23

Его мерзкая и ехидная улыбка раздражала. Его темные и сумасшедшие глаза смотрели как будто, он и не совершал этих всех злодеяний. Он громко дышал и из редко хихикал, что-то бубня себе под нос. Ему было совершено не страшно, что его смогли наконец поймать. Этот монстр совершено не чувствовал страха, он лишь наслаждался страхами людей, которые с ужасом смотрели на него.

— Ш-шеф...

— Не смотри так на него, он чувствует твой страх! Возьми себя в руки, ты полицейский и должен вести себя как следует, а если ты не можешь, то убирайся! — рычал мужчина на своего работника за его слабость, — Мне совершено не нужны здесь трусы.

Молодой парень вздрогнул и опустил голову.

— Извините меня... — и вышел из комнаты допроса.

Шеф вздохнул и облизнул губы. Его грозный взгляд был направлен лишь на него, тот смеялся и гордился тем, что сумел сделать с этим парнем.

— Ты наверное счастлив, что пугаешь так народ? — грозно спросил он Соджуна.

— Ты не представляешь, как я этим горжусь. Все мое тело каждый раз вздрагивает от удовольствия от того, что я творю и сотворил. Я построил свои правила, свой собственный хаус. Я БОГ!

Шеф от такой речи отошел назад, его сумасшедшая речь даже поразила его. Он точно не сможет измениться. Этот человек просто лишился ума.

— Ты понимаешь, что ты сделал?! — крикнул брюнет, разводя руки, — Ты не представляешь как ты влип. Ты уже не сможешь попасть в " свой хаус». Тебя никто не спасет!

Соджун лишь рассмеялся и облизнулся.

— Нет. Вы не сможете меня держать, — оглянулся он, смотря на зеркало перед ним. Он точно знал, что его слушают и видят.

— Я знаю, что меня слышно и видно, и все там меня жутко боятся и трясутся от страха. Я уже в своем хаусе, — снова эта мерзкая улыбка и эти глаза.

Шеф какое-то время молчит, чего-то ждет. Он не знает как с ним говорить. Его поймали и он должен радоваться, но почему-то ему кажется что здесь что-то не так.

— Мы поговорим позже. — проговорил на последок он и покинул комнату.

***

— С ней все хорошо? — спросил шепотом Хевон у медсестры, рассматривая дверь в палату.

— У нее ушиб на лбу, а так же сломано ребро, — вздохнула женщина, а после серьезно проговорила, — Она многое пережила... К вам должен подойти психотерапевт. Подождите.

Хевон вздрогнул и присел. Он понимает, что Дженни многое испытала, но у него есть надежда, что у нее не будет никаких психических заболеваний из-за этого чудовища. Он просто не мог это себе представить, только не с ней.

— Вы ее опекун? Ким Хевон? — спросил мужчина в больших круглых очках.

Хевон взглотнул и кивнул, потихоньку поднимаясь со стула.

— Что ж... Не буду тянуть. Я не успел все вам рассказать. Как только ее к нам привезли, симптомы показали свое дело. Это была предрасположенность, но она испытала слишком много стресса. Я общался с ней, она довольно хорошо меня помнила, но частенько забывала. Забывала ли она вас или пугалась чем-то, кем-то?

Хевон задумался и прикусил губу.

— Она мало говорила. В основном произносила имена.

— Я так понимаю Джуна и Соджуна. Два противоположных человека. Своего любимого брата и маньяка-убийцу. Это привело к тому, что у нее началась паранойя. В скором времени она будет забывать близких, бояться всего, говорить бред, что она уже делает. У нее психическое расстройство. Ей очень тяжело. Ей сняться часто кошмары, где ее брата убивают или еще хуже... Она уже сама не своя. Мне нужно забрать ее после того, как она восстановит силы. Это необходимо.

Хевон округлил глаза. Паранойя... Он слышал о таком, но не встречался никогда с этим. Как она переживет это, и что ему нужно сделать, чтобы помочь ей?

— Все наладится. Я помогу ей лично с этим справится.

— Когда я смогу навестить ее. Поговорить с ней? — осторожно спросил он у врача.

— Она недавно проснулась. И с того времени не проронила ни одного слова. Ее взгляд опустошен, и она все повторяет имя своего брата, строит теории о том как спасет его. Я думаю, что вам можно будет навестить ее через два дня, а покамись потерпите...

***

Темнота была по всюду. Черный цвет от которого болели глаза и сводило с ума. Малая надежда лишь на то, что ты сможешь увидеть свет, хотя бы не такой уж и яркий.

— Прошу... помогите... — тихий голос заставил вздрогнуть Хосока и обернутся на голос.

— Эй, я тебя слышу! Как тебя звать?

В ответ тишина от чего брюнет насторожился и прищурился, понадеявшись что-то разглядеть.

— Эй?! — еще раз крик, а в ответ снова тишина. Хосок замер и очень сильно напрягся, его это ужасно пугало. Он не понимал, что происходит, и как дальше быть. Глупо было надеется, что он сможет выбраться из глубокой темноты.

Послышался шорох, и сердце брюнета забилось чаще, дыхание сбилось, а ноги задрожали. Он слышал тяжелое дыхание рядом, чувствовал кого-то или что-то. На его плечо резко кладут руки, и Хосок от ужаса кричит и бежит вперед.

— Стой! я-я не обижу тебя... — доносится хриплый мужской голос и Хосок останавливается.

— Кто ты?

— Меня зовут Тэхен, и я знаю как нам выйти на свет...

***

Джин тяжело дышит. Повсюду кровь. Он ощущает себя каким-то гребаным актером в фильме ужасов. Отчетливо видно, как Лили пыталась убежать по отпечаткам крови ее руки и ног. Стул был тоже испачкан, как и стол, но не так сильно.

— Что здесь произошло?! — шепчет себе под нос брюнет.

— То же задаюсь этим вопросом, — вздыхает Хевон, от чего Джин вздрагивает от его неожиданного появления, — Когда мы закончим это дело, я уйду в долгий отпуск.

Джин усмехнулся. Для него видеть такое было в новинку. Столько крови он в жизни не видел.

— Что могло произойти здесь такого, чтобы пролить столько крови?!

— Все что угодно.

— Где она может быть? У него?! Он тоже ее похитил, но как?! — задавал вопросы Джин.

— Что с тобой? Почему ты мне задаешь вопросы? — вскинул бровь Хевон, смотря на удивленного и растерянного Джина.

— Я...я просто устал от этих тайн. Неужели он действительно похитил Лили? Но он же в тюрьме! Я понимаю, что он все подстроил, но черт возьми, разве ему уже недостаточно этого? Его поймали. Он уже проиграл... Или нет? — тихо проговорил брюнет в конце, и нахмурил брови. Он не мог так быстро сдаться. Соджун не из таких. И Джин точно уверен, что Лили не там где все.

Джин обернулся, а Хевон молча наблюдал за маленьким Шерлоком и будущим детективом. Брюнет рассмотрел кровь и там, где она заканчивается. Подойдя к той самой луже, он увидел, что маленькие капли крови вели к деревянному, огромному шкафу.

— Она там, — сказал он и открыл шкаф. Лили кубарём выкатилась из него полуживая: ее рот был весь в крови, как и ее шея. Она была настолько бледна, что можно было даже принять это за труп, но она тяжело дышала. Она была жива.

— Боже... — крикнул Хевон и схватил ее на руки.

— Хевон поторопись в больницу, а я к Шефу. Ее не просто он так здесь оставил. Больше всего он хотел поиздеваться над своей любимицей Дженни, но и так же над Лили. Так как у него есть помощник, он попросил избить ее. Он пытал ее, он что-то хотел узнать у нее. Сейчас что-то происходит и видимо что-то действительно хреновое!

***

— Шеф, срочно выслушайте меня! — залетел Джин в кабинет мужчины, — Лили нашли, но она полумертвая. Здесь происходит, что-то не то!

— Я знаю, что Лили нашли. Хевон позвонил уже мне. У него дрожал голос. Ей отрезали язык, Джин, — выдохнул Шеф, прикрывая глаза, — Он душил ее, оставил три ножевых глубоких ранений на ее животе, а так же гематомы на руках и ногах.

Джин попятился назад, и оперся об стену. Его голова резко закружилась, после этих слов. Отрезал язык? Порезал живот? Неужели бывают такие ненормальные люди?!

— Кошмар...

— А еще приехали нср. Они забирают Соджуна... — шикнул Шеф, хлопая по столу, — точнее едут.

Брюнет округлил глаза и посмотрел на Шефа.

— С кем сейчас Соджун?!

— Один. В комнате допроса сидит. Что-то не так?

— Черт! — рявкнул Джин и вылетел из кабинета.

Он знал. Он знал, что его уже там нет! Он как призрак... Его видят не все, а достать может не каждый. Залетая, в комнату допроса, он даже не удивляется.

Стол в каплях крови, а наручники на полу.

— Блять! — кричит прибежавший Шеф, — Кто отвечал за камеру?!

— Шеф, Ким Су Бин мертв...