питомцы и мы назвали их в честь итальянских художников возрождения.

И Эйприл знала, кто первый ей поверит в сказанное. Точнее, первая. Да, вы правы, это Фортуна. Пока Эйприл назначает встречу с рыжей, я расскажу вам как они познакомились. Это было лет 5 тому назад, тогда Эйприл собиралась поступать на журналиста и после успешной сдачи экзаменов встретила в парке уже известных нам девчонок. Им было не больше 18, они были младше Эйприл и только искали свой стиль, не считая владение каратэ. Фортуна носила максимально яркие и непохожие друг на друга вещи (голубые носки, белые кроссы, кислотный комбинезон, резинки для волос разного цвета и солнечные очки в форме сердечек). Гера была жутким социофобом и пряталась за чьей-то спиной, также любила надевать капюшон на голову и прятаться. Виктория в те дни обожала готику и носила исключительно чёрные вещи, даже косметика чёрная. А Селена носила большие очки, которые увеличивали по-идиотски её глаза раза в три и брекеты. Эйприл сама решила с ними познакомиться, потому что увидела их уникальность, озорство и тёплые отношения между собой, несмотря на то, что они не родные.

— Я тебя слушаю, — с интересом сказала Туна, предварительно заказав по клубничному коктейлю. — Помнишь мы видели их? — спросила Эйприл. — Да, а что? Они тебе писали? — Нет, я просто вспомнила где их видела. Мой отец работал над одним проектом, мне было тогда лет 8. В проекте Возрождение мы, точнее мой папа, ставил эксперименты над черепахами. Вместе с Эриком Саксом они разрабатывали формулу, которая увеличивает физические способности человека. И вот те черепахи – это давний эксперимент. — Не поверила бы, если бы сама не увидела. Хотя я бы и так поверила, меня ведь легко завести. Спасибо, — ответила Туна официанту, когда тот принёс заказ, — Так-так, а что от меня требуется? — Ты должна мне помочь заставить поверить в это на телеканале. Тогда я смогу воплотить свою мечту и стать крутым репортёром. — Круто, мечты сбываются! За дело, подснежник!

Подснежник – ласковое прозвище, которое придумала Туна при знакомстве с Эйприл, ведь это цветок апреля. В свою очередь Эйприл называет её «тунец». Обиделась Туна? Не-ет, «у тебя отличное чувство юмора, я рыбка!». И так она относится ко многим вещам. Девушки собрали вещи и поспешили в башню телеканала. В офисе предстояла тяжёлая работа – Фортуна переписывала маркером факты, Эйприл цепляла фотки на магниты, вместе они слаженно работали. Различные фотографии, репортажи, кадры со скрытой камеры, увиденное собственными глазами – всё было перенесено на доску. Затем позвали миссис Томпсон, чтобы показать ей результаты.

— О'Нил, что у тебя за важные новости? — женщина спешила и перешла сразу к делу. — Помните я увидела супергероев, но у меня не было убедительных доказательств? Все сочли это бредом, — начала уверенно Эйприл. — Верно. — Так вот, я видела его снова, я видела их, потому что их было четверо. И я стояла рядом с ними, как сейчас с вами! Моя подруга, Фортуна, она тоже их видела. — Как они выглядели?

Пока Эйприл увлечённо объясняла увиденное, Фортуна рассматривала доску с фотографиями и заметила символ. Тот самый иероглиф, который пару дней тому назад показала Гера. Это древний японский символ, означает «семья». Интересно, стоит ли поделиться этим с Герой или это разрушит обещание хранить тайну?

— Хочешь сказать, что есть четыре двухметровые говорящие черепахи и их кроме тебя никто не видит? — уже психовала женщина. — Это я и хочу сказать, — спокойно ответила Эйприл. — Я не издеваюсь над тобой, но есть что-то ещё, что мы должны о них знать? — Они ниндзя. — Прости, кто? — И владеют каратэ. — Так, ты уволена.

Девушек выперли из телебашни вместе с охапкой вещей. Фортуна заботливо несла коробку, а Эйприл себе места не находила. На улице их встретил Верн, который только приехал на работу на служебной машине.

— Могло быть хуже, — сказал Верн. — Куда уж хуже, Верн? Меня уволили, — ответила Эйприл, вытирая слезы. — Ты ошиблась в формулировке, — сказала Туна, передавая коробку Верну, — Спасибо, зайчик, фух. Они не владеют каратэ, это ниндзюцу. Это разные понятия, мне ли не знать. — Могла бы и сказать, чего ж молчала. — Ты прекрасно справлялась, мне слово некуда было вставить. — Ты вообще не помогаешь. — Прости, я подвела тебя. Но в увиденное мало кто поверит, это надо видеть самостоятельно. Я поверила бы даже если бы не увидела потому что я псих.

Эйприл решила ехать к Саксу, он был и есть второй человек, кто ей поверит, ведь сам был свидетелем эксперимента. Фортуна умоляла не ехать, в нём было что-то злое. Что если он навредит черепахам? Она переживала за нового друга и надеялась на дальнейшее общение, но Эйприл была не подкупна.

— Дай мне хотя бы поехать с тобой, — сказала Туна. — Запрыгивай, — сказала Эйприл. — Зачем тебе Эрик Сакс? — спросил Верн. — Мой отец когда-то работал с ним. Он может сказать, сошла ли я с ума. — Знаешь, с ума коллективно обычно не сходят. Я же тоже их видела, — сказала Фортуна.

И куда эти трое направились?

Идей для реакций пока нет, поработаю с фанфиками. Если что придумаете – маякните в стол заказов