4

— Давай, детка, просыпайся! Забыл о пробежке?

Пейн прыгал на кровати, словно маленький ребёнок. Найл повернулся на живот, укрылся, как всегда, одеялом с головой, пытаясь избежать крик Лиама. «Какого хрена тут происходит? На кой чёрт он прыгает на моей кровати? Почему он ведёт себя, словно ребёнок? Что он вообще творит? Я не хочу бегать. Я устал. Я не выспался, пиздец, зачем я слушаюсь этого придурка?»

Найл убирает одеяло, открывает глаза, встаёт с постели и, схватив вчерашнюю спортивную одежду, спускается вниз. Он заходит в ванную комнату, принимает душ, одевается и проходит на кухню, где за столом пил кофе Лиам. Найл скрестил руки на груди и облакотился плечом на косяк, взглянув на парня.

Его тёмные волосы аккуратно уложены назад, шоколадные глаза прожигают в блондине дыру, на щеках еле заметный румянец, давно небритая щетина придаёт Лиаму сексуальности и мужества, пухлые губы то и дело обхватывают краешек кружки, чтобы сделать глоток жидкости. «Господи, Хоран, ты не можешь».

Лиам резко встаёт со стула, разворачивается к раковине и моет за собой кружку. «Боже, эта широкая спина... Блять, Найл, ты не можешь думать о ней, ибо тебе она не интересна, окей, да? О, да, конечно, Найл, эта спина просто притягивает тебя, но ты воротишь нос, дабы избежать её». Блондин сглотнул, когда Пейн прошёл мимо него, случайно коснувшись пальцами его руки. Парни обулись и, выйдя на улицу, побежали в другу сторону.

Его всегда возмущало то, что он легко подчиняется человеку, будь то одноклассник или обычный сын маминого друга. Ведь по сути, Лиам ему никто, но Найл подчиняется ему, поднимается с постели, когда брюнет приказывает вставать, бегает по утрам уже два дня подряд, и блондина пугает это.

Лиам резко останавливается, и Найл врезается в его спину и сразу падает на асфальт. Пейн прикладывает сотовый к уху и, заметив упавшего Найла, помогает тому встать. Брюнет разговаривает с отцом, но, о чём, блондин не понимает. Эмоции на лице Лиама постепенно менялись, сначала лицо было расслабленно, но спустя несколько секунд Пейн нахмурился и завершил вызов.

Парни вернулись домой.

Найл хочет спросить его о случившемся, но он не может просто так это сделать, он не может сказать это спокойно, с ноткой беспокойства, ведь он никогда не спрашивал у чужих людей, что случилось, ему было плевать, ибо это чужие люди, чужие проблемы и вообще «Кто я такой, чтобы он мне всё рассказывал?».

Пейн сидит в гостинной, молча смотрит телевизор, постоянно переключая каналы и о чём-то думая. Найл готовит, вернее печёт, завтрак для себя, но в последний момент меняет своё решение. Блондин кусает нижнюю губу, дабы прокусить, но всё, что он получает - это немного боли. Найл перекладывает печенье на тарелку, наливает в прозрачный стакан молоко и несёт Лиаму.

— Эм, - Боязливо начинает он, протягивая завтрак парню, хотя тот даже не просил.

Лиам медленно поворачивается к нему, поднимает немного голову, дабы посмотреть в голубые глаза, и как бы спрашивает «Это мне?». Найл тяжело вздыхает, искренне улыбается и садится рядом на диван, поставив тарелку на его колени, а стакан с молоком на столик.

- Мне неловко спрашивать у тебя, ведь я никогда не интересовался. У тебя что-то случилось? Эм, сразу предупреждаю, если ты не хочешь говорить, не нужно, значит так надо.

- Я могу сказать тебе, но, во-первых, я не знаю, как ты отнесёшься к этому, и, во-вторых, я думаю, спустя пару дней ты забудешь об этом. Первое, я здесь на семь дней. Второе, я, как считает отец, неуклюжий киллер. Третье, мне поступил заказ.

Найл минуту перебирал его слова, воспроизводил вновь и вновь в своей голове, пытался понять услышанное и, сделав это, вскочил с дивана, вжавшись в стену. Его брови сползли наверх, рот немного открылся, Найл рвано дышал, его сердце бешено колотилось. Страх - это всё, что он чувствует, и даже симпатию чувство страха накрыло.

— Спасибо за завтрак. Мне нужно идти, я скоро вернусь.

Лиам поставил тарелку на столик, покинул гостинную и прошёл в свою комнату. Найл выдохнул, выглянул в коридор и посмотрел на лестницу. Спустя минуту Лиам спустился вниз с пистолетом в руке, Хоран ахнул, но брюнет прижал его к себе, поглаживая по голове.

— Всё хорошо, Найл. Я скоро вернусь. Не думаю, что ты будешь волноваться за меня.

Лиам обулся, взял ключи от дома и закрыл дверь с внешней стороны. Найл выключил телевизор, поднялся к себе и закрылся. Хоран лёг в кровать, опять свернулся колачиком и прикрыл глаза. Пейн был не прав, подумав, что Найл не будет волноваться, совсем не прав. Единственное, о чём думает блондин - безопасность Лиама.

*

Входная дверь негромко хлопает, блондин вздрагивает и мчится вниз. Он видит на пороге уставшего брюнета с кровью, льющейся из губы. Лиам разувается, оставляет оружие на комоде и проходит мимо парня, не забыв потрепать его волосы. Пейн рухнул на диван и, повернувшись на спину, закрыл глаза.

«Живой».

Найл выдохнул, прошёл на кухню, достал из шкафчика аптечку и начал искать нужное. «Чёрти что здесь лежит. Какого лешего в аптечке лежат презервативы? Грег забыл про меры безопасности и получился малыш Тео? Наконец-то». Найл нашёл перекись водорода с ваткой и помчался в гостинную. Блондин спустился на колени рядом с ним и, помочив ватку жидкостью, приложил к опухшей губе парня, отчего тот зашипел и сел, выпучив глаза на блондина.

— Что ты делаешь?

— Обрабатываю рану. Сиди смирно и не шевелись, ага?

Пейн неуверенно кивает. Найл поднимается с колен, наклоняется и ещё раз прикладывает ватку к губе, вновь слыша тихое шипение Лиама. Блондин немного подул на ссадину, обработав ещё пару раз, выкинул ватку и убрал аптечку обратно в шкафчик, возвратившись в гостинную.

— Спасибо, Найл.

Оба улыбаются друг другу.

— Во сколько вставать на пробежку?

— В семь. Ты встанешь?

— Я постараюсь. Спокойной ночи.

— Спокойной ночи.

Лиам кивает ему, и Найл поднимает к себе в комнату. Он звонит маме, дабы узнать, в порядке ли она. Они разговаривают долго, Маура делилась впечатлениями, оказавшись на пляже, а Найл молча слушал и улыбался, стоя на балконе.

И Лиам слышал его, и улыбался.