Глава тридцать первая. Потерянные зеркала

Иннокентий Бест и Шахиня приехали в поместье дворянского собрания около полуночи. Сеанс связи специально назначили на позднее время, чтобы в имении не оказалось посторонних людей. Таких, кто не был посвящен в тайны Клуба Калиостро. Шахиня всю дорогу молчала и, прищурившись, с недовольным видом смотрела в окно. Бест не обращал на нее внимания, погруженный в свои мысли. Он думал о Гертруде и обо всем, что происходило в последнее время в его жизни. Ему нравилась Болховская, ее дикий, необузданный нрав, но все же она была ведьмой, а от таких лучше держаться подальше. Об этом ему еще отец твердил много лет назад, когда он только начал посещать собрания Клуба. Но теперь отец обретался в подвале в виде стеклянной статуи, и некому было читать ему нотации.

Гертруда с удовольствием поселилась в поместье дворянского собрания. Все члены Клуба, кроме баронессы Гольданской, восхищались ею и ее необыкновенными способностями. Лишь владелица Диоптры приняла ее появление в штыки, но Бест и не сомневался, что все именно так и будет. Когда Гольданская лишь только увидела Гертруду, она сразу же, выхватив из складок одежды длинный узкий стилет, бросилась на нее. Охранники спохватились не сразу, и разъяренная фурия уже готова была нанести удар. Однако Гертруда спокойно стояла и с загадочной улыбкой наблюдала за ней. Гольданская вонзила стилет ей в бок, и клинок сломался, словно о каменную статую.

– Баронесса! – взвизгнула тогда Щергина. – Вы с ума сошли?! – Как вы посмели привести сюда эту тварь?! – возмутилась Гольданская. Гертруда, ни слова не говоря, вскинула руку, и баронессу отшвырнуло назад. С размаху врезавшись спиной в стену, она зависла в воздухе в двух метрах над полом. Гольданская, с ужасом вытаращив глаза, умолкла, а Гертруда, вытянув перед собой руку, неспешно подошла к ней. – Обычная сталь не может причинить мне вреда, – рассмеялась она. – Я найду способ покончить с тобой, уж будь уверена! – прошипела Гольданская.

– Разве можно быть такой злопамятной, баронесса? – Ты изуродовала меня на всю оставшуюся жизнь! – Зато только я могу вернуть тебе прежний облик. – Что?! – не поверила своим ушам баронесса. – В том, что случилось, нет моей вины! Все мы ошиблись, и все поплатились за это! Ты – красотой, а я своей свободой! Но я могу все исправить! Поэтому мое благополучие в твоих интересах! Гольданская понемногу успокоилась, что было очень кстати, ведь без ее Диоптры члены Клуба не смогли бы связаться с потусторонним миром.

С того инцидента минуло два дня, и вот сеанс связи был назначен. Верхушка Клуба Калиостро, вернее, то, что от нее осталось на сегодняшний день, собралась в конференц-зале имения впервые с того дня, когда погибли князь Векентьев и граф Лужецкий, а Виолетта Шадурская бесследно сгинула в черном зеркале. Мадам Гольданская в наглухо закрытом черном платье и белой фарфоровой маске, закрывающей изуродованное лицо, готовила свою Диоптру, Михаил Башаров настраивал видеокамеру и проектор, чтобы транслировать изображение с оккультного прибора на большой экран. За круглым столом из черного дерева сидели Гертруда Болховская, граф Орлов и княгиня Щергина. Начальник службы безопасности Артур стоял у входной двери зала, сцепив руки за спиной и храня молчание.

Когда Бест и Шахиня вошли, Гольданская щелкнула серебряной зажигалкой и начала зажигать свечи, установленные вокруг стеклянного черепа Диоптры. Шахиня все так же молчала. Она заняла свое место за столом и с ненавистью взглянула на Гертруду. Иннокентий перехватил ее взгляд и окончательно понял, в чем дело. С самой первой встречи его помощница невзлюбила зеркальную ведьму и теперь всячески старалась это показать. В лагере ненавистников Гертруды было уже двое, и он едва заметно усмехнулся. – Прошу заметить, господа, я делаю это только потому, что известная вам особа обещала вернуть мне мое прежнее лицо, – со злостью произнесла Гольданская, кивнув в сторону Гертруды.

– Не волнуйтесь, я сдержу свое обещание, баронесса, – не теряя самообладания, ответила ведьма. – Даю тебе слово. – Но это и в твоих интересах. В противном случае я найду способ отправить тебя на тот свет! – пообещала Гольданская. – Не вышло со стальным стилетом, так я испробую чистое серебро! Зеркальная ведьма в ответ лишь презрительно фыркнула. – У меня все готово, – объявил Башаров, сделав знак Артуру. Тот погасил свет. Проектор тут же заработал, передавая на экран, висящий на стене, изображение с Диоптры.

– Тогда давайте начнем, – произнесла Щергина. Все повернулись к экрану. Мадам Гольданская положила руки на Диоптру и замерла, впадая в транс. Прошло несколько минут, и вот глазницы стеклянного черепа осветились изнутри, а на экране Диоптры возникло изображение. Фрида фон Шпильце стояла в круглом зале, выложенном черным мрамором. Вокруг нее возвышались высокие зеркала в темных рамах. Дама Теней вежливо кивнула членам Клуба. – Рада снова вас видеть, господа, – произнесла она. Ее слова вылетали из оскаленной пасти стеклянного черепа.

Гертруда встала из-за стола и вышла вперед. Остановившись перед Диоптрой, она присела в реверансе. – Гертруда! – улыбнулась Дама Теней. – Значит, теперь ты на свободе! – О да, госпожа! И я готова приступить к поискам зеркал! – Приятно это слышать. Наш план не удастся без твоего участия. – Я долгое время провела в плену в оккультной ловушке, устроенной нашими врагами. Но все это время чувствовала присутствие одного из черных зеркал, баронесса. Оно сокрыто где-то рядом с домом Сухорукова, но я никак не могу определить, где именно. В этом мне нужна ваша помощь. Ваши магические зеркала еще действуют?

– Конечно! Локуста оберегает их, как зеницу ока. Хочешь, чтобы я попробовала отыскать зеркала Трианона? – Загляните в них, прошу. Что они покажут вам? Мне нужна лишь небольшая подсказка, и я смогу отыскать оба зеркала! Дама Теней повернулась лицом к одному из близстоящих зеркал и сделала перед ним жест рукой. Зеркало осветилось красным светом. Баронесса фон Шпильце вгляделась в него и озадаченно нахмурилась. – Я вижу сквозь оба утраченных зеркала, – произнесла она. – В одном из них отражаются танцующие, но почему-то перевернутые люди, видны разноцветные вспышки света. Другое – уже много лет скрыто от солнца. Оно находится в кромешной темноте. Локуста, дай мне фонарь!

Еще одна фигура в черном одеянии, расшитом серебряными узорами, появилась на экране. Она протянула баронессе зажженный старинный фонарь – «летучую мышь». Дама Теней поднесла фонарь к зеркалу и вгляделась. – Занятно, – произнесла она. – Я вижу рядом с зеркалом полуистлевший гроб! Члены Клуба Калиостро молча переглянулись. – Перевернутые люди и гроб? – озадаченно повторила Гертруда. – Вероятно, одно из зеркал находится на кладбище и спрятано в древней могиле. Но что означают танцующие люди?

– Ночной клуб? – предположил Иннокентий. – Это объясняет разноцветные вспышки и танцующих людей. Возможно, зеркало закреплено над танцполом? – Что такое «ночной клуб»? – не поняла Гертруда. – Место, куда люди приходят танцевать, – поморщившись, бросила ей Щергина. – В Зерцалии такого явно нет! – Думаете, Сухоруков спрятал одно из зеркал в ночном клубе?! – нахмурился граф Орлов. – Но это же безумие! – Давно известно, что лучший способ что-то спрятать – оставить на самом видном месте, – напомнила Щергина. – Знать бы только, в каком именно клубе! В Санкт-Эринбурге их сотни!

– А другое, значит, где-то на кладбище? – в задумчивости проговорил Башаров. – Но на каком? – Если Гертруда чувствовала его присутствие даже из подвала, значит, захоронение находится не так далеко от особняка Сухоруковых. А в тех местах есть только один погост, – сказал Орлов. – Давно заброшенный и поросший бурьяном, он находится в лесу в стороне от дороги. Там со времен царской России никого не хоронят, а многие памятники ушли в землю, и те места заросли травой. Но когда-то там хоронили только потомков богатых и знатных родов.

– Я рада, что смогла вам помочь, – величественно произнесла Дама Теней. – Мне не терпится встретиться с вами лично, баронесса, – обратилась к ней Гертруда. – Расспросить о Зерцалии, о моей тетушке. Столько лет я ее не видела! – У Агаты все хорошо, – сообщила Фрида фон Шпильце. – Она все так же занимается своим монастырем. Займись лучше поисками зеркал и постарайся собрать Трианон, Гертруда. Это ускорит нашу встречу. – Слушаюсь, моя госпожа. – Болховская снова присела в реверансе.

Дама Теней холодно улыбнулась, и экран погас. Мадам Гольданская оторвала руки от Диоптры и подняла голову. – Ну что? Удалось узнать что-то стоящее? – поинтересовалась она. – Вы хорошо поработали, баронесса, – с одобрением сказала Щергина. – Не за просто так! – прорези белой маски уставились на Гертруду. – Когда ты выполнишь свое обещание? – В ближайшем будущем, – ответила та. – Мне понадобится то, что осталось от Двуликого. – Зачем вам его осколки? – с недоумением спросил Башаров.

– В своих магических ритуалах мы часто использовали так называемые порошки Корнелиуса. Старый маг создал несколько их разновидностей, и каждый имеет свое предназначение. Один из них может изменить внешность человека до неузнаваемости. Так, например, Повелитель Кукол использовал его при создании доппельгангеров, подобных Двуликому. Но в вашем мире порошка Корнелиуса нет. Однако его можно получить из осколков разбитого доппельгангера. Для этого мне и нужны останки подобного существа. Нужно растолочь их в порошок и приготовить особое зелье… А потом опробовать его на тебе.

– А это не больно? – с опаской спросила Гольданская. – Процесс неприятный, что и говорить, – согласилась Гертруда, – но результатом ты останешься довольна. Только есть одна проблема. Для ритуала понадобится черное зеркало! – Используем то, что осталось в Трианоне! – предложила баронесса. – Не все так просто! Изначально в Трианоне были установлены три зеркала. Зеркало Преображения, Зеркало Перемещения и Зеркало Разделения. Раз Двуликий смог пробраться на Землю, значит, в Трианоне сохранилось Зеркало Перемещения. А чтобы вернуть тебе красоту, нужно Зеркало Преображения.

– Это пустые отговорки! – снова разозлилась баронесса. – Я говорю правду. Будем надеяться, что именно Зеркало Преображения скрыто на старом кладбище. – На лице Гертруды промелькнула зловещая улыбка. – Оно столько лет не видело солнца. Магической силы в нем хоть отбавляй! А значит, ритуал пройдет без осложнений. – О каких осложнениях идет речь? – заволновалась Гольданская. – Не беспокойтесь, баронесса! Хуже чем есть, уже не будет! – снова злорадно усмехнувшись, ответила зеркальная ведьма.