Глава 18. Нам не быть друзьями

В полной тишине я спустилась на кухню где уже сидела Сара и разговаривала с Тессой. При видя меня они искренне улыбнулись и продолжили свою беседу. Селена к моему счастью не покидала комнату. Из её комнаты доносилась громкая музыка, и она не прекращалась. Никсона я не видела со вчерашнего вечера, после того как я убежала в свою комнату и закрылась, всю ночь не могла уснуть. Меня не покидало любопытство, когда он вернулся и меня, не оказалось в комнате, что он подумал?

Я перехватила взгляд Тессы и улыбнулась. Она сидела за столом и ела хлопья с молоком. Как хорошо, что она не видела всего ужаса, который происходил совсем недавно. Я не позволю своей матери сломать психику ещё одному ребёнку. Как бы я хотела увезти Сару и Тессу, они как лучик света в этой тьме. И им совсем не место в этом доме, где всё пропитано страхом.

Позади, раздаются шаги, и я оборачиваюсь, встречаясь взглядом с Никсоном. В голове сразу всплывают моменты вчерашнего вечера, и я поспешно отвожу глаза. Мне нужно как можно скорее уйти из дома, сделать всё возможное ,чтобы не находились вместе даже в одной комнате.

— Никсон, когда приедет твой отец? — делая глоток горячего чая, спрашивает Сара. Никсон останавливается в пару шагах от меня и не сводит с меня пристального взгляда, от которого у меня внутри всё завязывается в тугой узел.

— На выходных — спокойно отвечает он, но на Сару совсем не смотрит. Только на меня. Если Девид приедет на выходных, тогда мне точно нужно уехать, куда — нибудь подальше. Он не простит мне того что я его шантажировала. На самом деле я просто хотела ,чтобы они тоже помучились, как и я, и кажется, мне это удалось. Спустя пару минут Сара вместе с Тессой покинули кухню и мы остались наедине.

— Почему ты вчера ушла? — делая шаг ко мне, спросил Никсон. Я опустила взгляд, чтобы не смотреть ему в глаза. Слишком тяжело.

— Потому что не хотела оставаться — проговорила, скрестив руки на груди. Никсон подошёл ещё ближе, и я сглотнула огромный ком в горле.

— Мне, кажется, что ты наоборот хотела остаться — хрипло говорит он и дотрагивается до моей руки.

Я качаю головой и отдёргиваю руку. Около лестницы раздается смех моей матери. В её руках как по традиции бутылка виски и она уверенно идёт в нашу сторону. Никсон делает шаг вперёд и загораживает меня.

— Можешь прятать её, сколько хочешь, мы живём в одном доме — ядовитым голосом шипит она — Она всё равно не простит тебя, ты бросил её, когда был ей нужен, а такое не прощается.

Впервые я согласна со своей матерью. Такое не прощается.

— Вернись в комнату — рычит Никсон, хватая Селену за запястье. Она лишь смеётся, кажется, у неё совсем с головой плохо стало.

— С удовольствием — говорит она и осматривает меня с головы до ног, после чего уходит на второй этаж.

Никсон оборачивается ко мне и впервые за долгое время смотрит на руку, которую повредила моя мать. В его глазах пляшут огоньки ярости.

— Ты должна кое — что знать — произносит он, беря мою больную руку, и осторожно почти невесомо поглаживает её, и мне совсем не больно, даже приятно. — Я не мог тогда тебе помочь, потому что если бы я вмешался в вашу ссору, они бы забрали тебя у меня. Я не мог потерять тебя.

— Ты и так потерял меня — отрывисто говорю я, и зачем он мне всё это говорит? Всё ведь в прошлом. — Мы не виделись пять лет, когда я уезжала, ты был с Рейчел. Ты всегда был с ней.

— Нет, в тот день я не был с Рейчел — он качает головой — Я видел, как ты уезжала, меня охрана отца не пустила к тебе.

— Это уже неважно — я отстранилась и набралась смелости заглянуть ему в глаза — Всё случилось, как случилось.

— Хочешь сказать, ты не скучала по мне? — хриплым голосом спросил он, и когда я не ответила, он продолжил:— Я бросил Рейчел сразу же после того как ты уехала, потому что не мог остановить мысли о тебе.

Его лицо было близко, я чувствовала, как тёплое дыхание опаляет кожу.

— Нет, не надо — решительно говорю я — Всё в прошлом, наверняка Клэр заждалась твоего звонка, позвони ей.

Не знаю, зачем я упомянула Клэр в разговоре, потому что Никсон разозлился.

— А знаешь так, и поступлю — грозно проговорил он, отходя от меня. Я в растерянности смотрела на него. Больше не смотря на меня, он ушёл, как и все остальные в этом доме. Его задели мои слова, про Клэр. Или дело совсем не в Клэр? Всё действительно осталось в прошлом, но только чувства к нему не пропали, но хуже всего боль тоже осталась.

*****

— Как думаешь, какая лучше? — произнесла Элла, листая в телефоне фотографии с татуировками. Я совсем не узнавала Эллу, она изменилась. Девушка, с которой я познакомилась, никогда бы не сделала татуировку на своём теле. Она увлечённо рассматривала каждую татуировку и выбирала место на теле, куда её следует набить. Студенты с любопытством поглядывали в нашу сторону. Элла изменилась после того как стала общаться с другом Никсона Истоном. Очевидно, он плохо на неё влияет, но возможно...есть и другие причины.

—Что случилось? — спросила я, Элла перестала смотреть картинки и взглянула из под чёрных накрашенных ресниц на меня.

— Мой брат.. он пострадал в пожаре, как и я только... — она делает паузу и тяжко вздыхает — он несколько лет в коме, каждый месяц я езжу к нему в больницу, и стараюсь не пересекаться со своими родителями. В этот раз не получилось пройти незамеченной, отец считает, что во всём виновата я. Он не приходит в себя несколько лет, Хейсли, и в этом моя вина.

Когда она замолкает, я затаив дыхание, смотрю на неё.

— Зачем тебе татуировка?

— Я всегда старалась быть для родителей идеальной, но у меня не получилось — Элла откладывает телефон в сторону — Они не понимают, что я тоже его потеряла, не только они.

— Ты его не потеряла, он же ещё жив — отрывисто говорю я, накрыв её ледяную ладонь своей рукой.

— Врачи говорят один шанс на миллион, что он сможет очнуться. Мне запретили приходить к нему, около палаты поставили охрану.

Я молчу, потому что не могу найти слов. Никакие слова не помогут её сейчас утешить. Она снова берёт в руки телефон и продолжает смотреть татуировки. Но только теперь у неё на лице не улыбка, а ярость. Она злится на свою семью, и я могу предполагать, что на себя тоже злиться.

— Привет — к нам подсаживается Истон и целует Эллу в щеку, в ту, где нет шрама. Она натягивает улыбку и поворачивается к нему.

— Привет — произносит Элла, и светиться от счастья. Истон обнимает её за талию и прижимает к себе.

— Не буду вам мешать — поспешно говорю я, и, схватив сумку, направляюсь к выходу. Я не иду на оставшиеся лекции, потому что обещала Саре быть дома по — раньше. Она хочет, чтобы я посидела с Тессой пару часов. В голове крутятся мысли о Элле. Видимо у неё отношения с родителями далеко не самые хорошие.

В доме было тихо, словно здесь никого не было уже несколько дней. Очевидно, Сара уже уехала, а моя мать закрылась в комнате, но это даже к лучшему. Тессу я нашла в своей комнате, она сидела на моей кровати и рассматривала мольберт, который я совсем недавно достала из подвала.

— Почему ты больше не рисуешь? — нарушив тишину, спрашивает она. Её маленькая ручка держат самую большую кисть, она не спеша проводит ей по белой бумаге и рисует невидимые узоры. Я сажусь рядом с ней и тоже беру в руки кисть.

— Это было временное увлечение — пожимаю плечами, положив кисть обратно. На днях я хотела его выкинуть, потому что была уверена, что больше никогда не буду рисовать. Это я оставила в прошлой жизни, как и всё остальное.

— Я видела твои картины — спустя минуту молчания произносит Тесса — Они очень красивые.

Она с улыбкой смотрит на меня и кладёт кисть на стол. В этот момент она особенно похожа на своего брата.

— Где Никсон? — спрашиваю я, переводя разговор на другую тему. Разговоры про рисование мне уже давно перестали приносить удовольствие.

— Кажется он на заднем дворе — задумчиво произносит Тесса и поднимается с кровати, одарив ещё одной лучезарной улыбкой. Я не перестаю удивляться, сколько в ней энергии и добра. В её возрасте кажется я была на весь мир зла. У меня было в сто раз хуже детство, чем у Тессы. Пусть у неё нет матери, у неё есть любящий брат и Сара. У меня даже этого не было.

— Пойду, поищу его — я поднимаюсь с кровати и выхожу из комнаты. Наш разговор утром не давал мне покоя. Все в один момент поменялось. В тот день когда Селена поставила мне нечто похожее на клеймо. В самый трудный момент он остался со мной, хотя бы ненадолго.

Тереза оказалась права, Никсон сидел около бассейна. В его руках была бутылка, на меня он даже не взглянул. Я присела на соседний шезлонг и молча, смотрела на кристально чистую воду.

— Я так и не узнал про свою мать — опустив голову, проговорил Никсон — Но я отказываюсь верить, что она сама скинулась со скалы. Ты веришь, что она самоубийца?

Мы встречаемся взглядами и, наверное, на секунду я вижу в его глазах бурю эмоций. Он протягивает мне стакан с алкоголем, но я качаю головой.

— Не верю — с большой уверенностью говорю я — Конечно, я её не знала, но по твоим рассказам она была очень хорошей.

Я замечаю, что на костяшках его пальцев засохшая кровь.

— Откуда кровь?— настороженно спрашиваю, Никсон усмехается, но его улыбка вмиг с лица исчезает.

— Поругался с Клэр — бесцветным голосом отвечает он, делая очередной глоток из стеклянного стакана. При упоминании Клэр внутри меня всё сжимается. Мне она не понравилась с первой нашей встречи, также как и Рейчел.

— Вы..расстались? — вновь задаю вопрос когда мы заходим в дом. Он качает головой, и на его лице выступают желваки. Я направляюсь на кухню, и Никсон идёт за мной. Он несколько секунд за мной наблюдал, после чего отвернулся.

— Я должен извиниться за сегодня — внезапно произносит он, я округляю глаза и перевожу на него взгляд. — Был не прав.

Должно быть, мне всё это сниться. Последний раз, когда мы так с ним спокойно разговаривали, было пять лет назад. Все наши разговоры переходили в ссоры, так что же изменилось сейчас?

Он столько лет вонзал мне в сердце ножи, а теперь просить прощения из-за глупого разговора?

—Ты и вправду слишком много выпил — усмехаюсь я, и замечаю, как его губы дрогнули в еле заметной улыбке — Как думаешь, получится, нам стать друзьями?

— Нам никогда не быть просто друзьями — говорит он, заглянув в мои глаза — Не после того, что мы вместе прошли.

Никсон проводит рукой по моей щеке, а я наблюдаю за его движениями. Пусть волны бьются о берега, но я больше не совершу прежней ошибки. Я не позволю ему ещё раз разбить моё сердце.