Глава 44. Крестный отец

Все замерли в ожидании Хэлтора. Джейсон уже выпустил пар и сейчас принял почти что равнодушный и отстраненный вид, а вот Кэрол сжимала кулаки в негодовании и едва ли не рычала драконом. Эдмунд прижал разочарованную и почти что плачущую Стефани к себе. Она с замиранием сердца ждала, когда войдет ее то ли отец, а то ли нет, чтобы наконец посмотреть ему в глаза и узнать всю правду. Лили уже уложила малыша Рилиана в кровать и приставила к нему целую охрану. Она не столько боялась, что с ним что-то сделает та самая колдунья, сколько боялась Пруны.

— Это, конечно, ни к месту сейчас... Но ставлю пять золотых на то, что первой его ударит Кэрол, — прошептал Каспиан Эдмунду на ухо, а тот еле заметно кивнул.

— А я ставлю на Джейсона, — ответил он, зная, на что способен с виду спокойный друг. Это спокойствие всегда пугало больше криков и злости.

— А я на то, что кое-кто другой, — подошла к ним опухшая от слез Мерседес, встав рядом.

— Кто?.. — скептически поинтересовался Эдмунд.

— А вот увидите, — Мечи пожала плечами и, как и все остальные, услышала шаги.

— Знаешь, я думал, ты еще как минимум сутки прорыдаешь, — цокнул Каспиан, будучи полностью уверенным в своей правоте.

— Когда рядом торги, нельзя упустить шанс заработать, — Мерседес развела руками и постаралась не выдать свое смятение. М-да уж, все эти дни она так себя винила за то, что сделала Алессандро (и самой себе) больно. Как всегда подумала о нем плохо. И, оказывается, не напрасно. Или... Может, она думает точно так же о нем прямо сейчас?

Как только шаги застучали совсем близко и в комнату зашел ничего не подозревающий Хэлтор, ему тут же прилетела больная пощечина. Стефани пустила первую слезу и держала руку всё еще готовой к удару. Всем оставалось только удивиться. Каспиан и Эдмунд, цокнув языком, отдали Мерседес по пять золотых монет. Она тут же сложила их в карман платья с весьма довольным видом.

— Как ты мог так долго врать?! — воскликнула Стефани изо всех сил. Лилиандиль подошла к ней и попыталась мягко оттащить за плечи. Хэлтор больно схватился за щеку и непонимающе посмотрел на «дочь». — Говори, кто ты, ну!

— Спокойно, — Эдмунд увлек Стефани к себе в объятья, а Сьюзен молча взяла Джейсона за руку. Один лишь Питер даже не пытался удерживать Кэрол, хоть и сильно переживал за нее и за своего будущего ребенка. — Мы просим вас объяснить, кто вы такой и зачем вы явились.

— Не понимаю... — задергался Хэлтор, осматривая всех поочередно.

— Когда мы впервые встретились, вы говорили, что считаете себя дважды трусом, старались объясниться, — властно заговорил Питер, не скрывая своего разочарования. Как ни странно, Кэрол даже звука не подала и искорки из рук не выпустила. — Я прошу, не будьте трусом хоть сейчас. Нам известно, что вы украли из лаборантской Джейсона метаноловый спирт и отдали его Алессандро. Зачем?

— Я говорил еще тогда, что забирал себе лекарство для головных болей жены цесаревича... — начал вновь оправдываться он.

— Да хватит врать, пока нос до потолка не вырос! — закричала отчего-то Лилиандиль, которой, казалось бы, эта ситуация мало касается. Бессонные ночи с любимым малышом, неразбериха в делах, волнение, чувство вины, постоянное давление Пруны, страх за сына и мужа — всё это доконало ее и изменило до неузнаваемости. — Мы уже второй год в этом кабинете слушаем одну только ложь! Все кругом врут, используют, пытаются навредить, я уже начинаю думать, что если мы Нарнию куполом отгородим, станет много лучше! Мало Джейсон, Кэрол и Стефани намучились в этой жизни, вы добавляете им еще проблем, как и всем нам! Говорите правду, иначе вы не только познаете тюрьму, но еще и вдобавок я лично подпишу указ сослать вас на Дикие Северные земли или остров Заключенных, и вы будете жить там с энтами, авось сойдетесь, сучковатые!

— Милая, успокойся...

— Я спокойна! — Лилиандиль не подпустила мужа к себе и три раза тяжело вздохнула. — Так что вы хотели там рассказать? Мы все вас внимательно слушаем.

Хэлтор, поняв, что отпираться смысла уже не имеет, вскинул глаза к потолку и опустился на кресло подле Мерседес. Она машинально отвернулась от него, надеясь, что он расскажет не только правду о Кэмбелах, но еще и поведает... Точно ли он Алессандро тогда отдал тот флакон? Нет, нельзя о нем думать, он сам решил, что им не нужно больше общаться! И всё же...

— Вы правы... — протянул мужчина и чуть помедлил, собираясь с мыслями. — Когда принцесса Доротея поехала с вами, меня тоже отправили сюда. Гальма надеялась, что брак принцессы с королем Эдмундом получится, но вы сами знаете, что из этого вышло... На самом деле цель была не совсем в этом. Вернее, Армандо считал, что да, но мне поручили еще одно задание. Только сразу скажу, вам лично навредить никто не хотел.

— Ты отдал то снадобье Хасану? — поинтересовался Джейсон, стараясь держать себя в руках.

— О, побереги Аслан, нет, конечно! — отмахнулся Хэлтор. — Я отдал его Алессандро, а уж как этот ваш метанол попал к Хасану, понятия я не имею. От Нарнии, помимо союзничества, ему нужно было только одно, — Кэмбел-старший поднял глаза на Джейсона и многозначительно взглянул на него. — Ты, сынок...

— Джей?.. — переспросила Стефани. Ситуация становилась всё интереснее и интереснее.

— Он уже на весь мир известный химик. Чей ум, как ни его, способен придумать то, что поразит Тельмар и при этом не вызовет подозрений? — Хэлтор развел руками и понаблюдал за ошарашенными лицами. Их несколько месяцев водили за нос, а они своей добропорядочностью умудрились вновь нажить себе врагов.

— Так кто же ты наконец?.. — Стефани присела на колени подле «отца» и ждала ответа. Каждая секунда промедления казалась ей тысячелетием.

— Мое имя... Настоящее имя, — исправился «Хэлтор», — Уильям Кэмбел. Да, я действительно ваш родственник и даже ваш отец, только не биологический, а крестный, ваш родной дядя по отцу. Мы очень похожи. Знаю, невероятное совпадение, но это так. Я сказал правду, когда говорил, что бежал в Гальму во время расправы с колдунами.

— Зато как изображал отчаяние... — протянул Джейсон, слегка прищурив глаза и растягивая гласные. — Как лгал нам в глаза, заставляя поверить, что ты наш отец, что любишь нас, что сожалеешь, что привязан... М-м-м, а как ты предлагал отдать за меня жизнь, как заботился о Кэрол и вешал Стефани лапшу на уши. Пикники, посиделки в комнатах, поддержка. Сколько лжи... — Сьюзен вдруг показалось, что он сейчас ударит Уильяма, но Джейсон пока вроде держался. Он говорил тихо, с прищуренными глазами, и даже кулаки не сжимал. — Но быть честным, даже рад, что так вышло. Теперь совесть не будет мне мешать тебя презирать, как последнюю собаку. Зачем вот только?

— Ой, слушайте, я сожалею, что так вышло, правда, — отмахнулся Хэлтор, не желавший дальше слушать своего племянника, да и вид у него не был виноватым. — Но я не врал, я болен. Понятно?! Болен! Мне обещали, что когда всё дело выгорит, мне отдадут лекарство, чтобы я мог жить дальше. Я думал, Джей может мне помочь, ну или кто-нибудь из вас позовет Аслана, и тогда мне не придется делать грязную работу, но оказалось, что вы тоже бессильны.

— Ну и что с ним делать будем? — спросил Питер, указав на Уильяма. — Я предлагаю запереть в темнице, а потом решить. Нам с Кэрол пора ложиться спать.

— А с чего ты взял, что я хочу спать? — возмутилась она. Муж уже поволок ее к двери.

— А ты не хочешь разве?

— Хочу, но почему это ты указываешь, спать мне, или нет?.. — Каспиан хлопнул себя по лбу, когда эта верховная парочка вышла из кабинета. Лили таких истерик не устраивала.

Джейсон, чтобы больше не видеть «отца», попросил запереть его в какой-нибудь камере поприличней. Никто возражать не стал. Каспиан твердо решил, что теперь сам будет укладывать Рилиана, чтобы его супруга могла хоть несколько ночей отдохнуть и выспаться. Эдмунд пообещал, что завтра отведет Стефани в одно «прекрасное место», и там они обо всем поговорят, а сам дождался, пока она отойдет в мир сновидений, и тоже пошел к себе.

Мерседес, узнав, что это всё же козни Алессандро, вернулась к себе в комнату и упала на кровать. В руках были его кольцо и его жилетка. Она хотела выбросить все эти вещи и даже была близка к этому, но... В памяти так отчетливо всплывали моменты его касаний, его улыбка, то, как они вместе ночевали на складе и как она обрабатывала ему раны. Мерседес всячески отгоняла от себя навязчивый вкус его мягких губ на своих губах, но у нее не получалось забыть, слишком хорошо ей тогда было, слишком уж они сблизились. Мечи только сейчас поняла, что злиться уже не получается. Она сильно по нему тоскует и не может этого отрицать.

Сьюзен побежала за мужем, чтобы его успокоить, но тот говорить совсем не хотел. Он сел в своей лаборантской за книгу. Глаза бегали по строчкам, но Джейсон то и дело возвращался к началу, потому что уходил в свои мысли. Жена допрашивать его не стала, а просто обняла его за шею со спины и поцеловала в щеку, застыв так с ним на несколько мгновений. Сейчас Сьюзен хотела быть рядом с ним.

— Прости, что дала тебе надежду. Ты оказался во всем прав изначально, — призналась она, руками гладя его плечи. — Мне и всем остальным стоит больше доверять тебе во всем, когда дело касается незнакомых людей.

— И я ошибаюсь, но не в этом случае, — вздохнул Джейсон, отложив книгу. — Иди ко мне сюда, — он нежно усадил жену к себе на колени и изо всех сил обнял. — Я почти что ни на секунду не поверил этому мерзавцу, а вот ты и Питер наверняка будете мучиться от того, что нас всех убеждали, что мы ошибаемся, Стефани будет чувствовать себя униженной и обманутой, Кэрол будет несколько дней или недель злиться и нервничать. Худшее для меня наказание во всей этой ситуации. Скажи, когда мы будем жить нормально?

— А разве мы не живем? — Сьюзен повернула его голову к себе и, улыбнувшись, заглянула в его бездонные черные глаза. — Эй, всё хорошо, — она погладила его по волосам. — Сам говорил, мы вместе, а значит, всё преодолеем.

— Да, родная, — ответил Джейсон и поцеловал ее руку. Они так сидели еще несколько минут, а потом пошли в свои семейные покои, в которых еще толком не успели поночевать. Уснули, как и всегда, в крепких объятьях после короткого поцелуя. Так было тепло и спокойно.

*****

Утром Эдмунд застал Стефани всё еще спящей. Ну, а чего можно ожидать от человека, который постоянно спит дольше всех, но если встает раньше остальных, то их всё равно попрекает? Легким касанием губ к щеке Эдмунд разбудил ее, хоть Стефани еще сопротивлялась тому, чтобы вставать.

Вскоре Стефани недовольно открыла глаза и зевнула. Яркое солнце уже заливало своим светом весь замок и так и манило выйти на улицу и прогуляться.

— Вставай, засоня, сейчас поедем кататься, — Эдмунд дернул ее за руки и затолкал в ванну, набранную заранее. Стефани была не в состоянии разговаривать и вообще что-либо делать и в итоге просто слушалась Эдмунда, не до конца понимая, что, зачем и почему происходит.

Поскольку помощью фрейлин Стефани не пользовалась, Эдмунд сам достал ее дорожные брюки и кофту, а потом помог зашнуровать ей сапоги. На все вопросы она отвечала либо взмахами и кивками головы, либо пожиманием плеч. Со стороны казалось, будто она обижена, но на деле просто все мысли крутились вокруг произошедшего вечером.

Вскоре они взяли лошадей и выехали на улицу, двинувшись через лес. Пробудившись от приятного ласкающего ветра, Стефани даже улыбнулась и подумала о том, что по этой дороге еще ни разу не ездила. Вокруг было окончательное пробуждение природы, на ветках деревьев, почти что до конца поросших листвой, сидели дриады, изредка кто-то проходил и вежливо кивал королю и его «невесте», наяды вылезли из колодцев и переговаривались со зверями. Словом, сейчас можно было увидеть Нарнию во всех красе.

Эдмунд остановил своего коня на лужайке посреди множества деревьев. Трава там была красивая, свежая, светло-зеленого цвета, а средь нее красовались молочно-розовые полевые цветы, которые даже срывать было жалко. Эдмунд сел прямо на спутавшиеся между собой травинки и увлек за собой Стефани.

— Раньше ты меня сюда не водил, — улыбнулась она и начала рассматривать окрестности. В голубом небе без облаков летали птицы, а где-то недалеко прыгали зайцы. — Давно нашел это место?

— Нет, когда мы с Питером устраивали скачки. Хотел поделиться с тобой этим местом, — Эдмунд взял ее за руку и начал растирать костяшки ее пальцев. — Сильно переживаешь из-за того, что узнала?

— Джейсон изначально был прав, — Стефани подогнула под себя коленки и грустно ухмыльнулась. — Но ничего, я всю жизнь жила без своих настоящих родителей, и сейчас проживу. Просто мерзко, что человек воспользовался нашими гостеприимством и добротой в корыстных целях. Если бы он сразу назвался нашим дядей, то не было бы так обидно.

— Тем не менее ты не выглядишь сильно уж грустной. Думаешь, сможешь его простить когда-нибудь?

— Не знаю, хочу ли, — пожала плечами Стефани. — У меня достаточно близких людей для того, чтобы переживать и по этому поводу. Даже говорить об этом больше не хочу, оставлю вчерашние проблемы вчерашней себе. Лучше давай поговорим о поисках пророчества. Мы с тобой уже нашли свои артефакты, осталась только Мечи. У нее кольцо любви.

— Давай и эти проблемы сейчас оставим ей, — как-то загадочно улыбнулся Эдмунд и нервно сглотнул. — Я сюда тебя привел не только для того, чтобы развеяться и не грустить. Есть еще кое-что...

— Да? — напряженно спросила Стефани. — Я знаю этот твой взгляд, он хорошего не предвещает!

— Нет-нет, напротив, всё хорошо, я просто волнуюсь, — Эдмунд лихорадочно полез в карман и что-то достал оттуда. — Я понимаю, что мы с тобой оба еще довольно молоды, но мы давно вместе... Ты знаешь, вся эта история с Доротеей натолкнула меня на одну мысль... — он вновь замялся, видимо, рассуждая, стоит ли продолжать, но Стефани терпеливо ждала. — Я хочу на весь мир объявить, что ты — моя. Я не говорю жениться сейчас и даже через год, но спросить я хочу сегодня. Стеф, ты... — Эдмунд поднял вверх золотое кольцо с фиолетовым камнем и показал ей. — Ты хочешь стать моей навечно?

— Ах... — только и смогла протянуть Стефани, зажав рот ладонями. По ее щекам заструились слезы счастья, а глаза заблестели от радости. — С тех пор, как я тебя увидела, ты не уходил из моей головы. И как только мы с тобой захотим, мы можем пожениться. Когда нам будет восемнадцать, что будет через год, или потом...

— Не думай сейчас об этом, просто хочу, чтобы мы с тобой были помолвлены, и об этом знали абсолютно все, — разулыбался Эдмунд, но всё же решил уточнить: — Так ты будешь однажды моей женой?

— Д-да, разумеется! Да!

Стефани поскорее дождалась, когда Эдмунд наденет на ее палец кольцо, и притянула его за складки одежды к себе. Ожидавший этого поворота, король запустил руку в её волосы и ответил на поцелуй. Они упали на траву и не прекращали соединяться губами ни на секунду. Пелена счастья накрыла с головой и долго-долго не хотела отпускать. Стоило только подумать, сколько всего впереди, сколько чудесных событий, свиданий, приключений и лет совместной жизни, как дух захватывало.

Когда все остальные узнали о сделанном предложении, Сьюзен и Кэрол вызвались вдвоем организовывать бал на свежем воздухе в честь помолвки. Вот только для Великодушной королевы сюрпризом стало пришедшее следующим вечером письмо. Что самое худшее, из Тельмара.

Там король лично приглашал ее на переговоры по какому-то весьма важному поводу. Руки от прочитанного задрожали. Почему именно ее и о чем там будут говорить? Нет бы еще вместе с супругом пригласили приезхать, так вообще одной. В голову закралась мысль, что каким-то образом в Тельмаре узнали о том, что яд, которым отравили их генералов и дворян, был создан Джейсоном, но кто не рискует, тот не пьет шампанского.

— Я боюсь отпускать тебя одну, — сказал Питер, когда сестра показала ему это письмо. — Ладно бы вместе с Джейсоном, было бы понятно, а тут...

— Ей нужна подстраховка, — развела руками Стефани. — Сью, ты хоть и можешь за себя постоять, кто знает, что они хотят с тобой сделать? А я владею магией.

— Или возьми с собой Джея, — предложила Кэрол, тоже будучи здесь. — Я бы поехала с тобой, вот только я в таком положении сейчас не в состоянии кого-либо толком защитить...

— Его я брать с собой не буду, — отрезала, нахмурившись, Сьюзен. — Если они знают, что этот самый метанол принадлежит Джейсону, то они наверняка устроют ему западню. Я не буду им рисковать.

— Тогда предложение Стефани я считаю здравым, — согласился Питер. — Тебе нужна будет помощь, и не спорь.

— Думаю, Мечи тоже захочет поехать к своему ненаглядному, — усмехнулась Кэрол. — Так что берите ее с собой тоже.

На этом и решили. Джейсон и Эдмунд долго настаивали на том, чтобы поехать с девушками, но они отнекивались, как могли. Каспиан предлагал взять Кассандру, но мысль о том, что присутствие одной из самых прославленных полковниц Нарнии будет выглядеть, как акт агрессии, показалась здравой.

Как только Мерседес услышала, что ее тоже хотят взять в Тельмар, то готова была тут же оседлать лошадь и поехать. Ей хотелось откровенно поговорить с Алессандро обо всем, что происходит между ними, в том числе спросить с него за отравление. Точно ли это он, или всё вновь выглядит не так, как кажется? Да и чего греха таить, Мерседес хотелось его увидеть еще хоть разок, хоть он и просил больше не подходить и не заводить беседы.

— Если я только узнаю, что тебе там что-то может угрожать, ты же понимаешь, что я примчусь? — спросил Джейсон у своей жены, когда она держала его за руки на прощание.

— Разумеется, понимаю, — разулыбалась Сьюзен. — Но я обещаю тебе, что это не понадобится. Да и какой у тебя план, если кто-то захочет меня обидеть?

— Ну как сказать, у меня есть кулаки, а у них носы, так что... — приулыбнулся Джейсон, и Сьюзен рассмеялась ему в плечо. — А на самом деле ты знаешь, что я не пожалею никого: ни крестьянина, ни самого короля Тельмара, если придется.

— Знаю, — Сьюзен коротко поцеловала его в губы. — Смотри, вон даже Эд так за Стеф не переживает, как ты за меня.

А почти помолвленным не за что было толком переживать. Они стояли, держась за руки, и о чем-то разговаривали, изредка целуясь. Что ж, наверное, все молодые парочки такие после предложения руки и сердца. Даже Кэрол и Питер вели себя точно так же. Но предстояла пора уезжать.

Карета была подана, и девушки погрузились в нее, выглядывая в окна на прощание родным. И они даже не подозревали, что на самом деле им предстояло увидеть в Тельмаре...

*****

«Я всё делал так, как вы просили. Меня раскусили, однако всё это не так уж страшно, всей правды я им не сказал. На самом деле здорово, что так случилось, потому что теперь все свято уверены, что за отравлением стоит А. Разве что кроме этой девчонки-фрейлины королевы Люси. Мерседес вроде как зовут. Вы там уж с ней как-нибудь разберитесь, а также расскажите, что вы решили с Д. Что будете делать? Замуж или всё же в расход? И не забудьте замолвить словечко по поводу лекарства, мне всё хуже. Помню ваше обещание, отдадите сразу после того, как голова Алессандро окажется на пике во дворце, так что жду.

Искренне ваш, Уильям».