Глава 6

День дебюта начался в ранним-ранним утром. В этот раз я получше подготовилась к битве. Финальным штрихом в моем образе стал необыкновенный браслет. В крайнем случае я использую его как инструмент защиты. Маленькие и острые шипы во внутренней стороне этого браслета - моя страховка на случай столкновения с прожигающим легкие изнутри запахом лаванды.

Украдкой, из коридора я оглядела банкетный зал. Герцог сделал все, чтобы этот вечер стал не просто дебютом, а триумфом. Тысячи хрустальных подвесок на люстрах, позолоченные зеркала, отражающие пламя свечей, мраморные полы, отполированные до зеркального блеска бросались в глаза еще до входа в зал. Все сияло, будто сам дворец решил преклониться перед этим вечером.

И розы. Бесконечное количество роз. Они вплетены в гирлянды, украшают колонны, лежат на столах в хрустальных вазах. Белые - как символ чистоты, алые - как намек на страсть, и черные - потому что я настояла.

Гости уже здесь. Они в белом - как призраки, собравшиеся на пир. Шелк, кружево, жемчуг. Они переливаются в свете, шепчутся, осматривая украшения.  Кажется, герцогиня пригласила все королевство..

Размах, который взял на сегодня герцог действительно впечатлил меня.Он, кстати, уже гордо стоял у центральной арки, зная, что благодаря нему это вечер - мой. Себастиан с букетом синих роз стоял рядом с отцом. Серьезное личико миловидного ребенка показалось мне очень забавным и подняло настроение. Но расслабляться было некогда.

В узком коридоре перед бальным залом я уже была не одна. Мерцающие свечи, отбросили на стену передо мной  искажённую и дрожащую тень, свидетельствующую о присутствии названного гостя. 

Я резко остановилась, чувствуя знакомый запах лаванды: 

- Маркиз. Как… предсказуемо. Я даже разочарована.

Кришно вышел из тени, медленно обводя меня взглядом: 

- Амаранта. Ты выглядишь… почти здравомыслящей. Жаль, это продлится недолго. 

- О, я уже вижу – вам не терпится снова сыграть в своего любимого кукловода. Но сегодня сцена не для вас. 

Парень сделал шаг в мою сторону. 

- Милая, вся эта империя – моя сцена. А ты? Ты всего лишь… неудачная реплика, которую я вот-вот вычеркну. 

Смешок вырвался сам собой:

- Боже, как же вы жалки. Вам правда кажется, что эти дешевые трюки делают вас сильным? Вы – шут в камзоле, маркиз. И если вы не уйдете с моего пути все это увидят. 

Он улыбнулся, медленно снимая перчатку. Его пальцы проскользнули по моему браслету – тому самому, что я теперь ношу как скрытое оружие. Притворно восхищаясь, но с явной агрессией он продолжил:

- Какая... милая безделушка. Надеюсь, она не ранит тебя... случайно. 

Резким движением он сжал браслет, шипы впились мне в запястье. Капли крови проступили сквозь кружева перчатки. Не пикнув и даже моргнув, лишь слегка отдёрнув руку, я взглянула в глаза жалкого создания, стоящего сейчас передо мной с довольной ухмылкой, которую так хотелось стереть с его лица.

- О, не волнуйтесь. Я привыкла к укусам... ничтожеств вроде вас. 

Он наклонился ближе, его дыхание обжигало шею. Шепотом он, еле сдерживая злость:

- Как трогательно. Но знаешь, что происходит с колючими зверьками? Их нрав ломают... медленно.

- А знаете, что происходит с крысами, которые слишком смелеют? Их давят... с удовольствием.

Маска сдержанности спала с его лица. Видно, не привык выслушивать горькую правду. Меняя тему, он смягчился и навис надо мной:

Ты забыла, как дрожала тогда в саду? Как умоляла меня остаться? Двор обожает такие истории, особенно если оставить в них место для фантазий.

- А еще больше двор обожает  – когда лжеца ловят на слове. Говорите громче, маркиз. Пусть все запомнят, как вы трясётесь от одной мысли, что я могу открыть рот. 

Он сжал мой браслет еще сильнее, затем резко взглянул на мои руки, будто только сейчас заметил, что ранит меня. Медленно опустив мою руку он продолжил:

- Попробуй же. И узнаешь, как быстро язык может перестать шевелиться.

- О, я знаю, как вы это делаете. Трусливо. Тихо. В темноте. Но сегодня – свет канделябров слишком ярок, маркиз. И если я паду – все увидят, кто нанес удар.

Не передать словами, какое напряжение нависло в коридоре. Только наше дыхание прерывало многозначную тишину. На лице Гейба снова появилась улыбка, от которой, признаться, меня уже начало мутить. Он отпустил меня и отстранился.

- Какая ты… предусмотрительная. Жаль, это не спасет бал от провала.

- Правда? А мне казалось, провал – это когда ничтожество, лезет в герцоги, а получает лишь смех в спину. 

- Береги этот острый язык, герцогиня. Как бы не пострадать, кто знает, сколько людей всей душой ненавидит тебя уже сейчас?

"Вздумал угрожать мне в моем же доме?"

- А вы берегите свою спину, маркиз. В темноте – не только вы умеете резать. - сказала я отправляясь в зал.

Все время пока он был рядом отвратительный запах лаванды душил меня своей сладостью. Показать то, как мне плохо, было бы поражением.Я сохранила лицо, но внутри снова встал ком. От осознания, что сейчас мне идти в комнату, заполненную людьми, шумную, где я буду у всех на виду, становилось дурно. Сделать глубокий вдох на получалось, но делать было нечего. Я сделала шаг в искрящееся светом помещение.

В банкетном зале огромное количество взглядов обратились на меня. В этом не было ничего удивительного. Только мой образ добавлял цвет в этот вечер.

Мое платье было вызовом, воплощённым в бархате и кружевах — дерзкое и опасное, возможно, слишком смелое, для молодой аристократки, едва вернувшейся в светское общество.

Кроваво-алый шелковый корсет, стянутый чёрными лентами, подчёркивал осиную талию Амаранты, а низкий вырез лишь притворялся скромным - тончайшее кружево-паутинка скрывало кожу, но делало образ соблазнительнее.

Рукава - широкие, с разрезом до локтя, обнажали перчатки из чёрного гипюра, обтягивающие каждый палец, будто вторую кожу. Юбка, пышная и тяжёлая, вздымалась волнами алого бархата, перемешанного с чёрными оборками. Каждый шаг открывал острые, как лезвие, разрезы, сквозь которые мерцали тёмные кружевные подъюбники. 

Я многое хотела сказать выбранным образом. Но главная мысль - вы больше когда не увидите милую и наивную Амаранту. Раз уж теперь я заняла ее место, ничего не будет как прежде.

На самом деле, я очень много думала о том, какое место теперь занимаю в истории романа. Давно поняв, что это не сон, а реальная жизнь, которая теперь находится под угрозой, я решила прожить ее от лица Амаранты, но в первую очеред быть собой. Читая ее историю, я многократно высмеивала поступки главной героини и теперь - могу пройти ее путь, поступая по своему. Мне нужно ещё немного времени, чтобы принять ее семью и окружение за свои, но самое главное я уже поняла.

Символизм сегодняшнего дня заключается в том, что при героине, все было бы по-другому. Уже тот факт, что история не идет по сценарию и меняется, в зависимости от того, что я делаю, дает мне почувствовать, что я на своем месте. Теперь, это моя жизнь, и я сделаю все, чтобы она была прожита с удовольствием.

Я подошла к центральной арке. Себастиан смотрел на меня с изумлением:

- Сегодня сестрица выглядит как волшебница! Ты кого-то заколдуешь?

- Милый Тиан, ты ведь сохранишь мой маленький секрет?

Мальчик широко улыбнулся и гордо протянул мне огромный букет синих роз. На его лице появился легкий румянец, громко и решительно он произнес:

- Это... это тебе. Ты самая красивая!

Этот сладкий ребенок снова заставил меня улыбнуться. Чарующие синие цветы, украшенные и сияющие. Никогда не видела такого красивого букета.

- Ой, это ведь мои любимые волшебные розы! Теперь я точно обязана станцевать с тобой первый вальс!

- Кхм. - отвлёк меня от мальчика герцог. - Мне казалось, что ты подаришь первый танец своему любимому отцу.

Мужчина выглядел взволнованно и немного уставшим. Все эти пять дней он суетился, чтобы мой праздник получился на славу. Я посмотрела на Себастиана, как бы спрашивая у него, не против ли он. Мальчик кивнул и подозвал к нам свою горничную, которая уже подготовила вазу для моего букета.

Герцог протянул мне руку, приглашая на танец. И я согласилась. Мы вышли в центр зала. Заиграла ритмичная музыка.

- Я всё ещё не могу поверить, что моя маленькая Амаранта, та самая девочка, что пряталась в библиотеке с книжками, сегодня так ослепительна... Ты затмеваешь даже звёзды, доченька.

- Спасибо, отец... За всё. Этот бал, эти цветы, музыка... Я... я так счастлива.Я впервые так назвала герцога. Мне так хотелось увидеть его на это реакцию. Он засмеялся, однако в глазах все же была легкая грусть.

- Я просто твой отец, который хочет видеть твою улыбку. Хотя ...хотелось бы стать волшебником, чтобы ты не росла так быстро, и дала своему старику насладиться подобными моментами.

- Пусть это волшебство никогда не заканчивается. Особенно... особенно такие моменты.

- Они не закончатся, солнышко. Просто теперь ты будешь создавать их сама. Однако, помни - какой бы далёкой ни казалась дорога, ты всегда сможешь вернуться домой.

Музыка начала затихать. Герцог поцеловал мою руку и с улыбкой отступился назад. Он осмотрел зал, и с явным намеком продолжил:- А теперь - прости старого отца, но я вижу как минимум трёх юных джентльменов, готовых растерзать меня за то, что я задерживаю их очередь. Вечер не бесконечен, а ты... ты заслуживаешь весь этот восторг.  Я рассмеялась, но в момент поклона слегка сжала руку отца, без слов, с надеждой на то, что он поймет. В моей жизни он - самый важный мужчина и останется таким навсегда.

В этот день я танцевала так много, как никогда, смеялась и получала комплименты. Было заметно, что многие аристократки перешептывались, видно никак не могли перестать сплетничать и просто насладиться моментом. Стол с подарками пополнялся, гора на нем становилась все больше. Пришло время тоста. Отец, поднявшись к центральной арке с герцогиней под руку, пригласил меня присоединиться.

Поднимая бокал с игристым вином, Герцог постучал ложкой о хрусталь. Зал затих. Его голос, обычно уверенный и твердый, сегодня слегка дрожит от волнения.

- Когда моя дочь впервые схватила меня за палец своей крошечной ручкой, я поклялся: буду защищать её от всех невзгод этого мира. (Пауза, вздох). Сегодня я понимаю - это она все эти годы защищала меня. От скуки... От излишней серьезности... (Шепчет) И от слишком аккуратных садовых клумб.

Гости засмеялись, отец же ласково продолжил:

- Моя девочка, которая когда-то прятала мои официальные бумаги, чтобы я поиграл с ней... Теперь сама пишет такие важные письма, что я их перечитываю трижды, чтобы всё понять. (Шутливо вздыхает) Как же несправедливо быстро летит время! Но сегодня я смотрю на тебя и вижу - где бы ты ни была, что бы ни делала, ты всё та же Амаранта. Та, что заставляет старика-отца смеяться над своими же плоскими шутками. Та, чья улыбка всё так же способна осветить самый хмурый день.

Он поднял бокал выше.

- Так выпьем же! За ту, кто научила меня, что настоящая сила  в доброте. За ту, чьё сердце остаётся таким же большим, каким было в пять лет - просто теперь в нём помещается весь мир. (Подмигивает) И за то, чтобы твой будущий муж был хотя бы наполовину так же терпелив, как твой бедный отец!

С его словами меня окончательно отпустила тревога. Больше не было страха или напряжения. У меня есть близкие люди, те, кому я без сомнения доверяю жизнь. Как же приятно чувствовать эту связь.

Я сделала глоток вина, глазами осмотрев зал. Маркиз Кришно был среди гостей. Он стоял сзади толпы и выгоядел подозрительно довольным. Увидев, что я пью, он начал пробираться ближе.

Внезапно я почувствовала слабость и головокружение. Стоять на ногах становилось все труднее, с каждой минутой. Этот Чертов ублюдок меня отравил? Но ведь я только почувствовала вкус этой жизни?

"Так страшно..."

"Я ведь совсем не хочу умирать. Я не хочу умирать"

Последнее, что я увидела, это довольная ухмылка маркиза, бежавшего по ступенькам подхватить меня.

"Вот же мерзавец"