Вместе навсегда (Алиус Фэн Хуа/Алексей Охотин)

До церемонии Связи Душ ещё несколько дней, весь мир знает, что Маргарита Уайт и все, кто сражался на её стороне, были на их стороне, Камиль с семьёй побеждены, поэтому у Фэн Хуа и Алекса много свободного времени, которое они могут потратить друг на друга, не беспокоясь о том, что им кто-нибудь помешает.— И не тяжело тебе с такими длинными волосами ходить? — с усмешкой интересуется Охотин, присев на край кровати и весело посмотрев на возлюбленного. — Я знаю, что это чертовски красиво, и не отрицаю, что тебе очень идёт, но всё же?— Я привык, — пожимает плечами Алиус, пристроившись рядом и задорно заглянув в глаза сидящего рядом парня, прежде чем взять его за руку и уточнить:— Точно не жалеешь, что покинул свой мир вместе с отцом? Если хочешь, я прямо сейчас займусь поисками способа вернуть тебя обратно, как ты в своё время помог найти его мне.— И что я буду делать там без тебя? — усмехается русый, положив голову ему на поечо. — Напоминаю тебе, мы связаны Нитью Судьбы, после этого я никого лучше тебя уже точно не встречу. К тому же ты совсем не хочешь, чтобы я тебя оставил.— Здесь ты прав, — отвечает с улыбкой Фэн Хуа, приближаясь к его губам для поцелуя. — Мне бы и в самом деле не хотелось терять столь важного для меня человека. Потому что не передать словами, как сильно я люблю тебя.

Охотин отвечает на поцелуй сразу же, позволяя возлюбленному руководить процессом, в тот момент как его рука забирается под одежду и исследует тело Алекса. Вторая торопливо расстёгивает пуговицы на рубашке, прежде чем сбросить ту, а затем Фэн Хуа осыпает шею юноши поцелуями, не забывая оставить побольше засосов, что так чертовски нравятся ему на коже русого. Возлюбленный позволяет ему делать всё, что нравится, прогибаясь навстречу, обвивая руками шею любимого человека, а после распуская длинные чёрные волосы и с нежностью проводя их сквозь пальцы. Чертовски красиво, по-другому Алекс и не скажет.

Отстранившись на миг, Фэн Хуа со смешком уточняет, лукаво глядя на любимого человека:— Думаешь, в данный момент мне правда хотелось не просто поцеловать тебя, а взять? Ты, конечно, невероятно красив и соблазнителен, однако уверен, что не хочешь повременить до обряда Связи Душ?— Не стоило меня дразнить, мне действительно этого хочется, — выдыхает, взволнованно глядя на него, Алекс. — Тем более обряд Связи Душ — не помеха, мы ведь уже делали это до него, когда были в твоём мире. И сейчас я в самом деле очень хочу тебя: видел бы ты, как сексуально выглядишь.

Последние слова окончательно убеждают Алиуса, что им действительно стоит это сделать, а потому брюнет вновь целует шею, плечи и ключицы, порой оставляя на них лёгкие укусы и засосы. Руки нежно проводят линию по бёдрам кончиками пальцев, в то время как Охотин оглаживает трепетно и осторожно спину Фэн Хуа. От его прикосновений юноша словно плавится, однако разума хватает, чтобы нанести смазку на пальцы и ввести осторожно и неторопливо один в любимого. Ощущения не из приятных, однако для Охотина это не впервые, поэтому он легко позволяет делать это с ним.

Алиус распускает русые волосы, забранные в хвост, и перебирает пряди пальцами, в то время добавляя второй палец и одновременно прикусывая мочку уха, прежде чем прошептать горячо с усмешкой:— Удивительно видеть, как меняется твой характер в постели. В жизни, как я, весь такой уверенный в себе и стойкий, словно камень, но стоит дойти до того, чтобы лечь со мной, как ты сразу превращаешься в нежное и трепетное, покорное создание. Удивительно видеть тебя таким.— Скажи ещё что-нибудь, — неожиданно просит Охотин. — Скажи, что сделаешь со мной в этой постели.

Взгляд Фэн Хуа становится на несколько мгновений удивлённым, однако он быстро берёт себя в руки и рассказывает, вводя в юношу третий палец и в это время нежно ведя рукой по его телу:— Я собираюсь сжать твои бёдра войти в тебя неспеша, двигаясь не слишком быстро, пока не окажусь в тебе полностью. А потом я ускорюсь немного, стану резче. От каждого моего касания простаты ты будешь выгибаться в спине и громко стонать, цепляясь за меня так, точно умоляешь продолжить, делать это снова и снова. Мы будем делать это довольно долго, пока не кончим. Доволен?

Алекс, обнизнув губы, судорожно кивает, а Алиус тем временем вынимает наконец пальцы из юноши и, надев презерватив, частично входит сам, начав неторопливо двигаться в возлюбленном. Тот машинально сжмает пальцами простынь под собой и напрягается, отчего брюнет просит, осторожно положив одну руку на бедро парня, а второй ласково проведя по его щеке:— Алекс, расслабься. Я не сделаю тебе больно и слишком неприятно. Всё будет в порядке.— Хорошо, — выдыхает тот, стараясь расслабиться, и Фэн Хуа постепенно входит полностью, продолжив двигаться.

Дышать обоим становится тяжелее, так что оба начинают хватать воздух ртом. Взлохмаченный и вспотевший, Алекс обвивает руками шею Фэн Хуа и в тот же момент прогибается в спине с громким стоном от касания заветной точки. Глядя на любимого и без конца кусая губы, он просит Алиуса:— Фэн Хуа, пожалуйста, сделай это снова. Мне чертовски хорошо, когда ты так делаешь.

И юноша просто не может отказать ему, продолжая двигаться дальше более быстро и резко, снова и снова задевая простату и с наслаждением слушая стоны лежащего под ним русого. Впрочем, ему и самому настолько хорошо, что он без конца шепчет с восторгом и нежностью имя этого юноши: Алекс. Оба держатся довольно долго, однако вскоре всё же изливаются одновременно, и Фэн Хуа позволяет себе упасть рядом и выдохнуть, слегка повернув голову и посмотрев на Охотина:— Нет, я даже не смею предложить тебе вернуться обратно в твой мир. Ты слишком хорош. Но я чертовски зол на того козла, который.— Мне хотя бы больше тринадцати было на тот момент, в отличие от тебя, — вздыхает Алекс, приобнимая брюнета и прижимая его к себе. — Как представлю, что ты мог достаться Камилю или этому Жерару... Такая злость берёт, не поверишь.— Поверю, — кивнув, отвечает ему Алиус. — Мне нравится, что ты ревнуешь меня к этим людям, пусть в этом и нет больше смысла. Не волнуйся, теперь я всегда буду рядом с тобой. До самого конца.— Тогда я счастлив, — только и отвечает парень перед тем, как поцеловать его в висок.

Пальцы рук двух юношей переплетаются, и оба лежат, глядя друг на друга. Теперь они могут быть счастливы один с другим, и никто им не помешает.