Со мной будет лучше (Ян Тиббет/Анастасия Лермонтова)

Ян нежно поглаживает колено Насти и шепчет на ушко, прежде чем прикусить то слегка и опуститься губами к тонкой шее:— Если бы ты только знала, как красива сегодня.

Девушка улыбается, не доверяя его словам, поэтому снова переводит взгляд в зеркало. Впервые за всё время надетое алое платье идеально сидит на фигуре, отчего хочется выйти в свет, показать другим, насколько невероятно она выглядит. Нет, всё же Тиббет прав: Лермонтова выглядит, словно королева в этом наряде, так, как она не выглядела никогда в жизни. Донельзя красиво.— Спасибо, — шепчет она, обернувшись к нему. — Ты чертовски прав, и как я сразу не разглядела?— Ответ на этот вопрос интересен и мне, — замечает вслух Тиббет. — Потому что, по правде говоря, на тебе любой наряд смотрится великолепно, ты зря переживаешь, что это не так.

Русая не отвечает ничего, однако очевидно, что слова юноши трогают её. Девушка улыбается, а после с нежностью смотрит на него, чуть склонив голову набок. Ни один человек ещё ни разу не говорил ей настолько приятные вещи. Наверное, именно поэтому она и влюбилась в Яна: он единственный, кто без конца осыпал и осыпает её комплиментами, целовал с нежностью и видел в Насте не хладнокровную убийцу, выполняющую приказы своего отца, а очаровательную девушку со своими слабостями и множеством достоинств.— Как же я тебя обожаю, — тихо замечает Лермонтова, притягивая юношу к себе для поцелуя.

Ян отвечает на него охотно, зарываясь пальцами в длинные русые волосы, нежно оглаживает кончиками пальцев скулы, прежде чем отстраниться всё же и опуститься губами к плечам, снимая при этом с девушки верхнюю одежду. Лермонтова тоже не бездействует, оставляя Тиббета без рубашки, позволяя целовать огрубевшую от непростой жизни кожу и закусывая чуть пухловатую нижнюю губу, дабы сдержать срывающийся с губ тихий стон. Яну чертовски нравится это в его девушке, он и дальше целует её, неспешно массируя грудь, сбрасывая остатки одежды и столь неудобный и лишний сейчас бюстгальтер. Русая охотно поддаётся ему, запрокидывая голову и подставляя шею для поцелуев, тяжело дыша и оглаживая круговыми движениями спину Тиббета, задыхаясь при этом от восторга, когда парень следует её желаниям и действительно осыпает тонкую кожу множеством нежных поцелуев. Ладони нежно оглаживают бёдра, спуская ниже, перед тем как юноша отпускается перед ней на колени и чуть раздвигает ноги, прежде чем вторгнуться язычком в её лоно. Лермонтова выгибается перед ним и стонет от восторга, а Ян довольно продолжает своё дело, вынуждая возлюбленную стонать всё громче и громче, кусать губы без конца и зарываться пальцами в выкрашенные в синий пряди волос, невольно слегка оттягивая их. Юноша не возражает и охотно поддаётся, прежде чем отстраниться в тот момент, когда девушка пребывает на пике. — Не хочешь остановиться на этом? — интересуется он с усталой улыбкой, на что та, покачав головой, замечает:— К чёрту тот приём, никуда не хочу идти, давай продолжим. Было и правда здорово.

И Тиббет продолжает следовать желаниям возлюбленной. Осторожно уронив её на постель, он вновь осыпает грубоватую, но оттого не перестающую быть столь любимой, кожу нежными поцелуями и, надев презерватив, будучи неготовым со своей партнёршей к детям в столь молодом возрасте, осторожно входит в Анастасию, неторопливо и осторожно двигаясь в ней, заставляя стоны срываться с её губ один за другим. Он и сам дышит тяжело, выдыхая громко, нежно ласкает, гладит и массирует её грудь, плечи, бёдра, вновь целует горячо, как и обычно. Русая выгибается под ним, комкает пальцами постель, впиваясь в неё ногтями до побеления костяшек пальцев и выкрикивает только его имя, коротко и ясно, но даже при этом столь красиво и эмоционально. У Тиббета просто кружится голова от поведения возлюбленной, не передать словами, в каком он восторге. В конце концов, оба доходят до оргазма, и юноша наконец кончает.

Когда Лермонтова устало устраивается на его плече, Ян напоминает ей с улыбкой:— Настолько мне известно, это был очень важный приём для твоего отца.— Пусть катится к чёрту со своими приёмами любой важности, — фыркнув, отзывается та, прижимаясь щекой к тёплой коже парня. — Ты ведь знаешь, я не стану жалеть об этом, тем более когда так здорово провела время с тобой.

Юноша кивает, коротко ухмыльнувшись. Вполне в духе Насти. Тем более учитывая, сколько всего ей пришлось пережить от отца. Впрочем, он и не имеет ничего против такого поведения девушки: в конце концов, Тиббет в самом деле любит её всем сердцем, а потому будет поддерживать в любых решениях, постарается понять, как странно бы она не поступила. Настя — самое дорогое, что сейчас есть у Яна, а потому он просто не может потерять её из-за какой-то глупости.

Лермонтова смотрит на него внимательно, точно догадываясь, чем заняты мысли юноши, после чего, точно желая отвлечь его от этого, интересуется якобы невзначай, перебравшись на подушку, лежащую неподалёку:— Скажи, а если ты когда-нибудь женишься, будешь вспоминать такие моменты, что пережил со мной?— Конечно. Как можно не вспоминать о том, с чего началась твоя семейная жизнь? — насмешливо хмыкнув, замечает Тиббет. — Конечно, дети наши эту информацию никогда не узнают, однако оставаясь наедине с тобой после всех домашних дел, я готов буду говорить об этом часами, так что тебе придётся меня потерпеть.— Я буду не против, — отзывается со счастливой улыбкой русая, глядя на него и протягивая навстречу руку, дабы их пальцы переплелись и Ян чуть сжал её.

Девушка прекрасно помнит их странное, но столь яркое знакомство, помнит признание парня в любви, что так крепко засело у неё в сердце, помнит их первый раз, такой же страстный и импульсивный, как этот и все остальные... Ей действительно хорошо рядом с Тиббетом, как не было никогда в кругу семьи или с "коллегами по работе". Он показал девушке новый мир и собирается продолжать раскрывать его, позволяя увидеть во всех красках. И хотя бы поэтому Настя знает, что останется с Яном до самого конца, что бы с ними обоими ни случилось.— Ты уже думала о том, как бы хотела назвать детей, если они вдруг у нас появятся? — интересуется вдруг юноша, заставив Лермонтову замолкнуть на некоторое время в удивлении, а после через некоторое время признаться:— Не особо, так, прикидывала варианты на всякий случай, когда только мечтала о счастливом будущем, не похожем на ту суматоху, в которой я живу. Хочешь узнать?— И выяснить, у кого варианты лучше? Ну разумеется, — отзывается, усмехаясь, Ян.

В такие моменты Анастасия и понимает, что теперь с ней всё будет хорошо.