Примечание 17.1 (в прозе)

У данного примечания нет точного названия. Оно создано скорее не столько как часть фанфика, сколько для душевного успокоения.

У меня, к сожалению, не осталось ни одной твоей фотографии. Ни той, где ты улыбаешься, что бывало так редко, ни даже той, снятой на старый полароид, где все мы. Мама, папа, ты и я, в Новый год. По правде говоря, я даже начинаю забывать, как ты выглядишь, но обещаю тебе, я никогда не смогу забыть тебя самого.Знаешь, я на самом деле ненавижу Йокогаму, но почему-то раз за разом кидаюсь на амбразуру, закрывая этот город своей тушкой от мафии, Гильдии и иже с ними. Так на меня не похоже, да? Это, наверное, потому, что и я уже не совсем я. Временами забываю даже собственное имя, заменяю его на новое. И только ты удерживаешь меня от того, чтобы раствориться в новой жизни с головой, забыть кто я есть. Ян и Яна. У наших родителей совершенно не было фантазии.Знаешь, я изменилась. Но кто из нас не меняется?Я отточила сарказм, так что теперь представляю из себя ту еще мразоту. Но Дазай как-то меня терпит, хотя я бы на его месте давно бы вышвырнула меня на улицу, наказав не возвращаться. Кто такой Дазай? Ох... Наши отношения — это какая-то довольно странная дружба. Ему нужен тот, кто отведет руку с лезвием от его вен, когда он в очередной раз попытается покончить с собой, а мне, наверное, нужен тот, кому я могу довериться. Хоть немного.Знаешь, иногда, совсем нечасто, во сне он перед кем-то извиняется, до слез и судорог. В такие моменты я всегда теряюсь, ты знаешь, я совсем не умею успокаивать людей.Кажется, мы оба психи.А еще, я ношу шарф. Он почти такой же уютно-сиреневый, как когда-то ты подарил мне на двадцатилетие. Ношу не часто. Но ношу.И, знаешь, все чаще предпочитаю излюбленному кофе серый, как моя старая жизнь, чай. Он не похож на тот, что готовишь ты, но я все равно давлюсь им, и, кажется, скоро утоплюсь в одной из чашек. Мы с Дазаем похожи даже больше, чем можно заметить, особенно в те моменты, когда 'накрывает'. Только я не пытаюсь покончить с жизнью, а он - да. Чем-то напоминает Таню из пятого подъезда, помнишь ее? Длинная, нескладная и все руки в шрамах? Девяностые, чтоб их. Время нашей молодости.

Чувствую себя последней старухой. Знаешь, я верю, что однажды я тебя встречу и обязательно все-все расскажу. Но если мы не встретимся никогда, я молю все высшие силы, чтоб это письмо тебя достигло. Если это случится - пришли мне в ответ свою фотографию, пожалуйста. Ведь у меня их совсем не осталось.На всякий случай, я прощаюсь с тобой, брат, прощаюсь навсегда. Я попытаюсь тебя отпустить, а ты, главное, верь в меня. Прощай, Ян. Я тебя не забуду. — Накаджима Ацуши (Яна).